Призыв к практике

Вопрос Пола так и остался без ответа, поскольку Далай-Лама круто изменил тему нашего разговора. «Важно иметь в виду, — начал он, — что главная цель нашей дискуссии, нашего семинара — в том, как внести наибольший вклад в общество, а не в том, как достичь нирваны.

Посерьезнев, Далай-Лама вернулся к своей мысли: «Цель нашей встречи — поиск путей совершенствования общества. Что касается меня, то моя повестка дня здесь ограничена рамками светской этики. Следовательно, для всех участников, для всех нас важно держаться как можно ближе к научной точке зрения. Нам еще предстоит обратиться к буддийским идеям, и тогда мы успеем переквалифицироваться из ученых в буддисты».

Далай-Лама считал этот момент ключевым, поскольку он был тесно связан с главной мыслью его последней книги «Этика нового тысячелетия». Для работы конференции достаточно было того, чтобы рабочее определение деструктивной эмоции исключало буддийское стремление к освобождению и оставалось на условном уровне повседневной жизни, способствуя нашей цели совершенствования общества.

До этого момента большая часть послеобеденной дискуссии отличалась некоторой утонченностью, разговор вертелся главным образом вокруг нюансов философии и буддийской эпистемологии. Позднее Далай-Лама сказал мне, что эта часть дискуссии помогла ученым почувствовать, что буддийские концепции разума и эмоций основаны на богатой истории медитативной практики и системы философской мысли. Он почувствовал это особенно остро, когда обсуждалась тема разума и эмоций, где буддизм способен был внести значительный вклад в науку.

На предыдущих конференциях Института Разума и Мысли Далай-Лама уже наблюдал, как ученые поначалу смотрели на буддийский образ мышления свысока, а затем в ходе дискуссии меняли свое отношение на более серьезное. Но все же он не хотел, чтобы у кого-то создалось впечатление, будто он пытался использовать эти встречи для пропаганды буддизма. Кроме того, он боялся, что если дискуссия зайдет слишком далеко в этом

направлении, то некоторым ученым будет просто скучно. И поэтому перед перерывом на чай он призвал нас вернуться к прозе жизни.