<<
>>

ГЛАВА 2 ХРОНИКА: ГОД 2001

В 2001 г. московские власти продолжали поиски оптимальных форм административного воздействия на «этничность». Однако поиски эти сводились в основном к структурным изменениям органов власти, призванных курировать «этнические» процессы и «этнокон- тактную» ситуацию в городе, а также к попыткам усилить контроль над активистами «этнокультурных» ассоциаций посредством дальнейшей институциализации последних.
Административное воздействие на «этничность». 16 января 2001 г. состоялось рабочее заседание Московского межнационального совещания (ММС), на котором рассматривался проект преобразования этого совещательного органа в Московский межнациональный совет. Позже, 3 апреля, этот же вопрос стал предметом обсуждения на годовом отчетном собрании Комитета общественных и межрегиональных связей Правительства Москвы (КОМС), на котором присутствовали лидеры большинства этнокультурных ассоциаций столицы. В соответствии с принятыми решениями, в Совет на постоянной основе вошли 12 ответственных сотрудников Правительства Москвы и ряда московских организаций, которые по роду службы имеют отношение к «этническим» проблемам, а также лидеры московских национально-культурных автономий. Смысл модернизации сводился к тому, чтобы побудить общественные организации, представляющие одну этническую группу, консолидироваться в рамках соответствующей московской НКА. Принципиально важно, что членами ММС могли быть только те этнокультурные объединения, которые прошли перерегистрацию в соответствии с Законом «Об общественных объединениях граждан» и аккредитованы при КОМС, т. е. включены в соответствующий реестр. (Однако организации, не пожелавшие сотрудничать с КОМС и быть включенными в данный реестр, распущены не были и продолжали функционировать автономно.) В рамках Совета создан Президиум. В него вошли руководители рабочих органов этого Совета, руководители региональных НКА (14) и лидеры этнокультурных объединений.
Сформированы рабочие группы по основным направлениям деятельности Совета (по культуре, образованию, взаимодействию со СМИ и т. д.). Пленарные заседания Совета предполагалось собирать 2 раза в год, текущую деятельность призваны были осуществлять рабочие группы и Президиум, который должен был собираться по мере необходимости. У Председателя Совета (им по должности становился вице-премьер Правительства Москвы, курирующий социальную сферу) отныне должны были быть два заместителя: один из них - председатель КОМС, а второй должен был избираться из числа руководителей НКА. Эта реформа неоднозначно была воспринята руководителями «национальных» общественных организаций столицы. В частности, лидер чечено-ингушского Общества «Даймокх» А. Апаев высказался против того, чтобы председатель общественного совета ММКС назначался из числа руководителей КОМС, и заявил: «мы сами можем решать свои проблемы»107. Вице-президент Московского грузинского землячества Д. Бериташвили счел, что «это было мероприятие, которое нужно самим чиновникам для того, чтобы показать Ю. Лужкову, что они и с населением общаются тоже...». По его мнению, предпринятое городскими властями реформирование МКС означало только то, что «материальная часть в их (чиновников. - В.Ф.) деятельности начала доминировать над интеллектуальной составляющей», выразилось это, в частности, в том, что «реже и реже собиралось ММС», что якобы чиновники «тяготятся этим представительным органом»108, продуцирующим все новые инициативы в сфере «этнической» политики. Деятельность законодательной власти. Напомним, что 25 декабря 2000 г. Московская городская дума (МГД) провела специальное заседание Комиссии по законности и безопасности, посвященное рассмотрению проекта Закона города «О национальных отношениях». Как уже было сказано, депутаты МГД отказались одобрить предложенный Правительством Москвы текст, и вскоре, в январе 2001 г., вице-премьер Правительства Москвы по социальным вопросам Л. Швецова отозвала законопроект. На этом история с разработкой особого московского нормативного акта, призванного регулировать «этнические» процессы в столичном мегаполисе, закончилась.
Требование Кремля привести все региональные законодательные акты в строгое соответствие с федеральным законодатель ством сделали продолжение работы над законопроектом неактуальным. Однако вскоре «этничность» вновь стала предметом внимания МГД: в рамках проекта «Взаимодействие органов власти с национальными общественными организациями как фактор предотвращения этнических конфликтов» 5 апреля 2001 г. по инициативе депутата И. Осокиной был организован «круглый стол» «Проекты законодательных актов в сфере межнациональных отношений». Предметом обсуждения стал проект федерального закона «Об основах государственной национальной политики». Автор этой работы высказал тогда мнение, что все частные дефекты рассматриваемого законопроекта являются следствием концептуальной ошибки законодателя: субъектом права и объектом законодательного воздействия признавался не индивид, реализующий свое право на свободу культурной самоидентификации, а некие онтологизированные этносы (в терминах законопроекта - «народы», «нации»), выступающие в роли носителя коллективных «этнических» прав. Примечательно, что с этой точкой зрения согласилось тогда большинство депутатов МГД, принимавших участие в этом мероприятии. Это свидетельствовало о том, что московские законодатели в то время были куда более компетентны в вопросах «этнического» нормотворчества, чем чиновники, курировавшие «национальный вопрос» в составе Правительства Москвы. Миграционная политика. В начале 2001 г. постоянное (зарегистрированное) население Москвы составляло 8 млн 546 тыс. человек. Однако дневное население столицы уже тогда достигало 11,5 млн человек. Ежедневно на девять железнодорожных вокзалов поезда дальнего следования и электрички привозили свыше 2,7 млн человек. Более 40 тыс. чел. прибывали в город через четыре аэропорта. По данным мэрии, официально в городе было зарегистрировано 62 тыс. работающих иностранцев; нелегальных мигрантов, обосновавшихся в Москве, было значительно больше: по разным оценкам, их численность варьировалась в 2001 г. от 600 до 800 тыс. человек. В частности, по данным Управления ФСБ по Москве и Московской области, сегодня в двух этих субъектах Российской Федерации обосновалось более 700 тыс. нелегальных рабочих. Значительная часть прибывающих в столицу экономических мигрантов находила работу на столичных оптовых рынках и ярмарках. По данным Московской межведомственной комиссии по привлечению и использованию иностранной рабочей силы, на рынках города в 2001 г. работало 86 тыс. иностранцев, 46 тыс. из них прибыли из ближнего зарубежья. При этом 95% иностранцев работают на сто личных рынках нелегально, и лишь 5% мигрантов имеют оформленные в установленном порядке документы. Комитет по делам миграции проверил около 1000 фирм, которые привлекают иностранную рабочую силу. Выяснилось, что половина из них нанимала иностранцев с нарушениями законодательства. Сложная демографическая ситуация в столице побуждала московские власти к поиску адекватных способов регулирования миграционных потоков. 17 июля 2001 г. Правительство Москвы приняло «Программу регулирования миграции на 2001-2004 годы». Московские власти продемонстрировали намерение и далее отстаивать свое право нормативного регулирования миграционных процессов, исходя из специфики столичного мегаполиса. Москва заявила о своем намерении добиваться от федерального Центра признания важности совместных с субъектами Федерации усилий по стабилизации миграционных процессов. Напомним, что в соответствии с «Договором о разграничении полномочий между органами государственной власти РФ и Московской Мэрией» оптимизация миграционных потоков была отнесена к предмету совместного ведения. В соответствии с правительственной программой регулирования миграции в Москве был введен новый порядок учета приехавших на заработки иностранных граждан. Отныне прибывший в город гражданин зарубежного государства, прежде всего, должен обратиться в столичный Комитет по делам миграции и получить за определенную плату свидетельство о постановке на учет. Максимальный срок действия такого свидетельства составлял один год. Обязанность контролировать процесс регистрации торгующих на городских рынках гастарбайтеров возлагалась на работодателей. Московские власти стремились по возможности перекрыть поток незаконных мигрантов в столицу. Компетентным органам было предписано задерживать нелегалов и фиксировать их в «черной» картотеке. В случае повторного задержания нелегального мигранта предполагалась его принудительная высылка из страны. Программа предусматривала также предупреждение у беженцев инфекционных и паразитарных заболеваний. Прибывших в Москву гастарбайтеров, вид которых вызывал опасения, отныне должны были осматривать в карантинных боксах на вокзалах. Особый раздел Программы был посвящен детям. Предполагалось обучение всех детей переселенцев русскому языку и приобщение их к основам русской культуры. Прошедшие такого рода предварительную подготовку подростки должны были направляться в общеобразовательные московские школы. О серьезной озабоченности московских властей проблемой неконтролируемого притока мигрантов свидетельствует целый ряд специальных мероприятий. 15 июля 2001 г. начал действовать экспериментальный пункт миграционного учета на Рижском вокзале. На подъезде к Москве в поездах дальнего следования пассажирам предлагали добровольно заполнить миграционную карту - указать паспортные данные, цель визита и другие сведения. Этот документ приезжий должен был сдать в пункт миграционного учета на вокзале, где его ставили на учет и выдавали миграционную карту, дающую право на пребывание в городе в течение трех суток. Однако декларированная цель эксперимента - «выявить из общего потока людей без гражданства и определить истинные цели их приезда» - уже тогда выглядела утопичной: ожидать, например, что наркокурьер заявит о своих намерениях московским властям, да еще и сообщит при этом свои паспортные данные, было просто наивно. Кроме того, Ю. Лужков подписал распоряжение о создании круглосуточного Центра профилактики бродяжничества среди иногородних несовершеннолетних. Центр, расположенный на Алтуфьевском шоссе, был рассчитан на 100 мест и призван круглосуточно принимать детей и подростков в возрасте от 4 до 18 лет из различных регионов России и ближнего зарубежья. Стремление московских властей поставить под жесткий контроль прибывающих в город мигрантов встречало сопротивление со стороны всевозможных правозащитных организаций. (К числу наиболее активно работающих «на поле» защиты прав гастарбайтеров можно отнести такие правозащитные центры, как «Мемориал», «Гражданское содействие», «Сова», «Хельсинкская группа» и др.) Стоит отметить, что чаще всего судебные разбирательства, имеющие целью защитить права трудовых мигрантов, инициировались правозащитными организациями, существующими за счет грантов западных стран, а вовсе не общественными «этнокультурными» ассоциациями, которые якобы создавались, в том числе, для юридической поддержки представителей соответствующих диаспорных групп. Результатом многочисленных судебных разбирательств между мэрией и правозащитными организациями стало изменение процедуры получения статуса вынужденных переселенцев и беженцев на территории Москвы. Начиная с лета 2001 г. встать на учет в московской миграционной службе и вынужденные переселенцы, и беженцы могли, даже не имея столичной регистрации. Кроме того, Мосгорсуд признал недействительным правило об обязательной московской регистрации для получения в столице медицинского полиса. Суд объявил вне закона и «полисы временного действия» для иногородних граждан России. Желание оптимизировать миграционные потоки побудило московских законодателей принять 19 сентября 2001 г. Закон «О порядке учета и оформления иностранной рабочей силы в Москве». В соответствии с этим законом, все иностранцы, приехавшие в столицу на заработки, обязаны были представить доказательства того, что имеют легальный источник дохода в размере не менее прожиточного минимума и временное жилье. Для прочих были предусмотрены специальные пункты временного содержания. В таких пунктах предполагалось не только устанавливать личность каждого мигранта, но и проверять всех на санитарно-эпидемиологическую безопасность. Однако этот закон не оказал сколько-нибудь заметного влияния на миграционную обстановку в Москве. Он, как и многие прочие законодательные акты, призванные изменить ситуацию в этой сфере, остался сугубо декларативным актом: в законе не было главного - не был прописан механизм его применения. А коррумпированность правоохранительных органов сводила на нет все старания депутатов МГД. Гастарбайтеры просто не соблюдали нормы, предписанные им законодателями, а милицейские чиновники предпочитали брать взятки с нелегальных мигрантов, а не добиваться исполнения духа и буквы закона. Попытки московских властей милицейскими акциями и особыми нормативными актами ограничить неконтролируемую незаконную миграцию в столицу вызывали резкое противодействие правозащитных организаций. Продолжалась судебная тяжба «Гражданского содействия» с Правительством Москвы. На этот раз правозащитники оспорили решение Московского городского суда в отношении п. 1.1. Распоряжения мэра Москвы № 1057-РМ от 28.09.99, согласно которому Московская миграционная служба (ММС) должна была отказывать в постановке на учет переехавшим в Москву вынужденным переселенцам, получившим статус в других субъектах федерации, если они не зарегистрированы в Москве по месту жительства. Судебные слушания состоялись 13 марта 2001 г. Жалоба «Гражданского содействия» была поддержана прокурором, и суд признал Распоряжение № 1057 противоречащим законодательству России и подлежащим отмене в полном объеме. Отмена п. 1.1 Распоряжения № 1057 дала возможность многим вынужденным переселенцам, приехавшим в Москву, стать на учет в органах миграции и не потерять при этом статус вынужденного переселенца. Это решение завершило серию процессов, результатом которых стало признание незаконными московских нормативных актов сентября 1999 г. Экстремизм и «этнические фобии». В столице 2001 год ознаменован возникновением ряда острых «этноконфликтных» ситуаций. 15 марта около 30 скинхедов устроили погром в армянской школе № 1110, расположенной в Черемушках (Юго-Западный административный округ). Вооруженные палками и цепями, они напали на школьников и жестоко избили их. Потом погромщики ворвались на территорию школы и перебили фонари и стекла в здании учебного заведения. Пресс-центр Мэрии заявил, что «случай 15 марта расценивается Мэрией как прецедент, который может иметь продолжение». Примечательно, что московская милиция вновь дала повод говорить о том, что правоохранительные органы симпатизируют неофашистам и сознательно не предпринимают эффективных мер, которые могли бы приостановить нарастание коричневой угрозы в городе. Пресс-секретарь московского мэра С. Цой в интервью агентству «Интерфакс» сказал, что «прибывший на место происшествия наряд милиции ОВД “Черемушки” разогнал хулиганов, однако никто из них не был задержан... Милиция должна была выявить зачинщиков драки и провести соответствующее следственное мероприятие, однако этого сделано не было». Правительство Москвы, в свою очередь, не сделало ничего для того, чтобы виновные в бездействии милиционеры понесли ответственность за свою халатность. Этот случай, увы, не привел отцов города к пониманию того, что сегрегация школьников по языковым, расовым, религиозным или еще каким-нибудь признакам не только бессмысленна, но и конфликто- генна. Двадцатые числа апреля были ознаменованы в 2001 г. традиционной активностью профашистских молодежных организаций. (Московские скинхеды считали и считают делом чести отметить день рождения немецкого фюрера какой-нибудь «этнически» окрашенной экстремистской акцией.) 20 апреля 2001 г. на Манежной площади был убит 18-летний чеченец. Убийца, 17-летний житель Подмосковья, с места преступления скрылся. Это было прелюдией к «празднику». 21 апреля 150 бритоголовых подростков атаковали рынок в Ясенево. Вооруженные камнями и металлическими прутьями, подростки перебили витрины палаток, сопровождая свои действия выкриками: «Бей черных!» и «Хайль Гитлер!» В результате погрома пострадали 10 человек (ранения в основном были причинены осколками разбитых стекол), разгромлено 15 палаток. Охрана рынка сопротивления налетчикам не оказала. Сотрудники ОВД «Ясенево» задержали около 60 подростков, но почти все они вскоре были отпущены по домам как несовершеннолетние. Примечательно, что владельцы разгромленных палаток не спешили подавать заявления о возмещении ущерба, опасаясь мести неофашистов. После этой акции Ю. Лужков призвал прокуратуру Москвы тщательно расследовать события, связанные с выступлениями неонацистов, выявить и наказать виновных. Против пятерых наиболее свирепых скинхедов было возбуждено уголовное дело по ст. 213 ч. 2 УК РФ (хулиганство, совершенное группой лиц). Осень 2001 г. принесла новые свидетельства того, что агрессивный национализм становится в столице реальной проблемой. 23 августа у ворот Центра по приему беженцев ООН на Измайловском бульваре шестеро африканцев подверглись нападению скинхедов. Пятерым из них удалось убежать, но анголезца М. Майони изрезали битыми бутылками и избили бейсбольными битами. Избиение происходило на глазах милиционера, дежурившего у входа в Центр, и нескольких охранников. Примечательно, что сотрудник милиции не только не вмешивался в происходящее, но и вызвал скорую помощь только тогда, когда нападавшие скрылись. Никто из неофашистов задержан не был, несмотря на то что спустя три дня после нападения они подходили к охранникам Центра и обещали «вернуться и разобраться». Представитель управления верховного комиссара ООН по делам беженцев в России Дж. Маккалин 31 августа попытался организовать у Боткинской больницы, куда был доставлен потерпевший, митинг протеста против расизма. Но собрался лишь десяток репортеров, ни одного представителя африканских диаспор на митинге не оказалось. Видимо, африканцы понимают, что в сегодняшней Москве присутствовать на таких акциях небезопасно. 15 сентября 2001 г. «антикапиталистический поход молодежи» из Раменского в Москву организовали известные своим радикализмом Национал-болыневистская партия (НПБ), Авангард коммунистической молодежи (АКМ) и Молодежная комиссия КПРФ. Это стало опасным симптомом консолидации радикальных националистических и левых молодежных организаций. Если до этого на всевозможных политических акциях колонны этих групп двигались отдельно друг от друга, то теперь они выступали совместно. По нашим данным, в столице в начале столетия насчитывалось около 4 тыс. «бритоголовых» - «скинхедов». (Для сравнения: в С.- Петербурге таковых около 2 500, а по всей России - около 20 тыс. бойцов.) Кроме того, в Москве (и Подмосковье) достаточно велико число сторонников «Русского национального единства». Численность РНЕ колебалась у отметки 4 тыс. человек. Еще одна ультраправая ор ганизация - «Великая Россия» - насчитывала около тысячи сторонников в Москве и по две-три сотни человек - в некоторых городах Подмосковья. К числу названных организаций правого толка следует добавить и левацкие националистические организации, например, На- ционал-болыневистскую партию. Наиболее кровавой акцией неофашистов в 2001 г. стал погром в Царицыно. 30 октября на продовольственный рынок вломились около трех сотен бритоголовых подростков, одетых в камуфляжные куртки, вооруженных палками и металлическими прутьями. Как и в Ясенево, погромщики громили торговые палатки и избивали торговцев - выходцев с Кавказа. В результате 2 человека были убиты сразу, 20 человек были ранены (позже от многочисленных травм скончался третий пострадавший). Для того чтобы разогнать нацистов, сотрудникам милиции пришлось стрелять в воздух. По официальной версии, в этой бойне принимали активное участие фанаты «Спартака», которые таким образом отпраздновали победу этой команды в чемпионате страны. Однако, по мнению Н. Куликова, возглавляющего в московском Правительстве Управление по работе с органами обеспечения безопасности, массовая драка возникла не стихийно, а была спланирована заранее. Инициатива проведения и непосредственная организация этой акции, возможно, принадлежали активистам праворадикальной организации «Русское национальное единство». (Впрочем, в пресс-центре ГУВД не подтвердили причастность РНЕ к беспорядкам.) Мэр Москвы назвал случившееся «бесчеловечным актом» и выразил уверенность в том, что «уголовное дело, возбужденное по данному факту, будет тщательно расследовано». Ю. Лужков заявил, что на рынках Москвы торгуют и москвичи, и приезжие, «и делать из торговли предмет для возбуждения национальной вражды и нетерпимости - это просто недопустимо». Он призвал «относиться к этому как к проявлению политического радикализма, шовинизма»: «В многонациональном обществе такие действия ведут лишь к одному - уничтожению государства ... если мы породим межнациональную вражду в России, если мы будем потворствовать таким молодчикам, мы породим радикализм. Юнцы, которые буйствовали на рынке и затем на улицах города, - это всего лишь исполнители. “Кукловоды” стоят за их спиной. И арестовать надо не только исполнителей, но и обязательно “кукловодов”. Это они организовали банды, набрав в них юнцов, которые, может быть, даже не понимают, что они делают с точки зрения внутренней безопасности государства». Вице-мэр Москвы В. Шанцев в одном из интервью выразил свое отношение к происшествию: «Думаю, что во многом такая обстановка сложилась из-за экономической ситуации - низкие доходы населения, бедность... В таких случаях люди всегда ищут виноватых. А это обычно те, кто торгует на рынках, кто “с нас получает незаконный доход” и т. д. Конечно, эти бритоголовые мальчишки кем-то используются. Какие-то кукловоды называют им адреса, говорят, с кем надо разобраться... Москва - многонациональный город. Здесь нет политической, идеологической подоплеки. Здесь есть бытовое недовольство, которое кто-то использует в своих преступных целях. И это, как правило, люди уже немолодые. Я считаю, что уже давно пора создавать специальное подразделение в ФСБ, которое искало бы этих кукловодов и предупреждало трагические события. Нужны спецподразделения в органах внутренних дел, которые бы могли определить по малейшим признакам, что что-то начинается. Кроме того, нужно очень серьезно заниматься миграционной политикой». Царицынское происшествие имело громкий общественный резонанс: оно стало предметом обсуждения на многих теледебатах и поводом для проведения публичных акций различных общественных организаций. В Мытищах состоялось экстренное заседание участников и руководителей Московского областного регионального движения «Русская община». Участники этого мероприятия «выразили глубокую озабоченность и тревогу по поводу этой грубой провокации, использования социально незрелых подростков для достижения чьих-то корыстных целей под флагом бытовой национальной нетерпимости русских жителей столицы». По мнению лидеров этого движения, «случившееся еще раз доказало, что сегодня городская молодежь неуправляема, часто подпадает под влияние криминала, у нее своя мораль и свой кодекс нравственности... Ощущение своей социальной и национальной неполноценности озлобило нашу молодежь». Однако вывод был сделан довольно неожиданный: «Дело объединения русских на данном этапе почти невозможно, так как русские - это не только разделенная, но и внутренне разобщенная, не осознающая необходимости единения нация. “Русская община” убеждена, что только силой можно спасти русский народ и Россию, ведь враги уважают только силу. А нация, которая не способна защищаться с оружием в руках, обречена на гибель». 1 декабря 2001 г. более 3 тыс. чел. (в основном - активисты Евразийской партии, представители ряда религиозных организаций, члены Комитета солдатских матерей) собрались в ЦПКиО им. Горь- кого, чтобы выразить протест против проявлений шовинизма, ксе нофобии и расизма. Собравшиеся призвали «дать отпор проявлениям расовой и религиозной ненависти, укрепляя тем самым единство и дружбу среди всех конфессий и национальностей России». Заместитель представителя Управления верховного комиссара ООН по делам беженцев в Российской Федерации Д. Гьорке выступил с таким заявлением: «В России растет так называемый “бытовой национализм”, причем, по нашим исследованиям, наиболее жестоки по отношению к переселенцам молодые люди и подростки». Все эти события произвели сильное впечатление и на московские власти. Осенью 2001 г. появилась известная надежда на то, что Мэрия в ближайшее время предпримет какие-нибудь меры, направленные против распространения расизма и радикального национализма в столице. После того как Кремль утвердил федеральную программу «Формирование установок толерантного сознания и профилактика экстремизма в российском обществе», в ГУВД столицы приняли соответствующую программу под названием «О неотложных мерах по противодействию антиобщественным проявлениям со стороны членов неформального молодежного движения». Однако уже тогда было очевидно, что только воспитательными и карательными мерами остановить нарастание экстремистских и расистских настроений среди московской люмпенизированной молодежи не удастся. Прежде всего, необходимо было устранить наиболее явные факторы, дестабилизирующие «этноконтактную» ситуацию: приостановить все более заметную этносоциальную дифференциацию населения столицы и, по возможности, «деэтнизировать» криминальную ситуацию в мегаполисе. Именно это было сделать труднее всего, да и московские власти не воспринимали это как политическую задачу. «Этническая» окрашенность криминальной ситуации. Вместе с тем этнические интерпретации криминальной ситуации стали фактором общественного сознания. По данным ГУВД, 2001 год был отмечен ростом числа преступлений, совершенных иногородними и иностранными рабочими. В 2001 г. «гостями» столицы якобы было совершено более трети убийств, почти половина бандитских нападений с применением огнестрельного и холодного оружия, треть грабежей. В соответствии с информацией, размещенной на официальном сайте Правительства Москвы, «лидерство здесь удерживают граждане из стран ближнего зарубежья... Различается специализация преступников: выходцы из Грузии не имеют себе равных в квартирных кражах, азербайджанцы - непревзойденные наркодилеры, а среди приезжих из Армении немало мошенников и махинаторов. Ингуши и дагестанцы занимаются угонами и кражами автомобилей»109. Все чаще становятся героями хроники криминальных происшествий вьетнамцы, турки, китайцы, афганцы. Бедствием для Москвы стали транзитные наркоторговцы из Таджикистана, именно они поставляли в город львиную долю «тяжелых» наркотиков. Опасная криминогенная ситуация сложилась на строительстве экспериментального жилого района «Куркино». За год там было возбуждено 25 уголовных дел, а 924 человека привлечены к административной ответственности. За нарушение паспортно-визового режима к ответственности привлечены 459 рабочих. В связи с этим первый заместитель премьера Правительства Москвы В. Ресин поручил службе безопасности детально разобраться в ситуации, сложившейся в районе массовой застройки. Однако наиболее явно «этническая окрашенность» московской криминальной ситуации проявлялась на городских рынках. В 2001 г. в столице функционировали 174 рынка. Из них всего 15 имели статус государственного унитарного предприятия, остальные находились в руках частных владельцев. Ежегодный официальный оборот московских рынков составлял тогда 130 млрд рублей. Большая же часть оборачивающихся здесь денег (сотрудники ГУВД оценивают фактический оборот в 300 млрд руб.; независимые эксперты считают, что этот оборот значительно выше) оставалась в руках владельцев рынков, торговцев, криминальных «крыш», шла на подкуп чиновников, милиции, контролеров из различных государственных структур. Как утверждала газета «Петровка, 38» (официальный орган ГУВД Москвы), на столичных рынках «правила торговли устанавливаются этническими преступными группировками, состоящими в основном из уроженцев Кавказа»110. Факт сам по себе примечательный: правоохранительные органы признаются в собственном бессилии, в то время как даже неискушенному обывателю ясно, что подобное положение вещей возможно только в силу коррумпированности тех структур, которые, собственно, и должны контролировать ситуацию в городе. Вероятно, деятельность криминальных группировок (оформлявшихся по клановому, родственному, соседскому и т.п. принципу) стала в 2001 г. своего рода откровением для городских властей: только тогда она стала поводом для специальной встречи компетентных сотрудников Правительства Москвы (во главе с вице-мэром В. Шанцевым) с заместителем министра МВД России В. Васильевым и делегатами управляющих компаний и рынков Москвы. В результате была создана рабочая группа, в обязанности ко торой вменено заняться наведением порядка на городских рынках. Любопытную концепцию реорганизации рынков Москвы сформулировал в ходе своего визита в Узбекистан Ю. Лужков. Адресуясь к коллегам из мэрии Ташкента, мэр Москвы заявил: «Вы - люди спокойные, неагрессивные, идеальные партнеры для торгового общения. Мы вам поможем». Он предложил создать в городе специальный узбекский рынок, гарантировав торговцам защиту от бандитов. (Узбеки якобы были готовы поставлять в Москву фрукты по самым низким ценам, но вполне обоснованно опасались рэкета.) Деятельность этнокультурных ассоциаций. В 2001 г. этнокультурные общества и национально-культурные автономии Москвы организовали целый ряд заметных мероприятий. С 21 по 24 марта отмечали Навруз: Региональная национально-культурная автономия курдов - в Московском дворце молодежи, Федеральная азербайджанская национально-культурная автономия «Азеррос» - в «Президент-отеле», Региональная национально-культурная автономия татар - в концертном зале гостиницы «Космос». С 27 марта по 1 апреля проходил V Международный московский фестиваль еврейского детского и юношеского художественного творчества, организованный Еврейским центром искусств. Традиционный праздник, посвященный Дню возрождения Греции, организовало Московское общество греков. 16 мая в Москве открылись Дни культуры Аджарской Автономной Республики. На этот фестиваль в столицу прибыла делегация под руководством председателя Верховного Совета Аджарии А. Абашидзе. Приветствовал делегацию мэр Москвы Ю. Лужков. Летом под эгидой КОМС с размахом были организованы традиционный День славянской письменности и культуры, посвященный святым Кириллу и Мефодию, татарско-башкирский Сабантуй в Измайловском парке культуры и отдыха. В контексте проблемы адаптации иноэтничных мигрантов заслуживает внимания эксперимент, организованный Комитетом образования мэрии совместно с Центром «Этносфера». В школе № 729 Южного округа столицы был открыт специальный подготовительный класс по изучению русского языка. В этот класс были зачислены 24 ребенка из числа детей переселенцев из Афганистана. Роль СМИ в общественно-политической ситуации. Конец лета - начало осени 2001 г. были ознаменованы появлением скандальных статей на страницах московской прессы. Есть основания думать, что некая политическая сила сознательно нагнетала антикавказскую истерию в преддверии выборов в Московскую городскую думу. Вот, в частности, сентенции, которые были изложены Ю. Калининой в статьях «Покорение Кавказом» и «Покорение Кавказом-2» в газете «Московский комсомолец». Читатель узнает из этой публикации, что «Выходцы с Кавказа - это заминированное поле. Попробуй, тронь. Попробуй, возмутись тем, как они ведут себя в Москве. Тебя тут же обвинят в национализме, шовинизме и других грехах... Поэтому пускай они продолжают свою широкомасштабную интервенцию в Москву, пускай переделывают ее на свой лад по кавказскому образу и подобию, пускай хамят, наглеют, укрепляются, пускай занимают рынки и покупают недвижимость, пускай обманывают и смеются над лохами-москвичами». Автор уверена, что решительно все кавказцы «в Москве ведут себя так, словно приехали не в чужой город с чужими порядками, а в джунгли - охотиться», и в этом контексте предрекает: «Скоро они превратят Москву в южный райцентр». Автор склонна к самым широким обобщениям, будучи уверена в том, что «отношения между русскими и представителями кавказских народов сложились нездоровые и даже антагонистичные». Обыватель исподволь подводится к мысли, что виновники всего этого - московские власти. Ю. Калинина полагает, что «было бы трусостью и лицемерием сейчас замолчать, спрятать голову в песок и сделать вид, что проблемы не существует (как этого желают наши очень заботливые власти), что власти не замечают или не хотят замечать: атмосфера в Москве довольно-таки накаленная». Далее следует весьма недвусмысленный намек на то, что кавказская мафия в Москве уже почти полностью контролирует все московские властные структуры: «Мне хочется, чтобы для приезжих с Кавказа власти нашли правильную нишу. Потому что еще немного - и сами эти приезжие найдут такую нишу для властей. Если уже не нашли». Наконец, следует как бы совет власть предержащим. «Ни одно нормальное государство не позволило бы в сложившейся обстановке представителям кавказского региона бесконтрольно эмигрировать в Россию, а уж тем более переезжать в Москву вместе со всеми своими родителями, женами, детьми и красавицами из сельских гаремов...»111. Еще более категоричен в своих суждениях Э. Котляр, статья которого в «Московской правде» - образец крайней ксенофобии и агрессивного национализма. Вот избранные места из этого сочинения: «В страну радостно хлынула орда кавказских уголовников в надежде получить постоянное местожительство в Москве... Чем больше тор говцев прибывало в Москву, тем длинней за ними тянулся хвост криминальных представителей родных республик». Автор убежден сам и убеждает читателя в том, что решительно все кавказцы суть криминальные элементы общества: «По мере того, как на улицах Москвы все чаще звучит кавказская речь, в оперативных сводках милиции все чаще фигурируют кавказские криминалы». Московские обыватели с ужасом узнают о том, что «криминальные этнические группировки ... представляют собой хорошо организованную силовую структуру, способную выставить на улицы тысячи отлично вооруженных и владеющих оружием бойцов». Оказывается, «в Москве идет уже видимая взору война. Кавказские общины ведут напряженную борьбу за полное влияние в Москве». И вновь рефреном звучит мысль о том, что причина всего происходящего - это коррупция московских властей: «“Кавказ кормит” - говорят в милиции, в префектурах, а может еще и повыше». Риторический вопрос: «Неужели отцы города не видят, куда заводит чиновничья алчность?» - звучит как обвинительное заключение. Заслуживает внимания и параноидальное предположение автора, согласно которому: «Есть некая сила, объединяющая и направляющая все этнические группы в России и Москве в едином процессе кавказизации»112. И сила эта, конечно же, - американские спецслужбы!
<< | >>
Источник: Филиппов В.Р.. Этничность и власть в столичном мегаполисе. - М.: Институт Африки РАН - 240 с.. 2009

Еще по теме ГЛАВА 2 ХРОНИКА: ГОД 2001:

  1. ГЛАВА 4 ХРОНИКА: ГОД 2003
  2. ГЛАВА 4 ХРОНИКА: ГОД 2003
  3. ГЛАВА 3 ХРОНИКА: ГОД 2002
  4. ГЛАВА 1 ХРОНИКА: ГОД 2000
  5. ГЛАВА 6 ХРОНИКА: ГОД 2005
  6. ГЛАВА 7 ХРОНИКА: ГОД 2006
  7. ГЛАВА 8 ХРОНИКА: ГОД 2007
  8. ХРОНИКА ВАЖНЕЙШИХ СОБЫТИЙ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ (март 1919 г.—октябрь 1922 г.) 1919 год
  9. Г.В. Андрейченко, В.Д. Грачев. Философия. Учебник. – Ставрополь: Изд-во СГУ,2001. – 245 с., 2001
  10. Балашов Л. Е.. Мысли о религии. М.,2001. (Из цикла "Философские беседы / серия "Практическая философия") — 28 с., 2001
  11. Георгий Исаевич Богин. Обретение способности понимать: Введение в филологическую герменевтику Москва 2001, 2001