<<
>>

1 ЛИЧНОСТЬ И СОЦИАЛЬНАЯ СТРУКТУРА Алеке ИНКЕЛЬС

Центральным для этого очерка является тезис о том, что адекватный социологический анализ многих проблем оказывается либо невозможным, либо чрезвычайно ограниченным без широкого привлечения наряду с социологической теорией и ее данных также психологической теории и ее данных.

Можно утверждать, что почти ни один социологический анализ не проводился без привлечения, хотя бы и неявного, психологической теории. Представляется очевидным, что осознанное использование этой теории и систематическое применение ее данных при решении социологических проблем приведет к увеличению масштабов и адекватности социологического анализа.

Роль общей теории личности

Цель исследователя социальной структуры — объяснить последствия (в плане действия) данной совокупности институциональных мероприятий. Чтобы достичь этого, он должен правильно определить значение этих мероприятий или их влияние на человеческую личность. Все подобные мероприятия опосредуются в конечном счете действиями индивидов. Поэтому последствия любого такого мероприятия зависят, по крайней мере частично, от того, какое влияние оно оказывает на личность человека в широком смысле этого понятия. Таким образом, система личности становится одной из основных промежуточных переменных при любой оценке влияния одного аспекта социальной структуры на другой. Потребность в теории лич ности, по-видимому, наиболее очевидна при изучении тех «процентов», которые, с одной стороны, представляют собой суммарный, или конечный, продукт тысяч и миллионов индивидуальных решений и действий, а с другой — обладают конкретной величиной, характерной для данного общества или культуры. Для иллюстрации роли, которую может и должна играть теория личности в подобном анализе, я вынужден ограничиться самым беглым рассмотрением двух примеров — процента самоубийств и -преступности. Однако этот способ рассмотрения столь же уместен и для других «процентных» проблем, таких, как частотность и стереотипы миграции, профессиональная мобильность и т.

д.

В своем строгд социологическом анализе Дюркгейм обнаружил, что процент самоубийств, особенно эгоистических, детерминируется степенью интеграции данных социальных структур — будь то церковь, семья, политическая партия, государство и т. п. Даже те, кто наиболее скептически относится к анализу Дюркгейма, не могут отрицать того факта, что он выявил основной стереотип корреляции. Но механизм причинной зависимости процента самоубийств от степени интеграции социальной структуры вызывает большие сомнения. Действительно, несмотря на свои намерения подойти к причинам самоубийств «непосредственно», «независимо от индивида, как такового, от его мотивов и мыслей», Дюркгейм был в конце концов вынужден ввести общую теорию личности как переменную, промежуточную между степенью интеграции социальных структур, с одной стороны, и процентом самоубийств, непостоянство которого он пытался объяснить,— с другой. На вопрос о том, каким образом степень интеграции социальной структуры может служить причиной самоубийства, он отвечал ссылкой на «психологическую конституцию» человека, которая, по его словам, «требует' цели, стоящей выше его». В слабоинтегрированном обществе такая цель отсутствует и соответственно «индивид, обладающий слишком острым восприятием самого себя и своей ценности... стремится быть своей собственной единственной целью, а поскольку такая цель не может его удовлетворить, он влачит апатичное и безучастное существование, которое впредь кажется ему лишенным смысла» 2.

Здесь не место давать оценку адекватности психологической теории, 1{ которой в конце концов прибег Дюрк- гейм, или последствий того, что он не смог прийти к ясному и систематическому использованию этой теории в своем анализе. Я хотел бы, скорее, подчеркнуть неравномерность развития исследований в области самоубийств. Блестящий анализ Дюркгейма представлялся столь категоричным аргументом и столь явным образцом, что в течение почти шестидесяти лет в нашем понимании этого явления, по существу, не было никакого прогресса.

Поколения исследователей приучались рассматривать «Самоубийство» Дюркгейма как образец социологического анализа. Вся их подготовка строилась на том, чтобы они были готовы к борьбе за «чистый» (то есть не психологический) социологический анализ, какой бы ценой это ни достигалось.

Лишь совсем недавно в работе Хенри и Шорта «Самоубийство и убийство» 3 в исследовании этой важной проблемы был сделан серьезный шаг вперед. Спрашивается, что же позволило сделать такой шаг? Конечно, не горы новых данных, хотя некоторые данные и были получены; и не применение новых методов, статистических или каких-либо еще, неизвестных во времена Дюркгейма. Достижение Хенри и Шорта оказалось возможным главным образом благодаря тому, что наряду с теорией Дюркгейма о роли социальной интеграции и социального сдерживания в основу своего анализа они положили систематическое использование психодинамической теории. Хенри и Шорт рассматривают самоубийство как акт агрессии, вытекающий из сдерживания и соответствующей фрустрации. Они полагают, что как самоубийство, так и убийство характеризуется одним и тем же — агрессией, хотя эти две реакции и отличаются одна от другой по направленности выражения агрессии: в- первом случае она обращена на себя, а во втором — вовне. Сочетая в своем анализе ситуационный фактор, который выделял Дюркгейм, — степень внешнего сдерживания—и личностный фактор — склонность к выражению агрессии внутрь или вовне,— Хенри и Шорт смогли установить важную связь между процентами самоубийств и убийств, разрешить некоторые противоречия, имевшиеся в анализе Дюркгейма, объяснить отдельные новыё данные таким образом, что они оказались согласованными с остальным анализом, и предложить ряд важных направлений для дальнейших исследований. Все это было достигнуто без какого-либо «принижения» важности социологических факторов и без какого бы то ни было сведения социальной действительности к личности. Эта небольшая работа представляет собой ориентир, указывающий путь, по которому мы пойдем или должны пойти в следующие десятилетия. '

Дюркгейм и изучение феномена самоубийства — случай образцовый, но важность моей позиции зависит от существования других случаев.

Мы сможем дать здесь лишь самое беглое описание аналогичного развития исследований, проводившихся в значительно более позднее время,— исследований юношеской преступности. В своей классической работе «Районы преступности» К. Р. Шоу4 дал объяснительную схему, поразительно сходную с «теорией самоубийств» Дюркгейма. Дифференцированные уровни преступности, как обнаружил Шоу, детерминируются степенью дезорганизации сообщности и соответствующим ослаблением социального контроля. (Шоу добавил сюда также новый элемент: концепцию наличия в районах преступности особой подкультуры, причем преступность рассматривается им как заученное поведение в рамках данной подкультуры. Хотя эта концепция весьма существенна, но для целей нашей статьи она не представляет большой важности.) Однако подобно Дюркгейму Шоу не смог указать механизм, посредством которого свойства сообщности сказываются на индивидуальных действиях, которые в конечном итоге и дают «уровень» или «процент» преступности.

В этой области прогресс также шел медленно, пока двадцать лот спустя С. и Э. Глюки не опубликовали своей работы5, в которой уровень преступности оказался действительно связанным с дезорганизацией сообщности через промежуточную переменную,— типы личности, формируемые в условиях дезорганизации. Своим монументальным исследованием Глюки позволили нам увидеть, почему социальные условия (которые были известны и раньше) в районах преступности приводят к преступному действию: они выявили, что у личностей, находящихся в этих особых условиях, возникают реактивные склонности к преступному действию. Они позволили нам также понять то, что не смог объяснить Шоу: почему среди людей, оказывающихся под воздействием преступной культуры, лишь меньшинство фактически усваивает эту культуру.

Этот анализ не принижает значения преступной под- культуры или объективных качеств района преступности: физический упадок местности при переходе к индустриализации, высокий процент расовых или этнических меньшинств, высокий уровень алкоголизма и преступности, а также серьезно нарушенная семейная жизнь. В то же время данный анализ значительно увеличивает кан наше понимание явления, так и способности прогнозировать его и управлять им благодаря наложению и интеграции — но не сведению — социальных и психодинамических элементов ситуации.

<< | >>
Источник: TALCOTT PARSONS (В. В. ВОРОНИН, Е. В. ЗИНЬКОВСКИЙ (пер.)). АМЕРИКАНСКАЯ СОЦИОЛОГИЯ. ПЕРСПЕКТИВЫ, ПРОБЛЕМЫ, МЕТОДЫ.. 1972

Еще по теме 1 ЛИЧНОСТЬ И СОЦИАЛЬНАЯ СТРУКТУРА Алеке ИНКЕЛЬС:

  1. 1. Структура личности, её социальные действия
  2. Раздел 1 ДИАГНОСТИКА СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ОСОБЕННОСГЕЙ ЛИЧНОСТИ 1.1.1. Основы социально-психологической диагностики личности и групповой композиции
  3. 13. Психологическая структура личности
  4. Какие существуют подходи в социальной философии к определению социальной структуры общества?
  5. Тема 1. Психологическая структура личности
  6. СТРУКТУРА СОЦИАЛЬНОЙ СТРАТИФИКАЦИИ И ТЕНДЕНЦИИ СОЦИАЛЬНОЙ МОБИЛЬНОСТИ Бернард БАРБЕР
  7. 1. Структура языковой личности и типология понимания
  8. 1.2. Структура родительства как интегрального образования личности
  9. Тема 3.4. Социальная структура и социальная мобильность
  10. 4. СТРУКТУРА СОВРЕМЕННОЙ ПСИХОЛОГИИ. ЧЕЛОВЕК – ИНДИВИД – ЛИЧНОСТЬ – ИНДИВИДУАЛЬНОСТЬ – СУБЬЕКТ
  11. 6.3. Социальная система и социальная структура
  12. 5.3. Социальная типология личности
  13. Личность и социальная система
  14. Объяснительный принцип: социальная обусловленность культуры и культурная обусловленность социальной структуры
  15. Личность и социальные движения
  16. 11.4. Личность специалиста социальной работы
  17. ТЕМА 6 Социальная идентичность личности
  18. 10.4. СОЦИАЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ, ЕЕ СТРУКТУРА
  19. Глава 6. СОЦИАЛЬНАЯ СТРУКТУРА