Методы классического философского познания

Своими истоками проблема метода восходит к ранним этапам становления цивилизации, когда в ходе трудовой, социальной, семейно-бытовой, повседневной жизни человек на практике отбирал наиболее эффективные приемы и способы взаимодействия с окружающей действительностью.

Уже на заре человеческой истории метод являлся одним из важнейших факторов, определяющих успешность и целесообразность любых видов деятельности. В широком смысле слова, применительно к любым формам взаимодействия с реальностью, метод понимается как совокупность и последовательность приемов и процедур по теоретическому или практическому освоению объекта. Однако в повседневной жизни, опираясь на чувственный опыт, здравый смысл и практическую интуицию, человек, как правило, не концентрирует внимание на необходимости анализировать содержание и особенности метода собственной деятельности. Эти проблемы становятся предметом специального исследования в таких рационально-теоретических формах культуры, как наука и философия, для которых характерна особая форма методологической рефлексии. При этом метод как адекватный способ достижения цели рассматривается, прежде всего, применительно к интеллектуальной, познавательной деятельности.

Важнейшим достижением философского осмысления проблемы метода познания в эпоху классики явилось обоснование следующей фундаментальной идеи. Было доказано, что философия реализует свои познавательные и объяснительные возможности в форме рефлексии над фундаментальными характеристиками сознания и универсалиями культуры. Рефлексия, направляя человеческое мышление на анализ предметного содержания сознания, его структуры, форм и предпосылок, позволяет проблематизировать не только отношение знания к действительности (проблема истинности), но также отношения между его внутренним строением и структурой познавательных способностей человека, приемами, способами и механизмами мыслительной деятельности.

В результате анализа этих проблем были сформулированы три основополагающих принципа построения философской методологии. Во-первых, был сформулирован вывод о том, что метод познавательной деятельности (в том числе и в философии) должен быть скоррелирован с ее предметом. Лишь в этом случае он адекватно организует и целенаправляет процесс постижения истины и обеспечивает результативность познания. Во-вторых, было доказано, что метод философского исследования должен отражать закономерности самого познавательного процесса, коррелировать со структурой и объективной логикой человеческого мышления. В-третьих, было признано, что в философии вопрос о методе следует рассматривать в тесной связи с проблемой целей и результатов познания.

Осознание методологического потенциала этих идей позволяет отличить метод философского познания от метода науки и обыденного мышления. Предмет философии не может быть постигнут посредством наблюдения или эксперимента, он не воспроизводится в формах чувственного или эмпирического познания, для того, чтобы теоретически реконструировать этот предмет и освоить его в системе категориальных связей и сущностных характеристик, необходимо использовать специфические методы философского познания.

Философский метод существенно отличается от методов и способов познания мира, присущих как обыденному сознанию, так и науке. Обыденное познание опирается на чувственный опыт непосредственного взаимодействия человека с действительностью в процессе индивидуальной жизни, трудовой деятельности, общения с другими людьми. При этом окружающий мир постигается  образно, интуитивно, без логического анализа происходящего, без проникновения в суть событий. Субъект обыденного познания не стремится к объективности, целостности приобретаемого знания о мире, поскольку его больше заботит их практический результат, эффективность в решении конкретных житейских проблем.

Философские проблемы не могут быть осмыслены при помощи метода «проб и ошибок», благодаря житейскому опыту или посредством наблюдения и эксперимента.

Метод философии представляет собой особый путь исследования философских проблем, такой способ построения и обоснования философского знания, который направлен на исследование содержательных, смысловых характеристик реальности и заключается в совокупности приемов рассуждения и логических операций, позволяющих субъекту познания продвигается к истине. Философия пользуется особым «умственным зрением» (умозрением), опирается на абстрактное мышление, предполагает созерцание сущего и интеллектуальное конструирование реальности.

Метод философствования опирается на такие приемы абстрактного, теоретического мышления, как анализ и синтез, дедукция и индукция, различение, сравнение, обобщение, определение. Он включает в себя интеллектуальную интуицию как ясное и отчетливое, непосредственное и одновременное усмотрение истины, а также предполагает рациональную классификацию и систематизацию познаваемой реальности, сопоставление различных явлений и поиск существенного, постоянного в них, того, что данные феномены объединяет и обнаруживает себя как их общее глубинное основание.

Метод философии состоит в соблюдении строгого порядка, присущего искусству рассуждения. Основатель европейского рационализма Р. Декарт утверждал, что «метод необходим для отыскания истины», и определял его как «точные и простые правила, строгое соблюдение которых всегда препятствует принятию ложного за истинное и без излишней траты умственных сил, но постепенно и непрерывно увеличивая знания, способствует тому, что ум достигает истинного познания всего, что ему доступно».[xli]

Классическая традиция в философии опиралась на две взаимосвязанные методологические стратегии – диалектическую и метафизическую.

Диалектическая методология в эпоху философской классики развивалась благодаря искусству сократического диалога («майевтический» метод Сократа), была представлена апологетическими диалогами раннехристианских мыслителей, мистико-теологической диалектикой апофатического богословского дискурса, теологическими диспутами схоластики, полемическими диалогами мыслителей Возрождения, пантеистической диалектикой немецких романтиков, обрела новое дыхание в трансцендентальной диалектике И. Канта и достигла кульминационного развития в идеалистической диалектике понятия Г. Гегеля.

Метафизическая методология оформилась в новоевропейской философии благодаря прогрессу естествознания и поискам наиболее адекватных методов философского и научного исследования, способствующих открытию новых истин и расширению горизонтов познания. В Новое время ее развитие было сопряжено со становлением опытно-индуктивного метода Ф. Бэкона, рационалистического метода философствования Р. Декарта, гипотетико-дедуктивного метода Г. Галилея, аналитического метода Г. Лейбница.

Диалектика стихийно возникает в духовной культуре древних цивилизаций, проявляя свои эвристические возможности в первых философских учениях, принимавших диалогическую форму изложения. На Востоке искусство философского диалога представлено древней индуистской литературой («Упанишады», «Бхагавадгита»), а также философскими сутрами раннего буддизма и философскими сочинениями древнекитайских мыслителей («Лунь юй», «Чжуан-цзы» и др.), построенных в форме беседы учителя с учениками, диалога древности с современностью. В античной культурной традиции диалектический метод первоначально существовал в форме так называемых «сократических диалогов».

Слово диалектика происходит от греч.

В его структуре можно зафиксировать наличие повествовательной (жанровой) рамки, воплощенной речами участников диалога, смысл которых моделирует три части философского рассуждения: тезис, антитезис, синтез. Ядром исследовательского метода в структуре философского диалога является техника опровержения («эленксис»), имеющая целью привести к противоречию тезиса оппонента. Так складывается особая форма изложения философских учений и метод исследования проблем, отличный от авторитарно-дидактического морализирования религиозных текстов и риторико-софистической техники ведения спора.

В античной философии диалектика являлась искусством ведения беседы, направленной на взаимозаинтересованное обсуждение проблемы путем противоборства мнений с целью достижения истины. Под диалектикой Сократ и Платон понимали совокупность логических операций расчленения понятий на четко обособленные роды, а также связывания понятий, т.е. сведения противоречивых частностей в цельное и общее знание. Данная совокупность логических операций в ходе философского диалога осуществлялась посредством вопросов и ответов, ведущих к истинному определению понятий. В более широком смысле диалектика в традиции платонизма определялась как метод достижения истинного знания о сущем как таковом.

Аристотель развил понимание диалектики еще дальше – в направлении познания не только умозрительного, но и реально существующего космоса.

Благодаря Аристотелю диалектика стала основной методологией философствования в средневековой европейской культуре, где она, в ряде богословских интерпретаций, включала в себя гносеологию, логику и силлогистику в качестве составных частей. Еще в позднеантичный период (IV – V вв.) римские философы Марциан Капелла и Аниций Манлий Северин Боэций, а также раннехристианский мыслитель Кассиодор пытались обосновать особый статус диалектики в структуре теоретического гуманитарного знания. Они разработали детальную классификацию «свободных наук», ставшую прообразом современного деления научного знания на гуманитарные и естественные дисциплины. Все свободные науки, составляющие, согласно античной традиции, содержание теоретической философии, делились на две категории – «тривий» («trivium»), включавший в себя грамматику, риторику и диалектику, и «квадривий» (guadrivium»), состоявший из арифметики, геометрии, астрономии и музыки.

В данной классификации дисциплин, или искусств (artes et disciplinae) грамматика рассматривалась в качестве основы всех существующих знаний, риторика обучала литературному выражению мыслей, а диалектика, понимаемая как учение о достоверном познании и его законах, определялась как искусство логического рассуждения в понятиях и категориях теоретической философии. Благодаря Боэцию, который перевел с греческого на латинский основные логические произведения Аристотеля, античная диалектика стала основанием философской методологии в культуре Средних веков.

Развитие диалектической методологии философствования в ранней христианской апологетике было сопряжено со становлением апофатического богословия и традиции религиозного мистицизма. Один из основателей «отрицательной» теологии в западной ветви христианства – Петр Ивер (или Псевдо-Дионисий Ареопагит) рассматривает диалектику как основное методологическое орудие негативной теологии, последовательно отрицающее присущность Богу любых свойств и атрибутов, наблюдаемых и мыслимых в окружающем мире. Искусство диалектики в данном контексте призвано было показать, что любые позитивные утверждения о Боге и его атрибутах приводят человеческий разум к противоречию с самим собой. Поэтому основным тезисом мистико-теологической диалектики Псевдо-Дионисия Ареопагита стало утверждение о том, что бытие Бога состоит в его небытии.

В ранней патристике (IV – V вв.) под влиянием религиозного иррационализма Тертуллиана и христианского спиритуализма Аврелия Августина, с характерной для последнего идеей божественного откровения, нисходящего свыше и пребывающего целиком в Божьей воле, интерес к диалектическому философствованию постепенно угас. Отцы Церкви в большинстве своем полагали, что мистическое «сверхразумное озарение», даруемое Богом истинно верующему христианину, не достижимо посредством познавательных усилий человека, и не предполагает ни наличия у субъекта выдающихся интеллектуальных способностей, ни совершенного методологического инструментария философского познания.

Только в богословской литературе поздней патристики (VIII – X вв.) наметились различия в понимании философского диалога, который использовался как способ полемики с различными ересями, и собственно диалектического метода с характерной для него техникой ведения теологического спора. Обращение к диалектической методологии характерно для Эриугена (IX в.), который утверждает отсутствие противоречий между разумом и откровением. Иоанн Скот Эриугена рассматривал диалектику как способ аллегорического истолкования Священного Писания. Особое значение имел тот факт, что в концепции Эриугены диалектика понималась не только как орудие разума, инструмент философского мышления, не только как искусство логического рассуждения, но и полагалась в качестве философского учения о наиболее общих принципах бытия. Онтологически трактуемая диалектика являлась в интерпретации Эриугены учением о сущем. Это «искусство…, которое делит роды на виды и сводит виды к родам». Она не результат человеческого изобретения, «но установлена в природе всех вещей самим виновником (auctor) всех искусств… и мудрецами открыта».[xlii] Логический аспект диалектики Эриуген, вслед за Платоном, усматривает в умении философски мыслящего человека различать уровни общих понятий, роды и виды, а также отличать их от индивидуальных понятий. Для диалектического метода, как полагал Эриуген, общее всегда важнее единичного, а родовое – видового. Подобное логическое истолкование диалектики было воспринято схоластикой и легло в основу философии средневекового реализма.

Благодаря расцвету юриспруденции, что проявилось в активной рецепции римского права рядом монастырских, а также частных, сугубо светских школ, развитию юридического образования в структуре первых западноевропейских университетов, крупнейшим из которых стал в XI в. университет в итальянском городе Болонье, в ранней схоластике актуализируется потребность в диалектике. Поскольку изучение права, как и сама юридическая деятельность, тесно связано с логикой и риторикой, то диалектика, трактуемая в этот период времени преимущественно в ее логико-гносеологическом аспекте, становится первой светской дисциплиной, относительно независимой от теологии.

Возросший интерес к диалектике в контексте освоения античного философского наследия представлял определенную угрозу для христианской Церкви, поэтому в средневековье сложилось двойственное отношение к диалектическому искусству. С одной стороны, защитники диалектики (например, Беренгарий) видели в ней основу всякого знания, такое методологическое орудие, которое способно поставить христианские догматы в зависимость от рассуждающей силы философского разума. С другой стороны, ярые защитники теолого-догматического мышления (в частности, Петр Дамиани) настаивали на полном превосходстве веры над разумом, теологии над философией, и поэтому объявили диалектику «вымыслом дьявола», источником греха и ереси. Согласно положению, выдвинутому идеологом католицизма Петром Дамиани, диалектика (как и философия), если и допустима, то лишь в качестве смиренной прислужницы (ancilla) теологии – ее единственной полноправной госпожи.[xliii] Диалектика в такой ее ипостаси призвана укреплять средствами логического рассуждения незыблемость вероисповедальных формул, а также основных положений христианской теологии.

Согласившись в целом с позицией Дамиани, римско-католическая Церковь санкционировала занятия диалектикой как искусством идеологического обоснования и укрепления религиозных догматов. Диалектическая методология стала в последние четыре столетия Средних веков способом оправдания христианского вероучения.

В такой проекции диалектика являлась основным методом схоластической философии, основоположником которой нередко считается Ансельм Кентерберийский, провозгласивший, вслед за Августином, своим девизом «веру, которая ищет разумения» («fides guaerens intellectum»). Высказывание Ансельма о том, что он не для того стремится размышлять, чтобы верить, но верит, чтобы понимать («credo ut intelligam») определило последующее понимание диалектики как технического, инструментально-логического средства для укрепления религиозной веры.

В зрелой схоластике сложилась следующая схема теологического (богословского) диспута, ставшего основной формой существования диалектической методологии. Выдвигался тезис, опирающийся на определенный религиозный догмат, затем ему противопоставлялся антитезис, подкрепляемый рядом логическим аргументов. Данная оппозиция решалась за счет выдвижения центрального аргумента, вводимого словами: «но против этого…»,  и в заключение полностью опровергался весь ряд доводов, противоречащих исходному догмату. Таким образом, диалектика предполагала столкновение позиций и рассмотрение в процессе богословского диспута всевозможных «pro et contra» («за и против») из текстов Священного Писания и учений Отцов Церкви.

Так античный философский диалог как свободный и независимый поиск истины трансформировался в схоластический спор с характерным для него псевдорационализмом, поскольку применение логических приемов к анализу и доказательству сверхъестественных и непостижимых для разума положений религии компрометировало философский дискурс и искажало его подлинную природу. Свобода философского метода в Средние века была ограничена вероисповедальными догматами, которые не только составляли основу и исходные посылки диалектического рассуждения, но предопределяли выводы, к которым философствующий субъект должен был прийти в процессе уразумения смысла догматов.

В эпоху Возрождения итальянские гуманисты вновь используют античный философский диалог для полемики с оппонентами.  Средневековая диалектика воспринималась ими как интеллектуальная традиция бесплодных споров, не способная породить новое знание и дать людям реальное руководство к действию. Она была скомпрометирована в их глазах представителями поздней схоластики, для которых диалектический метод был чисто формальным искусством спора и аргументации в защиту религиозных максим.

Европейские мыслители Нового времени развивают диалектическое искусство в качестве рационального способа изложения философских идей, подразумевающего автономию исследовательских позиций (Н. Мальбранш, А.Э.К. Шефтсбери, Дж. Беркли). Как метод адогматического философствования его широко применяли также немецкие романтики в начале XIX века (Ф. Шлегель, А.В. Шлегель, Ф.В. Шеллинг, К. Зольгер).

Самой развитой формой диалектического метода в рамках классической традиции был способ философствования, примененный Гегелем. Диалектика понятия в философии Гегеля основывается на идее взаимосвязи, движения и развития  бытия, сущности и понятия, а также идее противоречия как единства взаимоисключающих и одновременно предполагающих друг друга противоположностей. Ее целью является выявление внутреннего противоречия в развитии понятий. Данный диалектический метод строится как методическое обнаружение и разрешение противоречий, благодаря чему достигается новое качество знания, осуществляется мысленное восхождение от простого к сложному, от непосредственного к опосредованному, от абстрактного к конкретному.

Характерной особенностью диалектического метода является исследование переходов от одной системы знания к другой в условиях, когда предшествующая система исчерпала  свои объяснительные возможности. При этом методически выявляются диалектические противоречия, как в самом объекте познания, так и во взаимодействии субъекта и объекта, а также противоречия в структуре познавательного процесса. Диалектический метод философствования, разработанный Г. Гегелем, был ориентирован на выявление содержательного, а не формального развития исследуемого объекта, поэтому он соответствовал критическому, творческому философскому мышлению.

В целом, в рамках классической традиции диалектическая методология опиралась на признание всеобщей взаимосвязи и взаимодействия предметов и явлений действительности. Диалектический метод позволял рассматривать движение и развитие исследуемых объектов как результат действующих в нем внутренних противоречий, и считался наиболее адекватным способом реконструкции онтологической структуры бытия.

С точки зрения диалектики законы бытия и мышления обладают сущностным единством, воспроизводят внутреннюю противоречивость любого объекта действительности, различные стороны которого есть лишь относительные моменты процесса взаимопроникновения и взаимоисключения противоположностей. Борьба противоположных сторон и тенденций в динамике объективного мира подобна столкновению теоретических и мировоззренческих позиций в философии и науке, взаимодействию различных сторон познавательного процесса, достоверного и вероятностного, абсолютного и относительного, истинного и ложного в структуре самого знания.

Опираясь на принцип противоречия, диалектика позволяла реконструировать структуру познавательной деятельности человека, движение от незнания к знанию, от чувственно-конкретного к абстрактно-всеобщему, и, наоборот, от абстрактного, одностороннего и неполного знания к содержательно-конкретному и полному представлению о природе исследуемого фрагмента реальности. В этом смысле диалектическая методология претендовала на отражение внутренних закономерностей мышления, коррелирующих с объективными и универсальными законами развития бытия. Она понималась как содержательная, а не формальная логика конструктивного, порождающего новое знание мышления. Изучая категориальный строй философского познания, диалектика стремилась также выявить и обнаружить внутренние взаимосвязи философских понятий, объяснить историческое развитие философии, исследовать переходы от одной философской концепции к другой.

Именно поэтому диалектика рассматривалась представителями классической философии как наиболее адекватный исследуемому предмету, а также самому строю человеческого мышления путь к истине.

Предпосылкой развития метафизической методологии в классической философской традиции было учение Парменида. Согласно Пармениду, метод философии состоит в признании бытия (как единого, однородного,  неделимого, неподвижного и неизменного) и невозможности небытия. Это был метод логического доказательства, проводимого в виде последовательного непротиворечивого рассуждения. Оно начинается с аксиоматически несомненного положения и завершается непротиворечивым результатом. С точки зрения Парменида, истина, как и бытие, не терпит противоречия, она неизменна, поэтому метод философствования в школе элеатов опирался на принцип «невозможности противоречий». Важнейшие особенности данной методологии заключаются в следующем: философское рассуждение должно быть логичным и последовательным; использовать один и тот же принцип; не допускать противоречия между мыслью и предметом мысли. Согласно Пармениду, истинный метод философии неотделим от предмета исследования, а также от полученного результата – истинного знания.

Метафизическая методология в философии получает распространение в эпоху Нового времени, когда под воздействием бурно развивающегося экспериментального естествознания изменяется направленность философской рефлексии. Философия, с точки зрения мыслителей этой эпохи, призвана не столько созерцать природу, сколько разрабатывать теоретические программы и методы научного, экспериментального ее исследования в целях развития техники и цивилизации на благо человечества. Поэтому ценность философского познания была поставлена в зависимость от способности метода, избираемого философом, приводить к новым открытиям, доставлять науке ранее неизвестное знание.

Переоценка роли философской рефлексии в связи с потребностями науки, а также критика средневековой диалектики как схоластического метода ведения диспута привели к становлению наукоцентричной метафизической методологии философствования. Она распадалась на ряд конкретных философских методов, разработанных крупнейшими представителями новоевропейской философии. Это подробно описанные в предыдущих разделах курса опытно-индуктивный метод Ф. Бэкона, рационалистический метод Р. Декарта, гипотетико-дедуктивный метод Г. Галилея, аналитический метод Г. Лейбница.

Благодаря успехам классической механики Вселенная стала мыслиться как огромный сложный механизм, состоящий из множества простых и устойчивых тел, изменения которых сводятся к перемещению в пространстве. Механицизм мышления новоевропейских философов нашел отражение в абсолютизации аналитической деятельности рассудка. Познаваемый объект мысленно разлагался на элементарные абстракции, каждая из которых затем рассматривалась как относительно изолированный предмет исследования. В результате упускались из виду реальные связи и отношения различных сторон объекта в составе целого, что не позволяло обнаружить внутренние причины и механизмы его изменения и развития.

Таким образом, метафизический метод мышления отдавал предпочтение анализу над синтезом и был связан с доминированием приемов экспериментальной изоляции и классификации исследуемых явлений в познании природы. В отличие от диалектики, которая всегда направлена на выявление внутренних противоречий в исследуемом объекте, метафизический метод ориентировался на фиксацию объективной устойчивости и неизменности вещей. Его характерными отрицательными чертами, ограничивающими объяснительные возможности метафизической методологии, стали абстрактность, односторонность, абсолютизация того или иного момента в составе целого.

Метафизическая методология познания является не столько собственно философской, сколько научной методологической стратегией исследования природы и социальных объектов. Она возникает в период, когда еще не сложилась общенаучная методология, и поэтому проблема методов и средств познания обсуждалась и разрабатывалась исключительно в рамках философской гносеологии. В этом состоит одна из причин того, что метафизика как метод познания, являясь по своим целям и содержанию методологией классического естествознания, была провозглашена философским методом.

В современной философии проблема метода утрачивает свою рационально-дискурсивную определенность, поскольку сложившиеся в классической традиции нормы и критерии оценки философского метода с позиций его адекватности предмету и логико-гносеологической эффективности утрачивают свое значение.  В определенной степени это объясняется тем, что современная философия заявляет о кризисе рефлексивных форм философствования и провоцирует размывание характерных для классической эпохи приемов анализа знания. Радикальное расширение предметного поля современной философии приводит к децентрации и субъективизации философских концепций, которые более не претендуют на статус всеобщего и универсального знания о мире. В результате метод философствования ставится в зависимость от парадигмальных установок конкретной философской школы, артикулирующей только один из возможных ракурсов исследования той или иной проблемы.

В современной философии складывается расширительное и подчеркнуто конвенциональное истолкование методов философствования, когда произвольно артикулированные философом процедуры рассматриваются, подчас, как методологически значимые и эвристичные способы философствования. Все это переводит методологические проблемы философии в принципиально иное, постклассическое измерение.