<<
>>

Мёзия — база наступательных действий римлян во времена Нерона


В 40-х годах I в. Мёзия становится наряду с Малой Азией одной из двух основных баз наступления на северо-восток, приведшего к военной оккупации Римом Херсонеса и его округи и к постепенному усилению римского влияния на Боспоре[218].

Есть основания полагать, что проникновение римлян за Дунай началось задолго до Нерона, еще во времена Августа и Тиберия. Об этом свидетельствуют медные монеты Тиры с изображением головы Августа на лицевой стороне и орлом с подписью Tupavcov—на оборотной. Монеты эти очень немногочисленны, принадлежат одному выпуску. То обстоятельство, что они найдены при раскопках в Белгороде Днестровском (Аккермане), не позволяет сомневаться в их подлинности. Помимо этого имеются римские сестерции и ассы императора Клавдия, снабженные прямоугольными надчеканками с буквами TYP[219]. Эти монеты заставляют думать, что эпизодически Тира находилась в политической и экономической зависимости от Рима задолго до правления Нерона.
Влияние Рима распространялось и далее. Так, оливийский гражданин Авав, сын Каллисфена, посвятил императорам (Августу и Тиберию) и народу построенный им портик[220]. Хотя

причины приверженности ольвиополита к римским императорам не совсем ясны, все же весьма вероятно, что богатство этого человека (надпись говорит о нем как о первенствующем не только на родине, но и во всем нонтийском народе) связано с благодеяниями императоров. Таким образом, интенсивной завоевательной политике Нерона предшествовал период постепенной подготовки его завоеваний.
Экономические интересы Римского государства, связанные с овладением Черным морем, и сложившаяся политическая обстановка — сильная скифская держава в Крыму и усилившееся царство даков в низовьях Дуная — толкали римлян к военным захватам за Дунаем и ставили Мёзию в центр важнейших событий эпохи.
Надгробная надпись одного из крупнейших правителей Мёзии (56—66 гг. н. э.) Тиберия Плавтия Сильвана (Tiberius Plautius Silvanus Aelianus)[221] вводит нас в гущу событий. Из этого эпиграфического документа можно сделать вывод о •событиях, имевших большое значение для истории провинции:              во-первых, наступление мёзийской армии на племена,
жившие за Дунаем; во-вторых, как следствие этого, переселение 100 тыс. человек из числа членов этих племен на территорию Мёзии и обложение их данью в пользу Рима; в-третьих, проникновение римлян на территорию Xepcoueca и создание там силами мёзийских войск опорного пункта римской экспансии в Крыму.
Надпись начинается с указания на то, что Плавтий Сильван переселил в Мёзию более 100 тыс. человек из числа людей, живших за Дунаем (ех пишего Transdanuvianorum) вместе с их женами и детьми, вождями (principibus) и царями. Несколько далее сообщается, что ' Плавтий Сильван подавил начинающееся волнение сарматов, взял в качестве заложников сыновей царей бастарнов и роксоланов и братьев дакийских вождей, а затем отпустил их. Эти два сообщения, хотя их и разделяют строки, посвященные другим деяниям полководца, стоят в связи друг с другом.
Плавтию Сильвану силой (в надписи упоминаются captivi) удалось остановить начавшееся движение задунайских народов, возможно, вызванное передвижениями сарматов[222]. Некоторые племена бастарнов, роксоланов и даков, намеревавшиеся перейти Дунай с целью захвата мёзийских земель, были вынуждены пойти на мирные переговоры. Следует отметить, что Плавтий Сильван, очевидно, не мог еще помышлять о полном подчинении заду-

майских племен, коль скоро он вернул им их заложников и вступил в переговоры. Результатом последних и было поселение части племен на территории Мёзии с обязательством платить дань.
Как и ранее, во времена деятельности Элия Ката, возможность поселения такого большого числа людей в Мёзии предполагает малую плотность населения страны. Римляне стремились .заселить пустующие земли, чтобы заставить уплачивать дань, •что и указывается в надписи: «ad prestanda tributa»
В дальнейшем эти 100 тыс. переселенных даков сыграли определенную роль в поддержке своих соплеменников, в их ¦борьбе против Траяна. В смысле обороны страны переселение не играло большой роли: уже через несколько лет, в 67 г., I на Мёзию нападают из-за Дуная роксоланы, и отпор илГоказы^ вают римские солдаты-легионеры[223].
Военные действия Плавтия Сильвана сыграли большую роль в закреплении сухопутного пути к устью Днестра, где на месте теперешнего Белгорода Днестровского находилась древнегреческая колония — город Тира[224]. Хотя надпись не дает но этому поводу прямых указаний, тем не менее начало значительно более тесной, чем раньше, зависимости Тиры от римлян следует отнести именно к правлению в Мёзии Плавтия Сильвана. На то, что в жизни города произошли существенные изменения, указывает введение нового летосчисления, принятого городом в 57 г., как свидетельствуют надписи из селений Чабручи и Короткого[225]. Однако считать 57 год годом включения Тиры в состав провинции Мёзии нельзя. Еще в начале правления Траяна Тира обозначалась как территория, лежащая вне провинции Мёзии[226].
Для характеристики экономики Тиры до римского завоевания можно использовать изображения на монетах города в эпоху автономной чеканки. В ранНий период (IV в. до н. э.) тириты чеканят монеты с изображением головы взнузданного •коня и стоящего быка — явное свидетельство о скотоводстве у первых поселенцев и их тесных связях с кочевниками степей. Iia большинстве монет автономной эпохи изображаются колосья или венок из колосьев в качестве украшений головы Деметры. Преобладание этого типа монет свидетельствует о том, что хозяйство Тиры основывалось главным образом на

земледелии и торговле хлебом. Изображение Диониса с его атрибутами — виноградной кистью и тирсом — свидетельствует
о              развитии виноградарства[227]. />С деятельностью Плавтия Сильвана связана та обстановка на Черном море и на Боспоре, о которой говорит в своей речи царь Агриппа, убеждая иудеев не вступать в борьбу с Римом: «Зачем говорить о гениохах и колхах, о племени тавров, боспор- цах и других живущих вокруг Понта и Меотпды народах, которые раньше и собственного не признавали владыки, а теперь держатся в подчинении тремя тысячами гоплитов, и сорок военных кораблей поддерживают мир на несудоходном прежде и суровом море»[228]. Речь царя рисует обстановку 66 г. н. э.[229].
Данные нумизматики подтверждают сообщения источников: в 62 г. на монетах боспорских царей вместо царской монограммы появляется монограмма Нерона[230]. Очевидно, в это время был установлен непосредственный протекторат Рима над Боспором[231].
Действия римлян на Боспоре были связаны с захватом и других пунктов на Таврическом полуострове, в частности с оккупацией Херсонеса. Надгробие Плавтия Сильвана сообщает, что он «заставил скифского царя снять осаду и удалиться от Херсонеса, города, расположенного за Борисфоном». В полном соответствии с этим находится то обстоятельство, что начиная с 54 года (правление Нерона) прекращается серия датированных автономных монет Херсонеса, чеканка которых была начата в 46 г. и. э.[232]. Возможность снять осаду с Херсонеса предполагает наличие римских войск на Гераклейском полуострове, однако говорить о присоединении Херсонеса и его округи к Римской империи, в частности о вхождении их в состав провинции Мёзии со времени Нерона[233], нам не представляется возможным, тем более что вскоре (с 79 г. н. э.) автономная чеканка Херсонеса возобновляется[234].

Одновременно римляне установили свои укрепления по южному берегу Крыма; одним из них был Харакс на мысе Aii- Тодор (в 9 км от Ялты). Клейма на кровельной черепице и кирпичах, найденные при раскопках этого места, указывают на присутствие подразделений Равеннской эскадры в Крымух. Клейма относятся ко времени Нерона или Веспасиана. Этим же временем датируются оборонительные стены п юго-восточная часть здания терм Харакса[235].
Характерно, что и здесь римляне использовали местное таврское поселение для создания своей крепости, подобно тому как они это делали на Дунае[236].
Таким образом, в правление Нерона мёзийские войска, двигаясь по суше на северо-восток, оккупировали территорию между Дунаем и Днестром (дойдя до Тиры), оставили гарнизоны в Херсонесе и создали опорные пункты по южиому берегу Крымского полуострова. Эти действия надо рассматривать как единую сложную операцию, проведенную мёзийскими нойсками. 
<< | >>
Источник: Т.Д.ЗЛАТКОВСКАЯ. Мезия в I и II веках нашей эры (К истории Нижнего Дуная в римское время). 1951
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме Мёзия — база наступательных действий римлян во времена Нерона:

  1. Римская Империя при Калигуле, Клавдии и Нероне (37—68 гг. н.э.)
  2. Мёзия до организации провинции 
  3. 1. СОЧИНЕНИЯ СЕВЕРИНА БОЭЦИЯ 1.1. Боэций: последний из римлян и первый из схоластов
  4. Мёзия цри Флавиях
  5. НАСТУПАТЕЛЬНОЕ ВООРУЖЕНИЕ
  6. Пропаганда наступательной войны
  7. МЁЗИЯ НАКАНУНЕ РИМСКОГО ЗАВОЕВАНИЯ
  8. Римская провинция Мёзия в первой половине I в. н. э.
  9. Нижняя Мёзия и дакайские войны конца I — начала II в. н. э.
  10. ГЛАВА XII. «НОВАЯ НАСТУПАТЕЛЬНАЯ ПОЛИТИКАgt; ВЕЛИКОБРИТАНИИ
  11. НАСТУПАТЕЛЬНАЯ ОПЕРАЦИЯ РЕСПУБЛИКАНЦЕВ В ПАРКЕ КАСА-ДЕЛЬ-КАМПО (9—12 апреля 1937 года)
  12. БАЗА (ЛАГЕРЬ) НВФ
  13. База данных по воздуху
  14. База данных по водным объектам
  15. Нормативно-правовая база:
  16. Интегрированная первичная база данных ИКС
  17. РЕВОЛЮЦИОННАЯ БАЗА В ЮЖНОМ КИТАЕ
  18. Информационная база проведения экологической экспертизы
  19. Глава вторая НОРМАТИВНАЯ БАЗА ПОЛИТИЧЕСКИХ РЕПРЕССИЙ
  20. Какова философская база современной российской социологии?