<<
>>

Последние бои и оставление Крыма. AVE РATRIA! MORITURI ТЕ SALUTANT!

Простояв неделю в с. Верхний Рогачик, Гвардейский полк перешел в Ниж. Серагозы, в районе которого сосредоточивался конный корпус генерала Барбовича. Там полк оставался до 30-го октября-

За это время не только на Южном, но и на всех фронтах красных армий, произошли большие перемены, отразившиеся на окончательном, неизбежном исходе гражданской войны на Юге России.

12-го октября в Риге был подписан Польско-Советский мирный договор, что сразу облегчило переброску на Южный фронт значительных подкреплений. С повстанческой армией Махно красное командование подписало 2-го октября в Старобельске соглашение, в силу которого Махно обязался прекратить враждебные действия против красных и принять участие в борьбе с войсками генерала Врангеля.

К концу октября, когда началось наступление красных, боевой состав 1-ой и 2-ой конных, 4-ой, 6-ой и 13-ой армий исчислялся в 135 тысяч против 35 тысяч армии генерала Врангеля, что давало красным преимущество почти в четыре раза (Тюленев, стр. 237. Почти те же цыфры дает и Коротков на стр. 206).

Полная невозможность пополнить убыль в войсках, в особенности в коннице, начертание фронта в виде выгнутой к северу на 120 верст дуги длиною около 400 верст, с необеспеченными флангами и с постоянно]! угрозой Каховского тет де пона, ставили Главнокомандующего перед трудной задачей ведения дальнейших боевых действий. Для ее обсуждения генерал Врангель созвал совещание своих ближайших сотрудников на котором присутствовали только командующие армиями, генералы Кутепов и Абрамов, начальник штаба, генерал Шатилов, и командир конного корпуса, генерал Барбович. Генерал Врангель предложил обсудить два решения: начать ли немедленный отход за Крымские перешейки или принять бой в Северной Таврии? Совещание единогласно высказалось за второе решение, которое, кроме возможности нанесения урока красным, давало больше времени на подготовку эва- куации, на сбор в разных портах Крыма нужного числа судов, на погрузку угля.

Одновременно была намечена полная перегруппировка армий, изменение в их организации и в командном составе.

В связи с неудачей Заднепровской операции, 1-я армия генерала Кутепова (1 и 2 А. К.) заняла левый фланг. В командование 2-ой армией (3 и Дон. К.) вместо генерала Драценко вступил генерал Абрамов. Генерал Барбович вновь вступил в командование конным корпусом. Были созданы две отдельные конные группы: генерала Го

ворова (1-я, 2-я Донские конные дивизии) и генерала Барбовича (1-я, 2-я кавалерийские и Кубанская конная дивизии и Терско-Астраханская бригада). Обе эти группы были подчинены непосредственно Главнокомандующему.

После произведенной перегруппировки, войска Русской Армии занимали, в общих чертах, следующее положение: 2-ая армия — от Азовского моря на Инзовка, Николаевка, Б. Токмак стоял Донский корпус (3-я Донская пешая дивизия, Гвардейская конная бригада и пешие части 1-й и 2-й дивизий). От Б. Токмака на Васильевка, Эристовка — 3-ий армейский корпус (6-я и 7-я пехотные дивизии). Против 20 тысяч 2-ой армии стояли 65 тысяч 4-ой и 13-ой армий. 1-я армия занимала своим 1-

ым армейским корпусом центральное положение от Балки, Днеп- ровка (Марковская дивизия), Б. Знаменка, Н. Рогачик, Б. Лепетиха (Корниловская дивизия), южнее по Днепру, на Каиры-Дмитровка, запасные части генерала Черепова, ог Дмитровки на Казачьи Лагери, 2-

ой армейский корпус (13-я и 34-я пехотные дивизии) и далее, до Черного моря, Гвардейский отряд. Против 15 тысяч 1-ой армии стояли 2-ая конная и 6-я армии силой в 60 тысяч. Конная группа генерала Говорова стояла в районе Орлянска, конный корпус генерала Барбовича с приданной Дроздовской дивизией составлял ударную группу и был расположен в Вер. и Ниж- Серагозах.

В ответ на посланную Южным фронтом телеграмму о результатах заднепровской операции, Ленин телеграфировал Фрунзе 16-го октября: «Получив Гусева и вашу восторженную телеграмму, боюсь чрезмерного оптимизма. Помните, что надо, во что бы то ни стало, на плечах противника войти в Крым» (Коротков, стр.

183, 184, 188). Гусев был членом революционного совета Южного фронта. 24-го, получив сведения о передвижениях в белых армиях, Ленин телеграфировал Буденному: «Врангель оттягивает свои части. Возможно, что он сейчас пытается укрыться в Крыму. Упустить его было бы величайшим преступлением. Успех предстоящего удара в значительной степени зависит от 1-ой конной. Предлагаю революционному военному совету 1-ой конармии применить самые героические меры для ускорения сосредоточивания.» (Коротков, стр. 200-201).

В приказе войскам Южного фронта к предстоящему наступлению Фрунзе требует «Во что бы то ни стало не допустить отхода противника в Крым... уничтожить его глазные силы... отрезать пути его отхода в Крым...» В телеграмме Ленину Фрунзе заявляет: «В разгроме главных сил противника не сомневаюсь. Отойти за перешейки к моменту нашего удара он не успеет» (Коротков, стр. 200).

Однако, как показали дальнейшие события, «величайшее преступление» имело место. Войска Русской Армии, правда с большими потерями, все же смогли отойти за перешейки. Пользуясь пассивностью красных, генерал Врангель начал отвод своих армий для сокращения фронта и к началу боев войска занимали указанное выше положение.

Вечером 29-го генерал Барбович получил приказание выступить на рассвете 30-го на Агайман, остановить в этом районе продвижение 1-ой конной армии и обеспечить частям 1-го армейского корпуса и 2-ой армии пути отхода в Крым.

Сосредоточившись ночью в Нижних Серагозах, конный корпус выступил на рассвете 30-гО на Агайман. Авангардным полком 1-ой дивизии шел Гвардейский полк. Задолго до рассвета Кавалергарды были высланы разведывательным эскадроном по пути следования корпуса. Головным разъездом был выслан от эскадрона взвод корнета Герарда. Конному корпусу был придан автодивизион на легких автомобилях Форда, вооруженных пулеметами, обслуживаемых, главным образом, Кирасирами расформированного 4-го эскадрона Гвардейского полка.

Утром, подходя к Агайману, разъезд корнета Герарда был обстрелян с его окраины, а затем из села вышли против разъезда два эскадрона.

Разъезд начал отходить на свой эскадрон. Преследуя разъезд, красные нарвались на огонь Кавалергардских пулеметов и отошли. Два другие эскадрона пытались охватить фланги Кавалергардской лавы, медленно отходившей на авангард. Спустя час после начала перестрелки подошел Гвардейский полк и начал строить фронт. Одновременно с подходом полка вышла красная конница и, свою очередь стала строить фронт. Судя по интервалам между частями, против полка вышла бригада конницы. За нею из Агаймана выходили другие конные части, постепенно расширяя дронт. Полковые пулеметы ротмистра Пашкова вынеслись вперед и открыли огонь. Полк шагом двинулся вперед. Справа со стороны д. Ново-Репьевка, показались другие густые колонны красной конницы.

Положение для полка создалось очень тяжелое. Повернуть — значило бы подставить себя под удары всей массы красной конницы. Полк перешел в рысь. В этот момент за Гвардейским полком показались остальные полки дивизии, разворачиваясь на галопе и расширяя фронт полка. Конные батареи вынеслись вперед и открыли огонь по коннице красных и по Агайману. Обстановка круто изменилась. За несколько минут до столкновения красные повернули кругом и стали отходить, частью на село, частью в сторону подходившей справа красной конницы.

Этот неожиданный отход был вызван появлением справа главных сил корпуса, а слева автопулеметного дивизиона. Весь конный корпус перешел в атаку. На плечах отходивших на Агайман красных полков, головной эшелон атакующей 1-ой дивизии, Гвардейский и 3-й конный полки, ворвались в Агайман- Красная конница была отброшена, частью на юг, на Ново-Троицкое, частью на запад, на Ново-Репьевку. В селе был захвачен боевой обоз 11-й кавалерийской дивизии и полностью уничтожен эскадрон прикрытия, не успевший выйти из села.

В красных источниках бой под Агайманом и причины его неудачи опусаны следующим образом: «Ранним утром 30-го октября части 6-ой и 11-ой кавалерийских дивизий, продвигавшиеся по дороге севернее Агаймана, были неожиданно атакованы со стороны Торгаевки главными силами ударной группы Врангеля, конным корпусом генерала Барбовича, поддержанным сильной артиллерией и бронемашинами.

Конный корпус обрушился на 11-ю кавалерийскую дивизию и на передовые части Латышской стрелковой дивизии. Удар противника был стремителен и части 11-ой кавалерийской дивизии вначале смешались. Однако подошедшая 6-я кавалерийская дивизия отвлекла на себя некоторые части противника и этим дала возможность 11-ой кавалерийской дивизии привести себя в порядок... противник к исходу дня отбросил обе дивизии на запад, и стремясь уйти к перешейкам, нацелил и свой удар на южную группу дивизий 1-ой конной армии» (Тюленев, стр. 228 и 229), «Правда, штаб 1-ой конной армии, командование и шта- бы 6-ой и 11-й кавалерийских дивизий допустили ошибку, проявив некоторую беспечность в отношении разведки. Штаб армии не организовал тщательной разведки в этом (Серогозы) направлении, что и привело потом к тяжелым боям в районе Агаймана, которые оказались для 6-й и 11-й кавалерийских дивизий неожиданными. В свою очередь, ни командование, ни штабы обеих дивизий также не организовали глубокой и тщательной разведки, что поставило их части в тяжелое положение» (Коротков, стр. 219 и 220)- Далее, тот же автор на стр. 221 и 222 говорит, что, хотя «закаленные в многочисленных боях кавалеристы 1-ой конной армии отбили наступление ударной группы Врангеля, но разрыв между северной и южной группами армии увеличился и наши части понесли значительные потери. Кроме того, две бригады 6-ой и 11-ой кавалерийских дивизий оторвались от основных сил своих соединений и вышли в Ново-Троицкое, где связались с полевым штабом 1-ой конной армии. С остальными частями 6-ой и 11-ой кавалерийских дивизий связь армии была временно нарушена».

Под вечер в Агайман подошла пехота 1-го армейского корпуса. От прилетевшего летчика были получены дальнейшие директивы и освещение обстановки на фронте, которая была тревожна и грозила тяжелыми последствиями тем частям которые не успели отойти за перешейки. На Перекопе, 2-ой армейский корпус генерала Витковского в течение трех дней с успехом отбивал все атаки на Турецкий Вал. Более тревожное положение создалось на Чонгарском направлении, где части 1-ой конной армии перехватили железную дорогу Мелитополь- Джанкой и вышли на линию Геническ-Ново Алексеевка, отрезав частям Русской Армии пути отхода в Крым.

На ст. Ново Алексеевка они захватили Американскую миссию Красного Креста, к которой был прикомандирован корнет В. С. Воеводский. Донской и 3-ий армейский корпуса, отходившие от Мелитополя под прикрытием броневых поездов, находились еще в районе ст- Утлюк, приблизительно в 40 верстах от перешейков. Генералу Барбовичу было приказано прорвать во что бы то ни стало, фронт 1-ой конной армии на подступах к Чонгару и обеспечить войскам пути отхода в Крым. Вечером, оставив в Агаймане незначительный арьергард, корпус заночевал в хут. Бредихина и Морозова.

Утром 31-го конница генерала Барбовича выступила дальше и совместно с сильно поредевшими частями 1-го армейского корпуса подошла после полудня к д. Отрада. Преодолев упорное сопротивление красной конницы, корпус вечером занял Отраду, отбросив красных на Ново-Троицкое.

С темнотой 1-я кавалерийская дивизия с небольшой частью Дроз- довского полка была направлена на д. Рождественское, занятую, по сведениям разведки, крупными силами красной конницы. Ночью дивизия подошла к Рождественское и после короткого ночного боя заняла деревню. Стремительная атака дивизии была настолько неожиданной для красных, что они не оказали почти никакого сопротивления. По дворам было захвачено более сотни поседланных и неоседланных лошадей, повозки обоза и десятка три пленных, принадлежащих к 14-ой кавалерийской дивизии, пришедшей накануне в Рождественское, в резерв 1-ой конной армии. На бивак дивизия стала в деревне-

В тот же день 3-я Донская и 7-я пехотная дивизии подошли к ст. Ново-Алексеевка, разбили 4-ую дивизию 1-ой конной армии и отбросили ее на запад. В результате боев у Агаймана, Отрады, Рождественского и Ново-Алексеевки фронт 1-ой конной армии был прорван и отход войск на Чонгарский перешеек был обеспечен.

Объясняя причины прорыва фронта своей армии, Буденный в письме от 2-го ноября к командующему Южным фронтом говорит: «...1-ая конная, выполняла вашу директиву (от 29-го октября) в тяжелых условиях отсутствия в армии автоброневиков и авиации. Несмотря на все усилия и просьбы, техника до сих пор не была доставлена и борьба происходит в неравных схватках. Теперь у противника огромное количество автоброневиков и аэропланов. Топографические условия и погода благоприятствуют для пользования авточастями. Беспрерывное курсирование автоброневиков противника мешает кавди- визиям выполнять боезадачи; бомбометание с аэропланов, группами летающих над конными массами, ничем не парализируется с нашей стороны. За всю операцию над нашим расположением не появился ни один наш аэроплан...« (Тюленев, стр. 233).

Дело, конечно, было не в 10-ти пулеметных автомашинах, приданных корпусу генерала Барбовича и не «в бомбометании с аэропланов, группами летающих над конными массами», которых, кстати, не было в боях под Агайманом, Отрадой и Рождественским, а в том, что белое командование сумело в нужный момент собрать сильную ударную группу и направить ее в нужном направлении. Выполнение этих трех условий: сила, время и направление, были облегчены белому командованию слабой почти не существовавшей разведкой красных, нерешительностью, медлительностью и полным отсутствием взаимодействия 4-ой, 6-ой, 13-ой и 2-ой конной армии, а также разбросанностью на широком фронте всех дивизий 1-ой конной армии.

К утру 1-го ноября ночной туман постепенно разошелся. Холодное осеннее солнце только что встало, озаряя всю степь кругом Рождественского алыми лучами. Порывистый северный ветер, дувший все предыдущие дни, стих, но мороз все еще держался. Холода в 1920 году наступили необычно рано, и морозы в Таврии достигали 10 градусов. Часам к 9-ти, в охранении дивизии послышались первые звуки ружейной и пулеметной стрельбы. Орудия и пулеметы были запряжены, полки начали вытягиваться на северную окраину деревни. Гвардейский полк стал немного левее и уступом за 2-ой бригадой. Скоро вдали показались густые красные лавы. Им навстречу пошла 2-ая бригада. Развернувшись, она рысью двинулась вперед и скрылась за буграми. Через несколько минут донеслось заглушенное ура и, почти сразу, сильнейший пулеметный огонь- Затем, через бугры, через которые только что прошла атака, стали спускаться раненые, спешенные всадники, а за ними отходящие лавы бригады, за которыми следом, почти вплотную шли лавы красной конницы.

Раздалась команда «Гвардейский полк, вперед!» Не успев еще полностью развернуться, полк на галопе выскочил из лощины и сразу же попал под сильнейший пулеметный огонь. Полк выручила пулеметная команда ротмистра Пашкова. Она вынеслась вперед, на фланг атаки, и с первого же заезда уничтожила все правофланговые пулеметы красных. Полк врубился в красные лавы. Пулеметы 2-ой бригады, орудия открыли огонь. Нарвавшись, в свою очередь, на ураганный огонь, красные не выдержали, повернули и наскочили на поддержки. Все перемешалось и понеслось назад в полном беспорядке. Преследование полком продолжалось недолго. Измотанные лошади, понесенные потери скоро его прекратили.

Атака, как потом выяснилось, 21-ой кавалерийской дивизии 2-ой конной армии была отбита, но эта победа дорого обошлась Гвардейскому полку. Был убит командир полка, полковник Ковалинский (Улан Е, В.), только четыре дня до этого принявший полк, ранены оба дивизио- нера, полковник князь Гагарин (Кавалергард) и полковник Алексеев (Улан Е. В.), полковник Багговут, адъютант полка, ротмистр Муха- нов, ротмистр Хрущев (все трое Конногренадеры). В командование полком вступил полковник Малиновский (Гродненский гусар).

В начале атаки, когда 1-й взвод первым попал под пулеметный огонь и сразу потерял более половины своего состава, из смешавшейся кучи живых, раненых и убитых лошадей и людей вырвался всадник и, подняв высоко шашку, крикнул: «Не робей, хлопцы! Докажите, что вы — Кавалергарды! Равняйсь на эскадронный значек!». Это был взводный 1-го взвода, унтер-офицер Ефим Дробязго. Молодой доброволец, только что сам раненый двумя пулями, в критическую минуту своей жизни вспомнил свой особенный, Кавалергардский патриотизм. Никогда не бывший на военной службе и, вероятно, год тому назад ничего не знавший о существовании Кавалергардов, впитал в себя вековые заветы полка и всем своим существом, физически и духовно, слился с ним в одно нераздельное целое, подобно тому, как сливались воедино все чины старого полка.

1-го ноября, после упорной ночной обороны, конный корпус был принужден очистить Отраду и отойти на Ново-Михайловку. Туда же на присоединение к корпусу выступила на рассвете 2-го и 1-ая кавалерийская дивизия. Дальнейший отход конницы генерала Барбовича прошел почти без всякого давления со стороны красных. Только во Еторой половине дня она была атакована конницей красных у Ново- Дмитриевки. Не ввязываясь в затяжной бой, корпус продолжал отход. отбивая атаки огнем пулеметов и батарей. Кавалергарды потеряли ранеными начальника пулеметной команды, ротмистра Пашкова, и командира своего пулеметного взвода, корнета Собриевского. Взвод принял корнет Ситковский- Пройдя по Чонгарскому мосту в

Крым, дивизия стала на ночлег в Тюб Джанкой. 3-го дивизия перешла в резерв Армии в район Богемка-Войновка.

К началу последнего наступления красных на Крымский полуостров, войска генерала Врангеля были сосредоточены в двух направлениях. На Перекопском: на самом Турецком Валу, у Армянска и на Юшуньских передовых позициях стояли три полка Дроздовцев, Гвардейский пехотный полк, два полка Корниловцев и, позже, туда же подошел 2-ой Марковский полк. На Литовском полуострове окопы занимала Кубанская пешая бригада генерала Фостикова. Отдельный сводный батальон, 13-я и 34-ая пехотные дивизии предназначались для переброски на Чонгарский участок. Боевой состав всех этих частей немногим превышал 10 тысяч. На Чонгарском направлении и на Арабат- ской Стрелке стояли Донской корпус, остатки 6-ой и 7-ой пехотных дивизий и два полка Марковцев. Их общий боевой состав не превышал 5 тысяч. Туда же должны была подойти неокончившая свое формирование, слабая по составу и не сколоченная в боях 15-ая пехотная дивизия. Конный корпус генерала Барбовича, около 4 тысяч шашек, находился в районе Воинка, Бол. Магазинка. Но все эти размещения и перегруппировки к началу боев за перешейки далеко не были закончены. В общей сложности, со всеми запасными и учебными частями, вся Русская Армия насчитывала около 25 тысяч-

В ночь с 7-го на 8-ое ноября красные части 15-ой и 52-ой стрелковых дивизий начали переправу вброд через Сиваш на Литовский полуостров. К двум часам утра их передовые части вышли на его северный берег, выбили из окопов Кубанскую пешую бригаду и продолжали движение в сторону Юшуньских позиций. Попытка двух Дроз- довских полков задержать наступление были отбиты. Около 300 человек сдались в плен. Более удачна была контр-атака 13-й и 34-й пехотных дивизий, всего около 3 тысяч, которые отбросили красных, нанеся им большие потери. Атаки красных на Турецкий Вал были неудачны и сопряжены с большими потерями.

8-го конница генерала Барбовича была вызвана на фронт. Ночной переход при 10 градусах мороза был очень тяжел. Около полуночи был дан привал на два часа, прямо в степи, у каких то брошенных, полуразрушенных кошар. Успели накормить людей и лошадей, но найти укрытие от леденящего ветра и мороза было негде. Грелись у костров, разведенных из заборов, плетней и разобранных построек.

На рассвете 9-го конница подошла к Карпова Балка, на северной оконечности озера Красное. К этому времени обстановка на фронте значительно ухудшилась. В 3 часа утра красные овладели Турецким Валом и начали свое, почти беспрепятственное продвижение к Юшун- ским позициям. Туда же направлялись с Литовского полуострова и 15-ая и 52-ая стрелковые дивизии, поддержанные подошедшими ночью 7-ой и 16-ой кавалерийскими дивизиями и армией Махно. С падением Турецкого Вала связь между Литовским полуостровом и Перекопом была облегчена и стала возможной и по сухому пути.

Чтобы ослабить нажим красных на левый и средний участки Юшуньских позиций, между Черным морем и озерами Старое и Красное, конному корпусу было приказано атаковать и отбросить к северу красные части, наступающие с Литовского полуострова.

Как только рассеялся туман, конница совместно с остатками Кубанской пешей бригады двинулась вперед. Очень скоро Гвардейский полк, шедший в авангарде 1-ой кавалерийской дивизи, обнаружил крупные части красной пехоты. Конной атакой дивизии они были отброшены за хут. Черкашенина, но севернее хутора красные оказали упорное сопротивление. Во время атаки Кавалергарды захватили пулемет. Через короткое время, совместно с подошедшими другими полками, 1-ая дивизия пошла в повторную атаку. Красные были вновь отброшены и отступили вглубь Литовского полуострова. В атаке был ранен командир полка, полковник Малиновский. В командование полком вступил ротмистр Раух. Кавалергардский эскадрон принял поручик Б. А. Чичерин.

Преследуя отступающих, конница подошла к нашим окопам, занятым теперь красными. В 15 часов была произведена атака. Перескочив через окопы, эскадроны нарвались на проволоку, за которй остановившиеся красные встретили атаку сильнейшим огнем. Понеся очень большие потери, полки отхлынули назад. В Гвардейском полку были убиты корнеты Сташевский, Богдасаров, Кейгерист, ранен поручик Максимов (все четверо Кирасиры Е. В.). Двумя пулями, в грудь и в ногу, был ранен командир полка, ротмистр Раух и поручик Озеров (Лейб-Драгун).

Огромные потери, понесенные полками, подход к красным подкреплений, туман и наступающая темнота не позволили коннице продолжать бой. На ночь она отошла на линию Сиваш, озеро Безымянное и частью заняла окопы, частью стала в резерв, на поле. Подошли кухни и удалось накормить людей- После трех атак в Гвардейском полку осталось всего около 200 шашек. В командование полком вступил полковник Максимов (Кирасир Е. В.).

В течение дня 10-го совместно с подошедшими остатками 13-ой пехотной дивизии и Гвардейского пехотного полка, конница отбивала неоднократные атаки, во время которых был ранен в Кавалергардском эскадроне корнет граф Вл. Мусин-Пушкин.

С раннего утра 11-го красные повели энергичное наступление на окопы, занятые пехотой. После трех часов упорной обороны фронт пехоты был прорван, и она стала отходить на вторую линию. За нею появилась лава красной конницы. Чтобы дать пехоте возможность дойти и задержаться на новой позиции, начальник 1-ой кавалерийской дивизии, генерал Выгран, собрал остатки конных полков и лично повел их в контр-атаку. Красная конница удара не приняла, повернула и смяла наступающую за ней пехоту. Бросая пулеметы и даже орудия, красная конница и пехота отступили в большом беспорядке.

Но этот временный и неожиданный успех на небольшом участке фронта, при малочисленности имевшихся на нем сил, не мог уже иметь никакого влияния на участь обороны Крыма. Тем более, что в это же, приблизительно, время была прорвана оборона на Чонгарском перешейке и на Юшуньских основных позициях, между Черным морем и озером Старое- Южнее ст. Юшунь контр-атака Терско-Астраханской бригады успеха не имела. В два часа дня у кургана Азис, на перешейке между Сивашем и озеро Круглое, конницей был получен приказ о прекращении борьбы и об отходе на Черноморские порты для посадки на суда.

Остаткам 1-го, 2-го и 3-го армейских корпусов погрузка была назначена в Евпатории и Севастополе, Кубанским частям в Феодосии, Донским в Керчи и обеим кавалерийским дивизиям в Ялте.

Убедившись, что пехота, стоявшая на участке конницы, благополучно миновала дефиле между озерами Красное и Киятское, конница в свою очередь снялась с позиции. В арьергарде шла бригада полковника Попова, Гвардейский и 1-ый конный полки. Ночью, в д. Бог-Газы был дан привал. В дороге присоединилось небольшое пополнение из запасного полка, приведенное полковником Новиковым (Улан Е. В.), вступившим в командование Гвардейским полком. Ночыо же был объявлен приказ генерала Врангеля, разрешающий всем желающим покинуть ряды Армии. Рано утром 12-го бригада продолжала движение на Ялту. У дер. Курман-Кемельчи бригада была обстреляна шрапнелью, и слева показались красные лавы, рассеянные огнем батареи. Это было последнее столкновение с красными. Продолжая свое движение, бригада прошла Чатыр-Дагский перевал и вечером 13-го пришла в Алушту.

На рассвете 14-го конница выступила на Ялту. Гвардейский полк с приданными двумя орудиями Дроздовской батареи, эскадроном запасного полка и бронированной автомашиной остался в Алуште прикрывать движение конницы на Ялту. В полдень полк, в свою очередь, выступил по шоссе на Массандру, где оставался до вечера, прикрывая посадку на суда. С наступлением темноты полк отошел на Ялту и занял сторожевое охранение на ее окраине. Всю ночь по городу высылались патрули для предупреждения и прекращения начавшихся в городе грабежей магазинов и частных домов.

Утром 15-го полк подошел к пристани и начал погрузку на транспорт «Крым». Лошади были оставлены населению, с собой взяли только оружие и седла. Днем в Ялту пришел крейсер «Генерал Корнилов» с генералом Врангелем на борту, обходившим па нем все порты, чтобы лично удостовериться в порядке при посадке на суда. Появление Главнокомандующего было встречено громовым ура. После отхода «Генерала Корнилова» транспорты «Русь» и «Крым» вышли на внешний рейд с остатками двух кавалерийских дивизий, с ранеными, больными и медицинским персоналом Ялтинских госпиталей и санаторий. На транспорты было также погружено много обывателей города и его окрестностей.

Потом суда пошли на присоединение к другим судам, вышедшим из других портов Крыма. Туман постепенно заволакивал очертания Крымских берегов и последние, слабо мерцающие огоньки на родной земле. Повернулась последняя, заключительная страница боевой летописи Кавалергардского полка.

«Vae Victis» — «горе побежденным!» говорит латинское изречение. Но есть и другое, тоже латинское, изречение, отдающее побежденным честь и славу:

«Victis Honos!»

<< | >>
Источник: В. Н. ЗВЕГИНЦОВ. КАВАЛЕРГАРДЫ в великую и гражданскую войну 1914-1920 год. 1966

Еще по теме Последние бои и оставление Крыма. AVE РATRIA! MORITURI ТЕ SALUTANT!:

  1. Разведка к северу от Батурина. Бои под Глуховом и Рыльском. Отход на Сумы и оставление Харькова.
  2. Последние бои в Тунисе
  3. 5.4. Последние бои. Батайск
  4. Последние бои на два фронта
  5. Бои в Бахмачском направлении. Взятие города. Переход в Нежин и бои в его окрестностях.
  6. Бои южнее Харькова. Отход за Дон. Бои у Ростова, Батайска и Егорлыкской. Отход за Кубань. Новороссийская катастрофа.
  7. Присоединение Крыма
  8. 5. Наступление Врангеля из Крыма
  9. Последние дни Деникина. Последнее заседание Деникинского правительства в Новороссийске.
  10. 4. Освобождение Украины и Крыма от интервентов и белогвардейцев
  11. 4 Завершение разгрома Врангеля и освобождение Крыма
  12. 6.4.6. Звезда Сорокина. Выселки. Оставление Екатеринодара