<<
>>

МОНГОЛЬСКИЙ СМЕРЧ

И я взглянул, и вот конь бледный

и на нём всадник, которому имя

смерть, и ад следовал за ним…

Апокалипсис, XI.8.

М ирным людям, живущим в городах и деревнях, трудно понять жизнь степей, где человек неотделим от коня и сабли, где лошадей украшают попонами из человеческой кожи, а к сёдлам подвешивают черепа убитых врагов.

В степи надо успеть убить первым – иначе первым убьют тебя; там кипит вечная война между родами и племенами, и жизнь человека подобна мимолётному облачку в голубом небе. В степи нужно каждый день тренироваться в умении убивать: монголы с трёх лет приучали детей к луку, постепенно увеличивая его размеры. Их лук был не такой, как у скифов и гуннов, это была сложная машина убийства, склеенная из кости и дерева разных пород; стрела из этого лука за сто метров пробивала любой доспех, и день появления этих луков предвещал гибель многим народам и государствам. Монгольский лук, «саадак», был Фундаментальным Открытием, породившим Волну, сокрушившую цивилизацию средних веков – и Чингисхан дал этой Волне своё имя.

В те времена, когда Чингис ещё не был ханом, его звали Темучжин; он был сыном вождя монголов Есугей-багатура. При Есугее монголы были одним из многих степных племён, и, кроме монголов, в степи кочевали татары, меркиты, кереиты, найманы – все эти племена говорили на одном языке, и иногда их без разбора называли татарами или монголами. Как часто бывало в степи, Есугей силой отнял будущую мать Темучжина, Оэлун, у её жениха и силой сделал её своей женой. Предание говорит, что когда Темучжин родился, он держал в ладони сгусток крови – знак своей кровавой судьбы. Через несколько лет Есугей был отравлен врагами монголов – татарами; монголы избрали себе новых вождей и, откочевав, оставили Оэлун одну с маленькими детьми. Темучжин и его братья бедствовали, голодали, рыли в степи коренья – но даже в беде не могли ужиться между собой, и юный Темучжин застрелил из лука своего сводного брата Бектера.

Потом ему пришлось спасаться от монголов, которые вернулись, чтобы его убить; он чудом уцелел, спрятавшись в речной заводи, – так, скрываясь от погонь и кочуя по степи с маленьким аилом, он дожил до совершеннолетия.

Когда-то давно Есугей нашёл маленькому Темучжину невесту, девочку Борте, и договорился с её родителями. Темучжин женился на Борте, но не смог защитить свою жену – на его стойбище напали меркиты, и Борте стала добычей победителей, которые сделали с ней всё, что хотели. Темучжин бежал к одному из степных вождей, Тоорил-хану, когда-то бывшему другом Есугея; Тоорил враждовал с меркитами и договорился с новым вождём монголов, Чжамухой, напасть на них – так что Темучжин отвоевал свою Борте и, став побратимом Чжамухи, сумел через какое-то время привлечь к себе часть монголов.

Он стал ханом и стал мстить татарам, меркитам и всему окружающему миру. "Высшее наслаждение для мужчины, – говорил он, – победить своих врагов, гнать их перед собой, отнять у них все, видеть лица их близких в слезах, сжимать в объятиях их дочерей и жен". В общем, это были обычные степные войны, после которых пленных варили в котлах, или "равняли к оси телеги", как Темучжин поступил с татарами, – и женщин, и малых детей, всех убивали, а беременным вспарывали животы. "Небо звёздное, бывало поворачивалось, – вот какая распря шла всенародная, – говорит монгольское сказание. – На постель тут не ложилися, мать широкая земля содрогалася – вот какая распря шла всеязычная". Темучжину удалось одолеть других ханов, и в 1206 году он был провозглашён "Великим ханом" – Чингисханом. "Когда он направил на путь истинный народы, обитавшие за войлочными стенами, – говорит сказание, – то в год Барса собрался курултай у истоков реки Онон. Здесь воздвигли девятибунчужное белое знамя и нарекли ханом Чингис-хана". Чингисхан разделил все племена на десятки, сотни и тысячи и провозгласил законы, которые за малейшую провинность карали смертью. Враждовавшие ранее племена превратились в единую могучую Орду, готовую обрушиться на окружающий мир.

Кочевники не могли жить без войны, нехватка пастбищ побуждала их добывать пропитание мечом, и тишина, внезапно воцарившаяся в степи, могла быть лишь тишиной перед взрывом.

В 1211 году на Северный Китай обрушился первый удар Волны. "Везде были видны следы страшного опустошения, – писал современник, – кости убитых составляли целые горы: почва была рыхлой от человеческого жира, гниение трупов вызывало болезни". Северный Китай превратился в пустыню. В 1220 году монголы обрушились на Среднюю Азию, всё сопротивлявшееся подвергалось "всеобщей резне" ("катл-и амм"). Это был обычай монголов, воевавших в земледельческой стране так же, как они воевали в Степи. "Чингисхан отдал приказ, – писал Рашид-ад-дин, – чтобы убивали всякое живое существо из любого рода людей и любой породы скотины, диких животных и птиц, не брали ни одного пленного и никакой добычи". По свидетельству источников, в окрестностях Герата было истреблено полтора миллиона жителей; в Нишапуре "не осталось ни одной стоящей стены".

Правитель Средней Азии хорезмшах Мухаммед, преследуемый монголами, бежал на запад, и, не выдержав душевных потрясений, вскоре умер. Большинство городов подверглось "всеобщей резне"; когда жители Бухары в ужасе отказались от сопротивления, они были выведены за городские стены и поделены между варварами. Монголы связали мужчин и тут же, на глазах у них, изнасиловали женщин. Имам Рукн-ад-дин с сыном, не выдержав этого зрелища, бросились на варваров и были зарублены; затем было зарезано 30 тысяч мужчин, а город разрушен до основания, "как будто его вчера и не было". "Мало кто спасся, вследствие чего та страна совершенно обезлюдела", – свидетельствует летописец. Монгольские всадники, как демоны смерти, носились по равнине, покрытой пепелищами и ковром из трупов; это выглядело, как исполнение пророчества о конце света: "И я взглянул, и вот конь бледный, и на нём всадник, которому имя смерть, и ад следовал за ним…"

Среди этой пляски смерти Чингисхан внезапно задумался о своей собственной жизни: ему было уже под семьдесят. Он вызвал из Китая знаменитого монаха и мудреца Чан Чуня, о котором говорили, что он знает секрет бессмертия. Чан Чунь проехал многие тысячи километров по дорогам, заваленным гниющими трупами, и покорно склонился перед "владыкой человечества".

– Святой муж! – сказал Чингисхан. – Ты пришёл издалека, какое у тебя есть лекарство для вечной жизни, чтобы снабдить меня им?

– Есть средства хранить свою жизнь, – откровенно ответил седой монах. – Но нет лекарства бессмертия.

Чингисхан угрюмо кивнул и отпустил монаха. Он понял, что ему надо торопиться; он ещё не отомстил всем своим врагам. Прервав поход на запад, он двинулся на тангутов, обитавших в Западном Китае. Тангуты "зарывались в землю и камни, чтобы укрыться от мечей и стрел, но спаслись лишь один-два человека из ста. Белые кости покрыли степь". В августе 1227 года Чингисхан умер, наказав своим сыновьям и внукам продолжить завоевание мира. Монголы завоевали Северный Китай, Корею, русские земли и в 1256 году вновь вторглись в Иран. В январе 1258 года Орда подошла к столице мусульманского мира, Багдаду. Багдад был самым большим городом на земле, и кочевники с удивлением взирали на могучие крепостные стены и возвышающиеся над ними купола мечетей. 4 февраля монголы пошли на штурм, овладели стенами и несколько дней стояли на них, оглядывая сверху замерший от ужаса город. 10 февраля началась "всеобщая резня". Халиф Мустасим, пытаясь откупиться, открыл все тайники с драгоценностями, и богатства Востока были свалены в горы вокруг ханской ставки. Мустасиму не удалось спасти свою жизнь, вместе со всем своим родом он был затоптан копытами коней. Резня продолжалась пять дней, большая часть Багдада сгорела, и мало кто остался в живых. "Горы трупов дыбились на улицах и базарах, дожди мочили их, а кони топтали копытами…" "С тех пор как бог сотворил Адама, до настоящего времени мир не видел подобного испытания, – свидетельствует арабский летописец Ибн-ал-Асир. – Может быть, люди не увидят подобного до скончания мира, исключая разве Гога и Магога. Даже антихрист пощадит тех, кто ему подчинится, и погубит только тех, кто будет ему сопротивляться. А эти не щадили никого…" Долины Передней Азии превратились в пустыню; песок заносил развалины городов и высохшие каналы. История снова вернулась к своему началу.

<< | >>
Источник: Сергей Александрович Нефедов. История Средних веков. 2000

Еще по теме МОНГОЛЬСКИЙ СМЕРЧ:

  1. ГЛАВА 8 Бури, ураганы, смерчи
  2. УРАГАН, СМЕРЧ, ШТОРМ
  3. 8.1. Происхождение и оценка бурь, ураганов, смерчей
  4. 2.1. Сильные ветры, шквалы, ураганы, смерчи
  5. Меры по обеспечению безопасности при угрозе бурь, ураганов, смерчей
  6. Глава 3. Монгольский период
  7. Начало монгольских завоеваний
  8. Монгольские завоевания и установление ордынского ига
  9. 3. СВЕРЖЕНИЕ МОНГОЛЬСКОГО ИГА
  10. МОНГОЛЬСКИЙ АЛТАЙ
  11. Монгольский логос в русской истории
  12. 2. КИТАЙ ПОД ВЛАСТЬЮ МОНГОЛЬСКОЙ ИМПЕРИИ
  13. ГЛАВА ВТОРАЯ МОНГОЛЬСКИЙ АЛТАЙ
  14. ОСВОБОЖДЕНИЕ РУСИ ОТ ТАТАРО-МОНГОЛЬСКОГО ИГА
  15. Очерк четвертый ПУТИ РАЗВИТИЯ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ ПОСЛЕ МОНГОЛЬСКОГО НАШЕСТВИЯ
  16. ГЛАВА ПЕРВАЯ НА ПУТИ В МОНГОЛЬСКИЙ АЛТАЙ