§ 2А. СЕМАНТИЧЕСКИЙ ВКЛАД ЛОГИСТИКИ: СВОЙСТВА ИНТЕНСИОНАЛЬНОСТИ
'Когда Фреге в работе [51] набрасывает план общей семантики, он сопоставляет экстенсиональные и интенсиональные аспекты выражения, противополагая их на различных уровнях: речь идет прежде всего о подступах к понятию тождества. Тождество может быть определено через коэкстенсивность терминов, обладающих одними и теми же предметными референтами. Но его можно определить и иначе: через тождество самих понятий, называемых этими терминами. Необходимо также найти место модальным контекстам выражения: если фактуальные высказывания прямо основываются на экстенсиональных связях объектов или классов объектов, то модальные высказывания, содержащие такие положения как «необходимость», отсылают нас прежде всего к интенсиональным связям понятий, зависящих друг от друга по смыслу. Наконец, это различение удостоверяется существованием «косвенных контекстов», «непрямыми» формулировками, которые, по-видимому, абстрагируются от денотации или от экстенсиональных понятий и высказываний и подчеркивают их смысл или интенсиональный аспект. Все эти соображения фиксируются в нескольких языковых парадоксах, которые первым осветил Фреге и которые возникают вследствие логической невозможности взаимозаменимости интенсиональных и экстенсиональных контекстов: Так, Фреге начинает с «парадокса тождества», который выявляется при сопоставлении формул «а=а» и ш—Ь». Первая формула не может служить обоснованием или посылкой второй, хотя вторая некоторым образом удостоверяет, что термин «а» обозначает то же самое, что и термин «Ь». Стремясь к этому обоснованию, мы попали бы под власть «универсальной тавтологии бытия», которая некогда потревожила философские умы, и лишили бы всякой значимости экспериментальные доводы, которые в общем надежно обеспечивают тождество неких объектов А и В. Можно было бы свести первую формулу к чисто языковой тавтологии, но Фреге избегает этого решения, оставляя проблему в плане именования некоего сущего посредством знака. Получается, что эти две формулы вводят в действие различные модусы тождества, относящиеся к различным типам «предметностей». Первая формула удостоверяет эквивалентность двух выражений одного и того же понятия и, следовательно, «интенсиональное» тождество, а вторая выражает эквивалентность десигнаций одного и того же объекта, удостоверенную в опыте: она полагает «экстенсиональное» тождество. «Парадокс анализа» углубляет и подчеркивает различие между этими двумя положениями введением контекста. Речь идет здесь о модальном контексте: то, что «утренняя звезда — это вечерняя звезда», — установленный факт, и утверждение, в котором обе эти сущности отождествляются, истинно. Однако если взять положение (1): «Необходимо, чтобы утренняя звезда была бы утренней звездой», то его нельзя перестроить таким образом, чтобы на место одного из его референтов встал другой референт, тождество которого с исходным референтом было бы предварительно установлено; положение (2): «Необходимо, чтобы утренняя звезда была бы вечерней звездой» — не является истинным и искажает значение истинности положения (1), из которого оно выведено. Дело в том, что переход от одной формулы к другой нарушает различие между логическими модальностями и затрагивающими само тождество: тождество, утверждаемое в (1) и выражаемое положением о необходимости, установлено посредством одного лишь рассмотрения терминов и понятий, которые употребляются в высказывании, тогда как тождество, утверждаемое в (2), зависит от сведений, которыми оперирует такая фактуальная наука, как астрономия, и вовсе не содержит положения о необходимости. Однако тот же самый результат можно было бы получить и из «косвенных контекстов», в которых главное выюказыва- ние подчиняется положению, содержащему «пропозицио- нальную установку» — позицию говорящего по отношению к высказыванию. Таким образом, формула (1'): «Георг V полагает, что (спрашивает, является ли) Вальтер Скотт является автором „Веверлея”» — не может быть переведена с полным сохранением истинности в формулу (2'): «Георг V полагает, что (спрашивает, является ли) Вальтер Скотт является Вальтером Скоттом», несмотря на объективное, действительное тождество сущностей, обозначаемых этими двумя именами. Помимо этого, анализ «косвенных контекстов», а также «модальных контекстов» приводит Фреге к новому семантическому уточнению, о котором мы уже вскользь говорили: положение, указывающее на отношение или модальность, не может быть прямо соотнесено с референтом, с предметным означаемым предложений, вводимых через «что» или «если». В противном случае тождество упомянутых в нем референтов или индивидуальных предметов должно было бы повлечь за собой перевод формул (1) или (1') в (2) или (2'). Однако рассматриваемые положения имеют отношение к «смыслу» или интенсиональному аспекту дополнительного предложения, так что интенсиональное содержание сравниваемых предложений различно: предложения (1) или (2') находят свои гарантии в смысле собственных терминов, тоща как предложения (2) или (1') находят гарантии в положении вещей, внешнем по отношению к их смыслу. Вот почему предлагаемые формулы нельзя перевести одну в другую «salva significatione». И вообще формула, содержащая пропозициональную установку, может быть переведена в другую формулу лишь в той мере, в какой перевод этот сохраняет смысл своего дополнения, а такая модальная формула, как (1), допустима лишь в той мере, в какой ее дополнение содержит интенсиональные гарантии истины. Если мы хотим извлечь логические выводы относительно содержания этих парадоксов, то следует сказать, что они бросают вызов принципу «неразличимости тождеств», обычному истолкованию классической формальной или лейбницевокой логики. «х=у и Fx влечет за собой Fy» означает, что если предметы тождественны, то все свойства и все предикаты, которые только могут быть им приписаны, у них общие. Сам принцип оказывается повержен этими различными парадоксами, если под F подразумевается тождество, рассматриваемое в модальном контексте: «Необходимо, чтобы х было тождественно с..-» или; же интенсиональное тождество: «х мыслится как тождественное с...» Два термина, обозначающие тождественные предметы я и у, не выдерживают этого переноса предикатов. Это означает, что принцип неразличимости в своей общей формулировке «нейтрален» по отношению к «эпистемическим» оттенкам, содержащимся в языке. Последний скрыто допускает или явно напоминает о различии источников получения высказываемого знания. Он уточняет модальность утверждения или намерение говорящего в отношении такого предложения. Во всяком случае, он действует на двух главных уровнях, уровне смысла и референциальном уровне высказываний. Таким образом, общий корень парадоксов, как об этом догадывается Фреге, — это неадекватность традиционных понятий логики трактовке эпистемических оттенков речи. Анализ Фреге богат наблюдениями, надолго сохранившими свое значение. Высшая задача семантики, как мы увидим по ходу изложения, заключалась в том, чтобы противопоставить друг другу экстенсиональные и интенсиональные составляющие логических выражений, согласовать использование логических правил и операций с существованием этих противоположных форм и, пожалуй, в самое последнее время — поставить вопрос об эписте- мичеоких структурах речи во всей их целостности. Необходимо, однако, сказать несколько слов о понятиях, используемых самим Фреге, ибо для последующей критики они служат чем-то вроде границ строго логистических решений. Фреге признает двойственность устремлений семантики в отношении любого термина, любого предложения. В самом деле, она ориентируется то на смысл (Sinn), интенсиональный аспект, то на их десигнаты или референты, на экстенсиональное (Bedeutung). Рассмотрение модальных или косвенных контекстов непосредственно приводит Фреге к осмыслению иерархии этих устремлений в развернутой речи. Это значит, что произнесение элементарного высказывания обычно направляет мысль к референтам или положению вещей, которые в нем обозначаются или называются, и что посредством дополнительных положений осуществляется обычно абстрагирование смысла этого высказывания, который в свою очередь оказывается «обозначенным» с их помощью. Впрочем, дополнительные положения могут перевести нас из сферы интенсиональной в сферу экстенсиональную, к основам всякой гарантии истины; именно таким путем формула типа: «По таким-то и таким-то основаниям можно с точностью полагать, что р» — обращается к референциальному содержанию р, расширяя саму область референтов. Таким образом, возникает образ неопределенной и непостоянной иерархии референциальных и интенсиональных модусов, присущей рефлексивному ритму мысли и ограничиваемой практически лишь возможностями языка и возможностями осознания, или же теми эффективными средствами, которые используются в различных методах познания для установления гарантий или их аутентичности. Пожалуй, здесь есть нечто полезное для феноменологического учения о языке; иначе говоря, логик может включить в свои формулы признаки всех этих превращений, воздействующих на саму направленность мышления. Сфера значимости этой полярности, этого движения интенций у Фреге, сужается в силу особенностей его эпистемологии. Существенно, что всякое истинное математическое выражение основывается на предметном и идеальном референте, образованном классами понятий и их отношений: аподиктическая связь или раскрытие смысла выражений прямо отображает эти экстенсиональные связи. Мы уже говорили об этой ситуации и ее последствиях для логистической доктрины при рассмотрении математической логики Фреге (см. гл. II, § 1). Ведь абстракцию смысла или рефлексию смысла нельзя назвать главным двигателем математической мысли: она ограничивается вопросом об источниках той или иной достоверности и заботой о путях ее пополнения. Математике нет нужды объяснять модальную логику, с того момента как любое эффективное доказательство необходимо включает апо- диктичность. В итоге рассмотрение интенсиональное™ приобретает значение лишь для таких дисциплин, которые не являются вполне математическими, в которых существует разрыв между тем, что может быть обосновано или оценено как гипотеза, и тем, что может получить эффективные референции. Кроме того, оно имело бы ценность и для учения о естественном языке, который, как мы только что предположили, богат косвенными слосо- ба^и выражения и в состоянии выразить такие пропозициональные установки, как сомнение, ожидание, вера и др. По сути, мысль о семантической структуре во всей ее полноте была подсказана Фреге именно рассмотрением естественного языка: эта структура остается «пустой клеткой», ждущей своего заполнения в ходе дальнейшего анализа. Принципиальное различение между интенсиональным и экстенсиональным порядками послужило в дальнейшем логикам исходным пунктом, в частности когда они обратились к проблемам модальной логики. Когда К. И. Льюис вновь поставил задачу обоснования логики модальных предложений и модальных операторов, он уже основывался на более строгих понятиях, нежели аристотелевское понятие предложений, истинных по необходимости или по случаю: он выдвинул мысль об особой логике интенсионального, которая бы рассматривала «смысловые связи» между содержаниями некоей «мысли о возможном», отвлекаясь при этом от вопроса о ее референтах или зависимостях высказываний от фактов109. Речь здесь идет о наследии Фреге. Помимо этого, введенные Фреге методологические ограничении вновь приобретают силу в номиналистической логике. Возможно ли, однако, включение собственно интенсиональных детерминаций в научный или математический язык и при каких условиях? Остановимся на этом вопросе, в рассмотрение которого большой вклад внес Карнап.
Еще по теме § 2А. СЕМАНТИЧЕСКИЙ ВКЛАД ЛОГИСТИКИ: СВОЙСТВА ИНТЕНСИОНАЛЬНОСТИ:
- Занятие 4 Реконструкция субъективного семантического пространства психических состояний Методы исследования семантических пространств психических состояний
- 5. Интенциональность и интенсиональность
- Мулуд Н.. Очерк семантических предпосылок логики и эпистемологии, 1979
- 15.2. Метод семантического радикала
- 25. Семантическая вселенная В.В. Налимова
- Е. В. ЛУЦЕНКО, В. И. ЛОЙКО. СЕМАНТИЧЕСКИЕ ИНФОРМАЦИОННЫЕ МОДЕЛИ УПРАВЛЕНИЯ АГРОПРОМЫШЛЕННЫМ КОМПЛЕКСОМ, 2005
- 1.3 Влияние старения на эксплуатационные свойства трубных сталей (прочностные свойства, трещиностойкость, сопротивление хрупкому разрушению, коррозионная стойкость, водородное охрупчивание)
- РАЗДЕЛ 64. О ВКЛАДАХ И ЗАКЛАДАХ1
- Глава 44. БАНКОВСКИЙ ВКЛАД
- Статья 837. Виды вкладов
- Статья 834. Договор банковского вклада
- Статья 839. Порядок начисления процентов на вклад и их выплаты
- Судьба древнегреческого атомизма и философский вклад Эпикура
- Понятие о гематотоксичности. Вклад экологического состояния атмосферы в заболеваемость и смертность
- Определённый вклад в эстетику внесли теоретики классицизма.
- Религиозные организации и их вклад в стабилизацию российской экономики Иванова В. В.
- Вклад Гофмейстера в разработку проблемы оплодотворения и размножения растениЗ
- Глава 2. КОНЦЕПЦИЯ ЛОГИСТИКИ