ГИПНОЗ РЕАЛЬНОСТИ

Трудно найти момент, когда этого нет. Может быть, во сне? Как раз во сне усиленно закрепляются главные самовнушения дня.

С самого утра, едва только проснувшись и снова осознав себя – то есть, подключив поток восприятий к своей памяти, – человек, хочет он этого или нет, начинает как-то настраиваться.

Обращали ли вы внимание, как ведет себя женщина, прихорашиваясь перед зеркалом? Она  усиленно внушает себе, что выглядит достаточно прилично, по-

– 34 –

жалуй, даже привлекательно... В этот момент она, конечно, не сознает, что занимается самовнушением – она просто занимается им. Отправляясь в очередной рейс, подходя к машине и перебрасываясь шутками с товарищами, шофер такси, скорее всего, не подозревает, что где-то в подсознании, «свернуто», уже жмет ногою на газ, обретает привычную бдительность, готовится к реакциям на светофоры, к общению с пассажирами...

Присмотревшись к себе внимательнее, можно заметить, что многие, если не все наши психические перемены происходят благодаря самовнушениям. Я по-разному настраиваю себя, отправляясь на похороны или на свадьбу; в моем настрое всегда есть и что-то для себя, и что-то для других... Мы «подзаводим» себя, готовясь к неизбежной стычке, и принимаем меры к самообузданию, когда хотим погасить конфликт. Все это происходит порой совершенно неосознанно, но может принять и вполне четкую сознательную форму. С некоторой точки зрения самовнушение – это все, что с нами происходит. Нас непрестанно гипнотизирует величайший гипнотизер – реальность, и его главный агент – человеческое окружение. Все происходящее внушает нам себя. Если только мы это принимаем.

Я ВЫБИРАЮ СЕБЯ

Если я лежу, то не сижу, если сижу, то не стою... В каждый момент можно находиться только в одной позе, это понятно. Но если я стою, то я знаю, что могу сесть, если лежу (будучи здоровым), то знаю, что могу встать...

Точно так же в каждый данный момент мы находимся в каком-то одном, определенном психическом состоянии. Но психика в своем пространстве свободы в каждый момент несет в себе и другие возможности.

На вас с лаем набрасывается собака. У вас есть по крайней мере три возможных способа реакции:  пуститься бежать, встретить ее агрессивно или остаться пассивным. Примем сначала, что действия ваши совершаются по первому побуждению, предположим, вы

– 35 –

испугались и побежали, собака настигла  вас и вцепилась в ногу, вы почувствовали острую боль... В этот момент испуг легко может смениться злобой, и уж во всяком случае, уменьшается до нуля вероятность пассивности, которая и с самого начала была наименее вероятной... Но реакция импульсивна, выбор состояния произвело подсознание,  а вы оказались только автоматическим исполнителем его «воли».

А вот другой вариант ситуации. Вы молодой человек, с вами девушка, в которую вы страстно влюблены. Проклятая собака опять набрасывается, и опять первое ваше движение – отпрянуть, но в следующий же миг вас простреливает: «Здесь Она!» И конечно, вы тут же ощущаете решимость и переходите к активным действиям.

Вы и не заметили, что самовнушение произошло, однако оно произошло! Его можно было бы назвать и внушением: смелость внушило вам присутствие подруги, но это не меняет сути.

Самовнушение – это сила, действующая в пространстве свободы психики. Оно не берет ничего из ничего, но лишь увеличивает вероятность одного из возможных состояний за счет других. Это перераспределение внутренних значимостей. Это ваш выбор самого себя!

Редко – сознательный. Но в этом есть своя мудрость.

ЧУВСТВА НЕ ДОЛЖНЫ БЫТЬ СЛИШКОМ ЛЕГКО УПРАВЛЯЕМЫМИ

Нужно быть Флобером, чтобы ваша температура подскочила при описании лихорадки; нужно быть Горьким, чтобы, описывая место, где героиню прокалывают ножом, закричать от боли и увидеть красное пятно на своем теле. Было бы весьма неостроумно, если бы мы могли, нажимая на мозговые кнопки, роботообразно приводить себя в заданные состояния: нажал – испытал восторг и энтузиазм; нажал – пришел в умиление и заплакал; нажал – стало смешно... Не требовалось бы ни музыки, ни поэзии, ни театра.

Нет, прекрасно, что настроения не подчиняются заранее составленным программам, что когда говорят о необходимости веселья, становится скучно. Глубина

– 36 –

человека тысячелетиями смеется над тупоумной прямолинейностью.

Но управление чувствами все-таки возможно: есть потаенные замки, к которым, потрудившись, можно подобрать отмычки.