<<
>>

Форма и композиция

«Вишну-смрити» — объемный памятник, почти вдвое длиннее дхармасутр Апастамбы, Гаутамы и Васиштхи25. В соответствии с текстом критического издания, «Вишну» состоит из 100 глав (асЛлуауа), включающих 2367 сутр и 485 строф.

Первая, вступительная глава и две последние написаны стихами, глава 74 — прозаическая26, остальные главы сочетают прозу и стихи. Главы неодинаковы по длине, самая длинная — глава 5 содержит 183 сутры и 14 строф; самые короткие — главы 34, 39, 40, 42 и 76 — только по одной сутре и одной строфе.

«Вишну-смрити» объединяет в себе обе формы жанра дхармашастр: как и в дхармасутрах, текст в основном составляют прозаические правила-сутры, в то же время текст насыщен стихами, большая часть которых встречается и в других дхармашастрах. Именно форма памятника, несмотря на его периферийное положение, привлекла к нему внимание выдающихся европейских ученых конца XIX - начала XX в., которые пытались найти в ней подтверждение некоторым общим предположениям относительно развития литературы о дхарме. Этим объясняется и включение такого, казалось бы, рядового текста, как «Вишну-смрити», в серию переводов «Священные книги Востока», основанную Максом Мюллером. В рамках серии публиковались самые выдающиеся памятники религиозной литературы — Веды, Коран, «Ману-смрити» и др.

Формальная двойственность текста нашла выражение в вариантах его названия: «Вишну-сутра» (У^пи-эШга), «Вишну-дхармасут- ра» (У^пи-сШагтазСКга), «Вишну-смрити» (У^пи-этЛО, «Вайшна- ва-дхармашастра» (Уаюпауа-ёЬагтазаз^а) и т.д.

Памятник написан на классическом санскрите, соответствующем грамматике Панини, грамматических нарушений практически нет, язык прост и довольно понятен (во всяком случае, не сложнее чем в дхармашастрах Ману или Яджнавалкьи), изложение прозаической части несколько многословно в противоположность сутре как жанру. Все те черты, которые на первый взгляд сближают этот текст с сутрами, при внимательном рассмотрении скорее отличают его от произведений этого жанра.

Трудно согласиться с Р. Лен га, что «прозаические пассажи написаны в лаконичной форме древних сутр и не могут быть поняты без помощи комментатора»3 . Хотя большая часть памятника написана в прозе, это не проза сутр, скорее стилизация под сутры. Во-первых, в большинстве своем фразы- сутры, составляющие текст, далеки от лаконичности. Во-вторых, сутры «Вишну-смрити» могут быть легко поняты без дополнительных разъяснений и комментариев, в них нет сжатости, требующей интерпретации учителя. Это просто правила, выраженные в прозаической форме, и только формой они отличаются от стихотворных правил. Некоторые сутры вообще не являются правилами, а представляют собой длинные перечисления, состоящие из сложных слов двандва27 (иногда даже слишком длинные, например: Ви 3.25 включает перечень из 17 слов; Ви 5.83 — из 22; Ви 8.2 — из 21 слова). Следует заметить, что такие длинные перечисления в других дхармасутрах встречаются крайне редко. Длинные предложения используются и с глагольными конструкциями в изъявительном наклонении настоящего времени и в желательном наклонении (оптативе). Оптативные предписания преобладают, что, впрочем, характерно и для других дхармашастр.

Еще одна особенность прозаической части «Вишну-смрити» — наличие в ней скрытых цитат стихотворного текста (например, из «Ману» или «Яджнавалкьи»), которые даются в прозаическом переложении.

Что касается стихотворной части, то большинство стихов «Вишну-смрити» составлены размером ануштубх (шлока), но есть строфы и размером триштубх (Ви 29.9-10; 30.47; 56.27; 72.7; 86.16), характерным для стихотворных вставок древних сутр. (Следует заметить, что в «Ману-смрити», с которой «Вишну-смрити» имеет наибольшее количество общих стихов, нет ни одного стиха размером триштубх.) Изредка встречаются строфы в классических размерах: индраваджра (тскауада— Ви 19.23-24) и упаджати (ира]аи — Ви 23.61; 59.30). Имеется несколько строф, называемых гатхами ^аШа) (Ви 78.52-53; 80.14; 83.21; 85.69-71; 87.8-10; 88.4).

Очень вероятно, что текст расширялся за счет стихов и при переписке добавлялись все новые стихотворные фрагменты; там, где сейчас мы видим несколько строф, первоначально, возможно, была одна.

Эта тенденция характерна и для некоторых других сочинений, например для «Хитопадеши», где в более поздних версиях содержится больше стихов28.

Количество строф обычно намного меньше, чем количество прозаических сутр, исключения составляют главы 20, 55 и 93, где строф больше, чем сутр. Количественное соотношение стихотворной и прозаической частей не подчинено каким-либо закономерностям29.

Стихотворные фрагменты помещаются преимущественно в конце глав, и в этом смысле можно сказать, что текст построен так же, как, например, «Артхашастра» Каутильи, «Камасутра» Ватсьяяны и др.

Маркировка окончаний глав с помощью введения стихотворного текста (если основной текст прозаический) или через изменение стихотворного размера (если текст стихотворный) обычна для санскритской литературной традиции (как художественной, так и научной — шастрической). Это позволяло слушателям улавливать членение текста на части (разделы, главы и т.п.).

Вероятно, и в «Вишну-смрити» стихи в конце глав носят формальный характер и нужны лишь затем, чтобы отделить одну главу от другой. В основном их содержание сводится к изложению прописных истин общего характера, довольно часто подобные стихи можно встретить и в других текстах. Но есть небольшое число стихов, которые неизвестны по другим санскритским памятникам, и поэтому можно предполагать, что они были сочинены составителем «Вишну-смрити».

Обычно стихи, подводя итог изложения темы, имеют тесную связь с последней сутрой. Исключением является заключительная строфа главы 85, где упоминается ритуал «отпускания быка», сама эта тема рассматривается в главе 86. В тех немногих случаях, когда стихи встречаются в середине главы30, они явно связаны с предшествующей сутрой или сутрами и не нарушают изложения темы. Некоторые заключительные стихи продолжают наставление, которое сначала было высказано в прозе31, или завершают начатое в прозе перечисление32. Главы, а в нескольких случаях и подтемы 33 довольно часто вводятся сутрой, которая начинается словом «а^а»; за ним следуют ключевое слово или фраза, определяющие тему, рассматриваемую далее. Подобные первые сутры можно понимать как названия глав. Например, глава 3, посвященная обязанностям царя, начинается сутрой «а^а га]ас111агта11» («Обязанности царя») и т.п.

Начиная с главы 3 и до главы 15 (за исключением главы 4) «а^а» маркирует начало каждой главы, а с главы 16 и до конца текста— не всегда34. Л. Рену считает, что это «является признаком структуры менее сложной и более свободной, как и в других подобных дидактических текстах по мере приближения к концу произведения»35.

Главы 1, 98, 99 и 100, создающие вишнуитскую рамку (обрамление текста— композиционный прием, часто используемый в санскритских прозаических и поэтических сочинениях), очень отличаются по стилю от остального текста. Стихи этих глав не похожи на стихи остальных глав и не имеют соответствий в других дхармашастрах. Зато в них можно обнаружить сходство и прямые аналогии с текстами эпико-пуранической традиции.

Первая, вступительная глава посвящена космогонии и содержит восхваления бога Вишну и богини Земли, а в заключение объявляет, что дальнейшее содержание есть не что иное, как Слово Бога. Начальные строфы (2-12), посвященные описанию Варахи, совпадают (или отличаются лишь на пару слов) с «Брахманда-пураной» и близкой к ней «Вайю-пураной», с «Вишну-», «Матсья-» и «Брахма-» пуранами, а также с «Харивамшей»36. С третьей пады строфы 49 до второй пады строфы 62 идет перечисление имен-эпитетов бога Вишну, этот фрагмент имеет соответствие в «Вишну-пуране» (1.IV. 12-24). В заключительных строфах главы богиня Земля вопрошает Вишну: «О Благословенный, назови мне вечные дхармы четырех варн вместе с правилами для ашрам, тайными учениями и общими дополнениями» (Ви 1.61-62). И Вишну ей отвечает: «Выслушай, о богиня Земля, вечные дхармы для четырех варн, сопровождаемые изложением правил поведения для ашрам, вместе с тайными учениями и общими дополнениями! Выслушай вечные дхармы, обеспечивающие спасение для тех благочестивых, которые тебя будут поддерживать» (Ви 62-64).

Глава 98, посвященная восхвалению бога Вишну богиней Землей, кроме заключительной строфы, вся прозаическая. Однако сутры этой главы скорее напоминают собрания шата- или сахасрана- мы, которыми изобилует последующая литература. Эти собрания включают сотню или тысячу эпитетов Бога, которые следуют друг за другом, подобно словам в средневековых синонимических словарях (kosa), и часто отобраны по формальным (звуковым) признакам — рифме, аллитерации. Как правило, за каждым именем-эпитетом стоит определенный миф. Подобные перечисления имен божества имели целью умилостивить его, чтобы побудить выполнить обращаемую к нему просьбу37. Та же тенденция, по наблюдениям JI. Рену, прослеживается в христианских молитвах, в частности в молитве Деве Марии38. Большинство имен-эпитетов Вишну в «Вишну-смрити» соответствует именам-эпитетам Вишну в так называемой «Вишну-сахасранаме» (Мбх ХШ.149), а также в «Падма- пуране» (6.72), «Гаруда-пуране» (1.15) и «Махабхарате» (XII.325, 328); они часто употребляются при восхвалении и других богов, но есть и необычные (например, sapta, lekhya и некоторые другие).

Еще больше отличается от шастрического стиля глава 99, которая посвящена восхвалению Землей богини Лакшми: стихи, написанные триштубхом, в сущности являются псевдокавьей и иногда, как считает Л. Рену, напоминают некоторые кЫ1а ведийской традиции или строфы «Гитаговинды»39. Эта глава, как бы подытоживая сказанное в предыдущих главах, повествует о том, что богиня Лакшми, неотделимая от верховного бога Мадхусуданы, пребывает там и в тех, кто следует предписаниям, объявленным Богом. Очевидно, с этим связано употребление в некоторых строфах словосочетаний, которые встречаются в других главах (ср., например: строфу Ви 99.13 и сутры Ви 63.30, 33-34; строфу Ви 99.21 и сутры Ви 25.4-5 и т.д.). Но наряду с этим следует отметить, что в данной главе встречается и весьма необычная лексика (см., например, примеч. к строфе Ви 99.14, с. 288, примеч. 2, 3).

Как и другие метрические дхармашастры, «Вишну-смрити» завершается восхвалением самой дхармашастры и обещает всяческие блага за ее изучение (гл. 100). Это восхваление говорит об изменении отношения к священному Слову, источником которого считаются уже не только Веды, как это было в дхармасутрах, но и сами дхармашастры.

Композиция «Вишну-смрити» отличается от композиции других дхармашастр. Первое, что бросается в глаза, — это вишнуитская рамка и деление текста на 100 глав. Эти две особенности тесно связаны друг с другом и по сути несут одну и ту же смысловую нагрузку, а именно свидетельствуют о вишнуитской направленности текста.

Деление на 100 глав необычно для дхармашастр и не столько вызвано числом рассматриваемых тем (хотя почти каждая глава «Вишну-смрити» посвящена отдельной теме), сколько является скорее композиционным приемом, который несет символический смысл, — число глав призвано вызывать ассоциации со 100 именами-эпитетами Вишну. Перечисление имен-эпитетов бога Вишну встречается в стихотворной форме в Ви 1.49-62, где в совокупности имеется чуть меньше ста имен (хотя, если учитывать все имена- эпитеты Вишну, упоминаемые в главе, можно набрать и сотню). Некоторые из имен-эпитетов совпадают с перечнем в главе 98, некоторые встречаются и в других местах текста (Ви65.1; 97.10) — всего около 100 имен-эпитетов, нередко повторяющихся.

Нандапандита, комментируя шлоку 102, завершающую главу 98, пишет, что «Вишну-смрити» как таковая состоит из 96 глав, что соответствует количеству имен-эпитетов Великого Бхагавана, которыми богиня Земля восславила Бога в этой главе. Главы же 1, 98,

99 и 100 Нандапандита считает добавлением, сделанным мудрецами, и, таким образом, не включает в основной текст. Трудно утверждать, что мы имеем именно 100 или 96 имен, так как имена- эпитеты не только повторяются, некоторые из них можно толковать как одно или два, а иногда трудно определить, является ли слово именем. Количество имен-эпитетов, которыми богиня Земля восславила Вишну в главе 98, равно 94 (сутры 7-100), Нандапандита трактует сутру 101 (пато-пата) как имя-эпитет «тот, кого почитают почитаемые», т.е. Брахма и другие боги. Возможно, он также учитывает имя «Бхагаван» вводной сутры 2 или, как считает П.В. Кане40, сутру 6 (от патаэЧе). Здесь важно отметить желание комментатора отождествить количество глав с количеством употребленных имен-эпитетов.

Следует иметь в виду, что прием обрамления не использовался в дхармасутрах, но обычен для таких дхармашастр, как «Ману» и «Яджнавалкья»41. В дхармашастрах рамка позволяла воспроизвести в мифологизированной форме ситуацию обучения, существовавшую в ведийских школах, и одновременно придавала сакральное значение самому наставлению. Наставление это мифический авторитет произносил, поучая других мудрецов как своих учеников. Отличие «Вишну-смрити» в том, что здесь пара наставник- ученик представлена богами (Вишну-Земля).

Композиция основного текста «Вишну-смрити», т.е. текста, заключенного в рамку, также отличается от композиции дхармасутр и дхармашастр: иначе выстраивается последовательность изложения тем и их внутренняя взаимосвязь.

Собственно изложение материала начинается с главы 2, в которой вводится понятие четырех варн; говорится, что представители первых трех варн — дваждырожденные; кратко обозначаются обязанности каждой из варн и их общая дхарма. Дхармашастры обычно начинаются с введения понятия дхармы и ее источников42 — «Вишну-смрити» не содержит рассуждений об источниках дхармы. Как отметил А.М. Самозванцев, «после произошедшей самоидентификации дхармашастры как дхармы (источника дхармы) на последующем этапе развития жанра, при составлении поздних верси- фицированных дхармашастр, их текст перестает нуждаться в самом определении источников дхармы»43. Составитель «Вишну-смрити» основой дхармы, очевидно, считает установление четырехварно- вого порядка, что говорит об индуистской направленности текста, так как четырехварновый порядок— один из столпов индуизма. (С четырех варн начинает изложение и поздняя «Вайкханаса-дхар- масутра», 1.1.1.)

Далее вопреки традиции следует не тема упанаяны, а — совершенно неожиданно— царская тема. При этом изложение обязанностей царя (раджадхарма) приводится не в рамках дхармы одной из четырех варн, как, например, в «Апастамба-дхармасутре» или в «Ману-смрити», где она дается в разделе о варне кшатриев. В отличие от дхармасутр и дхармашастр «Вишну-смрити» как бы выделяет царя из общеварнового ряда, вероятно исходя из его роли гаранта мирового порядка и устроителя мира, созданного Богом.

Чтобы обеспечить этот мировой порядок, поддерживать устои дхармы и процветание общества, царь создает идеальное пространство: поселяется в идеальной местности (Ви 3.4—6), назначает управляющих (Ви 3.7-10,16-21) и соглядатаев (Ви 3.35), вводит налоги (Ви 3.22-32) и т.п. Выстраивается идеальная картина мира Варновая тематика отходит на второй план, а на первый план выдвигается космологическая.

Интересно, что акцент на раджадхарме нередко побуждает составителя «Вишну-смрити» ориентироваться более на указания «Артхашастры», чем дхармашастр. Так, при описании идеальной местности «Вишну-смрити» предписывает царю поселиться в местности, «населенной преимущественно вайшьями и шудрами» (Ви 3.5). То же мы видим и в «Артхашастре», где говорится, что наилучшей для царя является местность, «населенная преимущественно низшей Варной» (КА IV. 1.8), «преимущественно шудрами- земледельцами» (КА II. 1.2). Между тем «Ману» предписывает, «чтобы земля была полна ариев» (М УН.69). Приведенные фрагменты демонстрируют различную ориентацию «Артхашастры» и «Вишну-смрити», с одной стороны, и «Ману-смрити» — с другой: составители «Артхашастры» и «Вишну-смрити» считают главным для царя получение налогов с местности, что согласуется с общей практической направленностью «Науки политики». Составитель же «Ману-смрити» полагает более важным, чтобы земля была полна ариев, его в первую очередь интересует благочестие населения, соблюдение дхармы, а не налоги. Комментатор Нанда- пандита, следуя доктрине «единства традиции», старается снять это противоречие. По его мнению, завершение сутры союзом «са» («и») подразумевает также брахманов и кшатриев, о которых говорит «Ману»4 .

Главы 5-14 содержат предписания по поводу наказаний для тех, кто мешает мировому порядку, и повествуют о судебных разбирательствах. Здесь представлен довольно традиционный для дхармашастр материал: уголовные преступления, гражданское право, система доказательств и т.п.

Эта тема завершается наследственным правом (гл. 15-18), рассмотрение которого органично перетекает в вопрос об обязанностях получающих наследство, так как основные обязанности наследников— ритуальные, они связаны с похоронными церемониями и шраддхой (кто получает наследство, тот и совершает шраддху).

Тема смерти влечет за собой повествование о космических циклах, которые увязываются с темой бренности существования, всевластия судьбы и темой перерождений. Этому посвящена глава 20. Представленные в ней ритуальные увещевания (во время похоронной церемонии), по мысли составителя, должны избавить человека от страха перед смертью. В дхармашастрах аналогичный раздел о космических циклах имеется лишь в «Ману-смрити» (1.67-72, 79) (этот блок представлен и в Мбх XII.224). По смыслу высказываний ритуальные увещевания Ви 20.22-53 похожи на наставления Виду- ры, который пытается утешить Дхритараштру в «Сказании о скорби» (Мбх Х1.2-3), где, как и в «Вишну-смрити», содержатся популярные дидактические афоризмы. Полностью совпадающие с Ви 20.22-53 строфы можно обнаружить и в книге XII «Махабхара- ты», в «Бхагавад-гите», «Рамаяне» и «Панчатантре»44, т.е. в памятниках, отражающих мировоззрение эпохи классического индуизма.

Глава 23 завершает этот раздел и посвящена очищению.

Начиная с главы 24, описываются обряды жизненного цикла. На первый взгляд перед нами традиционная логика: повествование строится в той же последовательности, что и в грихьясутрах, т.е. со свадебной церемонии. Однако далее картина меняется: упанаяна открывает тему ученичества — огромный блок (гл. 31-57), который помимо предписаний для ученика включает темы грехов и покаяний, смерти, а также описание посмертных мучений в адах и т.п. Данная тематика совершенно необычна для дхармашастр. Очевидно, по мысли составителя, юному дваждырожденному следовало представлять себе все эти вещи так же хорошо, как и обряды, — это должно было способствовать более тщательному соблюдению дхармы. Однако излагаемые правила носят явно общий характер и относятся не только к ученику, но и к домохозяину. В результате такого построения трудно выделить, где кончаются предписания для ученика и начинаются предписания для домохозяина.

Очевидно, тему ученика можно ограничить главами 55 и 56, которые посвящены прославлению гимна «Гаятри» и перечислению очистительных ведийских гимнов. Переходом к теме домохозяина можно считать главы 57 (предписания, касающиеся того, с кем следует полностью избегать общения) и 58 (тема чистоты/нечистоты имущества).

Глава 59 уже определенно повествует об обязанностях домохозяина, важнейшей из них выступает шраддха (гл. 73-85). В главе 21 были описаны экодишта-шрадцха и сапиндикарана-шраддха, которые непосредственно связаны с похоронным ритуалом. В главах 74-78 повествуется о нитья-шраддхе («регулярная шраддха»), наймиттика-шраддхе («шраддха по определенной причине») и ка- мья-шраддхе («шраддха во исполнение желаний»). Блок, посвященный домохозяину, завершается темой даров (гл. 87-93).

Главы 94 и 95 описывают ашраму лесного отшельника, глава 96 — саньясина, глава 97 посвящена медитации на Вишну и различным видам концентрации. Как видим, композиционно изложение материала «Вишну-смри- ти» подчинено ашрамно-временному принципу, т.е. дается во временной последовательности по стадиям жизни (ашрамам): брахманского ученика (брахмачарина), домохозяина (грихастхи), лесного отшельника (ванапрастхи) и странствующего аскета (саньясина). Ашрамам ученика и домохозяина посвящен основной объем текста; ашрамы лесного отшельника и странствующего аскета, уступая первым двум по отведенному им месту, представлены довольно рельефно. Каждой отводится по две главы (гл. 94-95 и 9697), изложение их дается в той же последовательности, которая отчетливо проявляется лишь в более поздних текстах и считается традиционной.

Хотя основные дхармасутры и дают перечни ашрам (Ап II.21.1- 2; Гдх 3.1-3; Бдх 11.11.12; Вдх VII.2), ашрамная система в них выглядит еще не сложившейся, тексты обнаруживают значительные колебания в описании двух последних ашрам, которые даются к тому же под разными названиями. Кроме традиционного для ашрамы лесного отшельника названия «ванапрастха» в «Гаутама-дхар- масутре» (3.2,26-34) применяется термин «вайкханаса» (уа1кЬапа- Ба). Для странствующего аскета-саньясина у Гаутамы употребляется «бхикшу» (3.2,11-25), у Баудхаяны (11.11.12,16—26) и Васиштхи (7.2) — «паривраджака» (рапуга]ака), у Апастамбы наряду с «па- ривраджа» (рапу^а) (11.21.7-20) используется «мауна» (таипа) (11.21.1)51. В дхармасутрах Апастамбы и Гаутамы нарушена последовательность в перечислении ашрам и ашрама лесного отшельника дается как завершающая. За исключением «Баудхаяна-дхарма- сутры», уделяющей некоторое внимание классификации отшель- ников-ванапрастха (III.3.3-22), описанию двух последних ашрам в указанных текстах отводится лишь по несколько сутр, и расположение их не подчинено какой-либо схеме. Таким образом, оформ- ленность представленного в «Вишну-смрити» учения об ашрамах явно противопоставляет этот текст древним дхармасутрам.

Составитель «Вишну-смрити» группирует темы по принципу ассоциаций: темы логично перетекают одна в другую. Семейное и наследственное право «подтянуты» к теме царя как вершителя правосудия, поскольку они, как и преступления, составляют предмет судебных разбирательств. Тема семейного права и наследования, в свою очередь, связана со смертью, нечистотой и поминками- шраддхой. Однако шраддха развернуто рассматривается далее (гл. 73-85), так как совершение поминок считается важнейшей обязанностью домохозяина. Тема смерти влечет тему очищения — переход к изложению обрядов жизненного цикла (санскар), так как сама жизнь дваждырожденного. воспринимается как последовательное очищение посредством обрядов.

Помимо деления на главы можно выделить блоки текста, которые, в свою очередь, составляют еще более крупные блоки. Так, ордалии описываются в шести главах (9-14), и сам этот блок включается в еще более крупный блок — раджадхарму, в силу того что ордалии назначаются царем. Блок, посвященный дарам (гл. 87-93), включает в себя блок, повествующий о различных ритуальных действиях в зависимости от календарного цикла, а также о благах, которые они приносят (гл. 89-90), и т.д.

Между этими блоками тоже есть переходы. Составитель нигде не обрывает тему, следуя определенной логике, которую можно понять, зная традицию. Так, изложение санскар в «Вишну-смрити» начинается не с упанаяны, как в других дхармашастрах, а с перечисления основных предродовых и родовых обрядов. Санскары воспринимаются не только как ритуалы жизненного цикла, но и как очищение, которое, порождая новые качества, дает возможность совершать другие обряды, отсюда связь между браком и очищением (гл. 22). Глава 24 описывает виды брака; далее говорится о дхарме женщин, потому что от женщин зависит рождение; рождением начинается цикл жизни, и глава открывает тему обрядов жизненного цикла.

Как уже говорилось, «Вишну-смрити» характеризует отчетливо выраженная вишнуитская направленность. В отличие от других дхармашастр, авторство которых обычно приписывается пусть мифологизированным, но все же человеческим персонажам, «Вишну- смрити» претендует на статус откровения бога Вишну, который в пуранической триаде богов сложившегося индуизма (тримурти) выступает как бог-спаситель, охранитель мироздания, т.е. творец порядка, и в связи с этим как наставник в дхарме и творец дхармашастр. И в этом смысле «Вишну-смрити» представляет разительный контраст со старой традицией.

Наряду с общими для грихьясутр и дхармашастр описаниями ритуалов «Вишну-смрити» содержит сведения о чисто индуистских обрядах, связанных с почитанием Вишну, а также ряд идей, характерных для зрелого индуизма. В главе 49 имеются предписания по выполнению обряда почитания Васудевы в месяце маргаширша и перечисляются блага, которые приносит выполнение этого обряда. Здесь, в частности, говорится о Швета-двипе (мифическом «Белом острове», его принято считать «земным раем» вишнуизма) как о награде за преданность Васудеве (Ви 49.4). В этой же главе упоминается планета Брихаспати (Юпитер), пребывание которой на небе вместе с луной в ночь полнолуния называется Великим полнолунием и является идеальным временем для различных церемоний — принесения даров, поста и т.п.

Возможно, составитель «Вишну-смрити» принадлежал к виш- нуитской секте бхагаватов. Об этом свидетельствуют предписания проведения церемонии Вайшвадева: Ви 67.2 предписывает начинать церемонию Вайшвадева почитанием богов Васудевы, Санкаршаны, Прадъюмны, Анирудхи, Пуруши, Сатьи, Ачьюты, Васудевы. И только затем, в сутре 3, перечисляются те божества (Агни, Сома, Митра, Варуна, Индра, Индрагни, Вишва-девы, Праджапати, Анумати, Дханвантари, Вастошпати, Агнисвиштак- рит), почитание которых обычно предписывают грихьясутры и дхармашастры45.

Анализ содержания, формы и композиции памятника приводит к следующим выводам: «Вишну-смрити», формально следуя традиции текстов о дхарме, одновременно демонстрирует и определенный разрыв с ней. Тематика в целом остается привычной для жанра дхармашастр, однако составитель, стремясь к «всеохватно- сти» (несвойственной древним сутрам), включает и принципиально новые для дхармашастр темы, помещая их в традиционный контекст. Это космология и философические идеи, ряд индуистских обрядов, в том числе чисто вишнуитский материал. Кроме того, наблюдается и перестановка акцентов: некоторым темам уделяется больше внимания, например ордалиям и царю, в обрядовой сфере акцент делается на ритуалах очищения (покаяния, очистительные мантры и др.); для составителя чрезвычайно важной становится тема греха и морали. Композиционным построением подчеркивается роль царя. Таким образом, логика изложения и построение текста существенно отличаются от «классических образцов», что отражает общую трансформацию культовой практики: в традиционный контекст добавляются существовавшие прежде и одобренные каноном реалии, а также новые реалии, которые подстраиваются под классический канон.

<< | >>
Источник: А.А.Вигасин (отв. Ред.). Вишну-смрити / пер. с санскр., предисл., коммент. и прил. A. Корнеевой. — М. : Вост. лит. — 421 с. — (Памятники письменности Востока. CXXXII / редкол.: Г.М. Бонгард- Левин (пред.). 2007

Еще по теме Форма и композиция:

  1. 4.1. Синтез расширяющейся композиции на основе доломитов 4.1.1. Изучение влияния температуры и добавок на возможность регулирования расширения композиции
  2. Анализ композиции Общее понятие композиции
  3. Типы композиции
  4. КОМПОЗИЦИЯ СЮЖЕТА
  5. КОМПОЗИЦИЯ СЮЖЕТА
  6. Композиция образной системы
  7. 3. КОМПОЗИЦИЯ ПРОИЗВЕДЕНИЯ
  8. Композиция художественной речи
  9. Опорные точки композиции
  10. 1.4 Композиции для ароматизированных вин
  11. 4. РАЗРАБОТКА МАЛОЭНЕРГОЕМКОЙ ТЕХНОЛОГИИ ВЯЖУЩИХ КОМПОЗИЦИЙ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ МАГНИЙСОДЕРЖАЩИХ МАТЕРИАЛОВ
  12. СЮЖЕТ И КОМПОЗИЦИЯ ЛИТЕРАТУРНОГО ПРОИЗВЕДЕНИЯ
  13. ТЕМА И КОМПОЗИЦИЯ ТРУДА ГЕРОДОТА
  14. 4.1.2. Изучение влияния расширяющейся композиции на свойства твердеющего цемента
  15. 2.3 Оптимизация составления композиций пряно-ароматического сырья для ароматизации вина
  16. ФИЗИКО-ХИМИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ГИДРОТЕРМАЛЬНОГО ОМОНОЛИЧИВАНИЯ СИЛИКАТНЫХ КОМПОЗИЦИЙ. СТРУКТУРА СИЛИКАТНГО КАМНЯ И КРИТЕРИИ ЕЕ ОЦЕНКИ
  17. Черкасов, Андрей Викторович. Малоэнергоемкая технология вяжущих композиций с управляемым расширением на основе магнийсодержащих материалов / Дис. канд. техн. Наук / Белгород, 2006
  18. Раздел 2 ДИАГНОСТИКА ГРУППОВОЙ КОМПОЗИЦИИ 1.2.1. Экспресс-диагностика системно-характерологических отношений личности
  19. 11.9. Форма и содержание
  20. VI. МАТЕРИЯ И ФОРМА