<<
>>

ГУМАНИТАРНАЯ ТЕОРИЯ: ПРЕДМЕТ, ОБЪЕКТ, ИННОВАЦИОННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ Афанасьев А.И., Василенко И.Л.


В целях дальнейшего изложения полезно различить объект и предмет теории. Среди авторов нет единства по поводу толкования этих терминов, в частности, одни называют предметом то, что другие называют объектом и наоборот.
Но, пожалуй, чаще встречается словоупотребление, описанное сорок лет назад Б.С. Дыниным, когда под предметом понимается материальное явление (луна, рассвет, огонь и т.п.), которое осознается человеком до и помимо применения им метода исследования. А под объектом теории подразумеваются фиксированные при помощи знаковых систем свойства и отношения, которые выявляются в предмете в процессе его исследования посредством метода. К этому следует добавить, что предметом может выступать не только материальное, но и идеальное явление, например, сама теория или концепция, или внутренний мир, чувства и мысли, скажем, автора литературного произведения или естественнонаучной теории.
Специфика гуманитарной теории состоит, в частности, в том, что она может создавать не только свой объект, но и свой предмет. Точнее, участвовать в его создании вместе с другими дискурсами. В этом существенное отличие гуманитарной теории от естественнонаучной, которая хотя и конструирует свой объект, но не конструирует свой предмет. Природные (физические) предметы существуют сами по себе. Поэтому здесь возникает проблема соответствия теории предмету как проблема истинности. В гуманитарной теории и вообще в гуманитарном дискурсе, где могут присутствовать разные теории и не только теории, природный (физический) предмет не представлен, например автор литературного произведения или исторический персонаж как биологический организм или совокупность физических величин, поскольку это не важно. Обыденное сознание и здравый смысл еще могут соотносить Александра Пушкина как автора «Евгения Онегина» или Екатерину Вторую как основательницу Одессы с существовавшими в действительности людьми, благо их внешний вид и даже черты характера хорошо известны. Но в литературоведении автор «Евгения Онегина» как предмет, существующий объективно, представлен сложнейшей конструкцией, в которой природные данные этого невысокого курчавого мужчины не присутствуют. Здесь автор не имеет объема груди, роста, веса, длины носа, цвета глаз и т. д. Возможно, в будущем возникнут дискурсы и теории, в которых будет прослежена связь указанных свойств с данным литературным произведением. Известно, например, что невысокий рост может рождать комплекс неполноценности, требуя компенсации, но не обязательно на литературном поприще. Сейчас, во всяком случае, автор «Евгения Онегина» как литературоведческий объект и предмет есть совокупность некоторых мыслей и чувств как бы висящих в воздухе, поскольку не доказано, что они могут принадлежать исключительно кареглазым, а не голубоглазым, низкорослым, а не высокорослым, брюнетам, а не блондинам. Более того, тот фрагмент внутреннего мира автора, который ответственен за замысел и написание «Евгения Онегина», реконструирован на основе биографических, исторических, культурологических, психологических, литературоведческих и т.п.
данных, которые в свою очередь являются конструкциями, сформированными биографическими, историческими, культурологическими, психологическими дискурсами и теориями. Это и есть гуманитарный исторический или культурологический предмет в виде человека, точнее, его внутреннего мира, текста, события, поступка, якобы существующих объективно. Объективными они могут считаться лишь для той теории, которая на их основе сконструирует свой объект как аспект или модель данного предмета. Удачная теория может даже изменить представление о предмете, реконструировав его, что постоянно происходит в гуманитаристике, особенно в истории, требуя ее переписывания, и служит профанам поводом для насмешек.
Аналогично обстоит дело с историческими персонажами. Физические данные Екатерины Второй интересны только с точки зрения правдоподобия воздвигаемых ей памятников. Ее вес и длина носа с точки зрения современных представлений не имели значения, например, для основания Одессы. Даже количество ее сексуальных связей может быть интересно отнюдь не само по себе, поскольку миллионы их осуществляются ежесекундно, а лишь в контексте соответствующих понятий и ценностей, формирующих определенный исторический образ и определенную историческую реальность. Так, гетман Мазепа в одной конструкции исторической реальности будет героем, поскольку отстаивал интересы Украины, в другой - предателем, поскольку предал царя Петра, в одной - греховодником, соблазнившим собственную крестницу, в другой - высоконравственным человеком. И это нельзя считать искажением одной единственно «правильной» исторической реальности, существующей якобы до ее описания. В том то и дело, что люди, поступки и события описываются (читай: появляются) в определенном нравственном, эстетическом, религиозном, политическом, идеологическом и др. контекстах, заданных соответствующими дискурсами. Вне этих контекстов люди, поступки, события в гуманитарном смысле ничего не значат, по сути дела даже не существуют не только как гуманитарные объекты соответствующих теорий или концепций, но и как исторические, социальные, вообще гуманитарные предметы, а в качестве природных предметов их надо изучать как биологические, физические, химические объекты соответствующих естественнонаучных дисциплин, что не так интересно.
Так возникают несовместимые концепции, предметы исследования, объекты, и даже исторические (но не физические) реальности, ибо они основаны на разных предпосылках, ценностях, трактовках, дискурсах и т.д. Но именно их несовместимость, взаи- моисключаемость как раз и требует, если не согласования, то объяснения. Оно осуществляется на пути выявления ценностных предпосылок и оснований названных концепций, из которых логически следуют соответствующие оценки, с которыми увязываются соответствующие факты, свидетельства, документы, образующие историческую и социокультурную реальность, определенным образом представленную.
Отсюда вытекают два важных следствия для гуманитарных стратегий. Во-первых, объяснительный принцип не следует онтологизировать. Такая онтологизация была свойственна классическому периоду развития науки и обусловливалась созерцательной моделью познания, неявной позицией абсолютного наблюдателя и представлением об отражательной природе теории. Подобную теорию, в особенности, если она сформулирована признанным авторитетом, часто рассматривали как единственно верную, как откровение, и она легко становилась предметом веры. Во-вторых, предмето-порождающая функция гуманитарной теории может служить основой для гуманитарных инновационных технологий.
Социально-гуманитарные теории - экономические, социологические, юридические - все больше выступают базой социально-технологических решений, предлагающих социальные технологии для практического изменения общественных образований. В экономике развитых стран, например, поочередно применяют альтернативные теории М. Фридмана и Дж. Тобина. Между прочим, здесь немаловажное значение имеет вопрос о том, насколько утопические концепции в сфере философии, экономики, политики соответствуют статусу теории и как верно оценивать их технологические инновации, хотя, по-видимому, время утопий проходит. В меньшей мере требования технологичности предъявляются к гуманитарному теоретическому знанию, в частности, литературоведению, культурологии, языкознанию, истории искусств и т. п., осуществляющих скорее консультативно-регулятивную роль, касающуюся преимущественно ценностных ориентаций людей. Однако и гуманитарные теории способны породить новые культурные движения, исследовательские методы, художественные стили, интеллектуальные сообщества. Такую порождающую способность можно рассматривать как гуманитарные технологии. М. Эпштейн показывает, что многие выдающиеся деятели культуры, например, русского Серебряного века, Д. Мережковский, В. Иванов, А. Белый, были не только писателями и теоретиками, но и раздвигали границы литературы, открывали в ней новую эпоху, исходя из теоретического видения ее задач и возможностей, создавали программу и практику символизма как целостного культурного движения, в котором были и художественная, и теоретическая, и философская, и религиозная составляющие. Многие явления в гуманитарной сфере можно рассматривать как образцы гуманитарных инновационных технологий. Это, например, словарная, а в значительной мере и словообразовательная работа В. Даля, по-новому структурировавшая лексические запасы русского языка и прибавившая к нему около 14 тысяч собственно далевских новообразований; «воображаемая филология» В. Хлебникова, которая вылилась примерно в такое же число неологизмов и в эксперименты с морфологией и синтаксисом, значительно увеличившие гибкость рус- ского языка; в наше время - «грамматология» Ж. Деррида, которая из теоретической сферы постоянно выходит на уровень трансформации языковых практик.
<< | >>
Источник: Коллектив авторов. Мировоззренческие и философско-методологические основания инновационного развития современного общества: Беларусь, регион, мир. Материалы международной научной конференции, г. Минск, 5 - 6 ноября 2008 г.; Институт философии НАН Беларуси. - Минск: Право и экономика. - 540 с.. 2008
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме ГУМАНИТАРНАЯ ТЕОРИЯ: ПРЕДМЕТ, ОБЪЕКТ, ИННОВАЦИОННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ Афанасьев А.И., Василенко И.Л.:

  1. Выбор объекта и предмета исследования в социально-гуманитарном познании
  2. 1.2. ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ, ЕЕ ПРЕДМЕТ И ОБЪЕКТ АНАЛИЗА
  3. В.Н.Иванов, В.И Латрушев. ИННОВАЦИОННЫЕ СОЦИАЛЬНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ ГОСУДАРСТВЕННОГО И МУНИЦИПАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ, 2001
  4. Специфика субъекта и объекта в социально-гуманитарных исследованиях
  5. КОНСТРУИРОВАНИЕ ЧЕЛОВЕКА В МИРЕ СОВРЕМЕННЫХ ИННОВАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ Яскевич Я.С.
  6. Федорова Наталия Юрьевна. Технология разработки профессионально ориентированного учебного пособия по иностранному языку для студентов гуманитарных специальностей, 2014
  7. Глава 11. Экологическая паспортизация объектов и технологий
  8. 1. ПСИХОЛОГИЯ КАК НАУКА. ПРЕДМЕТИ ОБЪЕКТ НАУКИ. ЗАДАЧИ ПСИХОЛОГИИ. ДУША КАК ПРЕДМЕТ ИССЛЕДОВАНИЯ
  9. 3. Объект и предмет исследования
  10. 1.1. Объект и предмет социологии
  11. Примерные планы семинарских занятий Занятие 1. Социально-гуманитарное познание как предмет философского анализа Вопросы для обсуждения 1.
  12. 2.1. Характеристика объекта и предмета социальной работы.
  13. Методологические особенности экологической паспортизации промышленных объектов и технологий
  14. § 2. Объект и предмет социологии
  15. Глава I ОБЪЕКТЫ, МЕТОД И ПРЕДМЕТ МАТЕМАТИКИ
  16. 2. Предмет и объект авторского договора
  17. ОБЪЕКТ И ПРЕДМЕТ ПЕДАГОГИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ
  18. 1.3.1. Что изучает социология. Объект и предмет науки
  19. Понятия объекта и предмета научного исследования (познавательная ситуация)
  20. ВЕЩИ КАК ПРЕДМЕТ ЗАЛОГА И ОБЪЕКТ ГРАЖДАНСКОГО ОБОРОТА