<<
>>

§ 6 Дедукция понятия чисто правового владения внешним предметом (possessio noumenon)

Вопрос, как возможно внешнее мое и твое, сводится к следующему вопросу: как возможно чисто правовое (умопостигаемое) владение? А этот вопрос сводится к третьему: как возможно априорное синтетическое правовое положение?

Все правовые положения суть априорные положения, так как они законы разума (dictamina rationis).

Априорное правовое положение, касающееся эмпирического владения, есть положение аналитическое; в самом деле, оно высказывает лишь то, что вытекает из эмпирического владения по закону противоречия, а именно что если я держатель какой-то вещи (следовательно, связан с ней физически), то тот, кто воздействует на нее вопреки моему согласию (например, вырывает у меня из рук яблоко), затрагивает и умаляет внутреннее мое (мою свободу), стало быть, находится в своей максиме в прямом противоречии с аксиомой права. Положение об эмпирическом правомерном владении не выходит, следовательно, за пределы права лица в отношении самого себя.

Положение же о возможности владения какой- нибудь вещью вне меня после отвлечения от всех условий эмпирического владения в пространстве и времени (стало быть, предположение о возможности possessio noumenon) выходит за пределы этих ограничивающих условий; и так как оно устанавливает, что для понятия внешнего мое и твое необходимо владение и без держания, то оно синтетическое положение; и вот задачей разума может стать следующее: показать, как возможно такое положение, которое выходит за пределы понятия эмпирического владения.

Таким образом, вступление во владение отдельным участком земли, например,— это акт частного произвола, но не самоуправного. Владелец основывается на прирожденном общем владении землей и на a priori соответствующей этому владению всеобщей воле к дозволенному частному владению на этой земле (потому что в противном случае незанятые вещи сами по себе и согласно закону превратились бы в бесхозяйные вещи) и приобретает первоначально через первое владение определенный участок земли, по праву (iure) оказывая каждому, кто мешал бы ему в частном пользовании этой землей, противодействие, хотя, как находящийся в естественном состоянии, не в силу закона (de iure), потому что в естественном состоянии еще не существует никакого публичного закона.

Если даже какой-нибудь участок земли рассматривался бы как свободный, т.

е. вакантный для использования любым человеком, или был бы объявлен таковым, все же нельзя сказать, что он так свободен по природе и первоначально, до всякого правового акта (ведь и это было бы отношением к вещам, а именно к участку земли), который каждому отказывал бы во владении; так как эта незанятость участка земли означала бы запрет для каждого пользоваться им, требуется общее владение этим участком, которое невозможно без договора. А участок земли, который может быть свободным лишь на основании договора, должен действительно находиться во владении всех тех (связанных между собой) [лиц], которые запрещают друг другу пользоваться им или отстраняют друг друга от пользования им.

Эта первоначальная (urspriingliche) общность земли и, стало быть, вещей, находящихся на этой земле (communio fundi originaria), представляет собой идею, имеющую объективную (практическую в правовом отношении) реальность, и совершенно отлична от первобытной (uranfangliche) общности земли (communio primaeva), которая

есть не более как выдумка, потому что такая общность должна была бы быть кем-то установленной и вытекать из договора, по которому все должны были бы отказаться от частного владения и каждый должен был бы превратить свое владение путем объединения его с владением каждого другого в совместное владение, доказательство чего должна была бы нам дать история. Но рассматривать такой способ как первоначальное вступление во владение и считать, что на этом может и должно быть основано отдельное владение каждого человека,— это противоречие.

От владения (possessio) следует отличить еще нахождение на данном месте (sedes), а от вступления во владение землей с намерением когда- нибудь приобрести ее надо отличать, кроме того, поселение, заселение (incolatus), которое представляет собой продолжительное частное владение местом, зависящее от присутствия субъекта на этом месте. О поселении как о втором правовом акте, который может следовать за вступлением во владение или же вообще не состояться, здесь нет речи, потому что оно было бы не первоначальным владением, а вытекающим из согласия других.

Чисто физическое владение (держание) землей есть уже право, хотя, конечно, еще без достаточных оснований, рассматривать вещь как мое.

В отношении к другим видам владения чисто физическое владение в качестве (насколько это известно) первого владения согласуется с законом внешней свободы и в то же время содержится в первоначальном совместном владении, которое а priori содержит в себе основание возможности частного владения, стало быть, может препятствовать первому держателю земли в его пользовании ею, [т. е. может] наносить ущерб. Следовательно, первое вступление во владение имеет для себя правовое основание (titulus possessions) — первоначально общее владение, и положение: «Благо тем, кто владеет!» (beati possidentes!), так как никто не обязан доказывать [право на] свое владение, есть основоположение естественного права, устанавливающее, что первое вступление во владение — это правовое основание для приобретения, на которое может опираться каждый первый владелец.

В теоретическом априорном основоположении должно было бы быть под данное понятие (согласно критике чистого разума) подведено априорное созерцание, стало быть, должно было бы быть что-то добавлено к понятию о владении предметом; но в этом практическом основоположении дело обстоит как раз наоборот: все условия созерцания, обосновывающие эмпирическое владение, должны быть устранены (от них следует отвлечься), чтобы можно было расширить понятие владения за пределы эмпирического и сказать: каждый внешний предмет произвола, который (а также лишь поскольку я имею его) в моей власти, может быть причислен к мое в правовом отношении, не находясь в моем владении.

Возможность такого рода владения, стало быть дедукция понятия неэмпирического владения, основывается на правовом постулате практического разума: «Правовая обязанность — поступать по отношению к другим так, чтобы внешнее (годное для употребления) могло стать для кого-то и своим»; в то же время она связана с объяснением указанного понятия, которое основывает внешнее свое только на нефизическом владении. Однако возможность нефизического владения ни в коем случае не может быть сама по себе доказана или усмотрена (именно потому, что это — понятие разума, для которого не может быть дано никакое соответствующее созерцание); она непосредственное следствие из упомянутого постулата. В самом деле, если необходимо действовать согласно с указанным выше правовым основоположением, то должно быть возможно и умопостигаемое условие (чисто правового владения).— Не должно также казаться странным, что теоретические принципы внешнего мое и твое исчезают в умопостигаемом

и не представляют никакого расширенного познания; дело в том, что понятие свободы, на котором покоятся эти принципы, не допускает теоретической дедукции своей возможности и может быть выведено только из практического закона разума (из категорического императива) как из факта разума.

<< | >>
Источник: Иммануил Кант. Сочинения. В шести томах. Том 4. ч.2. 1965

Еще по теме § 6 Дедукция понятия чисто правового владения внешним предметом (possessio noumenon):

  1. ДЕДУКЦИИ ЧИСТЫХ РАССУДОЧНЫХ понятий РАЗДЕЛ ВТОРОЙ Трансцендентальная дедукция чистых рассудочных понятий
  2. АНАЛИТИКИ ПОНЯТИЙ ГЛАВА ВТОРАЯ О дедукции чистых рассудочных понятий
  3. Трансцендентальная дедукция чистых рассудочных понятий
  4. О дедукции чистых рассудочных понятий РАЗДЕЛ ПЕРВЫЙ
  5. ДЕДУКЦИИ чистых РАССУДОЧНЫХ понятий РАЗДЕЛ ВТОРОЙ
  6. ДЕДУКЦИИ ЧИСТЫХ РАССУДОЧНЫХ понятий РАЗДЕЛ ВТОРОЙ
  7. ДЕДУКЦИИ ЧИСТЫХ РАССУДОЧНЫХ ПОНЯТИЙ РАЗДЕЛ ТРЕТИЙ
  8. ДЕДУКЦИИ ЧИСТЫХ РАССУДОЧНЫХ ПОНЯТИЙ РАЗДЕЛ ВТОРОЙ
  9. ДЕДУКЦИИ ЧИСТЫХ РАССУДОЧНЫХ ПОНЯТИЙ РАЗДЕЛ ТРЕТИЙ
  10. § 27. Результат этой дедукции рассудочных понятий
  11. § 30. Дедукция эстетических суждений о предметах природы должна иметь в виду не то, что мы называем в природе возвышенным, а только прекрасное
  12. § 7 Применение принципа возможности внешнего мое и твое к предметам опыта
  13. КРАТКИЙ ВЫВОД О ПРАВИЛЬНОСТИ и ЕДИНСТВЕННОЙ возможности ЭТОЙ ДЕДУКЦИИ чистых РАССУДОЧНЫХ понятий
  14. КРАТКИЙ ВЫВОД О ПРАВИЛЬНОСТИ И ЕДИНСТВЕННОЙ возможности ЭТОЙ ДЕДУКЦИИ чистых РАССУДОЧНЫХ ПОНЯТИЙ
  15. ОБ ИДЕАЛЬНОМ ПРИОБРЕТЕНИИ ВНЕШНЕГО ПРЕДМЕТА ПРОИЗВОЛА § 32