<<
>>

Экономические уклады и исторические

парадигмы Итак, обращаясь к Западу, мы не получаем модернистских технологий, так как западное общество н его технологии уже перешли в другой режим. Данное обстоятельство объяснит нам нынешний кризис.
Мы, конечно, могли пользоваться отдельными выгодами постиндустриальной экономики, продавая нефть по высоким, дутым ценам, в период роста фиктивного финансового пузыря. Но когда этот пузырь лопается, все смотрят и недоумевают: что же было, кром'е мошеннической пирамиды Типа МММ? Вместо реальных богатств мы остаемся с обожженной черепицей, как в рассказах про сокровища дьявола. Вместо реального роста — призрак фиктивного благосостояния; вместо инвестиций в реальный сектор — поглощенность спекулятивной игрой. В результате крах всех тех, кто доверился экономическим гипнотизерам. _

Экономика имеет точные соответствия с тремя укладами, о которых мы говорили. Существует прединдустри- альная аграрная экономика, соответствующая традиционному обществу. Индустриальная экономика доминирует в эпоху модерна. Логос модерна проецируется в индустриальную экономику. А (пост)логос постмодерна предопределяет на следующем этапе финансовую или постиндустриальную экономику, информационную экономику. Это совершенно разные уровни. Точно так же, когда бурное развитие промышленного сектора в свое время почти обнулило значение аграрного сектора, так же в нашем мире при переходе от модерна к постмодерну финансовый сектор практически обнулил индустриальный сектор. В 1990 — начале 2000-х годов было неважно, каков объем реального производства, каково товарное покрытие. Значение имели спекулятивные рынки деривативов, ценных бумаг, финансовые инструменты, хедж-фонды, где объем вращающихся средств многократно превосходил все товарное покрытие мировой экономики. Вот они-то сейчас и лопнули.

Сегодня, обращаясь к Западу, мы уверенно получаем дозу постмодерна.

Психологически это серьезный процесс, так как по мере отказа от рациональности и слома эго поднимается мощный поток подавленных энергий (как правило, низшего свойства), которые бродят в человеке. Происходит освобождение не столько либидо, сколько того, что Юнг называл «тенью» — совокупности загнанных в бессознательное темных инстинктов, подавленных разумом. Все это поднимается из глубин и серьезно влияет на психическое состояние индивидуума и общества.

Политической элите современной России в свое время очень понравилось выражение «постиндустриальное общество», об этом было написано много диссертаций, сказано много слов. Все полагали (застряв на раннем модерне по уровню понимания), что постиндустриальное общество — это просто «очень хорошее», «развитое», «гуманное», «высокотехнологичное» индустриальное общество. Никто не осознал, что это вообще не индустриальное общество и что, копируя современную западную систему на нынешнем этапе, мы будем просто планомерно уничтожать весь реальный сектор экономики, ничего не создавая взамен. Стремясь стать как Запад, мы не просто делокализу- ем нашу промышленность (как это сделали они сами), мы ее уничтожим.

В 1990-х годах наша промышленность прошла первую волну такой постмодернизации, в ходе чего контроль над ней был сосредоточен в руках олигархов. При Путине она была практически уничтожена, потому что олигархи ее либо постепенно перепрофилировали, либо продали западным инвесторам. В Екатеринбурге, например, есть несметное количество казино, размещенных в бывших заводах, и там кипит настоящая, постмодерни- стическая жизнь.

«Шпионы» за и против Путина

Западничество сегодня — не преступление, но бессмысленность.

Замысел обращения к Западу для модернизации России и получения безупречно работающего механизма является, таким образом, абсолютно неверным логически. О практике речь не идет, потому что на практике все сами могут во всем убедиться. Но, увы, многие либералы- западники, и в том числе поддерживающие Путина (которых условно в некоторых кругах принято называть «шпионы за Путина»), до сих пор советуют нашему политическому руководству: «Владимир Владимирович, Дмитрий Анатольевич! Давайте делать как на Западе — и все будет хорошо.

И Россия будет сильной, независимой, свободной, мощной. Давайте все копировать, что у них, — и все будет хорошо. У них финансовый сектор и биржа, и у нас пусть будет так. У них либерализм, парламентаризм и права человека, и у нас пусть будет... Это самый короткий и самый прямой путь к успеху и процветанию суверенной России». Но при этом они советуют сближаться с США (особенно при «новом» президенте Обаме), полагая, что в этом залог нашего развития, нашего подъема, нашей модернизации.

Вторая группа либералов-западников находится в оппозиции Путину-Медведеву. Их иногда называют «шпионы против Путина». Они говорят: «Путин не либерал, не западник. Это — архаик, националист, "фашист", диктатор. Давайте свергнем Путина, и все тогда будет как на Западе». Такой позиции придерживается «Другая Россия», радиостанция «Эхо Москвы». Между «шпионами за Путина» и «шпионами против Путина» существует единство главной идеологической установки, потому что основная их идея заключается в тезисе «Давайте пойдем на Запад!». Одни предлагают идти «с Путиным», другие «без Путина». Политические проекты разные, но суть их одна — давайте двигаться в сторону Запада.

Условия интеграции в постмодерн Если мы хотим стать частью глобального мира, выстроенного по модели мира постиндустриального общества, с мировым правительством, с распространением новых постче- ловеческих, ризоматическнх сингулярностей, Д]1ВИДууМОВ, со свободой смены полов, с освобождением либидо, не- прекращающимся «карнавалом» щелкаемых телеканалов, производством киборгов и мутантов, то западники (как «за Путина», так и «против Путина-) имеют определенный резон. На каких-то условиях в глобальный постмодерн нас интегрируют. Но мы должны ясно понимать, что ни суверенного государства, ни действующей экономики, ни самобытной культуры в этом случае у нас просто не будет. Не только оборонной, но просто модернизации какой бы то ни было нам в этом случае не светит. Это надо понять твердо.

<< | >>
Источник: Дугин А.Г.. Логос и мифос. Социология глубин. — М.: Академический Проект; Трикста.— 364 с. — (Технологии социологии).. 2010

Еще по теме Экономические уклады и исторические:

  1. Типы урбанизации и уклады
  2. Всемирно-исторический уровень: теориц общественно-экономических формаций
  3. Г л а в а 4. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ И КУЛЬТУРНО-ИСТОРИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ, ОБЩЕЕ СОСТОЯНИЕ ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ И ФИЛОСОФСКИЕ ВОЗЗРЕНИЯ В ХУ—XVIII ВЕКАХ
  4. ХАДЫХЪАТЫ Х.Х. ТРАДИЦИОННЫЙ УКЛАД ЖИЗНИ ОСЕТИН. ИСТОРИКО-СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ. ИРЛ2ТТЫ ФЫДЖЛТЫККОН ЦАРДАРЛЕЗТ. ИСТОРИОН JEMM СОЦИАЛОН РАИРТЛВСТ.
  5. ФИЛОСОФСКО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ФОРМИРОВАНИЯ МОДЕЛИ НООСФЕРНОГО СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ Никитенко П.Г.
  6. 22.1. ЦИКЛИЧНОСТЬ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ. ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ЦИКЛ И ЕГО ФАЗЫ
  7. 3.2. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ, ИХ СОДЕРЖАНИЕ И СТРУКТУРА. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ИНТЕРЕСЫ
  8. Османская экономическая мысль и экономическая политика ПортЫ
  9. Исторический характер общественной жизни. Экологическая составляющая исторического процесса. Общественный прогресс и его критерии
  10. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ОРГАНИЗАЦИИ КЛАССОВ. Социально-экономические организации класса буржуазии.
  11. ИСТОРИЧЕСКИЙ ОЧЕРК
  12. Исторический материализм
  13. ТЕМА 3. КРУПНОМАСШТАБНОЕ ЧЛЕНЕНИЕ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА
  14. ГЛАВА 5 ИСТОРИЧЕСКОЕ ПРОСТРАНСТВО