<<
>>

Юридическая культура португальского двора XIV

в. (eorte- "двор1 и corte - "суд")4

Очень трудно говорить о культуре двора португальских государей XTV в.. км более юридической. Гораздо выпуклее и ярче придворная культура выступает из тьмы исторического документа при первых королях Ависской династии, в конце XIV - начале XV в.

Однако XIV в, тем и хорош (и крайне важен), что это - момент становления новой реальности и новых ценностей.

Особый интерес с этой точки зрения вызывает конец правления Диниша и правление Афонсу IV (т.е. первая половина XIV столетия). Первое ознаменовано несколькими событиями, очень важными для интересующей нас темы. Прежде всего, это складывание королевского двора и придворной жизни в таких формах, которые сделали двор одним из крупнейших ценров пиренейской культуры, куда стремились не только португальские и кастильские, но и каталонские и даже запиренейские поэты, музыканты и т,д. Несмотря на то, что двор и при Динише, и при его преемниках-королях оставался странствующим, Лиссабон в определенном смысле начинает выполнять роль столицы, концентрируя некоторые общекоролевские учреждения и становясь местом пребывания единственного, первого университета Португалии, в котором с самого начала был сделан акцеят на изучении права, в то время как» например, теологический факультет отсутствовал.

Отправление королевской властью, самим монархом и его двором судебных функций - явление обычное и обязательное в средние века - в XIV в. получает законченные и разветвленные формы. (Нужно учесть, что королевская власть в Португалии насчитывала за плечами не многим более столетия.) В XIII в. король решал судебные дела в присутствии королевской курии или на королевской курии, для подготовки дел назначал специальных должностных лиц, носивших звание судей; иногда для решения дел по всей стране, судебная власть делегировалась им верховным судьям.

Согласно указам Афонсу IV, суд при дворе был оформлен следующим образом: четыре верховных судьи - двое клириков и двое мирян - обраювывали два смешанных "трибунала" по гражданским делам; четверо судей по уголовным делам составляли два уголовных трибунала: и.

наконец, двое судей "работали" постоянно при короле.

Кроме того, существовал особый королевский суд для лиц, изъятых из других форм юрисдикции - иудеев, мавров и некоторых других. Таким образом, спектр юридических казусов, решавшихся и обсуждавшихся при дворе, был очень широк. Да и круг лиц, в той или иной степени вынужденных интересоваться этими вопросами, тоже был значительным, ибо, во-первых, функции верховных судей или иных должностных лиц в королевском трибунале, как то зафиксировано документально, нередко отправляли члены королевской курии или королевского совета. Во-вторых, потому, что с XIV в., когда созывы кортесов становятся обычным и более или менее регулярным явлением, обсуждение правовых вопросов и отдельных казусов выносится на общие заседания кортесов с завидной постоянностью (это наиболее часто встречающаяся тема статей).

При том же короле Афонсу IV и процесс, и оформление дел приобретают, я бы сказала, более формальный, в нашем понимании слова, характер. Законы о процессуальных реформах 1314, 1330,1352 гг. настаивали на скрупулезной подготовке дела должностными лицами, обязательной письменной фиксации дел, и, главное, требовали подавать прошения и делать запросы тоже в письменной форме, не говоря уже о решении суда как таковом. Хочу в связи с этим обратить внимание на то, что, начиная с правления Диниша, в дело- и судопроизводстве и законодательстве употребляется только португальский язык, что давало основания для требований законов о реформе.

Результатом этих законов стало расширение королевской канцелярии, специализация функций тех, кто в ней состоял, и "оседание" ее в Лиссабоне: где бы ни находился король, всюду сопровождал его канцлер и писец, основной же состав канцелярии оставался в Лиссабоне. Одновременно был создан архив королевской канцелярии, впоследствии знаменитый Torre do Tombo. {Историзм мышления - вообще характерная черта португальской культуры; об этом не здесь и не сейчас, но вот то же и с канцелярией - ее архивом рано ведал главный хронист королевства.)

Интерес к праву и при дворе, и в Португалии вообще, был действительно велик.

Я говорила о Лиссабонском университете, но это ведь могла быть и случайность. Однако случайностью не назовешь выбор португальцами университетов и факультетов вне Португалии. В XIV в. в Болонье, Орлеане, Невере и Саламанке мы встречаем португальские студентов, и все они обучаются праву. Вот пример одного года по данным, которые приводит Вериссимо Серран в своем исследовании о португальских студентах южнофранцузских университетов: из пятнадцати студентов четверо изучают медицину, остальные - право.

Впрьнш О.И.

Чем объяснить такое увлечение юриспруденцией? Если говорить о глубинных корнях, то надо, видимо, учесть особое положение Португалии в XII—XIII вв. как королевства, постоянно и долго уточнявшего и отстаивавшего свои права, при этом не только военной силой в войнах с Кастилией, но и юридическими средствами, вплоть до арбитража папы римского. Вассальные отношения с Римом, в сочетании с географическим положением, подпитывали стойкие связи с Италией, и здесь в юриспруденции - давние связи: еще в XIII в. в Италии работали и были хорошо известны Петр Испанец и глоссатор Иоанн де Деус, преподававшие в Болонском университете.

В это же время зафиксированы и первые примеры проникновения норм Кодекса Юстиниана в повседневную документацию. В XIV в. в документах королевской канцелярии знакомство с ним проступает уже явно.

И вот здесь мы сталкиваемся с очень интересным проявлением двойственности отношения к римскому праву, и прежде всего со стороны самого короля. Я уже говорила и писала о правлении Афонсу IV как переломного времени в истории Португалии. В двух словах: усиление королевской власти, попытки вырвать города у сеньоров, стремление придать обществу законодательным путем некие стабильные формы (законы о роскоши, регламентации деятельности палат кортесов) и слом многих этих начинаний чумой 1348 г. Что же касается юридической мысли, то, как я тоже уже говорила, именно для правления Афонсу IV характерно появление законодательных актов, в которых правовая аргументация основывается не на обычае как источнике права, а на королевской воле и благе королевства.

И в то же самое время именно Афонсу IV принадлежит закон 1352 г., в котором он с опаской писал: "мы не должны соблюдать эти писаные законы, если они не основаны на разуме и не во благо наших подданных44.

Однако даже в этой цитате, на мой взгляд, в этой аргументации, вопреки всем субъективным опасениям объективно проявился новый тип юридического подхода, во главу угла ставящий не обычай, не устоявшуюся норму (aguizado), а разум и благо подданных.

Вообще, кроме прямого и непосредственного итальянского влияния, весьма сильно римское право воздействовало на португальцев и особенно на португальский двор через осмысление и восприятие его кастильским двором. При Динише* племяннике и воспитаннике Альфонсо X Мудрого, при португальском дворе существовал своего рода культ этого кастильского государя. В меньшей степени, но все же сохранялась данная традиция и при Афонсу IV; именно при нем и но его повелению были переведены Фуэро Реаль и ПІ Партпда

Альфонсо Мудрого, а кроме того "Цветы законов" - компендиум процессуального права Якоба Руиса - одного из создателей королевского кастильского законодательства. Эта небольшая книжечка была в ходу при дворе и в кастильском, и в португальском вариантах, и как знать, не ею ли были в какой-то степени спровоцированы процессуальные реформы Афонсу IV,

Влияние правовых идей особенно заметно в области теории королевской власти. В манифесте 1321 г, Диниш, подчеркивая свою верность законам и сословиям, в то же время утверждает, что он - no lugar do Deus, т.е. наместник Бога именно для того, чтобы правосудием и истиной защищать свой народ. Вообще, в оправдание своих прав - претензий на трон (это момент междоусобицы с сыном, будущим Афонсу IV) Диниш на первое место выдвигает именно свои юридические функции - отправление суда и охрана закона.

Дальнейшее развитие теория королевской власти и государственного управления получила в созданном в 40-е годы трактате францисканца Алвару Паиша "Speculum Regum*\ где, однако (и время прошло, и авторство иное), более настойчиво проводилась идея папской супрематии, хотя трактовка земной власти как отражения небесной с точки зрения происхождения власти фактически ставит папу и короля на одну доску.

Акцент на той или иной стороне этой теории составлял аргументы в вечной (для всей Западной Европы, а для Португалии в особенности) борьбе королей с церковью.

Возрастание роли королевской власти и осознание этого хорошо прослеживается по вмешательству Афонсу IV в судопроизводство: все большее количество дел подлежит ведению королевских судов. Жалобы в кортесах - причем общие, от всех сословий сразу, - на то, что дела, раньше решавшиеся по обычаю, теперь решаются по королевскому праву, - постоянны. Обращает на себя внимание, однако, что это касалось в основном преступлений против церкви, против короля и корГоны] и т.д. Защита личности, т.е. человека, его жизни, здоровья, чести, оставалась по большей части в ведении местных судов и правовых систем.

Та же тенденция проявляет себя в типе законодательных актов: если для правления Диниша очень характерны единовременные пра- инвые акты или особенные - форалы, т.е. грамоты, подтверждавшие местные обычаи или нормы отношений города и короля, то в правление Афонсу IV не было выдано и принято ни одного форала. и законы все больше издаются для всего королевства, а при Педру встречаемся с формулировкой lei do reino, пожалуй, первый раз.

Гот же результат дает анализ юридической терминологии - практически исчезновение терминов, обозначающих costume, foro, употребление в королевских ответах на кортесах и законах понятий "закон божественный и закон человеческий4', "благо народа'4. К сожалению, не могу привести подробных данных - для этого нужен долгий терминологический анализ, - но понятие ''право", которое в средневековом праве всегда индивидуально и исходит от человека, его право, право по отношению к нему, вышеупомянутые законы стремятся заменить понятием "закон" - понятием абстрактным.

В этом, как и в том, о чем я уже говорила, - черты начавшегося формирования государя и государства нового типа.

<< | >>
Источник: Варьяш О.И.. Пиренейские тетради : право, общество, власть и человек в средние века; [сост. и отв. ред. И.И. Варьяш, Г.А. Попова] ; Ин-т всеобщ, истории РАН. - М. : Наука - 451 с.. 2006

Еще по теме Юридическая культура португальского двора XIV:

  1. Португальские форалы как памятники юридической мысли7
  2. Иудеи в португальском праве XIII-XIV вв:
  3. КУЛЬТУРА ИСПАНИИ В XIV — XV ВЕКАХ
  4. КУЛЬТУРА ШОТЛАНДИИ XIV — XV ВЕКОВ
  5. РУССКАЯ КУЛЬТУРА XIV—XV ВЕКОВ
  6. КУЛЬТУРА АНГЛИИ XIV — XV ВЕКОВ
  7. КУЛЬТУРА ИТАЛЬЯНСКОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ XIV — XV ВЕКОВ
  8. ГЛАВА VI. ЗАМКИ И ДВОРЦЫ, ЖИЗНЬ ДВОРА
  9. С монастырского двора — в научную лабораторию
  10. Среди всех правомерных действий граждан и юридических лиц как юридических фактов наиболее распространены всевозможные сделки
  11. 16.1 Право на получение юридической помощи как одно из основных конституционных прав человека и гражданина. Содержание юридической помощи: ее разновидности
  12. ВОЗНИКНОВЕНИЕ ПОРТУГАЛЬСКОГО ГОСУДАРСТВА
  13. ГЛАВА 7 ОБЪЕДИНЕНИЕ ИСПАНИИ. ОБРАЗОВАНИЕ ПОРТУГАЛЬСКОГО ГОСУДАРСТВА
  14. Португальские письма
  15. Начала португальских кортесов3
  16. Знать, Реконкиста и формирование португальского народа*
  17. ИСПАНСКИЕ И ПОРТУГАЛЬСКИЕ КОЛОНИИ
  18. Три мифа португальской истории25
  19. Русско-португальские отношения в XVIII - начале XIX е.*