<<
>>

Захват Греции

Греческий генеральный штаб уже в течение нескольких месяцев учитывал возможность того, что Германия рано или поздно придет на помощь своему итальянскому союзнику. В начале февраля 1941 г.
эта угроза казалась еще не такой острой. Учитывая предыдущие успехи в Албании, начальник греческого генерального штаба генерал Папагос принял смелое решение предпринять наступление с тем, чтобы изгнать итальянцев из Албании, сбросить их в море и таким образом высвободить все свои силы для отражения угрозы со стороны Германии. Греческие войска должны были ликвидировать занимаемый итальянскими войсками выступ юговосточнее Кельчюре охватывающими [201 – Схема 12] ударами с севера и запада и затем, развивая успех вдоль шоссе, прорваться к Влоре (Влоне). Этот план показывает, каким самонадеянным стало греческое командование в ходе войны против итальянцев.

Наиболее ожесточенные бои развернулись между 16 и 23 февраля. Грекам удалось взять штурмом командующие высоты у Тепелены, но у них оказалось недостаточно сил, чтобы завершить прорыв. Итальянцы же имели в Албании уже 21 дивизию и численно превосходили своего противника. Бои отличались крайним упорством. Так как современной техники не хватало, обе стороны прибегали к кровопролитным рукопашным схваткам. В конце февраля греки поняли, что их план провалился.

Теперь нужно было, не теряя времени, начать готовиться к обороне против ожидаемого наступления немцев. Крупная немецкая группировка в Румынии и переговоры с Софией, о которых греки знали еще до присоединения Болгарии к пакту трех держав, говорили о том, что следовало ожидать наступления немецких войск на восточную часть страны. Собственными силами греки не могли противостоять немецкому наступлению даже и в том случае, если бы они ушли из Албании и стали бы вести против итальянских войск только оборонительные действия. Все же при таком решении была бы возможна значительная экономия сил.

Но начальник греческого генерального штаба, учитывая настроение народа, не мог решиться оставить территорию, захваченную у итальянцев ценой таких больших потерь, тем более, что греческие дивизии были малоподвижны. Он обратился с просьбой оказать поддержку войсками к англичанам, которые, по его мнению, должны были пойти ему навстречу.

22 февраля состоялись переговоры генерала Папагоса с английским министром иностранных дел Иденом и представителями высших военных кругов Англии об использовании британского экспедиционного корпуса в Греции. Имелись три возможных варианта организации обороны Греции.

Во– первых, можно было, используя сильно укрепленную линию Метаксаса, организовать оборону у грекоболгарской границы и стремиться соединить эти позиции с грекоитальянским фронтом на западе; вовторых, можно было бы оставить Восточную Грецию и обороняться за рекой Струма, и, наконец, отдав порт Салоники, избрать кратчайшую линию для обороны полуострова, проходящую от нижнего течения реки Вистрица через горы Вермион к Каймакчалану. Как это часто бывает, политические соображения взяли верх над стратегическими. Греки не хотели заранее отдавать построенную с большими затратами рабочей силы и денежных средств линию Метаксаса, считавшуюся неприступной, и важные районы своей страны. Англичане правильно предвидели последующий ход событий и, следовательно, большую опасность, которая угрожала обороне всей северной границы в связи с возможным наступлением немцев между реками Струма и Вардар. Они предоставили грекам действовать по своему усмотрению, но не продвинули свои войска, располагавшиеся западнее линии Метаксаса, до границы. Они считали свои силы слишком слабыми, чтобы удерживать такую растянутую позицию, и решили выдвинуться только до реки Вистрица.

Греки, рассчитывая на неприступность своей обороны, расположили на линии Метаксаса на участке от турецкой границы до реки Струма только три с половиной дивизии и относительно сильные части пограничных войск.

Район между реками Струма и Вардар они обеспечивали двумя дивизиями, надеясь, что югославы в случае нарушения тогда еще существовавшего нейтралитета Югославии смогут остановить наступление немецких войск севернее того места, где сходились границы трех стран. Две греческие дивизии занимали позиции у гор Вермион с задачей обеспечить сосредоточение английских войск и затем перейти в распоряжение английского командования.

27 марта произошел государственный переворот в Югославии. Теперь греки были уверены в югославской помощи, а также рассчитывали на то, что Германия теперь не сможет использовать против них все первоначально намеченные силы. Поэтому четырнадцать греческих дивизий были оставлены в Албании. Во время встречи, состоявшейся 4 апреля в районе южнее Битоль (Монастир), начальник греческого генерального штаба договорился с представителями югославской армии о том, что югославы в случае наступления немецких войск преградят им путь по долине реки Струмица, чтобы обеспечить греческие позиции между реками Вардар и Струма, и что оба государства будут совместно вести наступление против итальянцев в Албании. Югославия согласилась с 12 апреля четырьмя дивизиями принять участие в наступлении с северной границы Албании и хотела также присоединиться и к наступлению греков севернее Охридского озера. Таким образом, в последний момент все же было достигнуто соглашение между обоими государствами о совместном ведении военных действий, хотя вскоре оно оказалось совершенно бесполезным.

6 апреля соединения 12й немецкой армии при поддержке 4го воздушного флота одновременно с нанесением уже описанного выше удара на Скопле и Салоники начали на широком фронте наступление через грекоболгарскую границу на юг. Целью наступления было быстро захватить северное побережье Эгейского моря от Салоник до турецкой границы, уничтожить находившиеся в этом районе войска противника и затем немедленно овладеть расположенными в северной части Эгейского моря островами Тасос, Самофракия и Лемнос, чтобы воспрепятствовать захвату их англичанами или турками.

После того как Балканы были втянуты в войну, этот морской район был незаменимым предпольем для обороны нефтяных районов Румынии. Хорошо укрепленная линия Метаксаса, построенная на удобной для обороны местности, упорно удерживалась греками на всем своем протяжении и особенно у реки Струма. Несмотря на применение немцами большого количества пикирующих бомбардировщиков, тяжелой артиллерии и танков, греческие войска несколько дней храбро отбивали немецкие атаки. Наиболее тяжелые бои пришлось вести 5й немецкой горной дивизии за захват Рупельского перевала, где река Струма пробивает себе дорогу к морю через горы. Далее к востоку войска, наступавшие через горы по направлению к городам Драма и Кавалла, вначале также вели бои с переменным успехом, однако 7 апреля им удалось прорваться на Ксанти, а затем продвинуться и в других местах. Одновременно, как уже было сказано выше, подвижные соединения, наступая севернее грекоболгарской границы через реку Струма в западном направлении, отбросили югославов в долине реки Струмица и повернули на юг в районе западнее Дойранского озера. Здесь как раз находилось слабое место греческой обороны. Греческие войска, занимавшие позиции между рекой Струмой и Дойранским озером, были обойдены, смяты и оттеснены к реке Струма. Англичане чувствовали себя недостаточно сильными, чтобы принять участие в этих боях{14}. 9 апреля 2я немецкая танковая дивизия достигла порта Салоники, тем самым отрезав пути отхода греческим дивизиям, находившимся восточнее Вардара. Еще 8 апреля они получили разрешение начать переговоры о капитуляции, которая на следующий день и была подписана в Салониках.

Теперь 12я армия направила свои усилия против Центральномакедонской армии и английского экспедиционного корпуса. Главный удар она наносила из района Битоль (Монастир). Соединения, продвигавшиеся во время наступления на Югославию из района Кюстендил на запад, лишь частью сил продолжали наносить удар в направлении на Охридское озеро, где они 10 апреля установили связь с итальянцами.

Их главные силы, в том числе два подвижных соединения, повернули на юг, чтобы прорваться между группировкой, созданной из Центральномакедонской армии и англичан, и противостоящей итальянцам Западномакедонской армией, и таким образом создать всем этим войскам угрозу с тыла.

В районе Флорина между 10 и 12 апреля велись очень тяжелые бои против оборонявшихся здесь двух греческих дивизий, из которых кавалерийская дивизия была переброшена с итальянского фронта, и английского танкового полка. В этих ожесточенных боях греки неоднократно переходили в контратаки. 12 апреля немецкие соединения при эффективной поддержке авиации прорвали во многих местах оборону противника и, преследуя англичан, начали стремительно продвигаться на юговосток. Одновременно они расширили прорыв в южном и югозападном направлениях.

Охват грекоанглийской группировки, располагавшейся восточнее Флорины, не удался. Англичане еще 10 апреля начали отходить с позиций в низовье реки Вистрица и к 12 апреля под прикрытием греческих арьергардов, действовавших между Вистрицей и горами Вермион, заняли новые позиции, которые тянулись от горы Олимп до района Хромион в излучине Вистрицы. В это время части 12й армии, наступавшие из района Салоник, еще только вели бои с греческими арьергардами.

Зато для войск Центральномакедонской армии, находившихся западнее участка прорыва, и для действовавших против итальянцев греческих армий прорыв немецких войск оказался роковым. 11 апреля греческое командование с тяжелым сердцем решило отвести, начиная с северного фланга, свои непобежденные армии из Албании. Оно надеялось успеть своевременно осуществить этот маневр под прикрытием фланговой позиции, которая в районе Хромион примыкала к позициям англичан, а на севере доходила до озера Преспа. Этот план был сорван в результате быстрого продвижения 12й немецкой армии. К 15 апреля одни немецкие танковые соединения продвинулись на юговосток до Козани, другие от дороги Козани – Флорина повернули на югозапад.

Греческим войскам не удалось остановить противника на намеченном рубеже, они были оттеснены на югозапад к району Пинда, а в отдельных местах их фронт был прорван. Отступавшие с разных сторон соединения создавали в труднопроходимом районе Северного Пинда большие пробки на дорогах. От англичан помощи уже ждать не приходилось. Они были слишком слабы и едва отбивались на своем участке.

Вскоре действия немецких войск решили судьбу армий, брошенных к Пинду и отходящих из Албании. Западномакедонская армия, которая вначале должна была отступать на юговосток к Фессалии, не смогла продвинуться через горы. Она повернула на юг и, поскольку уже не была связана с Центральномакедонской армией, попала в район, где действовала Эпирская армия.

17 апреля соединения этих двух армий перемешались, получилась страшная неразбериха. К тому же в результате наступления немецких танков на перевал Мецовон греческим войскам грозил удар во фланг и в тыл. Командующие армиями, собравшиеся в городе Янина на совещание, решили настоятельно просить командование вооруженных сил разрешить им капитулировать. так как они не видели никакого выхода из создавшегося положения. Однако король и генерал Папагос отклонили эту просьбу. После этого старший по чину генерал решил сам предложить немцам капитуляцию шестнадцати дивизий, скопившихся в районе Янина и севернее. Капитуляция была подписана в городе Лариса 21 апреля. Но итальянцы выразили протест по поводу того, что они не приняли участия в подписании капитуляции, которую греки умышленно предложили только немцам. Документ был изменен и подписан задним числом 23 апреля в Салониках представителем итальянского командования.

С 14 апреля, когда англичане оказались отрезанными от главных сил греческой армии, война потеряла для них всякий смысл. Теперь они думали только о том, чтобы избежать уничтожения. Не считая усиленного танкового полка и частей австралийской дивизии, которые вели совместные действия в районе юговосточнее Флорины и после прорыва немцев своевременно присоединились к западному флангу своих главных сил южнее Козани, экспедиционный корпус до сих пор не вступал в бой. 15 апреля английский командующий генерал Уилсон решил отвести свои войска дальше на юг на новую позицию, которая правым флангом в районе Фермопил примыкала к заливу Аталандис, а левым флангом в районе Эратини – к Коринфскому заливу. На этом предмостном укреплении северозападнее портов Аттики должен был прикрываться отход английских войск для погрузки на суда. Решение о погрузке приняли после того, как с генералом Папагосом было согласовано, что английская армия покинет Грецию, чтобы избавить страну от дальнейшего опустошения. Промежуточная позиция была намечена у реки Пеней по обе стороны от Ларисы. Для обеспечения отхода английских войск у горы Олимп были оставлены арьергарды, которые должны были сдерживать сильный натиск немецких соединений. Немецкие танки, задержанные разрушениями, произведенными англичанами, и имевшие в районе между Пиндом и Эгейским морем ограниченную свободу маневра, тщетно пытались охватить фланги отступавших англичан. Действия немецкой авиации в эти дни были затруднены очень изменчивой погодой и не смогли серьезно воспрепятствовать отступлению англичан. 20 апреля преследовавшие англичан немецкие соединения находились перед сильно укрепленной позицией Фермопилы и в районе порта Волос, откуда первые английские части были уже эвакуированы. Чтобы избежать фронтального наступления на Фермопилы, немецкие войска быстро переправились на остров Эвбея, с целью в районе Халкиды снова переправиться на полуостров и обойти англичан с тыла. Это наступление, хотя оно и воспрепятствовало запланированной погрузке англичан на острове Эвбея, было ненужным, поскольку Фермопилы, удерживаемые только английским арьергардом, 24 апреля были взяты немецкими горными стрелками. В ходе быстрого преследования немецкие подвижные соединения 27 апреля достигли Коринфского залива и в тот же день вступили в Афины. Погрузка английских войск на суда началась уже в ночь на 24 апреля. Поскольку портовые сооружения, особенно в Пирее, были сильно разрушены немецкой авиацией и к тому же немецкие самолеты вели постоянное наблюдение за всеми портами, англичанам пришлось производить погрузку на открытом побережье. Если количество эвакуируемых здесь соединений было значительно меньше, чем в Дюнкерке, то зато не было и никакого существенного прикрытия истребителями. В Греции англичане вели погрузку в трудных условиях при абсолютном господстве немецкой авиации и вынуждены были ограничиваться короткими ночными часами.

Местами погрузки вначале служили маленькие рыбачьи стоянки у восточного побережья Аттики и в Сароническом заливе, а когда Коринфский залив был блокирован парашютистами – только порт Навплион на восточном побережье и Монемвасия и Каламе на юге Пелопоннеса. После того как все оставляемое тяжелое вооружение было уничтожено или приведено в негодность, части перебрасывались по железной дороге или автотранспортом на сборные пункты, находившиеся неподалеку от мест погрузки. Эвакуация войск продолжалась подряд пять ночей. Александрийская эскадра выделила для обеспечения эвакуации все легкие силы, в том числе шесть крейсеров и девятнадцать эскадренных миноносцев. В две первые ночи удалось эвакуировать 17 тыс. человек. Дальнейшая погрузка производилась при сильнейшем натиске немецких войск. В районе Навплиона англичане понесли тяжелые потери в людях, много судов было потоплено. Один транспорт задержался слишком долго, чтобы забрать как можно больше людей, и на рассвете подвергся атаке немецких самолетов. Судно затонуло. Двух подоспевших эскадренных миноносцев, которые приняли на борт большую часть людей с транспорта, через несколько часов постигла та же участь. Под конец погрузка на суда производилась только на крайнем юге. В районе Каламе немецким передовым отрядам даже удалось захватить в плен 5 тыс. человек, которых англичане уже не успели эвакуировать. Но в общей сложности из 62 тыс. англичан погрузились на суда 50 тыс., около 12 тыс. человек погибли или попали в плен. 20 судов было потеряно.

Попытка англичан помочь союзнику снова потерпела неудачу. Потеря престижа была тем более неприятной, что вопреки мнению большинства английских генералов посылка экспедиционного корпуса в Грецию из политических соображений была назначена на февраль. В это время наступление в Северной Африке развертывалось наиболее успешно, но его пришлось прекратить. Черчилль считал, что поражение в Греции могло привести к очень серьезным последствиям. Правда, он, может быть, слишком мрачно оценивал обстановку, когда в телеграмме американскому президенту указывал на возможность потери Египта и всего Среднего Востока и на то огромное влияние, которое окажет эта потеря на позицию Испании, вишистской Франции, Турции и Японии. Если Европа, большая часть Азии и Африки в результате войны или политического насилия будут потеряны, то война, которую тогда должны будут вести Англия, Соединенные Штаты, Канада и Австралия, станет трудной, длительной и бесперспективной. По его мнению, имеется только одно средство, чтобы устранить растущий пессимизм в Турции, на Ближнем Востоке и в Испании: Соединенные Штаты должны немедленно принять участие в войне.

На самом же деле у держав оси не было подобных далеко идущих планов; они пока пожинали плоды своей победы на материке, которая наряду с изгнанием англичан дала им в руки 218 тыс. пленных греков. Они оккупировали многочисленные острова в Ионическом и Эгейском морях и получили в связи с этим удобные опорные пункты для ведения войны на море и в воздухе против Англии. Итальянцам были оставлены острова на западном побережье Греции, в том числе остров Корфу, и несколько островов из группы Киклад, примыкающих к итальянским Южным Спорадам{15}, в то время как Германия оставила за собой острова, имеющие важное значение для господства в Эгейском море и контролирующие подходы к Дарданеллам. Кроме того, в качестве еще одной награды за победу итальянцам было предоставлено право разрешить хорватский вопрос по своему усмотрению. 12 апреля вождь хорватов Кватерник объявил по загребскому радио о том, что он принял власть в свободной и независимой Хорватии. 18 мая Италия заключила с ним государственный договор в Риме. Герцогу Сполето, племяннику короля Италии, был пожалован гитул короля Хорватии. В заключенных одновременно с этим договорах было произведено изменение итальянскохорватской границы в пользу Италии. Кроме того, Италия получила многочисленные острова и опорные пункты на побережье Далмации и гарантировала политическую независимость королевской Хорватии и ее территориальную целостность.

Поскольку и греческие острова попали в руки итальянцев, их давняя мечта – безраздельное господство в Адриатическом море, стала теперь действительностью. Новоиспеченное королевство не принесло радости Италии. «Король Хорватии» так никогда и не взошел на трон. Итальянцы не смогли укрепить свои позиции в стране, которая по традиции относилась к ним враждебно. Господство надменных итальянцев в Хорватии и в оккупированной ими части Греции наряду с ошибками немцев в последующие годы в значительной степени способствовали тому, что эта часть Балканского полуострова стала очагом волнений и беспорядков. Всю тяжесть такого положения на Балканах после выхода Италии из войны суждено было испытать на себе немецким оккупационным войскам.

<< | >>
Источник: Курт Фон Типпельскирх. История Второй мировой войны«Типпельскирх К., История Второй мировой войны»: АСТ; Москва. 1999

Еще по теме Захват Греции:

  1. ИДЕОЛОГИЯ И КУЛЬТУРА ГРЕЦИИ - VI ВВ. ДО И. э.
  2. РЕЛИГИЯ В ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ
  3. Захват заложников
  4. Захват Крита
  5. 1.5. Захват заложника (ст. 206 УК)
  6. Захват пленных
  7. 1. Захват Сицилии
  8. 7. Итальянская авантюра в Греции
  9. ВОЗНИКНОВЕНИЕ ГОРОДОВ-ГОСУДАРСТВ В ГРЕЦИИ
  10. НАУКА ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ
  11. Эстетика Древней Греции.
  12. Глава 3 Распределение пространства внимания: случай Древней Греции
  13. РАЗВИТИЕ КЛАССОВЫХ ПРОТИВОРЕЧИЙ В ГРЕЦИИ В VIH - VI ВВ. ДО И. э.
  14. Краткая библиография ИСТОРИЯ ГРЕЦИИ
  15. ОСОБЕННОСТИ ОРГАНИЗАЦИИ И ПОДГОТОВКИ ОГНЕВОГО НАЛЕТА И ЗАХВАТА
  16. СЛАГАЕМЫЕ ЭСТЕТИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ