<<
>>

Между культурой и политикой

Новые общественные движения более прямо, чем это делали предыдущие движения, ставят под вопрос ценности культуры и [:169] общества. В итоге они непосредственно основываются не только на социальных, но и на интеллектуальных и этических убеждениях.
В то же время условия их действия все более прямо зависят от государственного вмешательства. Таким образом, они вынуждены постоянно разрываться между этикой долга, все более удаляющейся от конкретной исторической реальности, и логикой эффективности, которая заставляет их подчиниться влиянию политических сил. Тенденция к расколу оказывается тем более велика, чем более сильное влияние имеет государство на гражданскую жизнь. Напротив, когда политическая система обеспечивает более независимое и действенное посредничество между социальными силами и государством, общественные движения могут легче контролировать отношения между убеждением и действием. Вот почему политическая открытость социал-демократических стран ведет не к исчерпанию значения общественных движений, а благоприятствует, напротив, их интеграции и, значит, увеличению их эффективности. Но сегодня более важными, чем результаты, определяемые природой новых общественных движений, являются итоги исторической конъюнктуры, которая колеблется между прошлым и будущим. Почти все новые действующие лица, которые формировались особенно с 1968 года, хотя и выражали новые требования, идеи, чувства, но они их трактовали в старых терминах. Антиядерное движение, большинство форм региональной борьбы и особенно движение женщин испытали сильное влияние гошистской идеологии, которая видела в них проявление новых фронтов антикапиталистической борьбы, оставшейся для нее осью всех конфликтов. Это влияние было столь глубоким, что в момент, когда оказалась исчерпанной гошистская деятельность — во Франции это произошло начиная с 1974–1976 годов — многие обозреватели поторопились похоронить новые общественные движения, которые они отождествляли с их гошистским перевоплощением.
Не случилось ли подобное, но гораздо более трагическое злоключение в только что зародившемся рабочем движении? Действительно, кризис и падение Второй Республики с 1848 по 1851 год заставили думать, что синдикализм мертв. Но десятилетием позже ему суждено было возродиться в очень отличной от прежней форме. Не нормально ли, что только формирующееся действующее лицо оказывается поначалу подчинено более развитой силе: политической партии, идеологии, даже социальным действиям государства? Наблюдатели современной действительности могут заключить, что [:170] не видно больше общественных движений, соответствующих их клише, особенно во Франции, где социальная жизнь сплющена одновременно в результате экономического кризиса и в силу разложения старых идеологий, которые сохраняются только в официальных речах. Скрытую жизнь требований и протестов нового типа нужно, странным образом, искать на стороне частной жизни, в областях наименее политических, вроде песен, или еще в маленьких группах интеллектуалов. Лучше всего общественные движения проявляются в этих мучительных колебаниях между прошлым и будущим, в форме призыва к субъекту, характеризуемого скорее своей творческой способностью, чем своими творениями, своими убеждениями, чем достигнутыми результатами. Все большие общественные движения в период своего формирования извлекали свою способность к сопротивлению и свои надежды из моральной требовательности, которая толкала их активистов, с одной стороны, отвергать испытываемую несправедливость, и с другой, не допускать сделок с совестью, которые стремились им навязать мудрые советчики. О неотвратимой силе поворота к частной сфере нам напоминают каждый день. Но не нужно ли в этом феномене видеть также отход от старых идеологий и форм действия и в то же время кризис, ощущаемый в обществе без цели, без действующих лиц и без перспективы? То есть, если не присутствие общественных движений, то, по крайней мере, страдание из-за их отсутствия и желание их возврата? Риск декаданса После того как были рассмотрены шансы на формирование нового общественного движения, нужно спросить себя, не представляет ли существенную помеху для такого формирования современная ситуация в странах Западной Европы? Уже несколько раз затрагивавшаяся тема об утрате гегемонии этими странами может вести к пессимистическим размышлениям.
Изучение зависимых стран показывает, что их дуализация, их дезорганизация не является только экономической и затрагивает сами общественные движения. В таких странах, с одной стороны, проявляется воля к разрыву с господством иностранного происхождения, которая ведет скорее к партизанской войне, чем к массовому действию. С другой, утверждается идентичность, которая принимает форму национальных или этнических движений и ведет то ли к автономным, то ли к гетерономным [:171] коммунитарным действиям. Кажется маловероятным, что когда-либо эти две компоненты смогут интегрироваться друг с другом и составить общественное движение. Может быть, и западные страны в условиях падения их мирового влияния ощущают подобный же раскол? С одной стороны, появляются коммунитарные движения, главными представителями которых могли бы служить экологистские течения; они могут замкнуться в некоей маргинальности или, наоборот, прийти к открытому столкновению с господствующим порядком; с другой стороны, усиливаются свидетельства абсолютного, манипулирующего и отчуждающего порядка. Кажется, что отделение теории и практики, мысли и живого постоянно дезорганизует общественные движения в Северной Америке и в Западной Европе. Но между тем, если риск раскола существует, он остается ограниченным, так как западные индустриализованные общества, хотя и потеряли мировую гегемонию, остались все же господствующими и привилегированными обществами, так что они сохраняют внутреннюю автономную динамику перед лицом государства, занятого борьбой за выживание или за национальное освобождение.
<< | >>
Источник: Ален Турен. ВОЗВРАЩЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА ДЕЙСТВУЮЩЕГО Очерк социологии. 1998

Еще по теме Между культурой и политикой:

  1. Картофель между агрономией и политикой
  2. О расхождении между моралью и политикой в вопросе о вечном мире
  3. ГОРИЗОНТНАЯ СТРУКТУРА ОТНОШЕНИЯ МЕЖДУ СТРАНАМИ И РЕГИОНАМИ В КОНТЕКСТЕ МИРОВОЙ ПОЛИТИКИ Фролов А.В.
  4. 4.6. Взаимодействие культуры, политики и экономики
  5. Объекты изучения в рамках социологии культуры: связи между социальным и культурным уровнями
  6. Михаил Алексеев, Константин Казенин, Мамед Сулейманов. ДАГЕСТАНСКИЕ НАРОДЫ АЗЕРБАЙДЖАНА: политика, история, культура, 2006
  7. Коллективная монография под редакцией В. А. Давыденко. Социология неформальных отношений: экономика, политика, культура - Тюмень: Тюменский государственный университет. Кафедра экономической социологии. Изд-во «Вектор-Бук»., 2005
  8. НОВАЯ СИСТЕМА ПРИРОДЫ И ОБЩЕНИЯ МЕЖДУ СУБСТАНЦИЯМИ, А ТАКЖЕ О СВЯЗИ, СУЩЕСТВУЮЩЕЙ МЕЖДУ ДУШОЮ И ТЕЛОМ 1.
  9. 3. Понятие культуры. Материальная и духовная культура. Культура и цивилизация.
  10. Культура этноса, этническая культура и археологическая культура
  11. 6.3. Экономическая политика (инвестиционная, инновационная политика) с учетом фактора изменения климата