<<
>>

Образование пустынь

Главнейшие особенности пустынь определяются не столько геологическими, сколько метеорологическими условиями. Всякая местность, где господствуют сухие ветры и где выпадает мало атмосферных осадков, превращается в пустыню.

Сахара

обязана своей безжизненностью северным и северо-восточным ветрам, которые дуют со Средиземного моря, но, проносясь над раскаленным материком, не могут спустить своих паров. Обширная среднеазиатская пустыня Гоби окружена высокими горами, на которых и выпадают все атмосферные осадки, приносимые сюда ветрами. Сахара, Аравийский полуостров, большая часть Сирии, Месопотамии и Персии представляют обширные пустыни; значительных размеров достигает также и пустыня Гоби, наряду с которой можно еще назвать Калахари в Южной Африке, северо-американскую пустыню к востоку от Скалистых гор, Атакаму на границе Чили и Боливии и, наконец, центральные части Австралии.

В Сахаре наиболее резко выражены все явления, свойственные пустыням, а потому мы и займемся теперь ее описанием (см. рисунок на особом листе—«Восточная Сахара»). Эта огромная пустыня простирается от Атлантического океана до Нила и от северной границы Судана до Атласских гор и Средиземного моря; она занимает площадь в 160000 квадр. миль и по своей величине почти не уступает Европе со всеми ее островами. Долго господствовало ложное мнение об этой пустыне: думали, что она представляет ровную песчаную поверхность, прерываемую в разных местах дюнами и постепенно падающую по направленю к середине, которая лежит значительно ниже уровня моря; полагали, что эту котлообразную впадину можно посредством канала соединить с океаном и сделать ее внутренним морем. Немало велось споров о том, как повлияло бы на прибрежные области Средиземного моря и на климат всей Европы практическое осуществление этого проекта; некоторые опасались даже наступления новой ледниковой эпохи, которая явится следствием уничтожения тех теплых ветров, которые долетают к нам из Сахары.

Но этот взгляд оказался ошибочным. Ветры пустыни не достигают наших областей и не доставляют нам тепла, и Сахара не представляет собой котловины, которая могла бы заполниться водой; только небольшая ее часть к югу от Туниса и в окрестностях оазиса Аммона лежит действительно ниже уровня моря.

На самом деле Сахара обладает далеко не однообразным характером: мощные горы с вершинами до 2500 м, каменистые пустыни, равнины, покрытые дюнами, котловины с глинистой почвой, соляными озерами и болотами, цветущие оазисы,—все это сменяет здесь друг друга. Вместе с тем геологическое строение Сахары чрезвычайно просто: она состоит почти исключительно из горизонтальных слоев осадочных пород, и только в некоторых местах, именно в возвышенных областях Ахаггара и Тибести, встречаются изверженные породы. Сахара представляет ряд ступенчатых равнин, подымающихся одна над другой: поверхность этих террас образована горизонтальными пластами и их отвесные уступы—выходами слоистых пород; даже наиболее значительные горы, насколько известно, состоят из тесно сплоченных террассовидных выступов. Летучие пески пустыни обладают сравнительно недавним происхождением: в некоторых местах они даже отсутствуют, в других же скапливаются в таком огромном количестве, что совершенно скрывают террасовидное строение пустыни. Одной из характерных особенностей Сахары являются каменистые пустыни, так называемые «гаммада»; в них отчетливо видны главнейшие черты геологического строения ее: на огромном протяжении тянутся здесь горизонтальные пласты, образующие совершенно ровную глинистую или каменистую почву; необозримо большая площадь лишена

воды и всякой растительности; она покрыта каменными глыбами и обломками, которые иногда уступают свое место многочисленным мелким камешкам, округлой, всюду одинаковой формы; последние известны под названием «серир». Целыми днями приходится ехать путнику по однообразным равнинам «гаммад», пока наконец, он достигнет крутого прямолинейного обрыва; это—одна из террас; поднявшись на нее опять находишь ту же каменистую пустыню.

Однообразие равнин нарушается призматическими, или столовыми горами (Inselberge, Zeugen), которые на языке арабов называются гура (см. рис. 345); отдельные террасы не всегда выступают неожиданно; иногда за несколько миль перед ними появляются цепи названных гор. Все эти возвышенности подымаются на высоту, следующего за ними уступа, и прикрываются той же породой, которая образует его поверхность.

Отсюда ясно, что каждая терраса стоит в связи с расположенными перед нею призматическими горами: вместе с ними она представляла некогда один обширный и неразрывный уступ (см. ниже).

В возвышенных частях Сахары каменистые пустыни или «гаммада» достигают величественных размеров; огромные террассы громоздятся друг на друге и обладают значительной высотой; в некоторых местах такие возвышенности орошаются обильными дождями, а зимой в течение трех месяцев остаются покрытыми снегом. После дождей в глубоких долинах появляются бурные ручьи; они несут в своих водах гальки и валуны, но, достигая равнины, просачиваются в почву. Долины, орошаемые такими ручьями, одеваются богатой растительностью, склоны же гор и их плоские вершины представляют голую, безжизненную пустыню.

Каменистые пустыни, или таммада, связаны целым рядом постепенных переходов с песчаными пустынями; последние принадлежат к числу самых безжизненных частей Сахары, по крайней мере там, где они достигают полного развития. Чистый желтоватый, кварцевый песок покрывает волнообразным ковром всю почву; тут и там выдвигаются из него неправильно расположенные или параллельные цепи песчаных холмов. На всем огромном пространстве, которое только можно охватить взором, расстилается безграничное песчаное море; среди него выступают огромные дюны, точно окаменелые волны. Скучиваясь в большом числе, эти песчаные холмы замыкают глубокие котловины, окруженные крутыми

склонами, и без опытного проводника путешественник не может выбраться из их лабиринта. В Ливийской пустыне, одной из самых страшных частей Сахары, дюны образуют настоящие цепи гор, уже издали бросающиеся в глаза их желтой окраской и многочисленными вершинами.

Между ними простираются плоские долины, иногда покрытые песком, иногда голым камнем (см. рис. 346).

«На расстоянии в 1—2 км поднимаются округлые холмы; с одной стороны, склоны их пологи, с другой—падают круто. В поперечном сечении сторона, обращенная к ветру, поднимается медленно и постепенно, и во время бури ее поверхность приходит в волнообразное движение; у вершины наклон усиливается, и холм оканчивается заостренным гребнем. На противоположной стороне склоны падают так круто, что караванам приходится бродить целые часы и дни, не


Рис. 345. Призматические горы у Гуэльба-эль-Зерзура

Рис. 345. Призматические горы у Гуэльба-эль-Зерзура

  

находя дороги. Особенно страшна песчаная пустыня во время урагана. Черные тучи песка носятся тогда в воздухе и затемняют свет. Дюны теряют свои очертания, все приходит в движение. Вихрь несет острые зерна песка и ударяет ими во все выступающие предметы; пыль ослепляет глаза, жжет лицо и руки; путник, застигнутый бурей, ложится на землю и закутывается в плащ, думая этим спастись от неистового самума. Ветер поднимает огромные массы песка; нет никакого сомнения, что и дюны обязаны ему своим происхождением. Каждая неровность почвы, каждый камень, даже скелет недавно павшего верблюда и незначительный кустарник служат тем ядром, около которого растет песчаный холм. Ветер нагоняет все новые массы песка, зерна его поднимаются вверх, перекатываются через гребень, и продольный размер дюны увеличивается. Впрочем, для образования новых цепей нужны особенно благоприятные условия, так как уже существующие дюны, постоянно увеличивая свой размер, привлекают к себе огромные массы песка. С течением времени может изменяться внешний вид дюн; незначительные среди них даже могут переменить свое место, но существенные и глубокие изменения вряд ли возможны.

Все наиболее значительные группы песчаных холмов, по крайней мере, в проезжей части Сахары, существуют с незапамятных времен, и арабы отлично знают их местоположение.

В огромной Ливийской пустыне прекращается всякая растительная и животная жизнь. Можно бродить целыми днями, не встречая даже тощего кустарника, не слыша крика птиц и жужжания насекомых. Впрочем, песчаные пустыни нельзя считать безусловно неплодородными. В западной части Сахары, где два или три раза в год выпадают обильные дожди, почва, точно по мановению волшебного жезла, одевается зеленой травой и цветами; но проходить несколько дней, и все снова погибает под лучами знойного солнца. Иногда влага сохраняется на незначительной


Рис. 346. Баб-эль-Кайлиод в Ливийской пустыне

Рис. 346. Баб-эль-Кайлиод в Ливийской пустыне

  

глубине, и в таких местах развивается пышная растительность. Лучшие оазисы северо-западной Сахары лежат среди песчаной пустыни» (Циттель).

Говоря об артезианских колодцах, мы уже указывали, что плодородие оазисов существенно зависит от производительности ключей. Конечно, и в Сахаре выпадают дожди, но они случаются так редко, и вода так быстро поглощается почвой, что, по крайней мере, в настоящее время не может быть и речи об участии ее в разрушении пород и образовании рельефа. Главнейшим деятелем геологических изменений являются сильные колебания температуры, наблюдаемые при закате и восходе солнца, когда знойный день сменяется прохладной ночью или наоборот. После того как солнце скроется за горизонтом, в некоторых наиболее возвышенных местах каменистой Сахары даже в мае бывают морозы. Холод усиливается до самого восхода солнца и почти вдруг сменяется палящим зноем; колебания температуры в тени достигают в течение суток 45 °С. Вследствие попеременного расширения f сжатия горные массы прорезываются множеством тон-

чайших трещин, и при увеличении последних, с поверхности скал отделяются листоватые осколки.

Легкий удар молотка заставляет эти разрыхленные скорлупки с шумом падать на землю; в гранитах они достигают 5—15 мм, а в известняках 1 мм в толщину. В кремнях и других родственных им породах действие расширения и сжатия выражается образованием радиальных трещин и отделением круглых или эллиптических раковинообразных осколков. Некоторые глыбы прорезаны целой сетью трещин, и достаточно окололежащему песку несколько переменить свое положение, чтобы они рассыпались. Если составные части породы обладают различной окраской, плотностью и удельной теплотой, то они нагреваются солнцем неодинаково, следствием чего являются неравномерное расширение и сжатие; при ежедневном повторении последнего процесса порода совершенно разрыхляется и распадается. Так, например, гранит состоит главным образом из полевого шпата, кварца и слюды. Слюда отличается значительной упругостью и весьма совершенной спайностью; при непосредственном действии летучих песков она раздробляется, растирается и уносится ветром. Полевой шпат обладает большим постоянством, но и он распадается на мелкие осколки и, выветриваясь, превращается в глину. Кварц противустоит всем деятелям разрушения и, выделенный из массы гранита, образует песок; по мнению Вальтера значительная часть - песков Сахары произошла таким именно образом.

Наряду с указанным процессом действует выветривание, преимущественно в тенистых местах, но роль его сравнительно скромная. Все разрыхленные массы уносятся ветром и отлагаются вдали от мест первоначального залегания. «В пустыне нет такого уголка на которой бы не распространялась деятельность ветра: он проникает во все трещины и пустоты, и извлекает оттуда все, что успело разрыхлиться. Мы жители Европы, не можем составить себе никакого представления о громадности этого процесса, являющегося в пустыне главным деятелем денудации.

«Прекрасным примером разрушительной деятельности ветра может служить аравийское кладбище у Грума близ Синая, где устроен карантин для пилигримов, отправляющихся в Мекку; умершие хоронятся около самых домов небольшой деревушки. Нередко можно здесь видеть выдвигающиеся из своих могил трупы, завернутые в белые ткани. Хотя арабы хоронят своих умерших не глубоко, то это явление все же показывает, что в течение немногих лет сносится значительная толща соланчаковой и глинистой почвы» (Вальтер).

Однако разрушительная деятельность ветра не ограничивается одним развеванием. Перенося огромные массы песку, он стирает и сглаживает поверхность скал, сообщая им матовую полировку. Совершенно таким же образом приготавливается в технике матовое стекло: для этого обыкновенная, стеклянная пластинка подвергается действию воздушной струи, которая несет мелкий шлифовальный порошок. Менее постоянные части пород легче поддаются действию песка, а потому поверхность скал и каменных глыб покрывается пятнами, бороздами, округлыми углублениями и даже пронизывается пустотами (см. рис. 347); при этом наиболее прочйые части выступают далеко вперед и, наконец, обрушиваются; таким образом изнутри горных пород извлекаются кремнистые окаменелости и, благодаря неодинаковой быстроте и легкости разрушения наглядно выступают все различия твердости пород. Так, например, у Гизеха на груди и шее знаменитого сфинкса,

который был выбит из каменной глыбы, найденной на месте, видны диагональные полосы; они соответствуют тем частям породы, которые, вследствие содержания в них железных солей, обладают большей степенью твердости и постоянства (см. рис. 348).

Даже незначительные гальки, усеивающие почву каменистых пустынь, которые известны под названием серира, обтачиваются песком и покрываются множеством мелких штрихов и борозд. При известных условиях на них вышлифовываются плоские грани, и гальки превращаются в так называемые трехгранные камни,


Рис. 347. Поверхность скал, измененная действием летучих песков (с фотографии)

Рис. 347. Поверхность скал, измененная действием летучих песков (с фотографии)

  

обладающие характерной пирамидальной формой. Подобные образования уже давно были найдены в песчаных областях северогерманской равнины и вызывали немало различных гипотез об их происхождении до тех пор, пока не были открыты в Сахаре такие же камни, обточенные действием ветра. Чрезвычайно наглядно описывает Вальтер образование трехгранных камней. «Кому случалось проезжать по каменистому «сериру» во время сильного ветра, тот имел возможность наблюдать шлифующее действие песка. В это время вся почва оживает; всюду по поверхности камней ползут струи песка, извиваясь, точно змеи, и глаз скоро утомляется однообразием этого движения. Подобно мелководной реке, песчаные потоки огибают камни, иногда соединяясь вместе, иногда разветвляясь на несколько рукавов. Благодаря такому дроблению песчаных струй, камни, лежащие на их пути, приобретают две отшлифованные грани, из которых каждая образована особым потоком. Постепенно увеличиваясь, эти грани встречаются друг с другом и образуют ребро. Там, где песчаные струи имеют более или менее постоянное

направление, гальки преобретают резко выраженные ребра и грани; если же направление ветра меняется, то граница выражается неясно и отдельные плоскости сливаются друг с другом».

Деятельность песка не может быть отделения от других процессов развевания. Роль последнего в разрушении горных пород довольно значительна, как это можно между прочим видеть по примеру, описанному Жильбертом в западных частях Северо-Американских Соединенных Штатов и представленному на рис. 349; здесь изображена огромная глыба конгломерата, низвергнувшаяся с крутой


Рис. 348. Сфинкс у Гизеха в Египте

Рис. 348. Сфинкс у Гизеха в Египте

  

скалы на поверхность мало прочного сланца. Последний был разрушен действием песка и ветра, и только сохранилась незначительная часть его, защищенная глыбой: так образовался естественный пьедестал, на котором и покоится огромный конгломерат.

659

УЧАСТИЕ ВОДЫ В ОБРАЗОВАНИИ СОВРЕМЕННОЙ САХАРЫ

Процессы развевания имеют широкое распространение в Сахаре; не следует ли приписать их действию все своеобразные и сложные формы наблюдаемого здесь рельефа? Присутствие огромных масс летучего песка, террассы, множество призматических или столовых гор, глинистые котловины, многочисленные сухие долины,— все эти явления, свидетельствующие о громадных размерах происходившего здесь разрушения (эрозии); можно думать, что все своеобразные формы пустыни образовались в течение долгих геологических промежутков, благодаря только действию ветра, без всякого участия текучей воды. Недавно был распространен предрассудок, будто дюны составляют особенность морских берегов; с другой стороны, зоогеографические соображения заставляли считать Сахару дном высохшего моря; так как вся эта пустыня образована морскими известняками, мергелями и песчаниками, то нельзя сомневаться, что она была некогда скрыта под волнами океана. Но самые новейшие из твердых образований, принимающих участие в строении террасс, относя гея только к первой половине третичного периода. Является вопрос: какая судьба постигла Сахару в конце этого периода и в ледниковую эпоху; не следует ли предположить, что она опять была залита морем, которое и оставило здесь песок и солончаковую почву?

По мере постепенного изучения Сахары, неправильность этого взгляда все более и более обнаруживалась. Область, расположенная

к югу от Туниса             

и спускающаяся на 24 м ниже уровня

океана, в леднико-             

вую эпоху, не один раз заливалась морем, но последнее никогда не распространялось на протяжении всей пустыни. Внутри Сахары нигде не было найдено морских верхнетретичных или дилювиальных осад ков И окаменелостей; как МЫ уви

дим ниже, присутствие соли составляет особенность всех областей, лишенных стока, а песок является без сомнения продуктом самой пустыни: он образовался вследствие разрушения широко распространенных песчаников меловой и девонской систем, гранита и др. пород; сюда же присоединились развеянные ветром дилювиальные пески сухих долин, о которых речь будет ниже.

Рис. 349. Глыба конгломерата, лежащая на естественном пьедестале (по Жильберту)

Рис. 349. Глыба конгломерата, лежащая на естественном пьедестале (по Жильберту)

  

Две других характерных особенности Сахары—террасы и призматические горы—могут быть удовлетворительно объяснены описанными процессами разрушения. Если каменистая гаммада состоит из горизонтально расположенных пластов не одинаковой прочности, например из мергелистых сланцев и известняков, то ветер размельчает и уносит легко разрушающиеся породы, и на поверхности каменистой пустыни остаются пласты более прочных образований. После этого деятельность ветра ограничивается крутыми обрывами террасс, где постепенно разрушается и развевается следующий мягкий слой; образующийся таким путем желоб углубляется все дальше и вышележащая порода, лишаясь опоры, обрушивается. В разных местах уступа этот процесс должен идти неравномерно, вследствие чего образуются

более или менее значительные вырезки или бухты. С течением времени последние преобразуют форму обширных полукруглых котловин, края которых все более изрезаются и разветвляются, и наконец, отделяются от террассы значительные скалы, выступающие в виде одиноких столовых гор. Последние представляют ветру меньшее сопротивление, чем сплошные террассы, и быстро разрушаются; взамен их появляются новые горы и край террасы отодвигается все дальше. Процесс заканчивается полным разрушением известной системы слоев, после чего образование столовых гор начинается снова.

Упавшие вниз обложи слабо поддаются дальнейшему разрушению и в свою очередь защищают прикрытые ими породы. В этом случае действие ветра усиливается, хотя и не частыми, но весьма сильными дождями; вода уносит одним разом все обломки, которые в течение многих лет скапливались у подножья террасе и пирамидальных гор. Таким образом, даже в пустыне вода является важным деятелем разрушения. Отсюда можно было бы думать, что и в образовании призматических гор она принимает существенное участие; но есж бы такая догадка была правильная, то крутые обрывы террас, прорезажсь бы многочисленными и мелкими долинками; появление же широких бухт было бы немыслимо, так как вода направляет свою размывающую деятельность в глубину и образует борозды, а не котловины. С другой стороны, разбросанность призматических гор, которые тянутся иногда на протяжении целых миль, не согласуется с таким происхождением их. Все затруднения падают сами собой, есж мы остановимся на вышеприведенном объяснении и припишем происхождение столовых гор действию ветра, который, как показывают наблюдения, является в пустыне важнейшим деятелем разрушения.

Наоборот, другое своеобразное явление пустынь—сухие долины, иж вади, не могут быть объяснены действием ветра. Наиболее характерным примером этих многочисленных образований может служить прославленный в сказаниях и легендах вади Ирхархар: в этой огромной долине, простирающейся от Ахаггарских гор до озерной области к югу от Туниса и достигающей 200 миль в джну, собираются воды из отдаленных возвышенностей; вступая в долину, они скоро теряются в почве и только в дождливое время сохраняются на поверхности немного дольше; эта вода может быть добыта уже при неглубоком бурении и в этой именно области французы устраивают артезианские колодцы, благодаря которым пустыня превращается в цветущие сады (см. стр. 462). В давнее время на всем протяжении этой долины протекала огромная река; она прорыла себе ложе, достигавшее в некоторых местах значительной ширины, и несла в низменность обильные массы песка и щебня. В вади Ирхархаре, равно как и в других сухих долинах, ясно видны террасы, образованные песком и другим обломочным материалом: это-то и не позволяет приписать их действию случайных дождей. Хотя в связи с некоторыми «вади» находятся обширные полукруглые котловины, но это показывает только, что развевание наложило лишь известный отпечаток на форму сухих долин, которые первоначально должны быж образоваться действием большой и постоянной реки. Это заставляет допустить, что в прежнее время Сахара обладала более влажным климатом в образовании ее рельефа видное участие принимаж проточные воды.

Наряду с существованием сухих долин можно привести целый ряд дру-

гих фактов, которые подтверждают это предположение. По свидетельству отважного путешественника Бари в болотах Ахаггарских гор водятся крокодилы; они представляют остаток многочисленных пресмыкающихся минувшего времени. Местами находятся породы со следами дождевых капель и отложения новейших известковых натеков; у Казра Дахеля, в Ливийской пустыне, в одном из таких образований Циттель нашел лист вечнозеленого дуба, который ныне отсутствует на всем протяжении пустыни и имеет широкое распространение в лесистых областях Средиземного моря. Первобытные рисунки, выбитые на камне и найденные в западных частях Сахары и в Атласе, изображают быков, слонов, жирафов и страусов, которые в настоящее время не водятся в этих местах. Отсюда видно, что человек был современником цветущей Сахары: об этом также свидетельствуют каменные стрелы и орудия, найденные у Огла-эль-Хасси в Алжирской Сахаре под слоем известкового туфа, который достигает 0,6 м мощностью и представляет осадки ныне исчезнувшего ключа.

Обширные исследования, произведенные французами с целью сооружения в Сахаре железной дороги, привели к открытию осадочных пород, которые образовались в тот период, когда эта пустыня орошалась обильными дождямц. К югу от Атласских гор, в алжирско-тунисской Сахаре, в вади Ирхархар лежит плоская котловина, образованная известняковыми породами средне- и верхне-меловой эпох; эта котловина заполнена песками, рыхлыми песчаниками, конгломератами и глинами конца третичого периода и ледниковой этохи. Меловым образованиям соответствуют на поверхности каменистые «гаммады», а третичным и дилювиальным отложениям—низменности, богатые подземными водами и покрытие большими соляными озерами, которые не имеют стоков и время от времени пересыхают. В конце третичного периода и в начале ледниковой эпохи здесь существовали огромнейшие озера, отложившие пласты до 300 м мощностью и обладавшие богатой пресноводной фауной. Окололежащие породы доставляли их водам известное количество соли, и современные озера, содержащие в растворе гипс и соль, представляют лишь жалкие остатки этого огромного водоема. Образование сухих долин, которые прорезают отчасти верхнетретичные образования, относится к началу ледниковой эпохи; 6 это время отложились валунные образования и пески сухих долин и выдвинулись террасы (напр., у Бискра), подымающиеся на 40—50 м над окрестной равниной. Для образования таких огромных террас необходимо было присутствие постоянной реки; нахождение же ископаемых пресноводных раковин в отложениях сухих долин Эль-Голеа заставляет думать, что эта местность в ближайшие к нам геологические эпохи прорезалась потоком пресной воды. Находимые здесь раковины обнаруживают полное сходство с теми видами, которые и теперь живут в европейских и африканских прибрежных областях Средиземного моря.

На основании исследований, произведенных в западной Сахаре, французские ученые пришли к выводу, что наиболее обильное выпадание атмосферных осадков относится к концу третичного периода, а не к ледниковой эпохе, как думали до сих пор. С другой стороны, эти исследователи думают, что превращение Сахары в пустыню произошло весьма недавно: как показывают вышеприведенные факты, этот переворот можно отнести к историческому времени, даже к эпохе римского владычества и началу христианской эры; впрочем, решительных доводов в пользу

такого заключения мы не имеем: исчезновение значительных местечек и городов, процветавших во времена египетских фараонов, корфагенян и римских царей, нельзя считать следствием климатических изменений: оно весьма просто объясняется быстрым падением культуры в этих странах. Во всяком случае несомненно, что характер настоящей пустыни Сахара приобрела после ледниковой эпохи и что образование сухих долин должно быть приписано действию текучих вод.

Пустыня представляет еще несколько второстепенных особенностей, которые не всегда могут быть объяснены. В некоторых местах почва состоит исключительно из кремневых галек и окаменелостей; это на первый взгляд непонятное явление легко объясняется большим постоянством кремнеземистых масс, которые не поддаются действию солнца, ветра и летучих песков: в то время, как весь другой материал разрушается и уносится, они остаются на месте. Другое явление, нередко наблюдаемое в пустыне, остается пока загадочным: мы говорим о твердой черно-бурой коре, которая облекает почти все камни пустыни и состоит из бурого железняка, содержащего марганец. Темная окраска этой коры до того поразительна, что неопытные путешественники считают покрытые ею камни базальтами. Там, где эта оболочка отваливается, тотчас же начинается быстрое разрушение, и в скалах появляютя пустоты: иногда образуются таким образом настоящие колоннады. Если порода прикрыта упомянутой корой только сверху, то вследствие разрушения ее с боков получаютя скалы с своеобразной формой грибов. Подробности этого процесса еще не изучены, и таким образом, некоторые из явлений,

происходящих в пустыне, остаются не объясненными.

В зауральских киргизских степях, и еще более в Туркестане мы находим климатические условия, благоприятные для деятельности ветра. Туркестан уже входит в пояс великих пустынь, который широкой полосой протягивается через весь материк Старого Света от западных берегов Африки до Манчжурии. Немногочисленное население степи ютится в культурной полосе ее, сосредоточивающейся главным образом на берегах рек; значительная же часть Туркестана представляет огромное пустынное море с окаменевшими желтыми волнами. В одних местах пески совершенно обнажены и лишены всяких следов жизни: в воздухе ни птицы, на земле ни растений, ни насекомого, только кое-где белеют кости людей и животных, собранные прохожими в груду; в других местах появляется среди песков небогатая и однообразная растительность, состоящая из саксаула, кызыл-джузгана, песчаного камыша, гребенщика, различных колючек и пр. В туркестанских степях мы находим все особенности, свойственные большим пустыням: те же обширные пески и такие же скопления гальки и камней на больших площадях, составляющих каменистые пустыни, местами та же солончаковая почва, «сухие долины», промытые исчезнувшей рекой (узбой) и наконец, характерные призматические горы, каковы например горы Устык на Аму-Дарье. Благодаря проведению железной дороги, которая на протяжении многих верст прорезала степи Туркестана, изучение летучих песков стало настоятельно необходимым; в последнее время многие исследователи посвятили свои труды этой местности и выяснили целый ряд любопытных ее особенностей. Мы остановим наше внимание главным образом на летучих песках Туркестана.

Песок пустынь, развеваемый и разносимый ветром, образует такие же скопления, как и на берегах рек и морей. Однако благодаря иному орогидрографическому характеру поверхности, формы их гораздо разнообразнее. Наиболее типичны серповидные холмы, известные под именем барханов и очень редко встречаемые среди приморских и речных дюн: они имеют на подветренном склоне выемку большей или меньшей величины и заканчиваютя с боков вытянутыми назад рогами. При сильном ветре барханы будто оживают. Вершины их дымятся, испуская струи песка, рога удлиняются, растут, и бархан медленно ползет по направлению ветра. Быстрота перемещения одиноких барханов достигает 20 м в сутки (Коншин). При перемене направления ветра бархан преобразовывается; прежние его рога сдуваются и исчезают, а новые вырастают с другой стороны.

Все исследователи Закаспийской низменности указывают, что подвижные пески степей постепенно зарастают травами и кустарником и после этого останавливаются, как бы замирают. Первая стадия их закрепления выражается потерей типичной серповидной формы и

уменьшением подвижности, барханы превращаются в «бугристые пески». Форма бугров неправильная, но все склоны их пологи, и характерное различие между наветренной и подветренной стороной исчезает. Отдельные бугры обладают формой небольшого кургана, но чаще они сливаются по два или три вместе и образуют гряду с округленными вершинами. Местами поверхность бугров обнажена, и на вершинах их видны характерные барханы, выросшие около какой-нибудь преграды, например куста. Бугры отделены друг от друга котловинами разной величины, иногда совершенно голыми, иногда поросшими травой.

Вследствие постепенного зарастания бугров ветер находит все меньше материала, при помощи которого он мог бы повышать их. Его деятельность ограничивается вершинами, и сдуваемый отсюда песок слетает в котловины. Таким образом, бугристые пески постепенно выравниваются, сглаживаются и превращаются в «песчаную степь», которая представляет слабо холмистую равнину с незначительными впадинами и выступами. Поверхность песчаной степи покрывается травянистой и кустарной растительностью и ранней весной представляет необозримый зеленый луг; но как только почва, насыщенная влагой дождей, просохнет под жгучими лучами апрельского солнца, травянистая растительность погибает, и летом степь представляет желтеющую ниву с зелеными пятнами кустов; наконец, с половины осени погибает, кустарник, и степь превращается опять в мертвую пустыню.

Нарушителем постепенного закрепления песков является сам человек: кусты саксаула идут на топливо, стада овец поедают траву, верблюды уничтожают колючки и полынь, и пески обнажаются. «Подъезжая к аулам,—говорит Обручев,—я повсюду замечал значительную оголенность окрестных песчаных гряд, обилие барханов на их склонах и гребнях, отсутствие сплошных лужаек и кустов. Кроме того, огромный вред приносят норы сусликов: они видны на каждом холме, а некоторые котловины так изрыты ими, что похожи на решето. Выбрасывая разрыхленный песок и засыпая им траву, суслики возобновляют запасы летучего материала. Кроме того, подкопанные бугры сами приходят в движение, склоны их начинают осыпаться, и обнаженный песок разносится ветром; скоро весь бугор превращается в подвижный бархан и переходйт в другое место».

Иное наблюдается в обширных пустынях восточного Туркестана. Там закрепление песков невозможно вследствие климатических условий, слишком неблагоприяных для развития растительности; одинокие барханы здесь постепенно увеличиваются, соединяются друг с другом и образуют длинные цепи песчаных холмов, совершенно сходные с теми, которые мы наблюдаем в Сахаре. Таким образом возникают грядовые пески, которые тянутся в виде правильных валов, отделенных друг от друга ложбинами. Такие же цепи местами встречаются и в Закаспийской низменности. Обручев приписывал им морское происхождение и считал их дюнами в собственном смысле слова. Но, как справедливо замечает г. Соколов, между барханами и дюнами нет и не может существовать коренного различия, а потому причину появления песчаных гряд и здесь следует искать в условиях, препятствующих развитию растительности.

Подобно одинокми барханам, грядовые пески также обладают поступательным движением. Все путешественники и исследователи, посещавшие правый берег Аму-Дарьи, свидетельствуют о приближении песков в культурной полосе, окаймляющей реку. То же замечается и в северной части Бухарского ханства; культурные поля его с каждым годом все более и более заносятся песком, надвигающимся с севера и северо-востока. Г. Каракуль, знаменитый своими мерлушками и еще лет 80 тому назад чрезвычайно богатый, ныне представляет жалкую полузасыпанную деревню; среди барханов до 50 фут. высотой видны остатки старых построек, засохших деревьев и т. п. Подобно Каракулю засыпан город Варданзи, и в округе Ромитан опустошение так велико, что с 1868 года отсюда выселилось около 16000 жителей, бросивших свои поля и дома. Сухость воздуха, сильная жара, господство северо-восточных ветров, недостаток воды и обилие разрыхленных третичных песчаников являются причинами угрожающего развития песков и движение их к Бухаре. По наблюдениям Гельмана, оно совершается со скоростью 2 м в год или 2 км в 1000 лет. Такое же наступление грядовых песков замечается и в Ахал-текинском оазисе, доказательством чего служат многочисленные колодцы, развалины крепостей и древние курганы, окруженные теперь песками, но построенные некогда на культурной полосе. Движение песков имеет везде одно и тоже направление, так как оно вызывается действием господствующих северных и северо-восточных ветров.

В тех частях центрально-азиатских степей, где дуют различные ветры, подвижность песков становится слишком незначительной или даже совсем исчезает. Так, например, в южной части Кашгара змечается только слабое движение гребней то в ту, то в другую сторону, главная же масса гряд остается на месте (Богданович).

Что касается происхождения Туркестанских песков, то решить этот вопрос в каждом данном случае представляется делом далеко нелегким. Нет ни малейшего сомнения,

что многие дюны образовались из песков Аральского моря; другие ведут свое происхождение от наносов рек, и наконец, третьи слагаются из материала, который получается на месте, вследствие разрушения горных пород, особенно третичных песчаников. Иногда цвет дюны позволяет определить происхождение песка: так, по свидетельству Мушкетова, барханы, образовавшиеся из эолических песков, отличаются красноватой окраской, дюны морского происхождения обладают белым цветом и речные—серо-стальным. Во многих случаях ветер, без сомнения, пользуется различными источниками и смешивает вместе разнородный материал. Весьма вероятно также, что нанос песка производится не только постоянными реками, но также и теми потоками, которые временно являются во время сильных дождей.

В строении и составе барханов замечаются некоторые особенности, которые отличают их от прибрежных дюн. Как видно из сказанного, песок их обладает разнообразным составом, что даже влечет за собой появление своеобразной окраски. Слоистость барханов мало изучена, но, по-видимому, она такая же, как и в морских дюнах, с тем отличием, что слои перегноя или совсем не попадаются, или же встречаются редко и в не значительном развитии. Вместо них существуют тонкие прослойки лессовидной глины; они образуются на счет той атмосферной пыж, которая в огромном количестве находится в воздухе пустынь — Примеч. перев.

<< | >>
Источник: М. НЕЙМАЙР. История Земли. 1994

Еще по теме Образование пустынь:

  1. Глава 17 ГОРОДА В ПУСТЫНЕ
  2. Глава 12. Последняя хитрость Лиса пустыни
  3. Леонид Юзефович. Самодержец пустыни, 1993
  4. Миф «пустынных волн»
  5. ГЛАВА 1 МУДРЕЦЫ ПЕСЧАНЫХ ПУСТЫНЬ
  6. ИЗ ЖИЗНЕОПИСАНИЯ СХИАРХИМАНДРИТА ГАВРИИЛА, СТАРЦА СПАСО-ЕЛИАЗАРОВОЙ ПУСТЫНИ
  7. Книга четвертая Глава 7 Паломничество Александра по пустыне к оракулу Аммона
  8. Образование Основные цели и приоритетные направления реформирования системы образования
  9. Образование Общее состояние системы образования
  10. ОБРАЗОВАНИ
  11. Гершунский Борис Семенович. Философия образования, 1998
  12. ОБРАЗОВАНИЕ
  13. Образование власти на Кубани.
  14. Глава 3 Проблемы образования
  15. Статьи об образовании народа
  16. Образование СССР
  17. Образование долин
  18. ЭКОЛОГИЗАЦИЯ ОБРАЗОВАНИЯ
  19. ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ