<<
>>

Свадебный обряд Новгородской области

Свадебный обряд в фольклорном архиве представлен неплохо. Новые материалы пополняют коллекцию каждый год. Отметим, что записи, сделанные в 60-е годы, не всегда интереснее и качественнее, чем те, которые поступили в 80-е и 90-е годы.
Имеющиеся в архиве материалы позволяют реконструировать основные обрядовые моменты свадьбы. Свадьба - это сложный комплекс различных ритуальных действий. Старинный свадебный обряд, зафиксированный на территории нынешней Новгородской области, относится к северной традиции. Современный человек может усмотреть в прежнем обряде лишь праздничное действо. Однако постепенно формировавшийся комплекс свадебной игры отразил социально-экономические, правовые, религиозные отношения людей в различные исторические периоды. В дошедшем даже до настоящего времени обычае выкупа невесты, правда, изменённом, но включаемом в качестве игрового момента в современный городской свадебный обряд, просматриваются следы брака купли-продажи. Например, в современном свадебном застолье гости или родственники «выкупают туфельку» невесты. Вначале похищают её (улучив момент, когда уставшая невеста снимет на время обувь под столом, чтобы отдохнули ноги), а затем пускают по кругу, и каждый присутствующий кладёт в неё деньги, пока туфелька не вернётся к своей хозяйке. Свадьба в прежние времена была хозяйственным актом, обозначавшим приём в семью нового её члена - работника и продолжателя рода. Невестке обычно доставались тяжёлые работы по дому, поэтому оценивалась её выносливость и работоспособность, хозяйственные навыки. Так, например, все подарки, которые делала невеста жениху или его родственникам (платки, полотенца, рубахи), изготавливались ей самой. Выбор невесты обуславливался и её здоровьем. От этого зависело, каким будет потомство, и потому так много внимания уделялось всему, что символизировало достаток и плодородие - обильная трапеза, посыпание молодых житом, хмелем или зерном, употребление в пищу молодыми куриных яиц или блюд из них.
Такие действа носили характер магический и сохранялись в обряде, несмотря на его христианизацию. Магическими, восходящими к язычеству, были и обряды, направленные на укрепление связи молодых друг с другом: например, совместная еда и питьё или угощение невестой жениха тем пряником, которым в бане вытирали с неё пот. Магическим был обряд расплетания косы на две и покрывание головы кикой - женским головным убором. Кика новгородская - твёрдая цилиндрическая шапка с плоским верхом и уплощённой задней частью, с небольшими лопастями, прикрывающими уши. Она изготавливалась из шелка или бархата, украшалась золотошвейной вышивкой, жемчугом, бисером, цветными стёклами, которые имитировали драгоценные камни. К очелью пришивалась густая жемчужная или бисерная сетка-поднизь. Поверх кики надевался платок, сложенный по диагонали, закалывавшийся под подбородком. Такой головной убор был известен в XVII веке как деталь праздничного костюма русских боярынь. В XVIII-XIX веках она сохранялась как праздничный головной убор горожанок из купеческого и мещанского сословий, а также крестьянок. В конце XIX века сохранялась в немногих деревнях как свадебный убор, надевавшийся молодухой. Волосы в обряде имели особое значение: через них можно было «напустить порчу». Поэтому женщина аккуратно прятала их под головной убор. Многое в свадебном обряде носило характер оберега от нечистой силы или очищения от неё: например, обливание молодых или только невесты водой, когда свекор наутро после свадебного дня посылал молодую за водой к колодцу. Решение - быть или не быть свадьбе - принималось родителями или старшими в роду. Меньшее значение имели чувства людей, вступавших в брак. Здесь истоки того закреплённого традицией напряженного драматизма, который сопутствовал обряду от сватовства до венчания, проявляющегося в особом поведении невесты, в её вопрошаниях и причетах. В обряде, зафиксированном на рубеже XIX-XX веков, сохранялись названия «свадебных чинов», восходящие к великокняжеским и царским свадьбам русского средневековья, - такие, как «большой боярин», «малый боярин», «тысяцкий».
Эти гости выполняли функцию значительного или богатого человека, что придавало особый оттенок происходящему. Всё это следы исторических напластований. Следует сказать, что в разных местностях свадьба имела свои особенности. Часто основные моменты обряда имели разные названия, но, по сути, они оставались общими: сватовство, рукобитье, баня, девичник, приезд жениха с дружкой, утро венчального дня, отъезд к венцу, свадебный стол или, например, «яишня» (яичница), или хлибины. Поэтические жанры в составе обряда были традиционными. Главные из них - лирические обрядовые песни, которые исполнялись девушками, подружками невесты, и причитания - «вой на голос», исполняемые в основном невестой, её матерью, сестрой. Встречаются также и причитания матери жениха. Кроме того, некогда важной составной частью жанрового репертуара свадебного фольклора были и заговорные формулы, функция которых сводилась к оберегу невесты и всего обрядового действия. Старинный свадебный обряд претерпел серьёзные изменения, особенно в советский период, когда резко менялось сознание человека, а прежние обычаи воспринимались молодёжью как пережитки прошлого. Полнокровный, сложный свадебный обряд уходил в прошлое, сохранялись лишь отдельные его элементы, которые часто переосмысливались. Но люди старшего поколения помнили о том, как ещё недавно игралась свадьба. Фольклорные публикации Х1Х - начала ХХ века и нашего времени подтверждают тот факт, что русская свадьба, если сравнивать обряд в разных местностях России, обнаруживая общую схему свадебной игры, часто имеет отличия, проявляющиеся в отдельных деталях обряда, в поэтических образах песен. Экспедиционная работа подтвердила, что в новейшее время речь может идти лишь о реконструкции обряда. Семидесятилетняя Анастасия Петровна Данилова из деревни Буреги Старорусского района вспоминала: «Перед каждой свадьбой раньше происходило сватовство, приходил жених к родителям невесты и просил отдать дочку замуж. Иногда в нашей местности было и воровство невест.
Это случалось тогда, когда родители не хотели отдавать дочь замуж, а она была согласна идти под венец, тогда её крал жених. Перед свадьбой невеста собирала вечером подруг на девишник. Приходил и жених. Пели песни, шили (приданое - О. Б ). Накануне свадьбы девушки прощались со своим девичеством. Перед отправлением к венцу ей расплетали косу. При входе в дом молодых осыпали зерном, чтобы жили богато. Потом, через несколько дней, гости собирались у невесты на хлибины. На девишнике пели «Сборы»: Сборы, сборы, сборы Машины, Собирала она себе подружек - Красных девушек. Она сажала их за дубовый стол, Сама садилась она выше всех. Думушку думала она крепче всех: - Как-то будет мне свекра назвать? Назову я свёкром - он рассердится. Родным батюшкой - мне не хочется. Я убавлю себе спеси-гордости, А прибавлю себе чести-милости - Назову я свёкра родным батюшкой, А свекровушку - родной матушкой, А золовушку - сестрицей-ластушкой, Мне от этого худа не будет, Со белова лица красочка не спадёт. (Запись 1971 года) Данное повествование дополняется рассказом Ермаковой Марии Павловны, которой к моменту записи было девяносто два года. Совершенно сократив рассказ о том, что было в составе обряда до провоза приданого невесты по деревне, она остановилась на эпизоде, когда «постельница едет по деревне». Перед этим запрягают лошадей, «какое там добро есть у невесты накладывают, там постели, подушки». А далее сказала: «Потом развязывают, расстилают по окошкам. Развяжут полотенца... подала невеста хоть по два, хоть по три, хорошо». Речь идёт о величине приданого. «Ну, приходят глядеть молодых» и, добавим, приданое. Интересно сопоставить два рассказа о собственной свадьбе жителей Новгородского района. Вот первый. Владимирова Александра Михайловна 1913 года рождения, выходила замуж в деревню Ермолино. Она рассказывала о том, что жених, когда приезжал, то «по всему двору от конца до конца дрова или солому раскидывал». «А невеста должна убрать, а все смотрят, какая она хозяйка. Потом жених выкупал невесту, ребятам (парням) вино давал, девкам - конфекты.
Праздновали целую неделю. Моя свадьба была аж на 16 лошадях. Дружкам ленты на плечи пришивали. А когда ещё выкупали (невесту), то жених с парнями деньги сыплет, сыплет, а подружки торгуются... Венчались в церкви. Здесь на конце деревни стояла церква, там сейчас кладбище, так там жил дьякон Ермол, попадья и монахи... » Петров Николай Романович, 1903 года рождения, житель деревни Милославское, прекрасный сказочник, вспоминал в 1983 году: «Пришёл парень на поседку. Потанцевал с девчатами. Понравилась ему там одна девка. Задумал парень жениться на ней. Пришёл он в дом к девке и говорит её матери: - Мать, выдай замуж Таню. А она в ответ: - Пойдёт, так пойдёт. Попили они чаю да винца сладенького. На следующий день парень говорит своему отцу: - Батя, ступай сватать меня. Вечером на второй день пошёл отец сватать. Пришёл оттуда и говорит: - Завтра Богу молиться. На другой день собрались все, сели за стол, чаю попили. Парень спрашивает Таню: - Замуж пойдёшь? Отвечает девка: - Пойду. Договорились свадьбу справить в Рождество. Справились, поехали с братом двоюродным ночью. Вынесли из дома невесты сундук, внесли в свой дом, занавески повесили. Пришла в дом невеста, а отец парня и говорит: - Вот тебе ухват, будь хозяйкой. Поцеловал Таню. Утром все встали, винца выпили. Вот и свадьба вся». По этим записям заметно, как в зависимости от времени менялся обряд и как отличался обряд в зависимости от местности. В последнем случае хорошо заметно, что эта свадьба происходила в 20-е годы. Совершенно определённо требовалось лишь согласие парня и девушки, согласие же родителей оказывалось формальностью, данью традиции. Богомоление, бывшее обязательной составной частью прежнего обряда, в данном случае лишь заявлено: «Завтра Богу молиться». Отсутствует и указание на совершение молитвы после рукобитья, на венчание в церкви. Обряд упрощён, и краткость его подтверждена самим рассказчиком: «Вот и свадьба вся». Правда, рассказывал об обряде мужчина, это в данном случае оказывается тоже важно. Примерно в те же годы игралась свадьба и в деревне Ермолино, где обряд предстал в более развёрнутом варианте. В ещё более редуцированном виде, чем в беседе с Петровым, предстал обряд в рассказе Вишняковой А. М., 1924 года рождения, из села Охона Пестовского района, хотя именно в этом районе долго сохранялась память об обряде. Она сказала, что сватовство ограничивалось приездом жениха и одного из сватов. Не было долгих приготовлений к свадьбе и посиделок (девичника) у невесты. Со свадьбой не было связано никаких примет и оберегов. Зато пиво, обязательное на свадьбу, варили по-прежнему и рецепт его приготовления помнили. Конечно, следует отметить тот факт, что вспоминает о свадьбе человек, который не был свидетелем того, как игрались свадьбы начала века. В конце 70-х годов по фольклорным записям, произведенным в деревнях Алехново, Осипово, Усть-Кировское Пестовского района, была проведена реконструкция свадебного обряда.
<< | >>
Источник: О. С. Бердяева. Фольклор Новгородской области: история и современность. 2005

Еще по теме Свадебный обряд Новгородской области:

  1. Обряды в Новгородской области
  2. Свадебный обряд
  3. Свадебный обряд в Старорусском районе (реконструкция)
  4. Старинный свадебный обряд в Демянском районе (запись 1964 года)
  5. О. С. Бердяева. Фольклор Новгородской области: история и современность, 2005
  6. История и фольклор История собирания и изучения фольклора Новгородской области
  7. Северная традиция русского свадебного чина
  8. Свадебные лирические песни
  9. СВАДЕБНЫЕ ПЕСНИ, ВЕЛИЧАНИЯ И  ПРИЧИТАНИЯ
  10. Геннадий Новгородский
  11. Епископ Новгородский Нифонт
  12. НОВГОРОДСКАЯ КОРМЧАЯ 1282 Г.
  13. Святитель Никита, епископ Новгородский
  14. КАЛЕНДАРЬ И ОБРЯДЫ
  15. Древнерусские княжества IX-XIII вв. Новгородская республика