<<
>>

Теперь можно перейти и к твоей преподавательской деятельности...

Институт социологии занимался педагогической деятельностью в течение многих лет, еще до рождения профессионального высшего образования. Время от времени на всевозможных организованных Институтом курсах повышения квалификации читали лекции многие сотрудники нашего отдела.
И в первую очередь здесь надо назвать А.О.Крыштановского, обладавшего незаурядным педагогическим талантом (сложные положения мог донести до сознания людей, совершенно не обладающих специальной математической и вообще методной подготовкой). Я тоже принимала участие в преподавательском процессе.

В 1989 году родилось высшее социологическое образование в СССР. Именно в этом году в МГУ был организован первый в стране социологический факультет. С 1989 до 2006 года я читала на этом факультете лекции (и семинары вела, конечно) по анализу данных, теории измерений, многомерному шкалированию, методам классификации. А начала я свою педагогическую работу в МГУ в то время, когда факультет еще даже и не был организован, социология существовала в рамках кафедры философии. С 1996 года по настоящее время работаю в Вышке. Здесь к списку преподаваемых мной дисциплин добавились теория вероятностей и математическая статистика. С 1991 по 2009 год я преподавала также в ГУУ. Преподаваемые там мною дисциплины были тоже методные, с математической «начинкой», но назывались они немного по-другому. В 90-е годы, когда наши зарплаты рухнули, мне пришлось также недолгое время преподавать в Педагогическом университете, РГГУ, Международном университете и не помню уж, где еще. Были периоды, когда работала одновременно в 7-ми местах. Не от жадности, а потому, что хотелось своих детей каждый день обедом кормить. Зарплаты были почти нулевые.

Хочется остановиться на двух моментах: на связи преподавания и науки и на проблеме преподавательских кадров.

Читала курсы я, естественно, по своим программам.

Мне было очень интересно первой в нашей стране писать учебные программы по анализу социологических данных и методам измерения в социологии. Методов ко времени рождения нашего профессионального математического образования было известно много. И встал вопрос: как их преподносить. Надо было из огромного методного арсенала выбрать наиболее подходящий материал и создать единую теоретическую платформу, единую систему взглядов (опирающуюся, естественно, на содержательные социологические представления и на анализ роли математики как средства получения социологического знания), в рамки которой вписывался бы известный аппарат. Ну, что-то, как мне кажется, удалось сделать.

Что касается анализа данных, то я свела почти всё к анализу номинальных данных (такие методы, как классический регрессионный анализ, факторный анализа поначалу читались в курсе математической статистики). И в основу всего курса положила то, каким образом тот или иной метод относится к отдельным альтернативам номинальных признаков и как объединяет эти альтернативы друг с другом, как объединяет признаки целиком. В основу же курса по теории измерений было положено рассмотрение любого отображения реальных объектов в элементы того или иного формализма как процесс моделирования: что моделируется, как моделируется, как должны интерпретироваться результаты моделирования и т.д. Методы классификации, многомерное шкалирование вписывались в те же концепции.

По теории вероятностей и математической статистике литературы было много, но ориентирована она была на студентов- технарей. Эти дисциплины долгие годы преподавались в СССР студентам технических вузов. Я взялась за эти дисциплины потому, что хотела их «переиначить» для студентов-гумани- тариев. Ведь в гуманитарных науках даже само определение вероятности надо интерпретировать не совсем так, как это принято у технарей.

Погрузиться в это было интересно. Работа нашла выражение в моих книжках по анализу данных, методам измерения, многомерному шкалированию, математической статистике [12].

Вроде студенты хорошо воспринимают предлагаемую логику построения всех курсов, довольны учебниками.

Погружение в процесс преподавания убедил меня в том, что наука и преподавание - органически связанные друг с другом виды деятельности человека.

С преподавательскими кадрами было очень плохо. Ведь тут требовались такие педагоги, которые и социологию знают, и математическим аппаратом хорошо владеют. Таких у нас ни один вуз не готовит. Я старалась таких преподавателей «выращивать» из своих же студентов. Много лет на каждого уходило. В МГУ (имею в виду только соцфак, ситуацию на других факультетах я не изучала) была очень тяжелая обстановка. В 2008 году там даже было нечто вроде восстания студентов, жаловавшихся на то, что их плохо учат. Но это - свой разговор. Мне тяжело думать об этом: МГУ - моя альма-матер всё-таки. Однако бренд МГУ работал, и там попадались очень хорошие ребята. В Вышку я «перетащила» 4 выпускника МГУ (и некий резерв остался). Прекрасно работают. Ну и ряд моих бывших студентов, выпускников Вышки, занимаются преподаванием методных («математических») предметов социологам на родной кафедре.

В течение четырех с половиной лет (до начала 2010 года) я заведовала кафедрой методов сбора и анализа социологической информации факультета социологии Вышки. Организована кафедра была Крыштановским в 1999 году, он же был первым её заведующим. При нем кафедра не успела толком сформироваться, была маленькой, многих дисциплин явно не хватало. Кроме кафедры, А.О. занимался факультетом в целом, поскольку одновременно был и его деканом. В 2005 году Александра Олеговича на стало. 50 лет в том же году отметили. Я сменила А.О.

К этому времени у меня накопилось довольно много соображений по общей организации воспитания будущего социолога в области методов. Работа в качестве заведующей кафедры дала мне возможность кое-какие из этих соображений реализовать.

О структуре дисциплин, преподаваемых на кафедре, я бы хотела сказать более подробно, чем просто перечислить их.

Дело в том, что все курсы, введенные мною, не появлялись просто так, а определялись общим видением профессии социолога. По большому счету, речь шла о том, чтобы из студентов делать специалистов, способных на современном научном уровне решать стоящие перед каждой наукой задачи: описание, объяснение, предсказание. При всей тривиальности этого положения, внедрение его в жизнь (в педагогическую практику) потребовало определенных усилий. Для решения задач описания, студент должен хорошо понимать, что такое признак. Здесь, помимо того, о чем я уже сказала выше, встает вопрос о поиске латентных переменных. Соответствующий блок должен явно присутствовать в программе (многомерное шкалирование, латентно-структурный анализ и т.д.). Для решения задач объяснения нужны современные методы поиска статистических связей (отнюдь не только регрессионный анализ, а, скажем методы моделирования структурными уравнениями) и классификации. А методы эти бывают весьма и весьма непростыми, требуют и введения новых дисциплин, и поиска новых преподавателей. Прогноз - своя история. Реализация указанных соображений потребовала некоторой реорганизации учебных планов.

Как мне кажется, успешным оказалось и введение метод- ной курсовой работы на втором курсе (это у нас поначалу называлось методным практикумом). Два слова хочу сказать подробнее, поскольку, как мне кажется, это пример, достойный подражания. Для более успешного усвоения методных приемов студент должен реализовать определенный набор методов в процессе проведения собственного исследования по любой нравящейся ему социологической теме (естественно, список тем предлагается, но учитываются и желания студентов). Набор методов фиксируется, он объединяет то, что студенты проходят в курсе, называемом обычно «Методология и методы социологического исследования» и в курсе «Анализ данных». И самое сложное здесь - соединить первый этап исследования - методологическую его часть и выбор методов сбора данных - с этапом анализа данных. Эти два этапа у нас обычно не связываются в единое целое ни в сознании студента, ни в сознании очень многих «взрослых» социологов, хотя в явном виде никто вроде бы и не спорит с тем, что все исследование, начиная с самого смутного вычленения проблемы до интерпретации результатов анализа данных является органически единым процессом.

На практике же при реализации первого этапа мало кто задумывается о методах анализа данных. В результате эти методы, будучи более-менее случайным образом выбранными в конце исследования, работают весьма неэффективно, фактически не служат способами получения нового социологического знания.

При выполнении нашей курсовой работы студент должен уже в процессе постановки задачи и формирования гипотез планировать применение конкретных методов. Конечно, для этого задача должна быть поставлена определенным образом. Скажем, в числе прочих методов, мы требуем обязательного применения хотя бы одного метода классификации. Для этого содержательная задача должна быть поставлена таким образом, чтобы в ней имело смысл, например, построение типологии каких-либо объектов (для осуществления которой и будет использован алгоритм классификации). В программе исследования ставится цель построения такой типологии. Обеспечивается ее выполнение: формируется соответствующее признаковое пространство, выбирается функция расстояния. Конечно, здесь велика роль научного руководителя. Можно сказать, что имеет место явное «насилие» над социологической постановкой задачи, поскольку мы идем от метода: раз правила «игры» требуют применении метода классификации, мы должны так «извернуться», так поставить задачу, чтобы для её решения использование классификации стало естественным.

Такой подход оказался очень полезным. Студент начинает по-настоящему понимать связь задачи и математического метода, понимать, зачем методы нужны. А это - великая вещь. Ведь подавляющая часть студентов, даже освоив те же методы классификации (научившись и теоретически объяснять, как эти методы работают, и реализовывать их на компьютере), в глубине души считают, что никакие методы им не нужны, что использование методов - это красивый «бантик» на дипломной работе. Это - типичное явление для отечественной социологии. А благодаря нашему практикуму в сознании студента происходит сдвиг. Сейчас, пожалуй, можно сказать, что подход себя оправдал (методную курсовую работу студенты-второкурсники пишут уже четвертый год.

И еще одно положительное следствие выполнения описанной курсовой работы имеется.

Студент формирует программу исследования до того, как проходит анализ данных. Но для того, чтобы постановить задачу в заданном ключе, он должен что-то знать о методах. Для этого читается пара лекций, где «на пальцах» объясняется суть всех требующихся методов. Делается это только на содержательном уровне, самая «серьезная» математика - это задание каждого респондента как точки признакового пространства (двумерного, конечно) и рассмотрение разных способов расположения точек в этом пространстве. Оказалось, что такое знакомство с методами обеспечивает не только нужную постановку задачи, но и хорошее восприятие курса анализа данных, читаемого через полгода после постановки задачи. Математический язык становится органической частью социологического языка.

Идея такой курсовой работы с большим трудом пробила себе дорогу в учебный план. Поначалу аргумент у меня был только один - мой собственный многолетний педагогический опыт. Но теперь вроде все убедились в эффективности такого педагогического мероприятия.

Как об определенном достижении кафедры можно сказать о выработке системы формирования тем дипломных работ. Эти работы отличаются от того, что делается на других кафедрах. Студенты должны рассмотреть такую социологическую задачу, которая для своего решения требует изобретения каких-то новых методических подходов. В действительности своеобразной методики требует решение любой серьезной социологической задачи (яркий пример - творчество Ядова). Однако состояние отечественной социологии таково, что часто приходится называть работу методной, когда она являет собой просто добросовестно выполненное социологическое исследование. Ведь именно добросовестность требует использования математических методов. От этого никуда не деться. Мне кажется, что наши студенты научились это понимать.

В ходе нашей короткой встречи на Конгрессе социологов в 2008 году ты мне кратко рассказывала о специфике твоего понимания множества граней соприкосновения математики и социологии. Не могла бы ты все это подробнее изложить? Что тебя не устраивает в доминирующих в нашем профессиональном сообществе взглядах на «пару»: социология и математика?

Я считаю, что некорректно говорить о том, что математика как бы «прикладывается» к социологии. Такое «приложение» обычно понимается так. Применяю кластерный анализ, нажимаю кнопки, смотрю, что получилось. Ничего не получилось. А вот давай-ка нажму кнопки для факторного анализа. Вдруг что выйдет. И т.д. Это очень распространенный, но никуда не годный подход. Выбор метода должен определяется разработками первой стадии проведения исследования, о чем шла речь выше. Математический язык - часть социологического. Когда мы строго ставим задачу и формулируем, что хотим делать, по определению возникает математический язык. В частности, мы можем предложить нечто пока не известное в математике. Я об этом уже говорила.

Социолог должен отслеживать модель, заложенную в методе, должен анализировать собственные априорные представления о сути решаемой задачи и делать так, чтобы эти представления отвечали модели.

Социолог должен думать о «модели восприятия», т.е о том, как спросить респондента о чем-то, как трактовать ответы, как эти ответы соотнести с тем, что надо социологу и т.д. И никогда не использовать те или иные способы измерения просто потому, что их все используют.

Измерение я понимаю широко, как некий подход к моделированию. По сути считаю, что все социологическое является неким измерением, понимаемым достаточно широко. Такой подход побуждает исследователя постоянно думать об используемых моделях. Это делается в любой науке. Науки без моделирования не бывает. Но во многих науках (в технических, например) обычно бывает ясно, где реальность, где модель, ясно, какие модельные предположения мы используем. А в социологии это - сплошная головная боль.

Я могу согласиться с тобою во многих положениях вашей программы подготовки студентов. Вместе с тем, ты понимаешь, что большинство студентов будет работать не в академических структурах, а в организациях, ориентированных на проведение оперативных исследований (не только опросов), программа которых формируется иначе, чем это могли делать наши учителя: В.А.Ядов,

В.Э.Шляпентох, Б.А.Грушин и другие. Как вы учитываете это обстоятельств в ваших курсах?

Методы, которым мы учим студентов, могут использоваться в любом исследовании, не зависимо от способов получения исходной информации и от глубины тех вопросов, на решение которых исследование направлено. Мы учим студента «подстраивать» аппарат под конкретные задачи. В одной задаче можно удовлетвориться подсчетом процентов, в другой - необходимо использовать сложный комплекс нетривиальных методов построения причинной структуры. Естественно, студенту говорится о том, что программы могут быть разные, в том числе глубокие и не очень.

Мне кажется, что за поставленным вопросом не стоит особой проблемы. Студент получает широкие и глубокие знания о чем-то, а в жизни он может использовать незначительную часть всего этого. От задачи надо идти. И это подчеркивается всеми преподавателями в общении со студентами.

Кроме того, наши студенты слушают и такие курсы, которые прямо направлены, например, на маркетинг. На факультете имеются также т.н. базовые кафедры ФОМ, ВЦИОМ, Левада-Центр, ГФК-Русь (известная западная маркетинговая компания). Эти кафедры обучают студентов сложившимся в названных организациях правилам работы. Кроме того, ту же проблему решает сама жизнь, поскольку именно в соответствующих организациях работают и многие наши студенты, и многие преподаватели, подходящие примеры встраиваются во многие курсы.

Кстати, математические методы (как в смысле собственной их разработки, так и в смысле внедрения новейших западных достижений) в наше время в России сосредоточиваются в основном в маркетинговых компаниях. Но эти компании не очень-то готовы делиться с обществом своими ноу-хау. А вот сотрудники ГФК учат наших студентов маркетинговым методам. Это вызывает большой интерес. Лучшие выпускники кафедры идут именно в маркетинг. Это происходит естественно, поскольку там больше платят. Но это - палка о двух концах. На защитах дипломов мне часто приходит в голову весьма горестное соображение: в России, стране, имеющей массу проблем, к решению которых по идее должны быть призваны социологи, лучшие молодые социологические умы, владеющие «хитрыми» методами, направляют свой интеллект на выяснение, скажем, того, как помочь соку «Добрый» опередить по продажам сок «Тропиканка» (беру пример из очень хорошей в методном отношении дипломной работы, данные для которой девочка брала из исследований, проводимых в маркетинговой фирме, где она работала).

Честно говоря, меня больше беспокоит то, чтобы чисто практические приемы не затмили академическую составляющую. Тот, кто владеет этой составляющей, может идти работать куда угодно. Обратное движение совершать гораздо труднее. Другими словами, основная проблема - не в том, что надо приобщать студентов к сугубо практическим оперативным исследованиям (хотя, конечно, надо), а в том, чтобы они по-настоящему поняли, как можно получать новое социологическое знание. Проводя эту линию, приходится преодолевать много препятствий. И не всегда это удается.

Литература 1.

Раппопорт ЮА, Семенов Ю.И. Сергей Павлович Толстов: выдающийся этнограф, археолог, организатор науки// Выдающиеся отечественные этнологи и антропологи XX века. М.: Наука, 2004. С.197. 2.

См., например, сборники: Математические методы в современной буржуазной социологии. М.: Прогресс, 1966; Американская социология: перспективы, проблемы, методы. М.: Прогресс, 1972; Математические методы в социальных науках. М.: Прогресс, 1973. 3.

Количественные методы в социологии / Под ред. Аганбегян А.Г., Осипов Г.В., Шубкин В.Н.. М.: Наука, 1966 (первое издание этого сборника вышло небольшим тиражом в 1964 году в Новосибирске); Распознавание образов в социальных исследованиях / Под ред. Загоруйко Н.Г. и Заславской Т.И.. Новосибирск, 1967; Моделирование социальных процессов. М.: Наука, 1970. Последний сборник вышел в серии «Социология и математика», в редколлегии которой состояли: Аганбегян А.Г., Андреев Э.П., Гаври- лец Ю.Н., Моисеев Н.Н., Осипов Г.В., Устинов В.А.. (Это было многострадальное издание. Сначала его встретили «в штыки» за пропаганду буржуазных идей, а в 1990-е годы те же люди приводили издание этого сборника как свидетельство того, что отечественная наука уже в 1970 году достигла передовых рубежей в области использования математики в социологии.) О том, что относительно высокий уровень разработки и применения математических методов в российской социологии 60-70-х годов не был случайностью, что за этим стояли некоторые объективные потребности науки, свидетельствует бурное развитие соответствующих разделов нашей науки в следующее десятилетие, о чем можно прочитать в: Andreenkov V.G., Tolstova Y.N. Brief overview of soviet literature on mathematical methods in sociologie (1973-1983) Bull. de methodologie sociologique/ 1985, #3, Paris, р. 4-38 4.

Например: Аргунова КД. Качественный регрессионный анализ в социологии. М.: ИСАН СССР, 1990; Аргунова КД. Взаимодействие признаков в регрессионных моделях // Социс, 1987. №2. С. 102-112 5.

При моем активном участии были выпущены следующие коллективные монографии, ответственными редакторами которых были Андреенков В.Г., Толстова Ю.Н.: Типология и классификация в социологических исследованиях. М.: Наука, 1982; Анализ нечисловой информации в социологических исследованиях. М.: Наука, 1985 (это - сборник, а не коллективная монография); Интерпретация и анализ данных в социологических исследованиях. М.: Наука, 1987; Математические методы анализа и интерпретация социологических данных. М.: Наука, 1989. 6.

По итогам конференции 1979 года был выпущен сборник: Математические методы в социологическом исследовании. Отв. ред. Рябущкин Т.В.. М.: Наука, 1981; результаты конференции 1991 года отражены в шести ротапринтных выпусках сборника тезисов «Методы социологических исследований». М.: ИС АН СССР. 7.

Саморегуляция и прогнозирование социального поведения личности / Отв. ред. Ядов В.А.. Л.: Наука, Ленинградское отд., 1979. 8.

Толстова Ю.Н. Логика математического анализа социологических данных. М.: Наука, 1991. 9.

К примеру, книга Харман Г. Современный факторный анализ. М.: Статистика, 1972. была издана в серии «Зарубежные статистические исследования». А основополагающая для социологического измерения монография: Суппес П., Зинес Дж. Основы теории измерений // Психологические измерения. М.: Мир, 1967 - в одном из сборников серии «Библиотека сборника “Математика”», под редакцией известного математика, специалиста по анализу данных Мешалкина Л.Д.. 10.

Упомяну коллективную монографию, в которой я принимала участие как автор: Логика социологического исследования / Отв. ред. Осипов Г.В.. М.: Наука, 1987. Активнейшую роль Кабыща сыграл также в подготовке известного социологического словаря, вышедшего под редакцией Осипова Г.В. и несколько раз переизданного, а также в подготовке «Рабочей книги социолога». 11.

О творчестве Андреева Э.П.дает представление книга: Осипов Г.В., Андреев Э.П. Измерение в социологии. М.: Наука, 1977. Замечу, я не во всем соглашалась с Э.П. Расхождение наших взглядов можно увидеть, посмотрев написанную в то же время книгу: Клигер СА., Косолапое М.С., Толстова Ю.Н. Шкалирование при сборе и анализе социологической информации. М.: Наука, 1978. 12.

Толстова Ю.Н. Анализ социологических данных. М.: Научный Мир, 2000; она же Измерение в социологии. М.: Книжный Дом «Университет», 2009 (3-е изд.); она же. Основы многомерного шкалирования. М.: КДУ, 2006; она же. Математико-статистические методы в социологии (математическая статистика для социологов) М.: ИД ГУ-ВШЭ, 2009. Травин И. И. - окончил исторический факультет МГУ, кандидат философских наук, доцент Санкт-Петербургского Университета культуры и искусства. Основные области исследования: качество жизни, проблемы города. Интервью состоялось в 2005 году.

Биография Игоря Ивановича Травина - идеальная иллюстрация сходства и различий, присущих двум первым и третьему поколениям советских социологов. Его мировоззрение формировалось практически в той же политико-социальной среде, что и социологов, родившихся на рубеже 1920-х - 1930-х годов, но свой путь в социологию он начинал вместе с представителями «военного поколения». Сочетание этих общекогортных качеств, а также профессиональных и личностно-коммуникативных делают Травина интересным участником дискуссии по многим проблемам социологии и удивительным собеседником. Именно с этими ощущениями я обратился к нему с просьбой об интервью, и я рад, что мои воспоминания, касающиеся 70-х - начала 90-х, нашли полное подтверждение в ходе нашего телефонно-онлайнового общения. Рассказ Игоря - он наговаривал ответы на диктофон - о себе, о людях, с которыми он работал, его суждения о многом, что происходило в московском и ленинградско-петербургском социологическом сообществе, позволяют не только глубже заглянуть в недавнее прошлое, но почувствовать его.

Перечитав текст интервью, я подумал о том, как повезло студентам Травина. Они общаются со свидетелем и участником многих важнейших событий в истории отечественной социологии. Некоторые из них со временем поймут, что его лекции - это состав, цементирующий все существующие поколения российских социологов.

<< | >>
Источник: Докторов Б.З.. Современная российская социология: Историко-биографические поиски. В 3-х тт. Том 2: Беседы с социологами четырех поколений. - М.: ЦСПиМ. - 1343 с.. 2012

Еще по теме Теперь можно перейти и к твоей преподавательской деятельности...:

  1. ТЕПЕРЬ МОЖНО ДЕЛАТЬ ПЕРЕКРЫТИЕ ПОДВАЛА
  2. Хорошо. Но можно ли сказать, что драматическая социология это, кроме всего тобою перечисленного, и определенный жанр твоей жизни?
  3. Какие этапы можно условно выделить в современной научной деятельности?
  4. НАЧАЛО ПРЕПОДАВАТЕЛЬСКОЙ КАРЬЕРЫ
  5. Глава V. НЕОБХОДИМОСТЬ ИЗУЧИТЬ ПРОИСХОДЯЩЕЕ В ОТДЕЛЬНЫХ ШТАТАХ, ПРЕЖДЕ ЧЕМ ПЕРЕЙТИ К ОПИСАНИЮ УПРАВЛЕНИЯ ВСЕМ СОЮЗОМ
  6. ДЕЙСТВИЯ ПРЕПОДАВАТЕЛЬСКОГО СОСТАВА И УЧАЩИХСЯ СРЕДНИХ УЧЕБНЫХ ЗАВЕДЕНИЙ В ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ СИТУАЦИЯХ *
  7. § 15 Только в гражданском устройстве можно приобрести что-то окончательно, в естественном же состоянии хотя и можно что-то приобрести, но лишь предварительно
  8. Теперь о смерти.
  9. Потом Шляпентох уехал. Давно это было. Какие изменения в твоей жизни последовали за этим?
  10. А теперь давайте знакомиться.
  11. ТЕПЕРЬ ЕЩЕ И ВЕРТОЛЕТЫ
  12. Теперь будем делать подругому?
  13. Теперь - о диспозиционной теории личности
  14. И вот началась собственно твоя жизнь... что-то было важное, знаковое в совсем раннем периоде твоей жизни, до школы?
  15. Рождение Центра изучения и прогнозирования Вспомним 1989 год. Не мог бы детально описать возникновение твоей схемы уличных опросов?
  16. Теперь переходим к Вашей работе над докторской диссертацией...
  17. Теперь - немного общих сведений об исследовании: организации, тематике, методах.