<<
>>

Можно ли сказать, что такое русскость в современном толковании, существует ли она?

Мне кажется, под «русскостью» нельзя понимать некий фиксированный набор черт и характеристик, остающийся равным самому себе во все периоды российской истории, будь это этнические или национально-психологические характеристики.

Какие бы черты мы ни выделили, всегда можно сказать, что да, это правильно, но были случаи, когда Россия и русские вели себя по-другому. И это «по-другому» будет служить опровержением нашего образа, нашей модели «русскости».

Я предпочел бы пойти по другому пути и считать, что «русское» - это синтетический продукт российской истории. Составляющие этого синтетического образа довольно легко выявить. Первое - это стихийный демократизм, выражающийся, прежде всего, в прямой демократии. Здесь можно сослаться на древнюю демократическую традицию - северные русские республики (Господин Псков и Господин Великий Новгород), ополчение Минина и Пожарского в 1612 году, особая роль казачества - отнюдь не маргинального явления в российской истории, крестьянская община с ее традициями деревенских сходов, да и Советы, объединявшие в себе законодательную и исполнительную функции власти в начале своего существования выглядели продуктом прямой демократии. Второе - авторитаризм. Это поистине ядро русской культуры, на этой основе строились и самодержавие, и советская власть. Третье - патернализм. Важно, что первое и второе с третьим, т.е. прямая демократия, с одной стороны, и авторитаризм и патернализм, с другой, - не противоречат друг другу. При желании легко можно увидеть, что авторитарная квазиотцовская власть отнюдь не является ничем не ограниченной властью. Здесь имеет место своего рода моральный контракт: «дети» платят «отцу» любовью и послушанием до тех пор, пока «отец» по-отцовски их любит и о них заботится. Если же ответной любви нет, контракт считается разорванным. И грядет эпоха русской свободы. Поэтому, например, гибель самодержавия - не только и не столько результат деятельности демократических партий, сколько результат пренебрежительного отношения самодержавия к своей «отцовской» роли, забвения им своих обязанностей по «контракту».

Четвертая составляющая - революционаризм, я бы сказал, тотальный революционаризм, понимаемый как стремление разрушить все и на пустом месте отстроить все заново (как у Ленина), либо просто все разрушить без всякой мысли о созидании (как у Нечаева). Последняя составляющая «русскости» - мессианство, понимаемое как ощущение некой миссии, доверенной или порученной России Богом или историей. Об это много написано, но лучше всех - у Андрея Платонова, в «Котловане», например.

В разные периоды истории на первый план выходила какая-то одна из этих черт, но все они присутствовали всегда. Из всего этого (того, что здесь отмечено курсивом) и складывается образ «русского» - как русской политической культуры, так и русского национального характера. Это продукт истории России, а не совокупность этнически и психологически определенных черт. К истории я добавил бы еще географию - это продукт истории и географии России. Гигантские пространства России и единство нации можно было удержать и сохранить только в условиях жесткого авторитарного правления. Кто-то, по-моему Г. Вернадский, сказал, что самодержавие и крепостничество были ценой, которую русский народ заплатил за свое национальное самосохранение. Можно продолжить эту мысль, сказав, что коммунистический авторитаризм был ценой, которую Россия заплатила за свое «сверхдержавное» величие. Платя эту цену, мы не просто оставались сами собой - мы становились тем, что мы есть сейчас. И наши сегодняшние проблематичные отношения с либерализмом и демократией западного типа тоже объясняются нашей историей и географией, которые, в принципе, не изменились и не изменятся до тех пор, пока - и в той степени, в которой - Россия остается собой. Кесельман Л. Е. - окончил экономический факультет Ленинградского государственного университета, многие годы работал в петербургских социологических институциях РАН, с 2004 года живет в Германии. Основные области исследования: производственная социология, прогнозирование социальных процессов, разработал и успешно применял технологию уличных опросов.

Интервью состоялось в 2005 году.

На рубеже 80-х - 90-х Леонид Евсеевич Кесельман с его крохотной группой единомышленников сделал невозможное. С помощью технологии уличных опросов они выявили и зафиксировали отношение населения Ленинграда/Петербурга к важнейшим политическим событиям тех лет. Это была феерическая продуктивность. Бывало, утром я покупал газеты с результатами опроса Кесельмана, проведенного накануне, днем слышал его комментарии по радио, а вечером видел его на экране телевизора. Внешне мы были слегка похожи, и в метро у меня иногда спрашивали: «Вы Кесельман?». Я честно отвечал: «нет» и с гордостью добавлял: «но я его знаю».

Интервью длилось более полугода; было трудно начать и сложно завершить. Кесельман, отвечая по электронной почте на мои вопросы, написал очень много. Здесь - лишь фрагменты нашей беседы. Но и в них просматриваются жизненные коллизии, которых не было у российских социологов первого поколения, но которые испытали шедшие за ними.

<< | >>
Источник: Докторов Б.З.. Современная российская социология: Историко-биографические поиски. В 3-х тт. Том 2: Беседы с социологами четырех поколений. - М.: ЦСПиМ. - 1343 с.. 2012

Еще по теме Можно ли сказать, что такое русскость в современном толковании, существует ли она?:

  1. А что можно сказать о тех, кому сейчас 40+, 20+?
  2. Хорошо. Но можно ли сказать, что драматическая социология это, кроме всего тобою перечисленного, и определенный жанр твоей жизни?
  3. Что такое защита GSM и как она создавалась
  4. Беседа 1 (утренняя). ЧТО ТАКОЕ ДИАЛЕКТИКА! КАКОЙ ОНА БЫВАЕТ1
  5. Не только, что сказать, но как сказать
  6. § 15 Только в гражданском устройстве можно приобрести что-то окончательно, в естественном же состоянии хотя и можно что-то приобрести, но лишь предварительно
  7. ГЛАВА VII, из коей явствует, что одно из величайших благ, каких только можно добиться для государства, — это дать каждому ровно такое занятие, к какому он пригоден
  8. Гарин И. И.. Что такое философия?; Запад и Восток; Что такое истина? — М.: ТЕРРА—Книжный клуб,2001. - 752 с., 2001
  9. Раздел I, где описано прискорбное положение, в коем находилась Церковь в начале царствования Короля, то, в каком она находится сейчас, и что надлежит делать, дабы привести ее в такое состояние, в каком ей следует находиться
  10. * Как это называется на языке морали: она уже "нечестная"? Что делает девушке честь? Береги перепонку смолоду. Так, что ли?
  11. Беседа 17 (дневная). НТО ТАКОЕ НАУКА И КУДА ОНА ДВИЖЕТСЯ!
  12. ЧТО НИКАКОЙ СОТВОРЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ, ВИДЯ БОГА, НЕ ВИДЕЛ БЫ ВСЕГО, ЧТО МОЖНО В НЕМ ВИДЕТЬ
  13. Что сказал Заратустра?
  14. ЧТО СКАЗАТЬ В ЗАКЛЮЧЕНИЕ?
  15. Что Вы могли бы сказать в заключение?
  16. О том, что может быть выражено речью и что не может, и о том, что можно узнать и чего нельзя
  17. ВСЕ, ЧТО ГОВОРИТСЯ ГРУБО, МОЖЕТ БЫТЬ СКАЗАНО ТАКТИЧНО
  18. 3 Могу ли я сказать, что в существовании содержится нечто большее, чем в простой возможности?
  19. Рабочий кабинет Кроче ВКЛАД В КРИТИКУ МЕНЯ САМОГО Почему историк не может сделать с собой то, что он проделывает с другими? В. Гете, Сочинения. 1806 1. О том, что можно и чего нельзя найти на этих страницах
  20. Глава V ИМЕЕТ ЛИ ЧЕЛОВЕК ДУШУ И ЧТО ОНА МОЖЕТ СОБОЙ ПРЕДСТАВЛЯТЬ