<<
>>

Феодальное землевладение и королевская власть в Португалии XII е.*

В истории Португалии ХП век занимает особое место. В течение зтого столетия графство Португальское, образовавшееся в конце XI в. как вассал Леоно-Кастильской монархии, расширилось и укрепилось территориально, политически и экономически.
Большую роль в этом процессе играла Реконкиста. После вторжения на полуостров во второй половине XI в. альморавидов, нанесших значительный урон землям христиан, с середины ХП в, вновь началось постепенное упорное продвижение к югу португальских границ. Через восемь лет после победы над мусульманскими силами в 1139 г. при

+ Впервые опубл.: СВ. 1988. Вып. 51. С. 23-34.

Оурике войска Афонсу Энрикеша взяли Сантарен, а затем самый крупный город этого региона - Лиссабон. Отвоеванные в последующее столетие земли к югу от Тежу, в том числе такие города, как Эвора, Бежа, Одемира, позднее были утрачены португальцами в результате наступления альмохадов и много раз переходили из рук в руки. Однако центральные территории будущей Португалии с этого времени прочно вошли в ее состав.

Резкое расширение границ, отвоевание и заселение новых земель имели в Португалии, как и в других районах полуострова, ряд последствий социального и экономического характера. Это прежде всего усиление роли городов, усложнение общественной и этнической структуры, миграции населения с севера на юг, перераспределе ние земель между различными слоями господствующего класса и т.д.

В то же время в XII в. изменился и политический статус Португалии. И Тереза, и Афонсу Энрикеш стремились разорвать вассальные связи с Леоном. Подобные попытки не раз приводили к вооруженным столкновениям с соседом. Военные победы Афонсу, рост территории Португальского графства, его политического и экономического могущества позволили Афонсу провозгласить себя королем и закрепить свое положение путем признания сюзеренитета Рима над португальским королевством1.

Складывание автономного государственного образования, тем более в условиях Реконкисты, естественно, было связано с формированием новых связей внутри господствующего класса.

Освоение новых земель и в центре и на севере страны в ходе внутренней колонизации вызывало изменения в отношениях между феодалами и непосредственными производителями.

Социальные отношения XII в. изучены в зарубежной исторической литературе далеко не в полной мере. Долгое время в португальской историографии существовало мнение о нефеодальном характере этих отношений, что традиционно аргументировалось такими особенностями развития Португалии, как наличие сильной центральной власти, отсутствие развитой феодальной иерархии и т.д. Эта точка зрения в основном отошла в прошлое. Ряд историков, стоящих на марксистских позициях, рассматривают средневековье в Португалии как период господства феодального способа производства и соответствующих ему производственных отношений2. Однако многие вопросы, объясняющие специфику развития феодальных отношений в Португалии, требуют дальнейшего исследования, в частности особенности взаимоотношений различных групп феодалов с королевской властью и между собой, где, несмотря на фундаментальные работы Ж. Маттозу*, остается много белых пятен.

Не претендуя на исчерпывающее раскрытие этой темы, ограничимся лишь отдельным ее аспектом, а именно путями складывания и формами феодального землевладения в XII в. (на основе графских и королевских грамот, опубликованных в двух томах серии "Средневековые португальские документьГ)4. Сразу же оговоримся, что тип источника не дает возможности проследить процесс формирования феодального землевладения во всей полноте, для чего было бы необходимо привлечь картулярный материал, к сожалению, пока нам недоступный. Однако и данные королевских грамот позволяют сделать ряд интересных и важных наблюдений в этой области.

Изученные документы представляют собой грамоты нескольких типов. Большая их часть - дарственные монастырям, церквам, орденам, светским лицам. Сравнительно невелико (приблизительно 1/9 часть общего объема) количество документов, фиксирующих продажу и обмен земель. Следует выделить грамоты, устанавливающие обязанности, права и привилегии жителей различных поселений - форалы.

Кроме того, в издание включены договоры с соседними правителями, грамоты, направленные папе римскому, и другие документы подобного типа''.

Количественно документы распределяются неравномерно. От 33-летнего периода правления графа Энрике и Терезы их дошло в 3,5 раза меньше, чем от времени Афонсу, который правил 58 лет; т.е. плотность дошедших до нас грамот Афонсу вдвое больше по сравнению с эпохой Терезы и Энрике. Несомненно, здесь играет роль и лучшая сохранность документов в годы большей стабильности военно-политической обстановки на севере Португалии при Афонсу. В то же время само политическое развитие страны - расширение границ, завоевание автономии, борьба за престол, приобретение статуса королевства - также, видимо, обусловило большую активность центральной власти в лице Афонсу Энрикеша, или Афонсу 1.

Граф Энрике, французский рыцарь, участвовавший ь походах Альфонсо VI, женившись на его малолетней дочери Терезе, получил португальские владения, видимо, на правах феода. Около 1096 г. эти земли стали именоваться графством. Фактически Энрике правил единолично, так как к моменту его смерти в 1112 или 1114 г. Терезе было немногим более 20 лет. Тереза, принявшая от Энрике наследство и правившая графством до 1127 г., в целом продолжала политическую линию супруга. Оба они стремились к расширению территории графства на юг и к независимости от Леона. Это выразилось в захвате и заселении земель в ходе Реконкисты, отказе Энрике от выполнения феодальных обязательств после смерти Альфонсо VI в 1109 г., в военных столкновениях Терезы с ее сестрой Урракой, наследницей Альфонсо.

В связи с этими политическими сложностями перед Энрике, очевидно, должна была стать задача укрепления своей власти внутри графства. Издавна, еще со времен первых завоеваний и заселения португальских земель в IX-X вв., здесь сложился слой крупных феодальных землевладельцев. В Порту, Браге, Визеу, Ламегу и других городах существовали епископства. Восстанавливались старые и возникали новые монастыри. Складывались и крупные светские вотчины. Так, известны документы, свидетельствующие о крупных прессурах с целью освоения пустовавших или потерпевших ущерб земель графа Вимара Переса, данные о крупных владениях Мума- донны. Как показали исследования Ж. Маттозу, пять наиболее могущественных в ЇХ-Х вв. семейств, из которых происходили и графы - правители португальских земель, к концу XI в. утратили свое значение. Причинами тому были дробление владений, гибель членов этих фамилий в ходе военных действий, в частности при Педрозу6, прекращение рода7. Видимо, этим может быть частично объяснена возможность появления здесь в роли правителя, а затем и графа, "франка" Энрике. Тем не менее и в это время сохранялись влиятельные фамилии, в том числе выдвинувшиеся в годы Реконкисты, не говоря уже о церковных феодалах. И те и другие активно участвовали и в политической борьбе внутри графства. Несомненно, многие пожалования были вызваны именно стремлением обеспечить поддержку повой центральной власти.

Пожалования Энрике и Терезы церкви и светским лицам коли чественно распределяются почти равномерна. Среди первых - епископские кафедры Браги, Порту, Коимбры, Визеу, монастырь Лорван, монастырь Тибайнш и другие, а также орден тамплиеров. Больше всего пожалований получила Брага* (треть всех грамот церковным организациям). Это и не удивительно. Брага в это время стала религиозным центром западной части полуострова. Уже в 1070-1071 гг. в ней была восстановлена старинная митрополия. Последовавшая позднее передача гіримасии на Пиренейском полуострове архиепископу Толедо вызвала недовольство и протесты со стороны многих церковных организаций полуострова.

Для португальских же земель Брага всегда оставалась главой церковной иерархии, несмотря на ряд временных передач диоцезов Визеу, Лиссабона и других в управление Сантьяго-дё-Компостела, Асторге и т.д. На втором месте по количеству дарений стоит епископство Коимбры - самого крупного центра в южной части Португалии9 того времени.

По составу пожалования церковным организациям различны. Чаще всего им передаются деревни и местечки, целиком или частично, церкви с принадлежавшими им земельными владениями, монастыри10. В ряде случаев речь идет о передаче нескольких наделов; иногда объект дарения, обозначенный как hereditas, уточнить невозможно11. В некоторых документах на передаваемые земли12 упоминается и зависимое население. Дважды в пожалованиях церковным организациям - коимбрскому епископату и ордену тамплиеров - фигурируют замки13. Характерно, что оба замка расположены на южных границах страны, и несомненно, не только орден, но и епархия Коимбры должны были заботиться об их обороноспособности.

Особый интерес представляет грамота Терезы от 1120 г., по которой епископ Порту Уго получил весь город Порту, ранее считавшийся королевским, вместе с округой, прилежащими землями и замком14. С этого дарения началась долгая история борьбы горожан и сеньора - епископа Порту, изобиловавшая открытыми конфликтами, вооруженными столкновениями, отлучениями горожан, сопровождавшаяся вмешательством королевской власти и, более того, вмешательством папского престола. Эта борьба длилась не одно столетие и завершилась только в XV в., когда город перешел под власть и юрисдикцию короля.

Пожалования светским лицам лишь незначительно отличаются по своему составу. Так, и в них входят замки, монастыри, деревни и наделы15. Однако количество передач церквей и монастырей светским лицам меньше, чем церковным организациям, а доля пожалований отдельных участков, наделов и частей деревень - выше.

Ббльшая часть владений, переданных Энрике и Терезой, располагалась на землях к северу от реки Дору, т.е. на территориях, давно и прочно вошедших в состав графства. Менее всего пожалований совершено к югу от р. Мондегу, причем почти все они имеют в виду замки и прилежащие к ним территории^. Подобное территориальное распределение даст возможность предположить, что земли передавались преимущественно как плата за прошлые или будущие услуги или как залог союза, а не для защиты, заселения или освоения. Но чтобы говорить об этом с большей определенностью, необходимо рассмотреть условия пожалований, что и будет сделано ниже, на материале грамот за весь период.

После смерти Альфонсо VI, "императора всей Испании", обстановка в христианских государствах Пиренейского полуострова осложнилась. Северные земли полуострова оказались охвачены феодальными смутами, города, расположенные на "дороге франков", были неспокойны, в ряде мест вспыхнули восстания17, Выделение Галисии из состава Леона в самостоятельное государство, с одной стороны, уступки, на которые пришлось пойти Терезе по отношению к Леону, и сближение ее с галисийской знатью - с другой, видимо, вызвали рост сепаратистских тенденций среди португальского дворянства, часть которого объединилась вокруг наследника престола Афонсу Энрикеша. В 1127 г., когда после шестинедельного рейда Альфонсо VII по португальским городам и селам Тереза подписала с ним мирный договор, Афонсу Энрикеш продолжал сопротивление. Вместе со своими сторонниками он укрылся в Гимарайн- ше, и лишь осада этого замка войсками Альфонсо VII вынудила его согласиться на признание вассальной зависимости Португалии от Леона.

Несмотря на то что Афонсу пришлось уступить, эти события изменили положение в Португалии. Афонсу поддержали не только фидалгу, но и духовенство португальских земель, в частности Браги, что, видимо, отчасти объяснялось ее соперничеством с растущим галисийским религиозным центром Сантьяго дс Компостелла, расположенным на бывших землях диоцеза Браги. Ощущая поддержку духовенства, в том числе своего воспитателя, архиепископа Браги Пайу Мендеша, и опираясь на силы своих сторонников фидалгу, Афонсу предпринял попытку прийти к власти. Он начал самостоятельные действия по управлению страной, издал несколько грамот и указов за своей лишь подписью18; это привело к нарастанию напряженности. В 1128 г. в вооруженном столкновении при Сан-Мамеде с войсками сторонников матери он одержал победу, и началось долгое, почти 60-летнее, правление Афонсу.

Рассмотрим пожалования Афонсу. Среди них количество дарственных в пользу церковных организаций примерно в 1,5 раза больше, чем в пользу светских лиц. Надо отметить, что если в первый период его правления преобладали дарения светским лицам, то начиная приблизительно с 50-х годов XII в. широким потоком идут пожалования церковным организациям и духовно-рыцарским орденам. Значительные пожалования, как земельные, так и деньгами и драгоценностями, Афонсу сделал в конце своего правления19.

Крупные владения за время его пребывания на престоле получило духовенство Коимбры. Неоднократно Афонсу передавал деревни, округа, замки и земли епископу Коимбры и недавно возникшему монастырю Сагіта-Круш, особенно любимому и почитаемому Афонсу, в которбм он завещал себя похоронить20. Крупные пожалования были сдельны в пользу Браги, Порту, Визеу, Ламегу, а после завоевания Сантарсна, Лиссабона, Эворы - епископствам этих городов21. При Афонсу был основан ряд новых монастырей, которые также были обеспечены королевской властью земельными владениями22.

Среди светских лиц, получавших королевские пожалования, прежде всего привлекает внимание группа фидалгу, удостоенных грамот вскоре после прихода Афонсу к власти. Их имена входят в число тех, кто в 1128 г. был активным сторонником молодого графа и, видимо, участвовал в событиях при Гимарайнше и Сан-Мамеде23. Условия развития Португалии, воєнно-политическая обстановка ХИ в. создали возможность и необходимость появления иноземных воинов. Часть из них прибыла сюда специально для войны с маврами, другие - по дороге к святой земле приняли участие в осаде Лиссабона. Некоторым из них, оставшимся здесь, была пожалована земля, дома в Лиссабоне и его округе, владения в других городках и местечках-4.

Грамоты упоминают также военачальников Коимбры, Лиссабона и других военно-административных центров, получавших королевские милости, а также лиц, именуемых вассалами или слугами короля25.

Особый интерес представляют грамоты, выданные духовно- рыцарским орденам. Кроме ордена тамплиеров, получившего ряд владений и привилегий еще от Терезы, в португальских землях при Афонсу появились госпитальеры и ордена, возникшие на Пиренейском полуострове: Калатрава и Сантьяго26. Наконец, около 1176 г. мы встречаем упоминания португальской ветви ордена Калатрава - будущего ордена Авис, резиденцией которого в те времена служила Эвора27.

Состав дарений Афонсу при всем сходстве с дарениями Энрике и Терезы, однако, более разнообразен. Кроме уже упоминавшихся объектов пожалования, в грамотах фигурируют мельницы28, рыбные ловли-4, соляные разработки30, участки рек31. Более частыми стали передачи городских владений - домов, пристаней32. Характер но, что орденам и светским лицам, по-прежнему передаются замки на южных границах странып.

Распределение пожалованных владений по территории Португалии при Афонсу, естественно, гораздо шире. Основная масса дарений приходится на северный и центральный регионы Португалии. Земли церковных организаций равномерно распределяются между реками Минью и Дору и от Дору до Мондегу. Дарений в пользу светских лиц больше между Дору и Мондегу, чем к северу от Дору. Со второй половины XII в. все больше земель осваивается к югу от Мондегу. вплоть до берегов Тежу и даже за ним, в районах Эворы и Сетубала34.

Корпус имеющихся документов позволяет считать, что дарения В пользу церкви, как правило, крупнее. Среди них нередки передачи в иммунитеты монастырей, церквей, отдельных замков, городских районов и достаточно обширных территорий. Для дарений же светским лицам более характерны такие объекты, как надел, hereditas, поле, усадьба, деревня или часть ее, хотя это, конечно, не исключает крупных пожалований светским феодалам^.

Несмотря на разбросанность владений (обладание частями деревень в разных местностях и т.д.), они все же тяготеют к основной резиденции феодала. Так, пожалования епископу Браги чаще совершаются в районе к северу от Дору, в то время как владения епископства Коимбры или монастыря Санта-Круш, хотя и удалены на 40-60 км от Коимбры, все же располагаются главным образом в пределах досягаемости по течению Мондегу или ближних рек36.

Для определения характера взаимоотношений королевской власти и класса феодалов весьма важно рассмотреть, на каких условиях совершались земельные пожалования. Обратимся прежде всего к светскому землевладению.

Многие грамоты просто не упоминают мотивов дарения. Однако большинство их содержат более или менее стандартную формулу, объясняклцую, что дарение совершается "за то добро, которое ты мне сделал"37. Иногда эта краткая формула расшифровывается. Так» пожалование могло быть совершено в качестве компенсации за материальную помощь, оказанную королю во время осады вражеского замка38, В другом случае получатель (донатарий) несколько лет служил верой и правдой государю без какого-либо вознаграждения, за что теперь и получает виллу39. Упоминаются служба в войсках короля и другие виды королевской службы4*-', Почти всегда документы подчеркивают, что переданные земли изымаются из владений короны и донатарий владеет ими навечно, равно как и его потомство. Иногда добавляется, что новый владелец может делать с этими землями, что хочет: дарить, продавать, завещать41.

Получение этих земель и пользование ими в подавляющем большинстве грамот ничем не было обусловлено. Донатарии получали земли со всеми правами, "какие прежде здесь принадлежали королю''42. Как правило, эта формула не расшифровывается в документах. Однако есть грамоты, где она уточняется.

Из них мы узнаем, что донатарию передавалось частично и право юрисдикции43. Документов же с требованиями королевской власти по отношению к новым владельцам насчитывается едва больше десятка44. В трех из них пользование землей связано с условием заселить и освоить ее. В двух король требует передачи земли после смерти донатариев по завещанию соседнему монастырю. Остальные ограничиваются расплывчатой формулировкой: "за службу [за добро], которую ты мне делал и будешь делать".

Кроме того, вызывает интерес и тот факт, что очень многие из этих и подобных пожалований, по форме являющиеся дарственными, на самом деле оказываются купчими. Вот типичный пример: в 1132 г. Афонсу передает Монио Родригесу, его жене и матери права на монастырь в Аруке, а тот, в свою очередь, отдает королю "лучшего коня"45. Характерно, что пожалования-продажи и собственно продажи типичны для Афонсу до 50-х годов XII в. Позже в изученных нами документах они не зафиксированы - ни светским лицам, ни церковным организациям.

Очевидно, продажа владений, а также пожалование их за определенную сумму денег или предметы военного снаряжения были вынужденными для Афонсу в первый период его государственной деятельности. Об этом говорят и факты обращения за помощью к крупным землевладельцам во время военных действий. Позже, в связи с укреплением власти и стабилизацией положения внутри страны, он, видимо, смог отказаться от этой меры.

Другая важная группа документов, входящих в массив грамот, контрагентами в которых выступают светские лица, - грамоты, дарующие иммунитет на той или иной территории46. Кстати, именно иммунитет часто бывал объектом пожалования-продажи, хотя мог дароваться и без получения платы.

Иммунитет жаловался не только светским феодалам, но и церковным47, и даже гораздо чаще. Особенно много иммунитетных грамот в пользу различных церковных организаций было выдано Афонсу во второй период его правления, в частности в 60-70-е годы XII в. Обычно иммунитет включал освобождения от уплаты ряда государственных налогов: за право на проезд и провоз товаров, от налога, заменявшего военную повинность (фоссадейра), а также ряда штрафов48. Довольно редко упоминается запрещение должностным лицам короля входить на территорию иммуниста49. Иногда как светский феодал, так и церковный могли получить, кроме освобождений различного рода, и привилегии, например разрешение жителям данной округи беспошлинно торговать в близлежащих городах или в пределах определенного района511. Особых различий между иммунитетными правами светских лиц и церковных феодалов не наблюдается, но для последних он более характерен. Больше половины всех пожалований церкви или содержит в себе условия иммунитета, или является иммунитетной грамотой, или сочетает дарение земли и иммунитета.

Какими же правами обладали короли на земли, переданные до- натариям? У нас есть данные, что Афонсу дарил своим "верным*" земли, отобранные у лиц, помогавших его противникам или несоблю- давших обязательства феодальной верности*1. Остается неясным, были ли эти земли в свое время также переданы центральной властью или они приобретались каким-либо иным путем. Но можно предположить, что подобная возможность перераспределения сохранялась за монархом, о чем говорит и такое явление, как знаменитые "Расследования", попытки которых были предприняты еще в правление Терезы52. Кроме того, несомненно, король имел все прана на те земли, которые давались им в условное владение, при выполнении обязательств53. Из чего складывался тот фонд, которым распоряжался король при раздаче земель? Основой его являлся патримоний королевской семьи (в первой половине столетия - графской). В грамотах постоянны указания на то, что земля, которую граф или король передают тому или иному лицу, досталась ему от отца, деда или предков. Иногда употребляется более неопределенное выражение: "моя собственная земля", hereditas54. Гораздо реже встречаются упоминания о покупке земли55. Наиболее значительные владения королевская власть в это время получала в результате военных походов56. Наконец, некоторые земли поступали к королю после конфискаций у непокорных феодалов*57.

Королевские пожалования не были единственным источником формирования феодального землевладения в Португалии в это время. Одним из самых распространенных способов приобретения зем ли, очевидно, было участие в военных экспедициях5*. Другой известный способ состоял в освоении (и заселении) земли, подобно более ранней прессуре. Как видно из грамот Афонсу, занятие земель этим способом требовало непременной санкции короля на владение59. Наконец, есть указания и на приобретение земли путем покупки60. Однако в целом движение собственности по королевским грамотам не прослеживается, что, возможно, связано с характером источника.

Мы уже говорили, что в изученных нами документах встречаются упоминания зависимого населения. Надо отметить, что все они относятся к первой половине столетия, и речь идет о территориях, расположенных между Минью и Дору и Дору и Мондегу. Южнее Мондегу сведений о зависимых крестьянах наши грамоты не дают61.

Наиболее частое й общее наименование населения королевских земель - "поселенцьГ"люди, живущие здесь"62. Встречается и обозначение "люд"6\ Эти общие и неопределенные термины не позволяют нам судить о том, какие категории крестьянского населения составляли основу или большинство королевских крестьян. В не скольких грамотах, однако, есть упоминания таких категорий, как сервы, юниоры64, известные не только здесь, но и в других районах христианской части полуострова65. Нет у нас данных и о повинностях этих категорий крестьянства в данном регионе; на основе наших материалов невозможно говорить о соотношении тех или иных категорий, равно как и о тенденции их развития. В целом в португальской историографии сложилось мнение, что в это время в связи с внутренней колонизацией и Реконкистой происходит смягчение личной зависимости, а местами и полное ее исчезновение, отмена прикрепления к земле ряда категорий крестьянского населения, характерных для района между Минью и Дору66. Но на материале наших документов этот процесс не прослеживается.

Мы проанализировали графские и королевские грамоты Португалии XII в. под определенным углом зрения — выяснения источников, форм и условий складывания феодального землевладения в специфической обстановке - при наличии тенденции к складыванию самостоятельного государственного образования и в обстановке постоянных военных действий, результатом чего было расширение площадей, пополнявших фонд феодального землевладения. В этой связи прежде всего отчетливо видна линия укрепления: центральной власти в графстве (затем в королевстве) в противовес влиянию леонского двора. Это сказалось в стремлении создать себе опору среди местной светской знати и духовенства путем раздачи земель и привилегий.

Другая линия диктовалась условиями войны, поскольку и Энрике, и Афонсу нуждались в средствах для ведения военных действий и людях. Это вызвало продажу королем земель и прав на них, а также пожалование владений в качестве вознаграждения за участие в бою или помощь. Наконец, большую роль в борьбе Афонсу за королевский титул и признание его Римом, играла позиция португальской церкви, что явилось одной из причин значительных дарений в ее пользу.

Все ути явления были возможны ввиду наличия широкого фонда королевских земель и постоянного притока новых территорий на юге страны. И это же позволило центральной власти свободно распоряжаться землями, раздавая их в безусловное владение. В сочетании с уже сложившимся к концу XI в. крупным землевладением на северных землях Португалии это явление стало основой постепенно возраставшего могущества феодальной знати, в XIII в. вылившегося в многочисленные междоусобицы и столкновения с королевской властью. Однако в XII в. постоянными подачками королю удалось сохранить и обеспечить поддержку со стороны феодалов, несмотря на значительное отчуждение королевских прав в их пользу. 1

Подробнее см.: Варьлш О.И. Становление Португалии //Социально-политическое развитие стран Пиренейского полуострова при феодализме. М.. 1985. 2

См.. например: Castro A. A evolii9ao economica de Portugal. Lisboa. 196Ф-1979. Vol. 1-11; Fonseca Ferreira A, A acumula^ao capitalista em Potugal. Porto, 1977; Сшіїш! A. As lutas das classes nos fins da Idade Media. Lisboa, 1975; etc.

* Mauoso J. Ricos liomens, inl'an^oes e cavaleiros. Lisboa. 1983; Idem. Portugal medieval: Novas interpretavoes. Lisboa, 1985; Idem. A nobreza medieval portuguesa. Lisboa, 1976. 4 DMP. Documentor regios. s Ibid, N 2, 31, 150, 256, 281.

h Битва при Педрозу 1071 г. между португальскими и галисийскими феодалами иногда представляется португальскими историками как одно из первых свидетельств борьбы Португалии за автономию и складывания "национального духа". Однако еще А. Эркулану трактовал ее как типичную феодальную междоусобицу, что, очевидно, ближе к истине. См.: Herculauo Л. Histtiria de Portugal. Lisboa, 1846. Т. LP. 194. 7 Mattoso J. Ricos homens... P. 30-32. s DMP. Doeumentos regios. N 12, 23. 25. 46. 64, 65, 74 etc. v Ibid. N 35. 37. 47, 54. 58 etc. 10 Ibid. N 5. 10, 21. 23. 46, 48, 64, 75 etc. '1 Ibid. N 19. 16. 33. -Ibid. N 37, 19, 23. 54, 58.

Ibid. N 63. 79. 14 Ibid. N 53. Ibid. N 1 I, 17, 22, 27. 29, 30 etc. Ibid. N 63, 73,79, 67. 17

См.: Корсунский A.P. История Испании, ХІІ-ХШ нв. М.. 1976; Минаков С.Т. Восстание горожан в Саагуне XI в if Вести. МГУ. Сер. 8, История. 1978. № І. 18

DMP. Doeumentos regios. N Ж), 81, 82. IQ Ibid. N 343, 344, 345, 355, 356, 358.

2,1 Ibid. N 344. 21

Ibid. N 121, 123, 213. 231, 245. 267, 268, 298, 313. 351 etc. 22

Ibid. N 85. 90. 101.

Ibid. N 86. 88. 89, 95, 100, 104. 107. 24

Ibid. N 222, 223. 254. Ibid. N 266, 247, 283. 315. 26

Ibid. N 277, 279, 314, 315, 317 etc. 27

Ibid. N 322, 327. 25

Ibid. N 121, 166, 181. Ibid. N 235.

10 Ibid. N 261, 268. Ibid. N 301.

Ibid. N 127, 244, 263, 314. Ibid. N 290. 297, 314. І15. 4 Ibid. N 295. 327, 355, 358.

Ibid. N 199. 213, 238. ! ;f' Ibid. N 324,331, 333, ЗІ5. Ibid. N 101. 106, 113, 116. 156. 149 etc.

Л Ibid. N 150. Ibid. N 248.

Ibid. N 194, 294,329, 351. 4L Ibid. N 4, 17, 56, 73, 90, 146, 148, 205, 206, 209, 251, 312, 339. 42 Ibid. N 154, 137, 347.

Ibid. N 259, 271. 44 Ibid. N 15. 34, 36, 39, 46. 43, 59, 256, 275 elc. 45Ibid. N 124.

^ Ibid. N 126. 131. 166. 174, 128. 337. 339 etc. 47

Ibid. N217. 226. 247.260 etc. 48

Ibid. N216. 238. 250, 259 etc. Ibid. N215, 314. 50

Ibid. N 303, 306. 51

Ibid. N 241,275.299. 52

Ibid. N 76. В XIII Б. по указам португальских королей были составлены описи владений и их населения на севере страны.

К Ibid. N 215, 312. 54

Ibid. N 216. 270.345. 55

Ibid. N 141, 163. 321. 56

Ibid. N 295, 297. 301. Ibid. N 319.

Ibid. N 151, 178, 236. 59

Ibid. N 215,269. 60

Ibid. N 119, 137, 149, 162. 61

Ibid. N 78. 150. 249, 260. 62

Ibid. N 15, 22, 151. 61 Ibid. N 89, 150.

64 Ibid. N 15, 16,78.

^ См.: Корсунскшї А Р. Указ. соч. С. 123-127.

^ См.: Варьяш О И. Некоторые проблемы аграрной истории Португалии в современной португальской историографии // Наст. изд. С. 215-228.

<< | >>
Источник: Варьяш О.И.. Пиренейские тетради : право, общество, власть и человек в средние века; [сост. и отв. ред. И.И. Варьяш, Г.А. Попова] ; Ин-т всеобщ, истории РАН. - М. : Наука - 451 с.. 2006

Еще по теме Феодальное землевладение и королевская власть в Португалии XII е.*:

  1. Торговля и королевская власть в Португалии XIII-XIV ее/
  2. Бранное право Португалии XII в."
  3. 1. ФЕОДАЛЬНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ И КЛАСС ФЕОДАЛОВ ПОМЕСТНОЕ ЗЕМЛЕВЛАДЕНИЕ, ПОМЕЩИКИ
  4. Понятие "вне закона10и его эволюция в Португалии XII-XIII вв.*
  5. КОРОЛЕВСКАЯ ВЛАСТЬ И КАТОЛИЧЕСКАЯ ЦЕРКОВЬ
  6. 2. Особенности судоустройства и судопроизводства в Новгородской и Псковской феодальных республиках (вторая половина XII-XV в).
  7. Глава 3 Суд: правовая культура и ритуалы королевской власти
  8. Часть I СКЛАДЫВАНИЕ ПУБЛИЧНО-ПРАВОВЫХ ИНСТИТУТОВ КОРОЛЕВСКОЙ ВЛАСТИ
  9. §21. Усиление королевской власти в конце XV века во Франции и в Англии
  10. 2.4. Монастыри и королевская власть: Версия «Gesta Dagoberti regis»
  11. ТЕМА 8 Оформление феодальных структур (IX-X) Региональные особенности процесса становления феодальных структур Становление основ культуры феодального времени
  12. Раздел III, в котором описано, насколько важно не допустить, чтобы судейские чиновники посягали на королевскую власть