<<
>>

§3. Природа Символов 292.

Символ есть репрезентамен, Репрезентативный характер которого состоит именно в том, что он является правилом, определяющим Интерпретанту. Все слова, предложения, книги и другие конвенциональные знаки

суть Символы.

Мы говорим о написании и произношении слова «man» («человек»); но произносится и пишется только реплика, или воплощение слова. У самого слова нет существования, хотя оно и обладает реальным бытием, состоящим в том факте, что существующие вещи будут ему соответствовать. Это - общий способ последовательности трех звуков или репрезентаменов звуков, который становится знаком только в силу того факта, что привычка или принятый закон заставят интерпретировать его реплики в значении «man» (человек) или «теп» (люди). Слово и его значение оба суть общие правила, но из них двоих только слово предписывает качества своих реплик сами по себе. Иначе говоря, «слово» и его «значение» не различаются, пока «значению» не приписывают особого смысла. 293. Символ есть закон или регулярность неопределенного будущего. Его Интерпретанта должна описываться точно таким же образом; и точно так же должен описываться

его полный, [complete! -непосредственный Объект, или 'Уйаченис8' "озакда необходимо управляет индивидуальностями, или «воплощен в» них, и предписывает им некоторые из их свойств. Следовательно, составной элемент Символа может быть Индексом и может быть Иконой. Человек, гуляющий с ребенком, указывает пальцем в небо и говорит: «Вон там воздушный шар». Указывающая рука это существенная часть символа, без которой последний не будет передавать никакой информации. Но если ребенок спросит: «Что такое воздушный шар?», а человек ответит: «Это нечто вроде большого мыльного пузыря», то он сделает образ частью символа. Итак, в то время как полный Объект Символа,

5 Есть два способа, какими Символ в качестве своего реального

Объекта может иметь реальную Существующую Вещь.

Во-первых, вещь может соответствовать ему, случайно или в силу того, что Символ обретает силу все более устанавливающейся привычки, и во-вторых, благодаря тому, что символ содержит в качестве своей части Индекс. Но непосредственный объект символа может быть только символом, а если он содержит в себе объект другого рода, то это лишь при помощи бесконечной серии.

иными словами, его значение, имеет природу закона, он должен обозначать [denote] индивидуальность и означать [signify] свойство. Подлинный символ есть символ, имеющий общее значение. Существуют два типа вырожденных символов: Сингулярный Символ, чьим Объектом является некая существующая индивидуальность и который обозначает только те свойства, которые эта индивидуальность может реализовать, и Абстрактный Символ, чьим единственным Объектом является свойство.

294. Хотя непосредственная Интерпретанта Индекса должна быть Индексом, однако, поскольку его Объект может быть Объектом Индивидуального [Сингулярного] Символа, Индекс может иметь такой Символ в качестве своей опосредованной Интерпретанты. Даже подлинный символ может быть его несовершенной Интерпретантой. Точно также и икона может иметь вырожденный Индекс, или Абстрактный Символ, в качестве опосредованной Интерпретанты, и подлинный Индекс или Символ в качестве несовершенной Интерпретанты.

295. Символ есть знак, естественным образом пригодный для того, чтобы изъявлять, что совокупность объектов, обозначаемая какой бы то ни было совокупностью индексов, связанных определенным способом с этой совокупностью объектов, представляется иконой, с этой же совокупностью ассоциируемой. Дабы показать, что означает это сложное определение, давайте возьмем в качестве примера слово «возлюбил». То, что ассоциируется с этим словом, есть идея, являющаяся ментальной иконой одного человека, влюбленного в другого. Далее мы должны понять, что «возлюбил» имеет место в предложении; ибо вопрос сейчас не в том, что оно может значить само по себе, если оно вообще что-то значит.

Допустим, мы имеем дело с предложением «Иезекииль возлюбил Голду». Тогда Иезекииль и Голда должны быть индексами или содержать их в себе, поскольку без индексов невозможно указать на то, о чем тут идет речь. Всякое простое описание оставит до конца неясным — не являются ли они просто вымышленными персонажами; но так или иначе, а индексы могут

на них указывать. Итак, действие слова «возлюбил» состоит в том, что пара объектов, обозначенных парой индексов - Иезекииль и Голда, - представлена иконой или образом влюбленного и его возлюбленной, который мы держим в уме. 296.

То же самое верно и для любого глагола в изъявительном наклонении, а в действительности и для всякого глагола вообще, поскольку другие наклонения являются изъявлениями факта, лишь несколько отличного от того, что выражается в изъявительном наклонении. Что касается имени существительного, то его, - учитывая значение, которое оно имеет в предложении, а не само по себе, - наиболее удобно рассматривать как часть символа. Так предложение «каждый мужчина любит женщину» эквивалентно высказыванию «любое [существо], которое есть мужчина, любит некоторое [существо], которое есть женщина». Здесь «любое» — это универсальный селективный индекс, «которое есть мужчина» - символ, «любит» - символ, «некоторое, которое» — частный селективный индекс и «есть женщина» - символ. 297.

Слово «символ» имеет так много значений, что добавлять к ним новое - только наносить ущерб языку. Не думаю, что то значение, которое я придаю ему, значение конвенционального знака, или знака, зависящего от привычки (приобретенной или врожденной), является таким уж новым, а не просто возвращением к первоначальному значению. Этимологически оно должно означать вещь, сброшенную в одно, подобно тому как как гіфолол' (эмболон) — это вещь, брошенная во что-то; засов, ларсфолол1 (параболой) — это вещь, брошенная рядом [кроме какой-то другой], дополнительная безопасность; и албролол1 (гипоболон) — вещь, брошенная под что-то, брачный дар. Обычно говорится, что в слове «символ» «сбрасывание в одно» должно пониматься в смысле «догадки», «коньюктуры»; но если это так, мы должны были бы обнаружить, что хотя бы иногда оно означало догадку или предположение — значение, в поисках которого мы тщетно пере- вернули бы всю литературу. Однако греки очень часто употребляли выражение «сбрасывать в одно» (стгмРаАЛт') для обозначения заключения договора или соглашения.

И в самом деле, можно обнаружить, что уже очень рано и весьма часто символ (CTi)u.paA.ov) означает договор или соглашение. Аристотель называет имя существительное «символом», то есть конвенциональным знаком24' и греческом языке сторожевой огонь это — «символ», то есть заранее оговоренный сигнал; флаг или знамя - это «символ», пароль — «символ», значок — «символ»; церковное вероучение называется «символом», поскольку служит в качестве значка или шибболета; театральный билет называется «символом»; любой билет или доверенность, позволяющая кому-то что-то получить, — это «символ». Более того, любое выражение чувства называлось «символом». Таковы принципиальные значения этого слова в его первоначальном языке. Читатель может судить сам, достаточно ли этого для подтверждения моего заявления о том, что я не искажаю данное слово вводимым мною способом его использования. 298.

Всякое обычное слово, такое, как «давать», «птица», «свадьба», является примером символа. Он применим к чему бы то ни было, что может воплощать идею, связанную со словом; но сам по себе не идентифицирует этой вещи. Он не показывает нам птицу и не представляет нашему взору акт передачи или свадьбу, однако предполагает; что мы способны вообразить все эти вещи и ассоциируем с ними соответствующее слово. 299.

Можно отметить регулярную прогрессию одного, двух и трех в трех классах знаков: в Иконе, Индексе, Символе. У Иконы нет динамической связи с представляемым ею объектом; просто так уж случается, что ее качества схожи с качествами самого объекта и возбуждают аналогичные чувствования в уме, для которого она является сходством. Но в действительности она остается не связанной с ними. Индекс физически связан со своим объектом; они составляют органичную пару, но интерпретирующий разум не имеет ничего общего с этой связью, кроме того, что он замечает ее после ее возникновения. Символ связан со своим объектом через идею пользующегося символом ума - идею, без которой не существовало бы никакой такой связи. 300.

Всякая физическая сила действует между двумя частицами, каждая из которых может служить индексом другой. С другой стороны, мы обнаруживаем, что всякая интеллектуальная операция включает в себя триаду символов. 301.

Символ, как мы уже видели, не может указывать ни на какую отдельную вещь: он означает род вещи. И он не только означает род вещи, но и сам является родом, а не отдельной вещью. Вы можете написать слово «звезда», но это еще не делает вас творцом слова, так же как если вы сотрете его, вы его тем самым не уничтожите. Слово живет в умах тех, кто употребляет его. И даже если все они спят, оно все равно существует в их памяти. Так что если нужно, мы можем признать, что общие понятия являются простыми словами, совершенно при этом не говоря, как предполагал Оккам7' "" на индивидуальности. 302.

Символы растут. Они возникают, развиваясь из других знаков, в особенности же из икон или из смешанных знаков, имеющих природу как икон, так и символов. Мы мыслим только в знаках. Эти мыслительные знаки имеют смешанную природу; их части-символы называются понятиями. Если человек создает новый символ, то делает он это посредством мыслей, включающих понятия. Так что новый символ может вырасти только из символов. Отпе symbolum de symbolo. Однажды возникнув, символ распространяется среди людей. Через употребление и опыт развивается его значение. Такие слова, как «сила», закон, богатство, брак несут для нас смыслы, весьма отличные от тех, что они несли для наших диких предков. Символ может вместе со Сфинксом Эмерсона сказать человеку:

? См. TractatusLogicae, I,/iv.

§4. Знак8 303.

Нечто, что определяет что-то другое (свою интерпретанту) к тому, чтобы это что-то тем же самым образом, что и оно само, относилось к некоторому объекту, к которому оно само относится (к своему объекту), причем интерпретанта, в свою очередь, становится знаком, и т.д. adinfmitum.

Несомненно, разумное сознание должно осуществляться сериально. Если серия последовательных интерпретант приходит к концу, то знак тем самым выказывает себя по меньшей мере как несовершенный.

Если интерпретирующая идея, определясь в индивидуальном сознании, не определяет никакого внешнего знака, а наоборот, это сознание уничтожается или как-то иначе теряет всякое воспоминание или другой значимый след воздействия знака, то становится абсолютно не обнаружимым, была ли в этом сознании подобная идея; и сложно понять, какой бы имело смысл говорить, что когда-то в этом сознании такая идея была, поскольку уже само такое высказывание будет интепретантом данной идеи. 304.

Знак есть либо икона, либо индекс, либо символ. Икона есть знак, который обладал бы своим характерным свойством, собственно и делающим его значимым, даже если б его объект и не имел существования; такова графитовая черта, представляющая геометрическую линию. Индекс есть знак, который бы сразу утратил свое характерное свойство, делающее его знаком, если убрать его объект, но не утратил бы этого свойства, если бы не было интерпретанты. Таков, например, какой-нибудь предмет с дырой от пули в качестве знака выстрела; ибо без выстрела не было бы никакой дыры, но сама дыра там есть, неважно, достанет ли у кого-нибудь умственных способностей связать ее с выстрелом или нет. Символ есть знак, который утратил бы характерное свойство, делающее его знаком, если бы не было интерпретанты. Таково любое речевое высказывание, которое значит то,

і Dictionary of Philosophy & Psychology, vol.2,p.5 27.

что значит, только в силу того, что его понимают как имеющее именно такую значимость.

<< | >>
Источник: Пирс Ч.С.. Избранные философские произведения. Пер. с англ. / Перевод К. Голубович, К. Чухрукидзе, Т.Дмитриева. М: Логос. - 448с. 2000

Еще по теме §3. Природа Символов 292.:

  1. Символы, подтверждающие символ «Крест Христов»
  2. Статья 292. Права членов семьи собственников жилого помещения
  3. К седьмому отделу. О шести методах (внешней) политики К разделам 98 и 99 (глава 1). (Стр. 292—296) 1
  4. § 74. Причина невозможности догматически трактовать понятие техники природы — необъяснимость целей природы
  5. § 81. О присоединении механизма к телеологическому принципу в объяснении цели природы как продукта природы
  6. XIII. МОЖЕТ ЛИ ПРИРОДА ДУШИ ПОМОЧЬ НАМ ПОСТИЧЬ ПРИРОДУ БОГА?
  7. IV. Тринитарные символы
  8. § 30. Дедукция эстетических суждений о предметах природы должна иметь в виду не то, что мы называем в природе возвышенным, а только прекрасное
  9. Символ и песнь.
  10. ИКОНА, ИНДЕКС И СИМВОЛ
  11. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ЦЕННОСТЕЙ И СИМВОЛОВ
  12. Схематические символы
  13. Символ истолкования.