<<
>>

He всегда можно правильно судить о других по самим себе

Случается иногда, что благочестивые люди, различными подвигами благоугождающие Богу, смущаются, когда видят около себя людей также благочестивых, но, по их мнению, менее, чем они, работающих Господу.
Смущаются и думают: «Почему те, не как мы подвизаются? Почему они не несут таких подвигов, какие мы несем? Какие они богочтецы? За что их считают праведными?» и т.п. Такое, братья, суждение ошибочно; ибо не одними видимыми нам подвигами благоугождается Бог, а главным образом внутренним, Ему единому ведомым, расположением к Нему. Притом нельзя требовать от всех одинаковых подвигов и потому, что не всем даны одинаковые средства, силы и способы к несению их. Наконец, много значит тут и положение в свете, и воспитание.

Некогда один из первых вельмож императора Римского оставил мир для Бога и поселился в египетской пустыни Скит, взяв с собою одного только раба. В Ските он прожил двадцать !ф пять лет и своим благочестием заслужил особенное уважение от отцов египетских. Один из «о них, желая лично взглянуть на подвижника и получить от него пользу для души, раз пришел к ц? нему и с любопытством стал осматривать и его самого, и его келию. Что же он увидел? Увидел 'О старца, одетого в мягкую одежду и обутого; увидел в келии его постель, покрытую кожею и с возглавием. Это соблазнило гостя. Хозяин между тем приказал подать к обеду горячую пищу и вино. Этим посетитель соблазнился еще более и, не получив пользы, грустный пошел было домой. Но прозорливый старец-вельможа понял его и, желая вразумить, через слугу тотчас воротил его. «Откуда, — спросил он своего гостя, — ты родом, отче?» — «Из Египта, отвечал сей». «А из какого города?», — продолжал хозяин. «Да я простой поселянин, отвечал гость, и жил в деревне». — «А на чем ты спал и какую постель имел?» — «Спал на земле, отвечал пришелец, а постели не имел» — «А какую пищу вкушал и пил ли когда-нибудь вино?», — допрашивал старец.

«Ел один сухой хлеб, а пил только воду». — «А в бане мылся ли когда- нибудь?» — «Кроме реки, никакой бани не знал», — отвечал монах. Кончив допрос, вельможа сказал старцу: «Тебя я выслушал, теперь послушай меня. Родом я из Рима и был царю близкий советник», — начал он. Гость весь обратился во внимание. «И вот, продолжал старец, ради Бога оставил я и мир, и богатство, и славу и пришел в эту пустыню. В Риме я занимал великолепный дом, имел огромное богатство, а теперь, как видишь, живу в убогой хижине. Кровать у меня была из золота и покрыта драгоценными тканями, а теперь имею одно это бедное ложе и кожу на нем. Носил драгоценные одежды, а ныне у меня только одна эта худая риза. На обедах у меня подавались всевозможные яства, а в настоящее время одну эту бедную зелень вкушаю и ради недуга пью эту малую чашу вина. Было у меня в Риме и множество рабов, а теперь лишь одного этого старца оставил Господь служить мне. И музыку я, наконец, постоянно слушал, и услаждали мой слух трубы, тимпаны и гусли; а теперь только пою двенадцать псалмов. Итак, не соблазняйся о мне». — Тогда монах воскликнул: «Горе мне за мое осуждение! Я от великой скорби прежней моей жизни пришел в покой, а ты от великого покоя в скорбь, и от великой славы и богатства в смирение и нищету!» После сего он оставил старца уже с великою для себя пользою сделался ему другом и стал часто посещать его.

Кто же из сих двоих более явил подвигов самоотвержения для Бога? Вельможа ли старец, или гость его? — Конечно, первый; ибо и прозорливый был, и Духа Святого исполнен, как говорит описатель жития его. А ведь он и мягкую ризу носил, и постель покрытую кожей имел, и вино вкушал; монах же, посетивший его, питался чуть ли не одними кореньями и не знал вовсе, что такое обувь и постель. Что же отсюда следует? То, что всякий знай только самого себя, а других не суди. Не кичись перед другими своими делами, а отыскивай лучше в самом себе такие и другие недостатки и навыкай смирению. С другой стороны, пусть всякий также помнит, что дарования каждому даются различные и каждому по силе его; а вместе и то, что не по видимым только нам действиям судит человека Бог, а по закрытым от нас внутренним его чувствам и тайным подвигам.

ОААОАЁО

23

н-аоааба

(10 оаабаёу no. no.)

Сщмч. Харалампия и с ним мчч. Порфирия, Ваптоса и трех мучениц (202). Сщмчч. Петра и Валериана пресвитеров (1930). Блгв. кн. Анны Новгородской (XI). Прп. Прохора Печерского, в Ближних пещерах (1107). Прп. Лонгина Коряжемского (1540). Св. Галины (III). Мцц. дев Еннафы, Валентины и Павлы (308). Прп. Шио Мгвимского (VI) (Груз.) (переходящее празднование в четверг сырной седмицы).

Иконы Божией Матери «Огневидная».

Иуд., 78 зач., I, 11-25. Лк., 110 зач., XXIII, 1-34, 44-56.

:3

Дьявола гонят пост, чтение Евангелия Ц

и борьба со злыми помыслами ^

Говоря о средствах, которые даны нам для борьбы с дьяволом и служат к посрамлению его и отгнанию от нас, мы указывали на молитву, смирение, чтение Псалтири, трудолюбие и молитву к св. Архистратигу Михаилу. Ныне же намерены сказать о пользе и еще некоторых, именно: поста, чтения и изучения Евангелия и борьбы со злыми помыслами.

Преподобный Макарий, сидя однажды при дороге, увидел дьявола в образе человека, обвешанного какими-то сосудами и направлявшегося к близ лежавшему монастырю. Молитвою святой остановил беса и спросил: «Куда идешь?» «Да иду навестить братию», — был ответ. «А что за сосуды с тобой?», — сказал преподобный. «А это, отвечал бес, различные кушанья для монахов». «Для чего же их так много с тобою?», — спросил Макарий. «Да чтобы, если одно не понравится, так другим угостить братию. Один мой злой совет или внушение не примут, ну так другой еще горший предложу, и таким образом кого-нибудь уловлю», — сказал дьявол и пошел своим путем. Преподобный же остался ждать его возвращения. Дождавшись, спросил: «Ну, как твои дела?» «Худы, — отвечал бес, — почти все монахи не приняли меня и только один несколько слушается». «А как ему имя?» «Феопемпт», — отвечал дьявол и исчез. Макарий отправился в монастырь. Узнав о приближении его, монахи с ваиями в руках вышли навстречу ему, и все наперерыв друг перед другом звали его каждый к себе. Он же, узнав, кто из них Феопемпт, отправился к последнему и был принят с радостью.

Началась беседа. «Как поживаешь?», спросил преподобный своего хозяина. «Хорошо, молитвами твоими», — отвечал Феопемпт. «Ну, а злые помыслы не смущают тебя?», —продолжал старец. Стыдясь признаться в оных, инок сказал, что не смущают. «Какой счастливец, — воскликнул преподобный; а я уж вот сколько лет пощусь, и, сам видишь, как все почитают меня, а между тем скверные помыслы до сих пор не дают мне покоя». Тогда и Феопемпт признался: «Да, отче, и я весьма обладаем от духа любодейного!» Старец затем стал выпытывать у него и другие злые мысли, обуревавшие его, и Феопемпт признался в очень многих. «До которого ты часа постишься?», — спросил после сего Макарий. «До третьего часа пополудни», — отвечал инок. Преподобный сказал ему: «Старайся соблюдать пост до вечера; читай и изучай Евангелие и писания св. отцов; если придет злая мысль, всеми силами твоей души гони ее от себя, и Господь поможет тебе победить врага». Феопемпт обещался последовать совету старца, и Макарий ушел от него. Вскоре после сего он опять встретил дьявола и на свои вопрос: «Куда идешь?», опять получил ответ: «Иду навестить братию». Снова дождавшись возвращения беса, преподобный по-прежнему и еще спросил: «Как твои дела?» — «Весьма худы. — отвечал дьявол, — Ныне уже все без исключения монахи не приняли меня и Феопемпт с ними. И не знаю, кто это так развратил его. Ибо ныне он был для меня хуже всех». Бес после сего исчез, а преподобный возвратился в свою келию, славя Бога. Видя отсюда, сколь нестерпимы для дьявола пост, слово Божие и борьба со злыми помыслами, будем и мы употреблять эти средства в брани с ним и противопоставлять их нашему общему врагу. Он всеми мерами старается погубить нас, и мы, со своей стороны, все меры должны употреблять, чтобы победить его. Он нам объявил непримиримую брань, и мы объявим ему. Он, яко лев, рыкая, ходит, ища, кого поглотить, и мы будем выходить против него облеченными во все оружия Божии.

ОААОАЁЙ .jg^SC^?^/ ГуоГёба

(11 баабаёу по. по.)

:ф Сщмч. Власия, еп. Севастийского (ок. 316). Блгв. кн. Всеволода, во Святом Крещении «о Гавриила, Псковского (1138). Прп. Димитрия Прилуцкого, Вологодского (1392). Прав. Феодо- ц? ры, царицы Греческой, восстановившей почитание святых икон (ок. 867). 'О Литургии не положено.

На 6-м часе: Зах. VIII, 7-17. На веч. Зах. VIII, 19-23.

<< | >>
Источник: Русская Православная Церковь. Пролог: Православный календарь на 2012 год с чтениями на каждый день,— М.: Благовест,. - 416 с.. 2011

Еще по теме He всегда можно правильно судить о других по самим себе:

  1. ПРАВИЛА, ПО КОТОРЫМ МОЖНО С ПОМОЩЬЮ ЧИСЕЛ СУДИТЬ О ПРАВИЛЬНОСТИ ВЫВОДОВ, О ФОРМАХ И МОДУСАХ КАТЕГОРИЧЕСКИХ СИЛЛОГИЗМОВ
  2. 1. Можно ли судить о людях по их виду?
  3. КРАТКОЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО ПРИМЕЧАТЕЛЬНОЙ ОШИБКИ ДЕКАРТА И ДРУГИХ, ОТНОСЯЩЕЙСЯ К ВВОДИМОМУ ИМИ И ПРИМЕНЯЕМОМУ В МЕХАНИКЕ ЕСТЕСТВЕННОМУ ЗАКОНУ, СОГЛАСНО КОТОРОМУ БОГ ХРАНИТ ВСЕГДА ОДНО И ТО ЖЕ КОЛИЧЕСТВО ДВИЖЕНИЯ
  4. ГЛАВЫ ВТОРОЙ РАЗДЕЛ ПЕРВЫЙ О ДОЛГЕ ЧЕЛОВЕКА ПЕРЕД САМИМ СОБОЙ КАК ПЕРЕД ПРИРОЖДЕННЫМ СУДЬЕЙ НАД САМИМ СОБОЙ § із
  5. Правильность текста и правильность корпуса текстов Откровения, вероисповедная ось Писания
  6. Сами по себе, мы выстоим; сам по себе, я не устою
  7. По наружным действиям нельзя судить о человеке
  8. § 15 Только в гражданском устройстве можно приобрести что-то окончательно, в естественном же состоянии хотя и можно что-то приобрести, но лишь предварительно
  9. Не должно судить об участи в загробном мире скоропостижно умерших
  10. ОБЯЗАННОСТЕЙ ПО ОТНОШЕНИЮ К САМОМУ СЕБЕ Н Н И Г А ВТОРАЯ О НЕСОВЕРШЕННЫХ ОБЯЗАННОСТЯХ ЧЕЛОВЕКА ПО ОТНОШЕНИЮ К САМОМУ СЕБЕ (С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ЕГО ЦЕЛИ)
  11. НЕ ЛУЧШЕ ЛИ ОТПУСТИТЬ, ОСТАВАЯСЬ САМИМ СОБОЙ?
  12. КНИГА 2 ЧТО МНЕ ДЕЛАТЬ С САМИМ СОБОЙ?
  13. Страх человека перед самим собой.
  14. Критическое разрешение космологического спора разума с самим собой
  15. РАЗДЕЛ ВТОРОЙ О ПЕРВОМ ВЕЛЕНИИ ВСЯКОГО ДОЛГА • ПЕРЕД САМИМ СОБОЙ § 14
  16. ПРАВИЛЬНАЯ ПОЗИЦИЯ
  17. Добро, которое мы делаем ближним, обращается нам самим во благо
  18. РАЗДЕЛ СЕДЬМОЙ Критическое разрешение космологического спора разума с самим собой