<<
>>

3. Оккупационный режим. Реставрация буржуазно-помещичьего строя на Украине

В обозе немецкой армии в Киев возвратилась Центральная рада, прикрывавшаяся флагом «самостийности» Украины. Одновременно украинские социал-демократы, украинские эсеры, «социалисты- федералисты» и другие буржуазные и мелкобуржуазные националистические партии, обманывая народ, продолжали выступать с демагогическими заявлениями о «сохранении прав и завоеваний трудящихся».
Но на деле подлинная власть находилась в руках оккупантов.

В первые дни оккупации высшее немецкое командование еще делало вид, что оно якобы не вмешивается во внутренние дела Украины, однако местные немецкие коменданты не считали нужным прибегать даже и к внешней маскировке. В своей официальной переписке оккупанты прямо заявляли, что власть Центральной рады «не простирается дальше власти наших штыков» /3. Немецкие коменданты вели себя как диктаторы, распоряжаясь жизнью и смертью населения. За малейшее проявление непокорности рабочие и крестьяне подвергались жестоким репрессиям. Массовый грабеж населения и народного хозяйства Украины был неотъемлемой частью оккупационного режима. 28 апреля в Кременчуге начальник немецкой дивизии отдал приказ, в котором говорилось, что все демонстрации и выступления «будут ликвидированы по всей строгости военных законов». В том же приказе говорилось, что за каждого убитого или раненого германского солдата «будут немедленно расстреляны первые попавшиеся десять русских солдат или жителей» 7 .

С приходом немецких оккупантов и I Центральной рады капиталисты начали наступление на рабочих, лишая их всех завоеваний, добытых в результате победы Октября. Начались массовые преследования рабочих организаций. Действия капиталистов были классовой местью рабочим за социалистическую революцию. Капиталисты закрывали предприятия и выбрасывали на улицу тысячи рабочих. Безработицей, голодом, выселением из заводских квартир они пытались сломить волю рабочего класса и его готовность бороться за восстановление власти Советов.

В апреле в Харькове были закрыты заводы Гельферих-Саде, Герлях и Пульст, машиностроительный завод Алексеева и ряд других предприятий.

Массовые увольнения рабочих проводились в Екатеринославе. На железных дорогах было намечено к увольнению 15 тыс. человек. В начале апреля в Луганске остановились паровозостроительный и натронный заводы. На заседании Донецкого областного комитета профсоюза горняков отмечалось, что наступление капиталистов приняло широкие размеры: «Почти повсеместно делаются попытки отменить восьмичасовой рабочий день и ввести десяти- и двенадцатпчасовой, понизить заработную плату до размеров осени прошлого года, поднять цены на продукты. Во многих местах объявляется поголовный расчет... Рассчитанных рабочих в течение 24 часов выселяют, при содействии власти, из квартир... » 47

С помощью немецких властей и войск помещики, не ожидая формального восстановления своих прав, взыскивали с крестьян огромные «контрибуции за убытки, причиненные поместьям». Житомирская уездная земская управа предложила «сельскому комитету объявить жителям села Турчнновки, что если в течение двух дней ими не будет возвращено в местную экономию все разграбленное имущество, то виновные в рахпщении такового понесут самое суровое наказание, вплоть до расстрела. Причиненные экономии убытки будут взысканы со всего общества» 48. В Чигиринском уезде Киевской губернии немецкий комендант приказал крестьянам в течение недели возвратит], помещикам весь сельскохозяйственный инвентарь, скот, птицу и другое имущество. «Иге уничтоженные постройки,— говорилось в приказе,— должны быть восстановлены в кратчайший срок... или оплачены но соглашению с потерпевшими собственниками» 49.

В апреле 1918 г. представители капиталистов и помещиков подали «меморандум» в Совет министров Центральной рады. Главные требования «меморандума» сводились к следующему: восстановление частной собственности, ликвидация рабочего контроля, разрешение купли-продажи земли, обеспечение восстановления разгромленных помещичьих имений 50. Однако Центральная рада после своих демагогических речей и обещаний рабочим и крестьянам не сочла возможным сделать такой шаг немедленно и оттягивала удовлетворение этих требований буржуазии и помещиков.

В связи с тем, что оккупация Украины в основном была завершена, Центральная рада уже не нужна была немцам.

В свою очередь капиталисты и помещики полагали, что штыки немецких оккупантов — достаточно мощная сила для защиты их классовых интересов, и, таким образом, тоже не видели в Раде необходи- мости. В этом отношении показательна резолюция, принятая собранием земельных собственников, предпринимателей и купцов 17 апреля в Харькове. «Украинская Центральная рада,— говорилось в резолюции, была вызвана к жизни в момент, когда было необходимо образовать самостийную Украину, а когда эта задача уже решена, она не может более считаться законодательным и представительным органом Украины» 51 Другими словами, подготовив условия для реставрации буржуазно-помещичьего строя, Центральная рада должна была уступить свое место кадетско- октябристским и другим буржуазно-помещичьим душителям украинского народа.

Важная социальная опора Центральной рады — кулачество — была не удовлетворена ее политикой: Рада оказалась неспособ- поп защищать интересы кулачества от деревенской бедноты. Обязавшись поставлять хлеб в Германию и Австро-Венгрню, Рада была вынуждена существенно нажимать на кулачество, требуя от него значительных хлебных поставок. Трудящиеся же отвернулись от Центральной рады еще в ноябре 1917 г., особенно после предательства в Брест-Литовске.

Поведение Центральной рады все более вызывало раздражение оккупантов. Они полагали, что Рада недостаточно быстро выкачивала из сел Украины хлеб, мясо и жиры. Оккупантам не нравилась также и социальная демагогия Рады. Они готовы были разогнать Раду, но вынуждены были терпеть ее до окончательного оформления договоров, экономически закабалявших Украину.

22 апреля 1918 г. Центральная рада подписала договор о поставках в Германию и Австро-Венгрию 61 млн. пудов хлеба, 2750 тыс. пудов рогатого скота (в живом весе), 400—500 млн. яиц и много промышленного сырья. После этого она стала ненужной оккупантам, и они решили заменить ее более удобной ширмой. 29 апреля в помещении киевского цирка был созван съезд помещиков и кулаков (так называемых хлеборобов).

На этом съезде оккупанты инсценировали избрание одного из богатейших украинских помещиков П. Скоропадского гетманом Украины. Так осуществился «государственный переворот» и реставрировалась па Украине буржуазно-помещичья власть в виде более удобной формы порабощения украинского народа немецкими империалистами. Общественность Украины никак не реагировала на разгон Центральной рады, так как последняя изжила себя целиком. Интересно отметить, что еще до переворота Скоро- падский в письменной форме обязался оккупантам выполнять все их требования. На следующий день после переворота он опубликовал «грамоту», содержание которой было согласовано с окку- пантами, и провозгласил восстановление частной собственности на Украине. Новоиспеченный гетман «уведомлял» украинский народ, что Украинская народная республика преобразовывается в «Украинскую державу», а верховная власть «отныне принадлежит» исключительно ему, Скоропадскому. Премьер-министром и министром внутренних дел гетман назначил Ф. Лизогуба (октябрист). В этот же день у начальника штаба оккупационной армии генерала Тренера состоялось совещание представителей немецкого командования и гетмана по вопросу о правительственной программе и о составе «правительства». Здесь был сформирован гетманский «кабинет министров» из людей, зависимых, как и сам Скоропадскпй, от оккупантов. Немецкие генералы продиктовали и программу действий гетманских министров. В своей официальной переписке с правительством немецкий посол Мумм с циничной откровенностью писал: гетманское правительство является «только куклой в наших руках, а правительственные распоряжения обслуживают исключительно наши интересы» 80.

Оценивая совершившийся переворот, В. И. Ленин писал, что там произошла «реставрация буржуазно-помещичьего монархизма в Украине при поддержке кадетско-октябристских элементов всероссийской буржуазии и при помощи германских войск... » 81

Буржуазные и так называемые социалистические партии (украинские социал-демократы, украинские эсеры), входившие в состав Центральной рады, продолжали и после переворота 29 апреля пресмыкаться перед немецкими оккупантами.

Они обратились к генералу Тренеру с просьбой предоставить их партиям место в гетманском «правительстве». Приняв делегацию во главе с В. Вннниченко и С. Ефремовым, Тренер ответил, что он не может удовлетворить их просьбу, так как кабинет министров уже образован; если же у них есть желание помогать гетману, то они могут получить 3—4 пока еще свободных министерских портфеля, однако по этому вопросу им следует обратиться непосредственно к Скоропадскому.

Гетманский аппарат власти комплектовался из представителей помещиков, капиталистов и дореволюционной чиновной бюрократии. Губернскими и уездными старостами назначались местные помещики, бывшие царские губернаторы и другие реакционные чиновники. Для охраны буржуазно-помещичьего строя была создана «державна варта» (стража). На службу в «державну варту» привлекались в первую очередь царские жандармы и полицейские.

На Украину под защиту гетманской власти ринулась русская белогвардейщпна. В Киев переехали правления петроградских и московских банков, крупные промышленнпкп и финансисты, знать царского двора. Большинство из них занялось разными спекуля-

в0 «Крах германской оккупации па Украине», стр. 65.

81 В. И. Л е н и н. Полное собр. соч., т. 36, стр. 322, 323.

тивными аферами, а все вместе — собиранием контрреволюционных сил для свержения Советской власти в России.

Капиталисты и помещики объединяли свои силы для организованного наступления на трудящихся и проведения в жизнь политики гетманского «правительства». В мае 1918 г. состоялся специальный съезд представителей промышленников, банкиров и помещиков, на котором присутствовало 1 тыс. делегатов52. В президиуме этого сборища буржуазно-помещичьей реакции красовались такие известные деятели октябристов и кадетов, как князь Л. Голицын, 15. Кочубей, граф А. Бобринский, председатель Совета съездов горнопромышленников Дитмар и др. На этом съезде была создана буржуазно-помещичья организация, так называемый Протофис (Союз промышленности, торговли, финансов, и сельского хозяйства на Украине).

Протофис потребовал от гетманского «правительства» восстановления в полном объеме помещичьих прав, пересмотра законов о 8-часовом рабочем дне, о деятельности профсоюзов и заводских комитетов, о свободе стачек, о ликвидации законодательного нормирования заработной платы. Капиталисты настаивали па проведении мер, резко ухудшавших положение рабочего класса.

Удовлетворяя требования капиталистов, гетманское «правительство» обрушилось на рабочий класс и его организации. Была ликвидирована свобода слова, печати, собраний для рабочих п крестьян. Министр путей сообщения Б. Бутенко запретил на железных дорогах деятельность профессиональных организаций. Приказом премьер-министра Ф. Лизогуба были восстановлены царские законы, каравшие рабочих тюрьмой за участие в забастовках. Министерство внутренних дел издало приказ о запрещении съездов и собраний.

Положение рабочего класса и трудящегося крестьянства резко ухудшилось и стало настолько тяжелым, что даже меныневнст- ско-эсеровский Всеукраинский совет профсоюзов вынужден был признать: «В Донецком бассейне почти повсеместно отменен 8-часовой рабочий день. Заработная плата понижена до прошлогодних размеров, повышены цены на отпускаемые продукты... Из того же Донецкого бассейна несутся жалобы о явлениях, неслыханных даже при самодержавном режиме: зарегистрированы десятки случаев порки рабочих по приговорам начальников отрядов украинских войск; на Вознесенском руднике имел место случай подвешивания рабочего на столбе, вследствие чего у него открылась скоротечная чахотка. На почве голода происходят самоубийства рабочих. Вопросы чести и жизни рабочих всецело отданы в руки местных агентов власти, набираемых в большинстве случаев из ревностных слуг царского режима» 53. Помещики повели ожесточенное наступление против трудящегося крестьянства. Уманский союз землевладельцев в письме гетманскому «правительству» от 20 мая 1918 г. требовал, чтобы «помещики и арендаторы были немедленно возвращены в свои хозяйства, чтобы им, наконец, были возвращены их имения, усадьбы, леса, пруды, разграбленное и расхищенное имущество, хлеб и фураж, чтобы им было уплачено за все испорченное и недостающее, а разрушенные или сожженные постройки восстановлены и приведены в порядок» 54 Этого же требовали помещики Подолии, причем они дополнительно еще просили о принятии мер, обязывающих местных крестьян обрабатывать помещичьи плантации сахарной свеклы.

Защита интересов помещиков находилась в центре внимания гетманского «правительства». Но вместе с тем оно заботилось и о создании благоприятных условий для роста новых кулацких хозяйств. Этим целям служил принятый 14 июня 1918 г. «Закон о праве продажи и купли земли внегородских поселений», который повторял положение гетманской грамоты о свободной купле- нродаже земли, но не более 25 десятин в одни руки. В июле были созданы земельно-ликвидационные комиссии, состав которых укомплектовывался представителями помещиков и гетманского административно-судебного аппарата. Задачей этих комиссий было восстановление имущественных прав помещиков и обеспечение «контрибуции за убытки».

Используя гетманские законы, помещики хотели не только вознаградить себя за все, что они утратили во время революции» но еще п нажиться на этом. Они во много раз увеличивали оценку национализированного у них и переданного крестьянам имущества. Очень часто помещики отказывались принимать возвращаемое им крестьянами имущество и требовали уплаты деньгами но произвольной цене, установленной ими самими 55. На основе гетманского закона и распоряжений губернских и уездных властей на местах усилился массовый грабеж крестьян. В селах хозяйничали немецко-гетманские карательные экспедиции. Прежде чем войти в село, каратели часто вели артиллерийский обстрел. В каждом селе уездный староста распускал земельный комитет, приказывал возвратить помещичье и казенное имущество, сдать оружие, вывесить на видном месте гетманскую «грамоту». После этого расстреливали революционно настроенных крестьян, на которых указывали кулаки; многих избивали, глумились над беднотой. Карательные экспедиции накладывали на непокорных крестьян огромные «контрибуции». Многочисленные акты и донесения о действиях карателей раскрывают ужасающую картину террора и издевательств, которым подвергалось трудя- щееся крестьянство Украины. Так, карательная экспедиция, подавлявшая революционное движение крестьян в Золотоношском уезде, «наложила и собрала денежную контрибуцию с крестьян в следующих размерах: в с. Великая Буромка — 30 тыс. руб., Малая Буромка 15 тыс. руб., Богодуховка — 15 тыс. руб., Чер- нобап — 10 тыс. руб., Великие Каневцы — 987 руб. 75 коп., а всего 70 987 руб. 75 кои.» 86 14 июня во время возвращения имущества помещику Габриелю в селе Ташино Анатолийской волости Одесского уезда немецкий отряд вместе с местными немцами-колонистами оцепил село и подверг массовой порке крестьян, в том числе женщин и стариков. Как зафиксировано в протоколе начальника милиции 3-го участка, после этого каратели «приказывали становиться в угол молиться богу, а затем требовали благодарности за нанесение побоев» 87.

С неимоверной жадностью оккупанты грабили народное хозяйство Украины. Так называемые заготовки промышленного сырья, хлеба и продовольствия ничем не отличались от обычного грабежа. Немецкая военщина рассматривала все народное имущество Украины как свою добычу. 27 мая в Николаеве немецкий комендант опубликовал такое объявление: «Заводы общества Николаевских заводов и верфей („Наваль"), заводы Русского судостроительного общества („Руссуд"), отделение Балтийского судостроительного и механического завода („Балтвод"), плавучий док на Буге в 30 тыс. тонн, а также все принадлежащие вышеназванным заводам или находящиеся на территории завода, на суше п на воде, всякого рода суда, понтоны, лодки, землечерпалки, буйки н т. п. с 5 мая 1918 г. перешли во временное владение германских военных властей и находятся под военной охраной» 88. Грабеж оккупантов, спекулятивные аферы капиталистов, возвратившихся на предприятия, гибельно отражались на народном хозяйстве Украины. Быстро приходила в упадок угольная промышленность. Добыча угля за девять месяцев 1918 г. составила лишь 341 млн. пуд., что на 715 млн. пуд. меньше соответствующего периода 1917 г.; в октябре 1918 г. добыча угля упала до 27 млн. пуд. Резко сократилось число рабочих в угольной промышленности. Если в марте их было 215 тыс., то в октябре — лишь 78 тыс. 89 Заработная плата рабочих в большинстве случаев записывалась в расчетные книжки, а на руки деньги почти не выдавались. Еще более тяжелым было положение в Криворожском желез- норудном районе. Все рудники прекратили работу, большинство из них было залито водой. Из 25 тыс. рабочих, ранее занятых на рудниках, осталось всего 2—2,5 тыс.

Из-за недостатка угля и сырья прекращали работу металлургические заводы. Летом 1918 г. из 63 доменных печей на Украине работало только 4 56 Быстро росла безработица. В июне 1918 г. число безработных, по значительно преуменьшенным данным, достигло 200 тыс. человек. Предполагалось, что в ближайшие месяцы число безработных достигнет 500 тыс.57 В результате систематического недоедания чрезвычайно быстро росло количество инфекционных заболеваний, вызывавших огромную смертность среди трудящихся.

Оккупанты хищнически разрушали производительные силы сельского хозяйства Украины. Не считаясь ни с чем, они отбирали у крестьян тягловую силу — лошадей и рабочий скот — и вывозили в Германию и Австрию. Только через Ковель в Германию было проведено более 40 тыс. лошадей 58 Самочинными и массовыми реквизициями оккупанты полностью дезорганизовали заготовку хлеба для украинских городов. В городах богатой хлебом Украины начался голод. Городское население простаивало дни и ночи возле хлебных магазинов и часто хлеба не получало. Из украинских городов в адрес гетманского «правительства» летели телеграммы о тяжелом продовольственном положении. Киевские власти 20 нюня доносили: «были случаи хлебных беспорядков» уа. 2(1 нюня из Мариуполя писали: «Хлебное положение в городе Мариуполе катастрофическое. Хлеб в количестве 41 вагона вывезен из города австрийскими властями» 59 Из Полтавы 3 июля была получена лаконичная телеграмма: «В понедельник город остается без хлеба» 60.

49

2 Н. И. Супруненко

Империалистическая Германия вопреки заключенному мирному договору продолжала вести агрессивную политику по отношению к Советской Госсии. Немецкое командование на Украине активно поддерживало русскую белогвардешцину. Такие известные реакционеры и заклятые враги рабочих и крестьян, как Пу- ришкевич, Рябушинский, Милюков, находились в Киеве. Под их руководством создавались и действовали всевозможные контрреволюционные организации: «Союз возрождения России», «Национальный центр», «Совет государственного объединения России» и т. п., стремившиеся к свержению Советской власти в России. При помощи гетманцев и с ведома оккупантов на Украине беспрепятственно работали вербовочные бюро добровольческой ар- мин, которую сколачивал в то время генерал Деникин. Генерал Краснов при помощи гетманцев получал оружие и боеприпасы от немцев и передавал их армии Деникина. Даже такой закоренелый «антаптофил», как белогвардеец Милюков, выступал за сотрудничество с немецкими империалистами. Исполняющий обязанности начальника Киевского осведомительного отдела в своей записке департаменту «державной варты» от 9 июля 1918 г. сообщал о совещании членов кадетской партии, состоявшемся 7 июля в Киеве, на котором выступил с речью Милюков. «В первой части своей речи,— указывается в записке,— Милюков говорил, что ои пришел к выводу о необходимости ныне стать на точку зрения сближения с германцами» 61.

Немецкие империалисты в своих захватнических интересах стремились использовать мирные переговоры, начавшиеся 23 мая 1918 г. в Киеве между Советским правительством и гетманским «правительством». Немецкие марионетки, выслуживаясь перед своими хозяевами, проявляли грубость и пренебрежительное отношение к советской мирной делегации. 20 мая вечером, когда советская делегация прибыли в Киев, ее никто не встретил, и она вынуждена была провести ночь в вагонах. На следующий день явился мелкий гетманский чиновник и проводил делегацию в третьеразрядную гостиницу «Марсель», где «еще только освобождались для нее комнаты». Глава гетманской делегации С. Шелу- хин, дворянин по происхождению, среднего разряда судейский чиновник в бывшем царском аппарате, во время переговоров держал себя заносчиво. Ревностные слуги буржуазии и помещиков пытались в такой форме показать величие «гетманской державы», но по сути это было проявлением слабости, а не силы гетманского режима. Инспирированная оккупантами местная буржуазная пресса развернула кампанию травли советской делегации.

Советская делегация проявила огромную выдержку и хладнокровие, она разоблачала все провокационные наскоки взбесившихся помещиков и буржуа. На разрыв переговоров делегация не шла потому, чтобы не дать повода Германии обвинить Советскую Россию в нежелании выполнять соответствующую статью мирного договора.

Украинские буржуазные националисты, продавшие народ и страну в колониальное рабство немецким империалистам и насильно оторвавшие Украину от братской России, усилили бешеную шовинистическую пропаганду, пытаясь отравить сознание украинских рабочих и крестьян ядом национализма и вызвать вражду к братскому русскому народу. Однако их шовинистическая кампания провалилась. Трудящиеся, проживавшие в районах,

которые гетманско-немецкие захватчики стремились отторгнуть от Советской России, как и трудящиеся других районов Украины, решительно заявили о своем нежелании находиться в составе подневольной гетманской Украины. Советская делегация имела в своем распоряжении более тысячи резолюций и постановлений сельских сходов, заявлявших о нежелании населения находиться под гетманской властью.

В ответ на провокации украинских буржуазных националистов ЦК профсоюза сахарников, находившийся в Киеве, выступил с заявлением, в котором говорилось: «Пролетариат Украины есть кровь от крови пролетариата всей России... и никаким силам не удастся разделить пролетариев на враждующие лагери» 97. В дни подготовки съезда ЦК профсоюза сахарников, разоблачая предательство буржуазных националистов, обратился к рабочим с новым заявлением, в котором писал: «Рабочие Украины покрыли бы себя позором в глазах международного проле- тарита, если бы они допустили на своем съезде враждебное отношение к пролетариям России... Поэтому первым приветственным словом, которое раздастся на нашем украинском съезде, будет приветствие не представленным на нашем съезде рабочим России» 98.

Всоукраипский съезд металлистов, состоявшийся в июне

1918 г., также решительно высказался за единство и тесную связь с русскими рабочими. I! резолюции съезда говорилось: «Краевой съезд рабочих металлистов Украины, учитывая факт отделения Украины от России, считает необходимым заложить основу краевого объединения профессиональных союзов рабочих-металлистов на территории Украины с тем, чтобы это объединение поддерживало связь с Всероссийским союзом рабочих-металли- гтов» ".

Назревание революции в Германии и мощный размах освободительного движения на Украине делали бессмысленным дальнейшие переговоры с гетманско-немецкой стороной. В начале октября 1918 г. был объявлен перерыв в переговорах, которые так п не возобновились.

В дни оккупационного режима и реставрации власти помещиков и буржуазии украинский народ пережил горе и унижения, но он не покорился и под руководством Коммунистической партии вел беспощадную войну против угнетателей. Украинские буржуазные националисты потерпели полный крах в своих попытках посеять недоверие и вражду между братскими народами Украины и России. 97

«Голос труда», 1918, № 6-7. 98

Там же, № 11-12. 99

«Голос металлиста», 1918, № 1.

4* Ц

<< | >>
Источник: Н. И. Супруненко. Очерки истории гражданской войны и иностранной военной интервенции на Украине (1918-1920). 1966

Еще по теме 3. Оккупационный режим. Реставрация буржуазно-помещичьего строя на Украине:

  1. 1 Оккупационный режим и реставрация буржуазно-помещичьего строя
  2. 4. Реставрация Деникиным буржуазно-помещичьего режима на Украине
  3. 1. ВОССТАНОВЛЕНИЕ БУРЖУАЗНО-ПОМЕЩИЧЬЕГО СТРОЯ НА УКРАИНЕ И В БЕЛОРУССИИ
  4. Буржуазные и буржуазно-помещичьи партии как часть системы диктатуры эксплуататоров.
  5. Основные разновидности буржуазных и буржуазно-помещичьих партий.
  6. Глава 10 «ВНУТРИ» ОККУПАЦИОННОГО РЕЖИМА
  7. Оккупационный режим
  8. ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ОКОНЧАНИЕ ВОИНЫ С БУРЖУАЗНО-ПОМЕЩИЧЬЕЙ ПОЛЬШЕЙ.
  9. Глава седьмая ВОЙНА С БУРЖУАЗНО-ПОМЕЩИЧЬЕЙ ПОЛЬШЕЙ И РАЗГРОМ ВРАНГЕЛЯ
  10. Окончание войны с буржуазно-помещичьей Польшей
  11. 7. Окончание войны с буржуазно-помещичьей Польшей
  12. 1. Нападение буржуазно-помещичьей Польши на Советскую республику
  13. 2. НАПАДЕНИЕ БУРЖУАЗНО-ПОМЕЩИЧЬЕЙ ПОЛЬШИ НА СОВЕТСКУЮ СТРАНУ.
  14. II. ВОЕННАЯ БУРЖУАЗНО-ПОМЕЩИЧЬЯ ДИКТАТУРА 1. Крах мелкобуржуазной демократии
  15. 1. Преобразование государственного и общественного строя Украины
  16. 1 Нападение буржуазно-помещичьей Польши и стратегическая оборона Красной Армии
  17. 3 Замыслы империалистической реакции и борьба Советского государства за предотвращение войны с буржуазно-помещичьей Польшей
  18. ГЛАВА IV ОСНОВЫ ОБЩЕСТВЕННОГО СТРОЯ БУРЖУАЗНЫХ СТРАН И СТРАН, РАЗВИВАЮЩИХСЯ ПО КАПИТАЛИСТИЧЕСКОМУ ПУТИ
  19. Расколы XIX века. — Крах абсолютистской монархии. — Клерикальные и либеральные ссоры и войны. — Реставрация и Регентство. — Крах парламентского строя при Альфонсе XIII. — Диктатура Примо де Риверы. — Его падение. — Падение монархии.