<<
>>

2. Теория структурации Социальные практики как предмет исследования

По Гидденсу, ни структура, ни действия не могут существовать независимо

друг от друга. Социальные действия создают структуры, и только через них

осуществляется и воспроизводство структур, так что последние могут существовать

более или менее продолжительное время.

Но Гидденс объединяет структуры и

действия не механистически. По существу, он предлагает взглянуть на социальную

реальность под совершенно иным углом зрения — ориентируясь на изучение

конкретных социальных практик, которые воспроизводятся благодаря активному

характеру действий социальных субъектов.

В соответствии с теорией структурации, предметом исследования являются

“социальные практики, упорядоченные в пространстве и во времени”. Они не

являются раз и навсегда данными, неизменными. Напротив, социальные практики

разнятся в разных странах и, соответственно, они своеобразны в одной и той же

стране в разные периоды ее истории. При этом социолог особо подчеркивает, что

социальная практика “не создается социальными акторами, а лишь постоянно

воспроизводится ими”, т.е. она имеет характер преемственности, упорядоченности.

Социальные практики “одинаковы” в определенном времени и пространстве

благодаря рефлексивности агентов, которая трактуется Гидденсом как “мониторинг

(отслеживание) течения социальной жизни”. В свою очередь, индивиды, усваивая в

ходе социализации законы и навыки социальной деятельности, обеспечивают

повторение социальных практик, что и делает возможным их типизацию и научный

анализ.

Структура

Гидденс отмечает, что традиционно понятие “структура” использовалось в

социологии для своего рода моделирования социальных отношений или явлений.

Так, можно говорить о “классовой структуре” или “структуре индустриальных

обществ” и т.д. Здесь этот термин используется, чтобы отметить некие общие

2 Ibid. – Р.1, 32

261

институциональные черты общества. В структурном функционализме данное

понятие обозначает устойчивые формы социального взаимодействия. Все эти и

подобные использования термина вполне правомерны.

Наряду с этими значениями социолог предлагает использовать данный

термин в ином смысле: как порядок позволяющий представлять воспроизводство

социальных практик во времени и пространстве, что придает им “систематическую”

форму. Это положение социолог иллюстрирует на примерах языка и речи. Язык –

это структура, состоящая из правил общения, которая кажется независимой от

любого индивида. Чтобы языку сохраниться, на нем должны говорить и писать

индивиды сообразно существующим правилам. Но, будучи в употреблении, язык

начинает неизбежно меняться, появляются новые слова, забываются и постепенно

исчезают старые слова. Так, благодаря своим действиям люди могут

трансформировать и производить структуры, то есть социальные практики.

Аналогично: партия – в традиционно употреблении предстает как

политическая структура с определенными институциональными функциями. В том

же смысле, в котором ее трактует Гидденс, – это определенные социальные

практики, которые для своего воспроизводства нуждаются в индивидах,

действующих по конкретным уставным правилам.

Партия, как совокупность

определенных социальных практик, может меняться – появляются новые целевые

установки, утверждаются и новые правила поведения, а какие-то старые нормы

отменяются. Иными словами, члены партии благодаря своим действиям могут и

воспроизводить, и трансформировать определенные социальные практики, которые,

в свою очередь, детерминируют их поведение.

Таким образом, в общих чертах структура в представлении Гидденса, – это

образец социальных отношений, существующий в определенное время и в

определенном пространстве, который предполагает соответствующие модели

поведения индивидов. На этом основании такие социальные институты как партия,

государство, бюрократия или семья и т.д. рассматриваются социологом как

определенные отношения людей и как образцы поведения, существующие какой–то

промежуток времени, т.е. конкретные характерные социальные практики.

Применительно к социальной жизни Гидденс различает два вида структур:

правила и ресурсы.

Под правилами имеются в виду процедуры, которым индивиды могут

следовать в социальной жизни, они обязательно вторгаются в бесчисленные

рутинные социальные практики. При этом социолог особо подчеркивает, что

правила не сводятся к набору рациональных математических принципов, это, скорее,

способность применять обобщенную процедуру в правильном, общественно

одобряемом контексте с учетом моральной оценки действий как «справедливых» или

«несправедливых». Правила обусловливают структурирование того, что происходит

в нашей жизни, типично для неё.

Для теории структурации особый исследовательский интерес представляют те

правила, которые способствуют производству институализированных практик,

характерных для определенного времени и пространства. Речь идет о социальных

практиках, свойственных конкретному институту – партии, общественной

организации, семье и т.д.

Второй вид структуры – ресурсы – также возникает только в результате

человеческой деятельности. Ресурсы могут проявляться в двух видах: в

локализированной форме или в форме власти. “Локализированные ресурсы”

включают в себя полезные ископаемые, землю, инструменты производства и товар.

По Гидденсу, эти ресурсы не существуют сами по себе, они становятся ресурсами

262

только благодаря человеческой активности. Так, земля не является ресурсом до тех

пор, пока ее кто-то не обрабатывает. “Властные ресурсы” – нематериальные

ресурсы, которые проявляются в том, что одни индивиды способны доминировать

над другими, заставлять их выполнять свои желания, и в этом смысле люди

становятся ресурсами, которые могут быть использованы другими людьми. При

этом социолог настаивает на том, что власть на ресурсы может существовать лишь в

том случае, если она воспроизводится в процессе человеческой интеракции. Власть

не является чем-то, что человек имеет, до тех пор, пока он ею действительно не

пользуется.

Таким образом, ресурсы означают средства – материальные или властные, –

используемые индивидами для достижения своих целей в процессе взаимодействия.

Естественно, что их значимость, характер поддерживаются и воспроизводятся

людьми, но с неизбежностью они могут изменяться.

Главная теорема теории структурации

По Гидденсу, структура обладает дуальностью. Представление о дуальности

структуры – главной теоремы теории структурации.

Структура может проявляться: 1) в виде регулярно воспроизводящихся

правил и ресурсов, характерных для определенного времени и пространства; 2) в

виде “отпечатков” социальной практики в памяти индивидов, знания социальных

возможностей других людей и себя самого, что и позволяет продолжать

воспроизводить социальную жизнь во всем многообразии.

Эти понятия-инструменты, введенные Гидденсом, позволяют обосновать

подход, предлагающий иной взгляд на производство социальной реальности и

способов её изучения. Вспомним, Дюркгейм считал, что структура является

“внешней” по отношению к индивиду, так как она, будучи социальным фактом,

принуждает его к определенному поведению (см. четвертую тему). Гидденс же,

напротив, полагает, что структура является, как «внешним», так и «внутренним»

фактором, который “не только принуждает, но и дает возможности”. Структура

создает ограниченную свободную сферу для творческой деятельности индивида.

По мнению социолога, структура влияет на человеческое поведение

благодаря знанию об обществе, которым располагают индивиды. В обществе есть

большое количество “общего знания” о том, как вести себя и как поступать с

вещами, что позволяет агентам ориентироваться в повседневной жизни и

оперировать с окружающими предметами. В своем поведении агенты используют

знания правил общества, которые существуют в его структуре. Они также

пользуются материальными и властными ресурсами, являющимися частями

структуры общества.

Знания, которыми располагают индивиды, постоянно включаются в

производство и воспроизводство социальных структур. Согласно теории

структурации, момент производства действия индивида является также моментом

воспроизводства определенной социальной практики. При этом индивиды

воспроизводят и условия, которые делают такие действия возможными. Но в

конечном счете результат получается несколько иным, чем это представляется

людям – он включает в себя и преднамеренное, и непреднамеренное: “Дуальность

структуры, – отмечает Гидденс, – всегда является главным основанием

преемственности социального воспроизводства во времени и пространстве. Это, в

свою очередь, предполагает рефлексивный мониторинг агентов в ходе повседневной

социальной деятельности. Однако сознательность всегда ограничена. Поток

263

действий непрерывно производит последствия, которые являются ненамеренными, и

эти непредвиденные последствия могут также формировать новые условия действия

посредством обратной связи. История творится преднамеренной деятельностью, но

не является преднамеренным проектом. Она постоянно ускользает от попыток

повести ее по какому–то задуманному направлению”3.

Таким образом, представление о дуальности структуры – главной теоремы

теории структурации, – позволяет, по мнению Гидденса, разрешить спор между

детерминистами, которые верят, что человеческое поведение всецело зависит от

внешних сил, и волюнтаристами, считающими, что люди, обладая свободной волей,

действуют только в соответствии со своими желаниями. Социолог полагает, что ни

первые, ни вторые в принципе не правы, но в каждой позиции есть элементы

истины. Он считает, что поэтому необходима объединительная парадигма, а не

полюсные подходы.

Агент

Э. Гидденс предложил стратификационную модель действующей личности,

что подразумевает рассмотрение рефлексивного мониторинга, рационализации и

мотивации действия как устойчивой системы процессов. По его мнению,

повседневные действия индивида включают в себя рефлексивный мониторинг,

рационализацию действия и его мотивацию.

Под рефлексивным мониторингом деятельности социолог понимает

сознательное отслеживание агентами не только своей деятельности, но и ожидание,

что и другие агенты поступают аналогичным образом. Кроме того, отслеживаются и

социальные контексты, в которых происходит деятельность.

Под рационализацией действия подразумевается компетентность в поведении

– агенты в состоянии объяснить, что они делают, и понимать то, что делают другие.

Вместе с тем она позволяет на уровне сознания индивидов представить процесс

взаимодействия как в определенной степени непредсказуемый процесс, зависящий

также от неопределенных, изменчивых условий его протекания. В итоге

рефлексивный мониторинг вместе с рационализацией позволяют агенту,

контролируя свою деятельность, соизмерять свои желания с возможностями в

контексте взаимодействия с другими людьми.

Социолог отделяет рефлексивный мониторинг и рационализацию действия от

его мотивации – желаний, которые к нему побуждают. По его мнению, мотивы

напрямую не связаны с рефлексивным мониторингом и рационализацией, а, скорее,

относятся к потенциалу действия, по большей части порождая общие планы или

проекты. Большинство повседневных действий напрямую немотивированно. В то же

время бессознательная мотивация – значительная черта поведения человека.

Подобная трехкомпонентная модель действующей личности, как полагает

Гидденс, позволяет представлять социальные практики более гибко. Они в большей

или меньшей степени имеют ненамеренные и непредвиденные последствия теми

индивидами, кто был в них вовлечен: “Непредвиденные последствия регулярно

“распределяются” как побочный продукт регулярного поведения, рефлексивно

поддерживаемого его исполнителями”.

По Гидденсу, его концепция агента позволяет преодолеть жесткий

детерминизм парсоновской теории действия, которая является «мнимо

3 Современная социальная теория: Бурдье, Гидденс, Хабермас. Учебное пособие. –

Новосибирск, 1995. – С.62

264

волюнтаристской». В ней мотивация индивида всецело обусловлена его

субъективностью, при этом игнорируется фактор рефлексивного отслеживания в

поведении индивида.

Практическое сознание

Гидденс использует фрейдовскую интерпретацию природы бессознательного,

но вносит в неё свои соображения. В частности, он вводит понятие практическое

сознание, рассматривая его как центральное в теории структурации. Этого понятия

нет ни в структурных парадигмах, ни в концептуальном аппарате социального

психоанализа, хотя ему наиболее близко понятие “предсознательного”. Между тем

оно позволяет дать более тонкую трактовку природы сознания человека и,

соответственно, дать более адекватную интерпретацию его поведению.

По Гидденсу, нет жесткой границы между практическим сознание и сознанием

дискурсивным. Но есть различия между тем, что индивид действительно сделал и

тем, что он мысленно намеревался сделать. Практическое сознание связано с тем,

что, как правило, делается. Кроме того, между дискурсивным сознанием и

бессознательными мотивами существуют барьеры, основанные главным образом на

репрессии. Понятиями дискурсивное сознание, практическое сознание и

бессознательные мотивы социолог предлагает заменить традиционную

психоаналитическую триаду – “Оно”, “Я” и “Сверх-Я”.

Порядок

Представления о дуальности структуры и стратификационной модели

личности агента позволяют иначе взглянуть на факторы, обеспечивающие и

поддерживающие социальный порядок. В отличие от Парсонса, полагавшего, что

порядок поддерживается усвоенными в ходе социализации ценностями, которые

выступают как мотивационные ориентации личности (см. четырнадцатую тему),

Гидденс считает, что устоявшиеся, типичные образцы социального поведения

детерминированы самим социальным воспроизводством, его рутиной. Рутина –

социальные практики, основанные на бездумном характере повседневного

взаимодействия.

По Гидденсу, рутинизация социальных практик становится условием

социальной стабильности. Она обеспечивает адекватное взаимное восприятие

поступков индивидов и не требует при этом приведение рациональных аргументов.

Гидденс считает, что рутина является важным фактором непрерывности

социального воспроизводства. Если рутинные социальные практики к тому же

освящены традицией, то они ещё сильнее связывают прошлое и настоящее,

обеспечивая преемственность в социальном воспроизводстве.

В условиях современности толчком к дерутинизации могут быть последствия

природных катаклизмов или шок, вызванный от контакта с элементами иной

культуры. При этом не происходит мгновенная иллиминация традиционных

социальных практик. Начинается процесс их замещения новыми практиками, что в

итоге приводит к новой рутине и обновленному социальному порядку.

<< | >>
Источник: С.А. КРАВЧЕНКО. СОЦИОЛОГИЯ: ПАРАДИГМЫ ЧЕРЕЗ ПРИЗМУ СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО ВООБРАЖЕНИЯ. 2Издательство: Экзамен, 315 стр. Москва. 2002

Еще по теме 2. Теория структурации Социальные практики как предмет исследования:

  1. 1. ПСИХОЛОГИЯ КАК НАУКА. ПРЕДМЕТИ ОБЪЕКТ НАУКИ. ЗАДАЧИ ПСИХОЛОГИИ. ДУША КАК ПРЕДМЕТ ИССЛЕДОВАНИЯ
  2. Выбор объекта и предмета исследования в социально-гуманитарном познании
  3. ГЛАВА 1 ТРУД КАК ОБЪЕКТ СОЦИОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ. ПРЕДМЕТ И МЕТОД СОЦИОЛОГИИ ТРУДА
  4. 1.5. Теория социальной работы в первой половине XX в. в исследованиях М. Ричмонд, В. Робинсон, О. Ранк, Г. Гамильтон, Ф. Бистека
  5. Социальная реальность как предмет социологии
  6. ТЕМА 1 ТЕОРИЯ СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ КАК НАУКА И УЧЕБНАЯ ДИСЦИПЛИНА
  7. Лекция 15. СОЦИАЛЬНАЯ ФИЛОСОФИЯ КАК ТЕОРИЯИ МЕТОДОЛОГИЯ ПОЗНАНИЯ ОБЩЕСТВА
  8. КОНФЛИКТОЛОГИЯ КАК СПОСОБ СОЕДИНЕНИЯ ФИЛОСОФСКОЙ ТЕОРИИ СОЦИАЛЬНОЙ ДИАЛЕКТИКИ С ОБЩЕСТВЕННОЙ ПРАКТИКОЙ В РОССИИ И МИРЕ В ЦЕЛОМ Степанов Е.И.
  9. Примерные планы семинарских заняти і Занятие 1. Научное исследование как предмет методологического анализа Вопросы для обсуждения 1.
  10. Деятельность присяжных как метод социального исследования
  11. Глава 9 Ислам: теория и практика