<<
>>

Разрушительная деятельность моря

Деятельность стоячих вод и, главным образом, моря существенно отличается от тех явлений, с которыми мы знакомились до сих пор; разрушительное действие морской воды ограничивается небольшим пространством: на значительных глубинах воды океана не способны производить размывание,—здесь происходит отложение осадков,—и только у самых берегов прибой волн (Branching) во время прилива и бурь действует разрушающим образом на горные массы.

На этой узкой полосе разрушение достигает весьма значительных размеров. У берегов открытого океана прибойные волны обладают огромной силой и во

589

время больших бурь передвигают и катят каменные глыбы более, чем в 100 центнеров весом. При помощи динамометрических приборов удалось определить величину механического действия прибоя: у Бристольского канала волны производят давление в 137 килограммов в горизонтальном и в 11,500 килогр. в вертикальном направлении на 1 квадр. метр; у Чивитавекии давление достигает 16,000 килограмм., а у северных берегов Шотландии во время сильных бурь—даже 30,000 килогр. на 1 квадр. метр. Огромною силой морских волн объясняются страшные разрушения, которые происходят у бурных берегов: на Унсте, самом северном из группы Шетландских островов, волны нередко разбивают окна маяка, находящиеся на высоте 59 метр, над уровнем моря, а у Вика в Шотландии была однажды сброшена каменная глыба, объемом в 320 куб. метров и, несмотря на огромный вес (13,500 центнеров), передвинута волной на расстоянии 15 метров.

Рис. 318. Дельта р. Миссисипи

Рис. 318. Дельта р. Миссисипи

   Целый ряд условий усиливает разрушительное действие волн. Соли,

растворенные в морской воде, углекислота и кислород разъедают горные массы; камнеточцы, сверлящие черви, морские ежи и губки разрыхляют породу и увеличивают поверхность соприкосновения ее с раствором. Ветвистые корни водорослей охватывают прибрежные утесы со всех сторон и проникают в их трещины; с каждым новым прибоем скалы разрыхляются и, наконец, во время сильных бурь обрушиваются вместе с одевающими их водорослями. У северных берегов к этому ряду деятелей присоединяется мороз; вода, заполняющая трещины скал, при переходе в лед расширяется и постепенно раздробляет породу на отдельные обломки. Каждая волна несет огромные массы галек, песка и ила, и удары последних о берег можно сравнить с действием ружейного выстрела: таким образом, присутствие в морской воде твердых частиц значительно усиливает размывание.

В тех местах, где морские волны достигают такой огромной силы, должны произойти весьма важные геологические изменения. Так, напр., известно, что о-в Гельголанд обладал прежде более значительными размерами, нежели теперь, и что действием прибоя берега его разрушались и оторванные глыбы скатывались в во-
ду; в настоящую минуту остров значительно меньше, чем был он 1000 лет назад, хотя нельзя не указать, что прежние описания страдают некоторым преувеличением. Точно также в прибрежных областях Англии и Нормандии ежегодно обрываются огромные глыбы, и в некоторых местах разрушение столь же значительно, как и на Гельголанде: так, напр., в период времени с 1824-го по 1829 год у берегов Суффолька унесено морем 16 м суши.

С такой же поразительной быстротой разрушаются берега у Нью-Джерси: пу-


Рис. 319. Морской берег у Порто Венере в Лигурии (с фотографии)

Рис. 319. Морской берег у Порто Венере в Лигурии (с фотографии)

  

тем сопоставления древних и новых съемок найдено, что у «Длинного берега» (Long Beach) суша отступает на 5 метр, в год, а у мыса Мая (Кар May)—на 3 метра. Особенно быстро падают под ударами волн новообразующиеся вулканические острова (см. стр. 196), а также песчаные участки суши. По одной из древних французских карт «Песчаный Остров» (Sable Island), лежащий к востоку от Новой Шотландии, достигал в длину 74 килом, и в ширину 4,16 килом., по английским оффициальным съемкам 1776 года длина этого острова определена в 18,5 килом, и ширина в 460 метр.; наконец, в 1890 г. остров приобрел форму полумесяца и достигал только 40,7 килом, в длину и 1,85 км. в ширину.

Впрочем, эти исключительные примеры, представляющие особенно благоприятные условия для проявления разрушительной деятельности моря, дают одностороннюю оценку последней. Не только рыхлые вулканические накопления и песчаные острова, но также и крутые скалистые берега подлежат действию прибоя, и многие случаи быст-

591

РАЗРУШЕНИЕ МОРСКИХ БЕРЕГОВ


Рис.320

Рис.320

   рого отступания суши относятся к странам, образованным твердыми массами. Многочисленные трещины, разрыхляющие породу, подготовляют почву для разрушительного действия моря (см. рис. 319); с другой стороны, у крутых берегов легче чем где бы то ни было происходит подмывание.

Размывание прибрежных скал совершается на всем том пространстве, которое подлежит действию прибоя, т. е. между линией отлива и границей сильнейших волн; наибольшей же величины оно достигает между верхней границей этого пространства и половиной высоты приливных волн; вследствие разрушения твердых


Рис 321. Чайковые, или Железные, Ворота на Медвежьем острове (по Норденшёльду)

Рис 321. Чайковые, или Железные, Ворота на Медвежьем острове (по Норденшёльду)

  

масс здесь образуется вогнутая поверхность, вдающаяся в сушу. По мере проникания размывания в глубину, вышележащие массы теряют опору и, наконец, обрушиваются в воду. Таким образом море действует и на те части обрыва, которых не касаются его волны, и способствует образованию вертикальных утесов, обрамляющих берега (см. рис. 320). Нередко в подмытом береге наблюдаются настоящие навесы, гроты и отверстия в форме ворот. Примером может служить Лазурный Грот острова Капри и Чайковые, или Железные, Ворота на Медвежьем острове (рис. 321); типичные формы размывания в виде навесов наблюдаются у крутых берегов Англии и на острове Гельголанде.

593

ОБРАЗОВАНИЕ БЕРЕГОВЫХ НАВЕСОВ

При обвале таких гротов, навесов и ворот сразу теряются значительные участки суши, и в некотором расстоянии от нового берега появляются крутые выступы скал, которые, преломляя волны, защищают берег от непосредственного действия их. Некоторые утесы у крытых известняковых берегов образовались таким именно способом. Простирание пластов и чередование пород, обладающих разной степенью сопротивляемости, имеет огромное влияние на быстроту разрушения. Если слои падают к морю, то сила береговой волны понижается как вследствие трения, которое она преодолевает, скользя по наклонной поверхности пластов, так и вследствие противодействия воды, обратно стекающей вниз. По той же причине размывание достигает слабых размеров у всех пологих и плоских берегов. Наоборот, если пласты пород падают по направлению к суше, то волны, обру-


  Рис. 322. Морской берег на острове Капри

  Рис. 322. Морской берег на острове Капри

  

шиваясь на их головы, встречают благоприятные условия для проявления своей разрушительной деятельности. Прекрасным примером может служить остров Гельголанд: на северо-восточном берегу, где пласты наклонены к морю, видны только слабые следы разрушения; наоборот, на юго-западной стороне острова, где крутые берега образованы слоями, падающими к суше, мы находим живописные столбы и гроты, наглядно свидетельствующие о силе происходящего здесь размывания.

Если пласты располагаются горизонтально и в ряду их находится порода малой сопротивляемости, то этим создаются особенно благоприятные условия для образования желобчатых углублений и навесов, которые при дальнейшем подмывании обрушиваются в воду (см. рис. 323). Первоначально этот процесс разрушения происходит в широких размерах, особенно если порода разбита трещинами (см. рис. 324), но далее образуются ступенчатые уступы, соответствующие
выходам более прочных пластов; сила прибойных волн после этого уменьшается, и разрушение происходит более медленно [†††††††††††††††††††††††††].

Разрушительному действию морских волн подлежат сравнительно высокие части берегов: те части последних, которые всегда остаются покрытыми водой и бывают обнажены только при отливах, размываются в слабой степени; вследствие этого у подножия береговых утесов образуется обширная почти горизонтальная площадка, едва приподнимающаяся по направлению к суше; это, в свою очередь, влечет за собой изменения в деятельности прибойных волн и уменьшает размеры производимых ими разрушений. Подмытые и лишенные опоры массы падают


  Рис. 323. Морской берег Херревика на Готланде (по Линдстрёму)

  Рис. 323. Морской берег Херревика на Готланде (по Линдстрёму)

  

на эту площадь и, скопляясь здесь, защищают стоящие за ними берега (см. рис. 325); при таких условиях действие волн ограничивается передвижением обломков, обта-
чиванием и раздроблением их в мелкий песок: когда скопившиеся внизу массы будут разрушены и унесены, опять начнется подмывание берега. Это явление подало мысль об устройстве искусственной защиты от разрушительного действия моря. Так, напр., у утеса Шекспира близ Довера была взорвана порохом и низвергнута в море верхняя часть береговых скал; огромные массы обломков являются прекрасной зашитой берега и на многие тысячелетия задержат разрушительную деятельность моря.


Рис 324. Морской берег Азунда на Готланде (по Натгорсту)

Рис 324. Морской берег Азунда на Готланде (по Натгорсту)

  

Но оставляя даже в стороне периодические обвалы, следует указать, что присутствие у берегов слабо наклоненной площадки уже само по себе уменьшает размывание: каждая волна, скользя по наклонной поверхности вверх, теряет часть своей силы и слабее ударяет о берег. Эта площадка продолжает постепенно расширяться, и, наконец, дальнейшее размывание становится невозможным. Отсюда ясно, что при неизменности уровня моря разрушительная деятельность волн должна рано или поздно совсем прекратиться; за пределы относительно узкой прибрежной полосы размывание может распространяться только благодаря перемещению самых материков и морей.

Движения береговой линии кладут сильный отпечаток на характер разрушительной деятельности моря. Если уровень моря медленно падает и вследствие этого берега становятся все выше, то постоянная береговая терраса не может образоваться: она появляется на короткое время и, по мере поднимания берега, разрушается. Впрочем, такое явление наблюдается лишь при равномерности движения и неизменности
условий размывания; если же процесс поднятия на некоторое время останавливается, то образуется значительная горизонтальная площадка и при дальнейшем движении сохраняется в виде так называемой береговой линии; примеры подобных образований были рассмотрены выше (стр. 442).

Гораздо важнее те явления, которые происходят при оседании суши и поднятии уровня моря. В этом случае береговая терраса не может образоваться, и размывание безпрепятственно распространяется в глубь материка. Если опускание суши


Рис. 325. Морской берег у Сорренто

Рис. 325. Морской берег у Сорренто

  

происходит достаточно медленно, то наступающее море может сгладить все неровности, разрушить даже значительные горы и образовать слабо приподнимающуюся равнину. Но поверхности последней останется значительная часть продуктов разрушения, которые образуют несогласно напластованные горизонтальные или почти горизонтальные слои. Одно время английские геологи приписывали деятельности прибоя происхождение почти всякого размытого выступа и располагающейся перед ним равнины. Позднее это объяснение было оставлено, но в самое последнее время Рихмгофен наблюдал в Китае явления, которые не допускают никаких других толкований, а потому действию морских волн пришлось опять отвести выдающуюся роль; значение этого процесса, получившего название смыва, или абразии (Abrasion), всего лучше охарактеризовать словами самого Рихтгофена:

597

ПОВЕРХНОСТЬ СМЫВА, ИЛИ АБРАЗИИ

«В ряду явлений, имевших важное значение в .геологической истории Северного Китая, видное место следует отвести образованию трансгрессивно расположен- ных пластов. В случае спокойного распространения моря на поверхность материка, новоотложившиеся породы должны были бы залегать на неровной почве, образованной более или менее значительным выступами и глубокими долинами. Ничего подобного не наблюдается в Китае: пласты располагаются здесь на совершенно ровной плоской поверхности, которая лишь местами приобретает волнистый характер и иногда представляет террасовидные уступы. В редких случаях видны более или менее значительные твердые выступы, закрытые вполне или отчасти горизонтальными слоями; поверхность напластования последних пересекает древние породы независимо от характера их залегания; складки, образованные этими породами, и выходы круто падающих слоев выровнены и сглажены. Происходившее здесь размывание достигало огромных размеров. Отдельные сохранившиеся еще мульды представляют лишь остатки осадочных пластов, мощность которых достигала нескольких тысяч футов и которые волнообразно изгибались на поверхности, образуя многочисленные складки. Размывание уничтожило не только верхние слои этих складок, но также и захваченные им более древние породы.

Ясно, что эти размытые породы выдвинулись после их осаждения в виде гор и образовали материк. Таким образом, каждой трансгрессии моря предшествовал период, когда материк подвергался сглаживанию л превращался в равнину с более или менее волнообразным характером поверхности».

Нельзя сомневаться в справедливости этого объяснения; деятельность прибоя может привести к описанным результатам и, вероятно, во многих случаях ей именно и следует приписать происхождение рассматриваемых явлений. Но нужно с большой осторожностью относиться к обобщению выводов Рихтгофена и никоим образом не распространять их на все те местности, где наблюдаются описанные следы сглаживания и выравнивания. Мы уже указывали, что продукты разрушения, образованные действием прибоя, остаются на месте и отлагаются в виде трансгрессирующих слоев; там, где последние присутствуют, все явления смывания должны быть приписаны деятельности моря. Иначе обстоит дело, если трансгрессирующих пластов не наблюдается: в одних случаях они могли быть разрушены деятельностью проточных вод, а в других не существовали и вовсе. Примером местности, к которой безусловно не применимо объяснение Рихтгофена, является Чехия: здесь мы находим породы, напластованные несогласно и расположенные на головах архейских, силурийских и девонских образований; но, как показывают окаменелости, эти угленосные породы отлагались не на дне моря, а из вод пресноводного озера.

Отсюда неизбежно заключить, что поверхности смыва (абразии) могут образоваться и без участия моря: по крайней мере, такое объяснение наиболее вероятно в тех случаях, когда на них отсутствуют трансгрессирующие осадки моря. Является вопрос, как могли произойти эти сглаженные площади без участия морских волн? Выше уже было указано, что все горы, дальнейшее развитие которых остановилось, разрушаются действием проточных вод; целый ряд наблюдений показывает, что многие из тех стран, где некогда в широких размерах действовали горообразующие силы, постепенно выровнялись: горы были разрушены, и реки, направляясь по законам падения к морю, образовали равномерно покатую поверхность, сходную с той, которая создается действием наступающего океана. Полная независимость внешних форм такой поверхности от условий залегания образующих
ее пород возможна и в данном случае; результат оказывается одинаковым, независимо от того, являются ли деятелем смывания волны наступающего моря, или ручьи и реки, протекающие по поверхности.

Деятельность моря не ограничивается одним разрушением, но известная часть работы волн заключается и в созидании: в одно и то же время море заставляет отступать мысы внутрь материка и выдвигает берега бу^т в море; там, где проявляется такая двоякая деятельность прибоя, профиль береговой линии постепенно изменяется и стремится приобрести форму слабо изогнутой кривой. Такое выравнивающее действие моря на берег приводит, между прочим, к образованию лиманов, отделенных намывными перемычками, и так как такие лиманы имеют широкое распространение на юге России, то будет небезынтересно остановиться подробнее на созидающей деятельностй моря.

Продукты разрушения подвергаются в море йзвестной сортировке; движение, производимое волнением и сопровождающееся перемещением твердых частиц, подлежит уменьшению как в горизонтальном, так и в вертикальном направлениях. Вследствис этого разнообразный обломочный материал распределяется сообразно с его крупностью на различных глубинах и в разном расстоянии от берега.

Более или менее значительные обломки горных пород, отделившиеся от скалистых берегов, не подлежат сколько-нибудь значительному перемещению и остаются приблизительно на местах их первоначального происхождения. Образовавши значительные скопления, препятствующие морским волнам достигать подножия утесов, они сами перемещаются лишь в самой ограниченной степени. Во время волнений обломки приходят в движение и вследствие этого постепенно округляются и растираются, доставляя материал для образования песка и мути, уносимых водой далее от берега. Скопление крупных обломков занимают небольшую полосу и скоро уступают место более мелкому материалу.

За каменистой полосой, а в местах ее отсутствия непосредственно у самого берега начинаются песчаные отложения; в зависимости от количества мелкого материала, доставляемого непосредственным разрушением берегов и вносимого реками, песчаная полоса обладает различной шириной и простирается на разную глубину. В тех местах, где правильность распределения осадков не нарушается действием побочных причин, за пределом песчаных отложений следует полоса ракуши сначала битой, а потом цельной; ло свидетельству г. Гримма в Каспийском море ракушечник образует широкую и мощную ленту, достигающую ширины у восточного берега 50 морск. миль и у западного—20. Наконец, за ракушечною полосой, а там, где она отсутствует, непосредственно за песчаными отложениями располагается ил, имеющий во всех морях самое обширное распространение: мельчайшие частицы его далеко разносятся водой и медленно осаждаются при совершенном прекращении движения. Илистый грунт везде занимает самые глубокие части моря и только в виде исключения подходит в некоторых местах к самому берегу.

В тех местах, где берег достаточно полог и где море уже не проявляет разрушительной деятельности, происходит непрерывное намывание песку, гравия и галек, которые скопляются в огромных количествах. Песчаные «намывные» берега давно уже привлекали внимание исследователей однообразной правильностью своих очертаний. При одном взгляде на тщательно исполненную карту можно почти безошибочно определить, где берег намыт волнами и где он этого характера не имеет. Так, напр., очертания намывного берега Курляндии с весьма слабо и плавно изогнутыми Линиями резко отличается от круто извилистого, как бы изгрызенного берега Финляндии. Эту поразительно правильную и изящную кривую Эли де Бомон, а за ним и Реклю называют «кривой наибольшей устойчивости»; она представляет ряд незначительных вогнутостей и плоских выступов и по меткому выражению Ламбрарди может быть уподоблена слабо натянутой цепи, которая поддерживается лишь на больших расстояниях.

599

НАМЫВАНИЕ БЕРЕГОВ. ЗАСТРУГИ. ЗАБУРУНЬЯ

Чтобы составить приблизительное понятие о самом процессе намывания, необходимо наблюдать действие волн, когда они набегают на берег. Плоские песчаные берега во время бури представляют весьма характерное зрелище, не лишенное своеобразного величия: волна за волной набегает на сушу, вздымается все более и более по мере приближения к берегу и на некоторой определенной линии вспенивается и опрокидывается; масса воды, составляющей волну, приобретает поступательное движение и несется более или менее толстым слоем вперед и вверх, взбираясь на полого поднимающийся берег; при таком подъеме движение воды постепенно замедляется, и когда энергия наступающего слоя израсходуется вполне на сопротивление песчаного берега, на трение о его поверхность и на противодействие воздуха и собственной тяжести, волна на мгновение останавливается и затем, подчиняясь действию собственного веса, сначала тихо, потом все скорее и скорее сливается с пологого склона к подножию новой подвигающейся волны. Это «отливное течение» достигает иногда значительной силы. Песчинки, составляющие склон берега, следуют за движением воды, т. е. катаются вверх и вниз. Намывание песка будет происходит только тогда, когда не весь материал, приносимый набегающей водой, будет увлекаем обратно отливным течением; а для этого необходимо, чтобы скорость наступающей волны превосходила в данной точке быстроту отливного течения; последнее имеет место только на крайне пологих берегах, склон которых образует с горизонтом угол не более 5°. При такой пологости берега приливная волна имеет еще ту характерную особенность, что в самой верхней части склона, куда доносится последний всплеск ее, происходит моментальное всасывание песком воды; таким образом отливное течение начинается не от той линии, до которой доходит вода при поступательном движении, а несколько отступя. Ширина полосы, на которой вода всасывается, весьма различны и находится в прямой зависимости от силы волнения и пологости склона; при наиболее благоприятных условиях она достигает на берегах Балтийского моря одной сажени и даже больше. Вот на этой-то полосе, не имеющей отливного течения, и происходит намывание песка. Более крупные зерна,, гравий и гальки могут осаждаться и ниже той линии, откуда начинается отливное течение, так как в начале оно имеет слишком незначительную скорость.

Результатом намывания, производимого прибоем волн, является слой из песка, галек или валунов, так называемый «береговой вал»; он постепенно утолщается кварху и имеет вид более или менее пологой, слегка вогнутой гряды. На склоне такого вала, образовавшегося во время бурь, налегают небольшими грядками слои песка, намытые во время слабых волнений, сообщают ему ступенчатый вид. Высота намывных отложений вообще небольшая и зависит от высоты прибоя и крупности обломочного материала; на берегах Балтийского моря она не превосходит 11/2 метра над поверхностью берега и 21/2 метр, над уровнем моря; на берегах Атлантического океана валы, состоящие из галек и валунов, достигают 5 метр. Что касается общего количества намываемого песку, то при благоприятных условиях оно бывает весьма значительно. Иногда в одну бурю море выбрасывает на берег такие громадные массы песку, которые при обыкновенных условиях не намоются в продолжение целого года и даже в течении нескольких лет. Так, напр., во время сильной бури, бывшей в Кронштадском заливе 27 августа 1879 года и причинившей немалые опустошения во многих окрестностях Петербурга, плоский северный берег залива претерпел заметное изменение. Во многих местах на берегу, покрытом дерном, напр., между Лахтой и Лисьим Носом, на протяя^ении 9 верст образовался вал из песка галек и гравия; он обладал высотой около одного метра (над поверхностью берега) и у основания достигал от 5 до 15 метр, в ширину. В среднем можно считать, что на каждый метр берега было намыто до 8 куб. метр, песка, т. е. всего около 80,000 куб. метр. (Я. А. Соколов). На западном берегу Ютландии во время сильной бури 1825 г. близ Агеры был намыт береговой вал в 3 метр, высотой. По определению Лаваля на весь берег Гаскони намывается ежегодно около 6 миллионов куб. метр, песка и галек.

Переносная деятельность волн ограничивается обыкновенно довольно узкой прибрежной полосой; во время сильных бурь на мелководном прибрежье полоса, на которой движется песок, может иметь в ширину несколько верст. Доказательством этому служит образование песчаных отмелей-рифов, расположенных на некотором расстоянии от берега, иногда в несколько рядов; от суши они отделяются более или менее глубокими ложбинами. В Белом море по окраинам Двинского залива такие отмели весьма распространены; они называются здесь «застругами» и тянутся в расстоянии саженей 20-ти от берега. Подобные же песчаные гряды существуют и в Азовском море, где их называют «забуруньями». Последние составляют довольно обычное явление и в Каспийском море. При благоприятных условиях такие отмели-рифы превращаются в подводные валы и мало-помалу соединяются с берегом. Так, напр., в Азовском море параллельно Ясенской косе проходила узкая песчаная отмель; во время низовой бури 1857 года она поднялась в виде вала значительно выше обыкновенного уровня моря; проток, оставшийся между этим валом и косой, впоследствии был окончательно засыпан песком. Таким образом, благодаря застругам и забуруньям, намывная прибрежная полоса также постепенно увеличивается.

Другим проявлением созидающей деятельности морских волн является намывание кос; в одних случаях они образуют у берегов более и менее покойные заливы, в других отгораживают уже существующие бухты и превращают их в закрытые лиманы. Косы появляются только там, где глубина вблизи берегов незначительна; по этой причине Азовское море, как самое мелководное в России, наиболее богато ими. Характерная особенность кос заключается в том, что на протяжении одного и того же берега они располагаются в одном господствующем направлении, которое в свою очередь соответствует направлению течения в данном море. В этом отношении наибольшую правильность представляет Каспийское море. На западном берегу его косы вытягиваются на юг, на восточном — на север и на южном —
на запад. Этим же направлением следуют и существующие у различных берегов течения. Приведенные особенности кос позволяют объяснить и происхождение их.

Песок, гальки и валуны выносятся на берег только в том случае, когда волны идут в перпендикулярном к нему направлении. Наоборот, если в силу существующих течений и господствующих ветров волны пробегают параллельно берегу, то весь обломочный материал проносится мимо. Наконец, если угол удара волн косой, то сила их распадается на две слагающих; одна направляется к берегу, другая действует параллельно ему; весь песок, гравий и гальки распределяются двояким образом: одна часть их выбрасывается на берег, а другая проносится дальше и, достигая мест, где существуют условия, благоприятные для отложения, образует косы. Такие именно условия наблюдаются на границе бухт, глубоко врезывающихся в сушу; встречаясь с покойными водами их, волны теряют часть своей силы и отлагают несомые ими твердые тела; вследствие этого с одного или двух краев бухты выдвигаются низкие намывные косы, свободные концы которых постепенно сближаются. Сомкнувшись на полдороге, они превращают бухту в лиман, а сами получают название пересыпей или стрелок. Последние, таким образом, представляют образования, совершенно аналогичные береговым валам. Некоторые исследователи (Данилевский) приписывали их происхождение медленному действию речных течений и морских волн, но такое объяснение опровергается уже тем, что многие заливы вовсе не принимающие в себя речек, напр. Кара-Бугаз, тем не менее превратились в лиманы.

Среди русских лиманов, бесспорно, самыми любопытными являются лиманы Черного моря. Эти своеобразные водоемы, по своему положению и очертаниям представляющие ка*с бы расширенные устья рек и балок, но наполенные соленой водой, обратили на себя внимание уже первых натуралистов-путешественников, посетивших степи Новороссии в конце прошлого и начале настоящего столетия. С тех пор лиманы подвергались самым разнообразным исследованиям, которые привели к довольно полному выяснению их физико-географических особенностей и характера населяющей их фауны. Что же касается происхождения лиманов, то этот вопрос затрагивался до сих пор весьма поверхностно, и только благодаря новейшей работы Н. Соколова (1895 г.), предстал в совершенно новом и чрезвычайно интересном освещении. Мы познакомимся с объяснением г. Соколова в самых общих чертах.

На северных берегах Черного и Азовского морей, от устья Дуная и до впадения Дона (исключая Крым), насчитывается до 20 более или менее значительных лиманов, из которых наибольший (Днепровский) имеет до 60 верст в длину и до 12 в ширину. Значительно больше количество мелких лиманов; многие из них наполняются водой только в весеннее половодье иж после очень сильных дождей, в остальное же время года представляют солонцеватые, заболоченные ложбины (солонцы, засухи). Очертание лиманов весьма разнообразно': одни из них, как, напр., Миусский лиман, Тилигульский и в значительной части Бугский, узки и извилисты и напоминают своим видом реки; другие, как напр., лиман Днепровский, представляют удлиненные, но довольно широкие озера, некоторые раздваиваются или даже разветвляются на несколько отрогов.

Несмотрл на разнообразие очертаний лиманов, сразу нельзя не заметить, что форма ложбин, ими занятых, вполне соответствует характеру долин, рек и балок, продолжением которых они являются. Некоторые лиманы, как, напр., Бугский, до такой степени незаметно переходят в реку, что бсновываясь на топографических признаках, невозможно решить, где кончается река и начинает лиман. Почти во всех лиманах глубина повышается по направлению к морю; фарватер в Бугском лимане ниже г. Николаева идет не по середине, но образует сильные изгибы и приближается то к одному, то к другому берегу. По своему очертанию и положению эти изгибы вполне соответствуют тому, как извивалась бы река среди образованной ею долины. По геологическому строению берега лиманов представляют непосредственное продолжение склонов в соответствующих им долинах рек и балок. При этом слои, обнажающиеся на одном берегу лимана, являются прямым продолжением слоев противоположного берега и залегают на строго соответствующей высоте. Все это показывает что ложбины лиманов представляют долины размыва и что они не могли возникнуть вследствие каких-либо дислокационных явлений: происхождение их должно быть приписано размывающей деятельности текущих вод.

Но если сопоставить физико-географические условия всех лиманов, как закрытых, так и открытых, то окажется, что эти водоемы по составу воды, характеру населяющей их фауны, отсутствию всяких следов речного течения и речного ледохода являются морскими заливами, глубоко вдающимися в сущу. Такие на первый взгляд трудно согласимые особенности лиманов прекрасно объясняются г. Соколовым; он доцускает, что образование ложбин, занятых ими, происходило при более низком уровне моря; при последовавшем затем поднятии уровня, море затопило низовья долины рек и балок и образовало заливы, глубоко вдающиеся в материк


ГЛЕТЧЕРНЫЕ ВОРОТА РОНСКОГО ГЛЕТЧЕРА

ГЛЕТЧЕРНЫЕ ВОРОТА РОНСКОГО ГЛЕТЧЕРА

   (писано с натуры Е. Гейном)

и сохранившие очертания речных долин; вследствие отделения от моря при посредстве пересыпей эти заливы превратились впоследствии в лиманы.

Такое предположение подтверждается исследованием рсадков на дне лимана; интересные, но, к сожалению, малочисленные данные свидетельствуют, что в лиманах раньше осаждения ила с морскими раковинами отлагались слои речного происхождения.

Образование ложбин-лиманов Н. Соколов относит к концу третичного или началу четвертичного периода; характер фауны, населяющей лиманы, показывает, что море проникло в долины рек в то время, когда оно имело уже современных обитателей; это заставляет принять, то положительное движение береговой линии произошло уже после соединения Черного моря со Средиземным.

Таким образом новейшие исследования г. Соколова показали, что происхождение лиманов никоим образом нельзя приписывать совместному размыванию морских волн и текучих вод, а также невозможно считать их ложбины частями моря и обыкновенными морскими заливами, как это принималось до сих пор многими учеными.—Примеч. пер.

<< | >>
Источник: М. НЕЙМАЙР. История Земли. 1994

Еще по теме Разрушительная деятельность моря:

  1. РАЗРУШИТЕЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЛЕДНИКОВ
  2. Прогнозирование последствий ЧС в районе разрушительных землетрясений
  3. Общее действие разрушительных сил
  4. ПОВСЕДНЕВНОСТЬ КАК РАЗРУШИТЕЛЬНАЯ СИЛА
  5. Против разрушительного влияния истории на жизнь.
  6. Истина в связи с разрушительными, но в то же время обуславливающими силами жизни.
  7. ГЛАВА 11 О ДУХЕ РЕЛИГИИ. РАЗРУШИТЕЛЬНОМ ДЛЯ ДУХА ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
  8. Глава 20 ОТ ВОЛГИ ДО ОХОТСКОГО МОРЯ
  9. РУКОПИСИ МЕРТВОГО МОРЯ
  10. I. Завоеваніе восточныхъ береговъ Средиземнаго моря.
  11. Гости из Карибского моря
  12. ПОВСЕДНЕВНАЯ ПИЩА: ДАРЫ МОРЯ
  13. Осадки на дне глубокого моря