<<
>>

БАЗА ДАННЫХ КАК ОБЪЕКТ КОМПЛЕКСНОГО ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ В.О. КАЛЯТИН

Калятин В. О., ведущий юрист по интеллектуальной собственности Государственной корпорации "Российская корпорация нанотехнологий", кандидат юридических наук.

Одним из вопросов, активно обсуждавшихся при подготовке и принятии части четвертой Гражданского кодекса РФ, было появление в проекте нового смежного права - права изготовителя базы данных.

Актуальность и целесообразность такого нововведения, соотношение этого права с правом автора на базу данных - все это требовало выяснения. Однако проблема в действительности гораздо глубже и не исчерпывается определением места нового смежного права, ведь не случайно в законодательстве все чаще появляются объекты, отношения, по поводу которых требуется расширение правового регулирования, и возможностей существовавших ранее правовых институтов оказывается недостаточно. База данных является удобным объектом, на примере которого можно рассмотреть эту проблему.

С чем же связано такое положение? Следует заметить, что здесь дело не только в желании законодателя, а и в наличии определенных закономерностей. Все чаще встречаются объекты, в отношении которых требуется разноплановое правовое регулирование. Такая потребность возникает по разным причинам. Представляется, что основными являются следующие: -

усложнение объекта; -

усложнение субъектного состава; -

усложнение системы общественных отношений, возникающих в связи с использованием такого объекта.

Указанные причины взаимосвязаны. Рассмотрим каждую из этих причин подробнее.

1. Усложнение объекта.

Объединение различных результатов интеллектуальной деятельности в одном объекте известно довольно давно. Такое объединение может преследовать различные цели - от упрощения их совместного использования до усиления эмоционального воздействия соответствующего "сложного" <1> объекта (что использовалось и в религиозных церемониях, в сценических постановках и т.д.).

<1> В рамках данной статьи я буду использовать для характеристики сложного по своему составу и/или структуре объекта этот термин в кавычках, чтобы избежать смешения с более узким понятием сложного объекта, используемым в ст. 1240 ГК.

Значительно позже оказалась востребованной другая сторона "сложных" объектов - способность облегчать поиск и использование информации. Важность этого обстоятельства стала заметна в эпоху Просвещения, когда заметно возросла актуальность обмена информацией и доступа к ней. На примере знаменитой "Энциклопедии" Д. Дидро мы можем судить, какое значение придавалось подобным объектам, - и не случайно, поскольку, формально являясь инструментом организации информации, "Энциклопедия" стала и мощнейшим средством распространения определенных философских и политических концепций.

С этого момента информационная составляющая таких объектов оказалась элементом, который во многом стал определять их значение и роль в целом. Подобный объект давал возможность объединить большой объем разнородной информации и организовать доступ к ней за счет ее систематизации.

Эта возможность и обеспечивала социальную ценность этого объекта.

Однако в течение длительного времени сфера "сложных" объектов была весьма ограниченной. Объединение разнородных результатов интеллектуальной деятельности в одном объекте являлось непростой задачей.

Ситуация кардинально поменялась в конце XX в. Усложнение объекта в наши дни предопределяется в первую очередь возможностями, которые дает технический прогресс. Быстрое развитие вычислительной техники позволило легко создавать и использовать объекты, включающие большое количество разнообразных и, что самое главное, разнотипных результатов интеллектуальной деятельности и иных материалов, имеющих информационную природу. Не случайно применительно к таким объектам В. Дозорцев предложил термин "многослойный интеллектуальный продукт" <1>.

<1> Дозорцев В.А. Право на фильм как сложное многослойное произведение // Вестник ВАС РФ. 2000. N 3. С. 64.

Появление подобных продуктов создало основу расширения количества и видов целей использования одних и тех же материалов, в частности, в силу возможности различной комбинации условий их совместного использования. Фрагмент (например, результат интеллектуальной деятельности), включенный в "сложный" объект, может применяться в разных целях, что позволяет преодолеть ограниченность его естественного использования (как обособленного объекта), подобно тому как программный модуль, выполняющий определенную функцию, применяется в программном продукте для решения самых разных задач. С учетом многообразия форм эксплуатации объекта пользователем "сложного" продукта использование информационного материала, включенного в базу данных, может подпадать под различные правовые режимы.

С другой стороны, такой результат (фрагмент "сложного" объекта) во многих случаях стал иметь большую ценность не только и не столько в силу своих собственных внутренних качеств, но главным образом как часть общего объекта. Это означает и изменение важности внутренней организации информации. Если ранее организация доступа к информации отходила на второй план ввиду сравнительно небольших объемов информации (найти требуемый материал в общем объекте было несложно, соответственно, как расположены материалы, было не столь важно), то сейчас первостепенное значение начинает приобретать не фактическое наличие определенной информации в объекте, а возможность легко и быстро обнаружить этот материал и получить к нему доступ. Если объем базы данных охватывает сотни тысяч или миллионы самостоятельных материалов (так, электронная версия энциклопедии "Britannica 2008" содержит более 101000 статей, а база данных "КонсультантПлюс" на конец апреля 2008 г. включала более 3300000 документов), то поиск желаемого материала часто оказывается сложной задачей. При этом пользователь может не знать о существовании объекта, который он ищет, его точных параметров и т. д. Но невозможность обнаружить без значительных затрат труда необходимый материал для пользователя фактически равноценна отсутствию этого материала. Таким образом, ценность "сложного" объекта не в последнюю очередь определяется тем, как организована информация в данном объекте.

Возрастающая роль таких объектов была признана и законодателем, одним из свидетельств чего является появление в ГК РФ понятия сложного объекта. Ввиду новизны самого понятия перечень этих объектов в Кодексе дан довольно узкий (ст. 1240 ГК перечисляет кинофильм, иное аудиовизуальное произведение, мультимедийный продукт, единую технологию), но стоит предположить, что это только начало и в дальнейшем он будет пополняться. Теоретически как сложные объекты могут быть охарактеризованы и иные объекты.

В конце концов, несмотря на то что многие базы данных не могут быть признаны сложными объектами в узком смысле слова (в значении, использованном в ст. 1240 ГК), подавляющее большинство из них, без сомнения, являются сложными объектами в широком смысле - с точки зрения своей внутренней организации и состава.

2. Усложнение субъектного состава.

Технический прогресс приводит не только к появлению новых возможностей в создании и использовании результатов интеллектуальной деятельности, но и к увеличению количества объектов, в работе над которыми участвуют большие коллективы. В наше время создание объектов многих видов становится невозможным или, во всяком случае, крайне затруднительным для одного человека. Включение в один объект разнотипных материалов также заставляет объединять усилия разных авторов. С правовой стороны это означает значительное усложнение системы отношений авторов и пользователей. Чем больше авторов вовлечено в процесс создания объекта, тем труднее достичь единства их мнений по вопросам использования объекта и распоряжения правами на него.

Необходимость обеспечения возможности эффективного использования и была одной из основных причин введения категории сложного объекта в Гражданский кодекс. Статья 1240 ГК предусматривает определенные ограничения прав авторов в отношении результатов, включенных в сложный объект, вводя средства обеспечения оборотоспособности сложного объекта. Это презумпция отчуждения авторами результатов интеллектуальной деятельности, созданных или создаваемых для включения в сложный объект, исключительных прав на них организатору создания такого объекта, а также презумпция предоставления прав на такие результаты (в случае заключения лицензионного договора, а не договора об отчуждении исключительного права) в отношении всей территории действия соответствующего исключительного права, запрет установления ограничений использования таких результатов в составе сложного объекта. Предусматривается и неприменение к таким результатам права на отзыв произведения, допускается непредоставление автору льготного срока для завершения работы над произведением (п. 2 ст. 1289 ГК). Введение указанных правил имеет целями облегчить организатору создания сложного объекта распоряжение созданным объектом, а также некоторое ограничение авторов соответствующих результатов интеллектуальной деятельности в возможности запретить использование созданного объекта. Автор результата интеллектуальной деятельности, включенного в состав сложного объекта, не должен без достаточных оснований препятствовать использованию сложного объекта. Учитывая значительное количество авторов, участвующих в создании базы данных, изменение некоторого баланса в пользу организатора создания базы данных представляется неизбежным, если, конечно, мы не хотим в значительной мере исключить базы данных из гражданского оборота.

Этим целям служит и норма о совместном исполнении (ст. 1314 ГК), предусматривающая объединение прав отдельных участников коллектива исполнителей и облегчение распоряжения таким комплексом прав. Вопрос о правах на совместные исполнения может возникать в отношении баз данных, включающих в себя такие исполнения, например в отношении различного рода компьютерных энциклопедий.

В иных случаях отношения соавторов будут определяться нормами п. 3 ст. 1229 ГК и

т.д.

Следует иметь в виду и то, что для объектов, объединяющих труд многих людей, отношения сотрудничества (в терминологии Б. Антимонова и Е. Флейшиц) все в большей мере вытесняют отношения соавторства. Все чаще автор создает свой фрагмент работы, не имея общего творческого замысла с иными авторами, участвующими в создании объекта. Сейчас зачастую становится важнее обеспечить совместимость модулей (например, программного обеспечения), единство оформления, способа подачи информации, нежели в полной мере согласовать творческие замыслы всех авторов. В первую очередь это характерно для баз данных, где материалы, объединенные в базу, как правило, являются независимыми друг от друга и создаются без какой-либо творческой связи их авторов.

Другое обстоятельство, которое также должно быть принято во внимание во многих случаях, - это структура прав на объекты, включенные в сложный объект. В отношении части объектов организатор создания сложного объекта может приобретать исключительное право, в отношении других - получать лицензию на их использование на разных условиях и на разные сроки. Здесь возникает и вопрос о структуре отношений, возникающих по поводу сложного объекта.

3. Усложнение системы общественных отношений, возникающих в связи с использованием объекта.

Данное обстоятельство находит свое выражение в различных формах.

Так, указанное в предыдущем пункте усложнение субъектного состава приводит к выстраиванию сложной системы отношений применительно к данному объекту. Сочетание в одном комплексе прав на сложный объект как прав, принадлежащих данному лицу, так и прав, полученных им на ограниченный срок по лицензионному договору, в наши дни не является чем-то необычным. Возможны ситуации, когда определенные права будут выбывать из указанного комплекса, например, в силу истечения срока действия лицензионного договора. Нередко лицензионный договор на использование произведения в составе базы данных заключается на сравнительно короткий срок, поскольку актуальность определенного материала, очевидно, будет утрачена со временем и его потребуется заменить другим. Это важная особенность баз данных в отличие, например, от аудиовизуальных произведений, где в подавляющем большинстве случаев подобных изменений не происходит. Таким образом, комплекс прав на базу данных часто является "плавающим" и столь же изменчивой будет и система отношений, возникающих в связи с этой базой данных.

В подобных случаях структура прав должна быть отражена в соглашениях, заключаемых в отношении соответствующего сложного объекта, распоряжения правами на него.

Нельзя не отметить и имеющее место усложнение схем распространения результатов интеллектуальной деятельности и форм их использования. Нередки случаи, когда правообладатель выстраивает сложную систему дистрибуции создаваемых им продуктов, предусматривая различные категории "партнеров", по-разному может организовываться и схема предоставления лицензии конечному пользователю. Встречаются и случаи, когда часть прав конечный пользователь получает от дистрибьютора, а часть - от правообладателя. Некоторый объем прав на использование продукта может предоставляться дистрибьютору без права выдачи соответствующей сублицензии конечному пользователю (например, это может касаться изготовления носителей с охраняемым объектом, воспроизведения документации, публичного использования продукта в рекламных целях и т.д.). Возникающие сложности с точным определением пути движения прав на использование объекта стали хорошо заметны, например, в результате введения в действие с 1 января 2008 г. льготы по уплате налога на добавленную стоимость при заключении лицензионных договоров <1>. Многие правообладатели, которые не задумывались о выстраивании юридически корректной системы отношений, стали замечать дефекты своей системы дистрибуции только после того, как формальное наличие или отсутствие лицензии стало сказываться на их финансовых результатах.

<1> В соответствии с п. 1 ст. 1 Федерального закона от 19 июля 2007 г. N 195-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части формирования благоприятных налоговых условий для финансирования инновационной деятельности".

Усложняются и отношения в связи с использованием объекта. Если ранее подавляющее большинство результатов интеллектуальной деятельности были самоценны, наличие возможности использовать такой результат само по себе было достаточным для удовлетворения определенной потребности пользователя, то теперь все большее количество объектов могут эффективно эксплуатироваться только при условии наличия целого комплекса различных отношений, существующих в связи с этим объектом. Так, стандартным вариантом является заключение договора, опосредующего предоставление права использования программного обеспечения вместе с договором на техническую поддержку этого программного обеспечения. Сказанное в полной мере применимо и к базам данных - в отношении как их программной оболочки, так и обеспечения обновления содержания. База данных не только должна корректно функционировать (хотя и это немаловажно), но и быть актуальной. Ценность многих баз данных напрямую зависит от того, какие возможности по информационной поддержке готов обеспечить правообладатель. При исключении же базы данных из указанной системы отношений она теряет и ценность, это мы видим на примере различия в цене обновляемых и необновляемых баз данных в тех случаях, когда правообладатель допускает на рынок оба варианта своего продукта (необновляемая версия может распространяться, например, в рекламных целях).

Усложнение отношений в указанном аспекте подчеркивал и В.А. Дозорцев: "Появились специфические обязательства, обслуживающие отношения только по поводу нематериального интеллектуального продукта, привязанные только к нему обязательства по оказанию услуг - по предоставлению сведений, информации. Эти обязательственные отношения представляют собой нечто совершенно новое, появившееся только благодаря самым современным техническим средствам (прежде всего ЭВМ, телекоммуникации и т. п.), которые стали основой для существенных новшеств в системе исключительных прав и их содержания" <1>.

<1> Дозорцев В.А. О мерах по развитию рынка интеллектуальных продуктов // Законодательство. 1998. N 7. С. 9.

На упомянутое усложнение системы отношений влияет и расширение числа случаев существования "зависимых" объектов. Все чаще объекты используются не сами по себе, а в комплексе с иными результатами интеллектуальной деятельности и другими материалами. Это не только случаи существования зависимых патентов, но и применение в топологиях интегральных микросхем уже разработанных другими лицами элементов, включение в программный продукт существующих на рынке программных модулей, библиотек и т.д., объединение в базе данных материалов, уже созданных ранее иными лицами, а возможно, и фрагментов других баз данных. Иными словами, значительная часть объектов создается не с нуля, а на основе уже существующих на рынке материалов. С другой стороны, многие объекты изначально создаются с учетом планируемого их использования в других продуктах. Модульность объектов становится обычным явлением.

Наконец, нельзя забывать и о том, что исключительное право в отношении любого результата интеллектуальной деятельности является многократно ограниченным. Предоставляя создателю результата интеллектуальной деятельности право, имеющее монопольный характер, законодатель считает необходимым предусмотреть в качестве определенной компенсации многочисленные исключения и ограничения, направленные на обеспечение общественных интересов. Количество таких исключений и ограничений со временем обычно возрастает, что отражает рост числа общественных потребностей, требующих учета. Конечно, введение любого подобного исключения или ограничения должно сопровождаться установлением условий его использования, с тем чтобы защитить и интересы правообладателя. В результате система отношений, возникающих в связи с использованием результата интеллектуальной деятельности, может быть достаточно сложной.

Таким образом, мы видим, что усложнение правового регулирования в отношении ряда объектов исключительных прав фактически предопределено объективными обстоятельствами. Широта затрагиваемых вопросов и сложность системы взаимоотношений сторон означают, что возможностей одного только правового института может не хватить для решения поставленных задач.

Рассмотрим теперь подробнее систему правовых норм, действующих в отношении баз данных.

Согласно п. 2 ст. 1260 ГК базой данных является представленная в объективной форме совокупность самостоятельных материалов (статей, расчетов, нормативных актов, судебных решений и иных подобных материалов), систематизированных таким образом, чтобы эти материалы могли быть найдены и обработаны с помощью электронной вычислительной машины (ЭВМ).

Традиционно базы данных относили к сфере авторского права. И действительно, база данных может рассматриваться в качестве одного из видов составного произведения, определенного аналога сборника, пусть и довольно сложного по своему составу. Пункт 2 ст. 1260 ГК перечисляет базы данных наряду с антологиями, энциклопедиями, атласами в качестве возможных видов составных произведений. Это соответствует как Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений, так и Соглашению о торговых аспектах прав интеллектуальной собственности (ТРИПС). Отнесение баз данных к указанной категории объектов означает, что составителю базы данных будут принадлежать авторские права на осуществленные им подбор и расположение материалов. При этом, как и в случае с иными объектами авторского права, такой подбор или расположение материалов должны являться результатом творческой деятельности автора, только при выполнении данного условия возникнет авторское право составителя.

С помощью авторского права обеспечивается охрана формы базы данных, контроль правообладателя за ее использованием.

Авторское право способно охранять и наполнение базы данных - поскольку она объединяет самостоятельные материалы, эти материалы могут также являться объектами авторского права. Более того, исходя из п. 5 ст. 1260 ГК автор произведения, помещенного в базу данных, вправе использовать свое произведение независимо от базы данных (если иное не будет предусмотрено договором с автором базы данных).

Такой подход на первый взгляд позволяет достаточно полно обеспечить охрану баз данных.

Однако в действительности значительная часть баз данных, имеющихся на рынке, оказывается вне сферы действия авторского права. Это связано с тем, что все большее распространение получают так называемые нетворческие базы данных, систематизация материалов в которых не требует сколь-нибудь существенной творческой деятельности. При этом такие базы данных объединяют, как правило, неохраняемые авторским правом материалы (либо по крайней мере подобные материалы составляют существенную часть базы данных). Это тоже веяние времени, отражение того факта, что в коммерческий оборот вовлекается все большее число информационных материалов, требующих организации. Здесь необходимо лишь обеспечить доступность соответствующих материалов в базе данных, возможность их оперативного обнаружения, оригинальность же компоновки материалов в базе данных значения в большинстве случаев не имеет.

В результате значительная часть коммерчески ценных баз данных оказалась лишенной адекватной защиты. За рубежом в течение некоторого времени проблема решалась с помощью широкой трактовки критерия оригинальности, например, на основе доктрины sweat of the brow (буквально - "в поте лица") и других концепций. Но все эти подходы были способны дать лишь временное решение.

О том, что авторское право не предоставляет необходимой защиты производителям баз данных, было впервые официально заявлено в 1988 г. в Зеленой книге Европейской комиссии "Авторское право и вызов технологии" <1>. Дальнейшее развитие судебной практики также привело к ограничению возможностей защиты баз данных. В частности, в деле Van Dale v. Romme было признано, что банк данных, состоящий из слов, может рассматриваться как объект авторского права только в том случае, если он представляет собой результат подбора данных, выражающего взгляды автора <2>, а в знаменитом деле Feist Publications v. Rural Telephone Service Company, Inc. Верховный суд США указал на необходимость наличия оригинальности базы данных. При этом, так как факты никогда не могут быть оригинальными, защищается только способ их представления, а в рассматривавшемся деле в способе организации и представления данных отсутствуют какие-либо признаки интеллектуального творчества <3>.

<1> Green Paper on Copyright and the Challenge of Technology - Copyright Issues Requiring Immediate Action. COM (88) 172 final, 7 June 1988. Полный текст Зеленой книги можно найти по адресу: http://aei.pitt.edu/1209/01/copyright_and_tech_gp_C0M_88_172.pdf.

<2> Hoge Raad, 4 January 1991, NJ 1991, 608.

<3> Feist Publications v. Rural Telephone Service Company, Inc. 499 U.S. 340 (1991).

Наконец, и Директива ЕС "О правовой охране баз данных" 96/9/ЕС закрепила, что базы данных рассматриваются как охраноспособные в той мере, в какой они являются " творческим интеллектуальным продуктом создателя".

Таким образом, в последние десятилетия общепризнанной стала недостаточность возможностей авторского права для охраны баз данных.

Введение правового режима sui generis для обеспечения защиты баз данных как раз и основывалось на заключении, что современные базы данных в значительной мере вышли за пределы авторского права, соответственно, необходимо путем принятия специального законодательства охватить и эту область. Действительно, базы данных далеко ушли от традиционных сборников, прежде всего за счет резкого увеличения объемов и изменения соотношения количества охраняемых и неохраняемых объектов в их составе. Как указывалось выше, это было обусловлено развитием техники. Ведь и потребность в введении понятия базы данных в законодательство, по сути, появилась именно с развитием компьютерной техники, когда возникла необходимость учета существования обширных массивов материалов в цифровой форме.

Но сказать, что появились объекты (в данном случае - "нетворческие" базы данных), специфика которых не учтена авторским правом, - это не более чем констатировать факт. Понятно, что авторское право в любой стране регулирует использование лишь ограниченного круга объектов. Указание правильного по сути обстоятельства скрывает за собой более важное явление.

Существование массивов материалов, не охраняемых средствами авторского права, само по себе было безразлично для права до тех пор, пока не возникла необходимость обеспечить интересы лиц, организующих создание подобных объектов. Это часть общей тенденции, впервые отмеченной в российской литературе В.А. Дозорцевым, по развитию законодательства об интеллектуальной собственности в направлении защиты организационных, координаторских усилий, а не только творческой деятельности. Категорию прав на объекты, создаваемые в результате таких усилий, В. А. Дозорцев предлагал называть "продюсерскими" правами <1>. Именно в защите интересов лиц, осуществляющих эти общественно значимые усилия (а не в абстрактной защите неких "новых" объектов), и состоит цель и смысл введения нового смежного права. Расширение же перечня охраняемых объектов (за счет "нетворческих" баз данных) - это следствие, а не причина введения нового правового режима.

<1> См., например: Дозорцев В.А. Новая эра в охране исключительных прав. Система права и система законодательства // Право и экономика. 1995. N 15 - 16. С. 32.

Появление категории продюсерских прав в законодательстве и расширение их числа отражают реально существующие общественные потребности. Включение их именно в сферу регулирования интеллектуальной собственности определяется преимущественно двумя обстоятельствами: общими объектами и общим типажом права. Модель, разработанная для авторов, в целом подходит и для "продюсеров", однако на начальном этапе развития данной категории прав причины введения нового права могут маскироваться ссылками на необходимость обеспечить охрану некоторых "новых" объектов (хотя эти объекты существовали и ранее).

И то, что введенное sui generis право изготовителя базы данных применимо в равной мере как к "нетворческим", что так и к "творческим" базам данных, еще раз подтверждает: в данном случае мы имеем дело с ориентацией правового регулирования не столько на новые объекты, сколько на новые общественные отношения.

Право изготовителя базы данных позволяет "продюсеру" контролировать существенные заимствования из его базы данных. Соответственно, речь не идет о сохранении структуры базы данных, взаимного расположения материалов и т. д. Важно лишь формальное заимствование наполнения базы данных. И здесь возникает вопрос увязки нового права изготовителя базы данных с нормами, регулирующими использование содержания результатов интеллектуальной деятельности.

Известные модели правового регулирования в сфере интеллектуальной собственности, основанные на охране "содержательной" стороны объекта, в целом могут быть разделены на две большие группы: предусматривающая установление контроля за использованием содержания результата, в частности за его практической реализацией (условно назовем ее "патентная модель"), и устанавливающая возможность контроля доступа к содержанию результата ("информационная модель" в широком смысле). Для материалов, включенных в базу данных, применение патентной модели является нехарактерным, но не исключено, что это зависит от самого материала (примером может быть база данных, объединяющая информацию об известных запатентованных устройствах, рецептах и т.д.). В любом случае применение этой модели будет осуществляться за рамками отношений по использованию базы данных, так как распространение в составе базы данных информации о запатентованном объекте (так же как и доступ к такой информации) не нарушает прав патентообладателя.

Использование же информационной модели регулирования оказывается гораздо более актуальным.

Во-первых, сама возможность и определенные условия включения информации в базу данных, ее обработки, раскрытия или получения к ней доступа определяются характером информации и могут требовать согласия соответствующего субъекта. Это касается секретов производства, персональных данных, иной информации, возможность ограничения доступа к которой предусмотрена законодательством.

Во-вторых, отношения по определению условий и порядка доступа к информации могут возникать на основе договора. Целесообразность заключения подобных договоров определяется наличием фактических сложностей с получением доступа к информации, ее систематизацией, проверкой, обработкой и т. д. Такая информация зачастую является публично доступной (например, нормативные акты), но работа с ней может предполагать затраты времени, сил, возможно, денежные расходы. Лицо, обеспечивающее доступ к этой информации, может снимать указанные фактические сложности, предоставляя соответствующие услуги своим клиентам. При желании можно избежать пользования такими услугами, самостоятельно получив требуемую информацию из открытых источников, т. е. наличие указанных информационных отношений само по себе не ограничивает получение и распространение соответствующей информации в обществе. Конечно, нужно отметить, что существование развитой сети лиц, оказывающих подобные услуги, иногда приводит к сокращению общедоступных путей получения требуемой информации, но это уже вопрос информационной политики, проводимой государством, а не гражданско-правового регулирования использования соответствующих объектов.

Можно отметить, что оба указанных аспекта применения информационной модели регулирования к базам данных не пересекаются с отношениями, возникающими при реализации права изготовителя базы данных. Согласно п. 1 ст. 1334 ГК никто не вправе извлекать из базы данных материалы и осуществлять их последующее использование без разрешения правообладателя, кроме случаев, предусмотренных ГК. При этом под извлечением материалов понимается перенос всего содержания базы данных или существенной части составляющих ее материалов на другой информационный носитель с использованием любых технических средств и в любой форме. То есть контроль за использованием материалов, извлеченных из базы данных, в таком случае возникает лишь при условии предварительного заимствования всего содержания базы данных или ее существенной части. Это совсем иной случай, чем реализация патентной модели, так как использование объекта здесь имеет значение не само по себе, а лишь как следствие предварительного переноса чужой базы данных или ее существенной части. В такой ситуации оно выступает лишь как средство борьбы с несанкционированным переносом материала в свою базу данных. Если же материал получен из другого источника либо из той же базы данных, но без существенного заимствования ее содержания, то право изготовителя базы данных не дает лицу возможность запретить или ограничить последующее использование такого материала.

Очевидны и отличия от случаев реализации информационной модели, так как право изготовителя базы данных не касается доступа к информации, содержащейся в базе. Как видно из приведенного выше определения извлечения материалов, речь идет лишь о переносе материалов на другой носитель, а не об осуществлении доступа к таким материалам.

Таким образом, и в отношении содержания базы данных право изготовителя базы данных занимает свое особое место.

Наконец, стоит упомянуть также использование технических средств защиты авторских прав. Регулирование использования указанных средств в рамках гражданско- правового законодательства является своеобразным. Применение подобных технических средств имеет целью дать правообладателю дополнительные возможности осуществлять контроль за использованием его произведения - не с помощью права, а с помощью техники. Однако технические средства защиты авторских прав сами по себе также оказываются уязвимыми. К любому замку всегда можно подобрать отмычку, любую броню пробить снарядом. Поэтому законодатель вводит еще один уровень охраны - теперь уже для самих технических средств, запрещая несанкционированно преодолевать их, а также создавать, распространять и осуществлять тому подобные действия с инструментами преодоления таких технических средств. Необходимость введения подобных норм в законодательство определяется ст. 11 Договора ВОИС по авторскому праву 1996 г., к которому Российская Федерация собирается присоединиться.

Собственно, такие технические средства, которые могут быть реализованы как аппаратно, так и программно, выступают в роли замка, который запрещается открывать без согласия установившего его лица. Особенностью правового режима, реализованного в российском законодательстве, является привязка указанных технических средств к охраняемому объекту авторского права. Это выражается в том, что, во-первых, под понятие технических средств защиты авторских прав подпадают только такие средства, которые установлены в отношении произведений, а во-вторых, что данный режим будет применяться только к техническим средствам, установленным автором или иным правообладателем (а под правообладателем в соответствии с п. 1 ст. 1299 ГК в Гражданском кодексе понимается только обладатель исключительного права на произведение).

Конечно, технические средства могут быть установлены и иным лицом, но в этом случае законодательный запрет преодоления технических средств не будет применяться.

Таким образом, реализованный в российском законодательстве режим технических средств защиты авторских прав лишь дополняет инструментарий авторского права. В отличие от этого в ряде зарубежных стран под такой режим подпадают и технические средства защиты и контроля доступа, устанавливаемые иными лицами, например лицензиатами. Это позволило некоторым зарубежным авторам говорить о возникновении нового смежного права <1>.

<1> См., например: Bently L., Sherman B. Intellectual Property Law. New York, 2004. P. 305 - 306.

Важная особенность указанного правового режима - возможность использования таких технических средств для защиты не только отдельного произведения, но и целого "контейнера", включающего это произведение. Образно говоря, замок может быть повешен как на само произведение, так и на комнату, в которой оно находится. Это чрезвычайно важный для баз данных вопрос. Ведь зачастую большая часть материалов, составляющих содержание базы данных, не являются охраняемыми произведениями, а сама база данных может не быть результатом творческой деятельности. В этом случае преодоление таких технических средств не является запрещенным. Однако достаточно включить в базу данных хотя бы одно охраняемое произведение, чтобы технические средства контроля доступа к базе данных подпали под действие указанного режима. Поэтому осуществлять преодоление таких технических средств применительно к базе данных всегда довольно опасно, даже если лицо намеревается получить доступ к определенному общедоступному материалу. Нахождение в составе базы данных охраняемого произведения приведет к тому, что такое преодоление технических средств будет являться противоправным. Таким образом, режим технических средств защиты авторских прав позволяет правообладателю получить (с некоторыми ограничениями) общий контроль за доступом к содержанию базы данных. Это позволяет признать, что режим технических средств защиты авторских прав расширяет сферу контроля правообладателя, фактически предоставляет ему новое право. В этом отношении указанное выше мнение о появлении нового смежного права является обоснованным, с тем только уточнением, что в нашей стране это новое право предоставляется только соответствующему обладателю авторских прав.

Исходя из сказанного можно признать, что базы данных находятся в сфере сразу нескольких правовых режимов, при этом каждый из режимов охватывает определенную функциональную составляющую эксплуатации базы данных. Регулирование использования баз данных осуществляется как на уровне материалов, включенных в базу данных, так и на уровне базы данных в целом.

Двухуровневая система регулирования использования баз данных Использование формы охраняемого объекта Осуществление доступа к содержанию базы данных Использование содержания базы данных Уровень

базы

данных Авторское право (право составителя) Технические

средства

защиты

авторского

права Право

изготовителя базы данных Уровень материала Авторское право (право автора материала, включенного в базу данных) Регулирование на основе информационной модели Регулирование на основе патентной модели

Из таблицы видно, что право изготовителя базы данных занимает свое, совершенно определенное место. С введением этого права стало возможным говорить о формировании целостной системы правового регулирования баз данных, охватывающей все стороны их использования.

В этой связи становится ясным и смысл отдельного указания базы данных в списке охраняемых результатов интеллектуальной деятельности в ст. 1225 ГК. База данных - это не просто разновидность объектов авторского права или смежных прав, это самостоятельный объект, который может входить в сферу регулирования различных правовых институтов. Похожую ситуацию мы наблюдаем и в сфере средств индивидуализации, когда одно и то же обозначение может подпадать под различные режимы, однако именно применительно к базам данных этот подход проявляется в наиболее развитом виде.

Отмеченное выше усложнение объектного и субъектного состава, системы общественных отношений, возникающих в связи с базами данных, влечет необходимость применения законодателем целого комплекса правовых режимов для полноценного урегулирования возникающих общественных отношений. Исходя из этого, представляется возможным говорить о комплексном правовом регулировании объекта, а сам объект характеризовать как комплексный объект.

Термин "комплексный объект" был ранее предложен В.А. Дозорцевым <1>. Однако использовался им этот термин скорее в значении сложного объекта (ст. 1240 ГК). Произошедшая замена термина в значительной мере была связана с желанием делать акцент на структуре объекта (его сложность), а не на системе регулирования. Но сохраняется и потребность обозначить группу объектов, подвергающихся правовому воздействию, подобному рассмотренному выше в отношении баз данных. И здесь указанный термин оказывается как нельзя кстати.

<1> См., например: Дозорцев В.А. Новая эра в охране исключительных прав. Система права и система законодательства // Право и экономика. 1995. N 15 - 16. С. 32.

Отмеченное выше усложнение правового регулирования возникает не из-за произвола законодателя, а является объективным следствием существующих общественных потребностей, связанных с необходимостью урегулировать вопросы, недостаточно эффективно решаемые в рамках одного правового режима. Дальнейшее развитие техники неизбежно приведет к расширению числа объектов, требующих указанного регулирования. Можно предположить, что мы являемся свидетелями начального этапа формирования системы объектов комплексного правового регулирования.

* * *

Значение работ В. А. Дозорцева далеко не исчерпывается поставленными проблемами и предложенными решениями. Гораздо важнее, что В.А. Дозорцев всегда пытался выявить и исследовать общие принципы и закономерности, действующие в рассматриваемой сфере. Базы данных не относятся к тем объектам, которым В. А. Дозорцев уделял очень большое внимание. Однако исследуя проблематику, связанную с этими объектами, мы вновь и вновь обнаруживаем (что нашло отражение и в данной статье), что казалось бы только что возникшие вопросы уже затрагивались В. А. Дозорцевым в его работах, посвященных иным объектам. Представляется, что В. А. Дозорцев фактически заложил пути развития правовой науки в сфере результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации как минимум на ближайшие десятилетия.

<< | >>
Источник: Е.А. ПАВЛОВА, О.Ю. ШИЛОХВОСТ. АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ РОССИЙСКОГО ЧАСТНОГО ПРАВА / СБОРНИК СТАТЕЙ, ПОСВЯЩЕННЫЙ 80-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ПРОФЕССОРА В. А. ДОЗОРЦЕВА. 2008
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме БАЗА ДАННЫХ КАК ОБЪЕКТ КОМПЛЕКСНОГО ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ В.О. КАЛЯТИН:

  1. § 5. Интернет как объект правового регулирования
  2. База данных по водным объектам
  3. § 2. СИСТЕМАИСТОЧНИКОВ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ОТНОШЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С ОХРАНОЙ И ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ОБЪЕКТОВ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ
  4. База данных по воздуху
  5. 1.1. Исследование социологических подходов к пониманию миграции и методов ее изучения как комплексного научного объекта
  6. Интегрированная первичная база данных ИКС
  7. ГЛАВА 1. ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ КАК ОБЪЕКТ ПРАВОВОЙ ОХРАНЫ
  8. Нормативно-правовая база:
  9. 3.1 НОРМАТИВНО-ПРАВОВАЯ БАЗА ПОСТРОЕНИЯ СИСТЕМЫ УПРАВЛЕНИЯ РЕСУРСАМИ РАЗВИТИЯ РЕГИОНА
  10. § 2. Правовые признаки жилого дома и жилого помещения как объектов гражданских и жилищных прав
  11. Раздел VI. Управление и правовое регулирование безопасности жизнедеятельности
  12. Глава 6 УПРАВЛЕНИЕ И ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ БЕЗОПАСНОСТИ ЖИЗНЕДЕЯТЕЛЬНОСТИ