<<
>>

Начало эвакуации ленинградских предприятий и перевода экономики города на военные рельсы

Известный германский военный деятель доктор Оскар фон Нидермайер еще в 1933 г. в одной из своих аналитических работ, посвященных исследованию политико-экономической ситуации в Советском Союзе, отмечал, что «нет ни одной части страны (СССР.

— А. З.) и ее населения, нет ни одной отрасли народного хозяйства, так или иначе, не охваченной “милитаризацией”. Все, достигнутое на сегодняшний день в области организации обороны страны, формирования и подготовки Красной армии, заслуживает неограниченного признания» . На протяжении последующих лет, независимо от того как строились взаимоотношения нашего государства с Германией, Советский Союз продолжал уделять значительное внимание укреплению обороноспособности государства. В рамках этой стратегической линии существенное место отводилось Ленинграду, являвшемуся вторым после Москвы мощным экономическим центром СССР.

Накануне войны германские спецслужбы внимательно следили за экономической ситуацией в Ленинграде, подмечая не только ее сильные, но и слабые стороны. В том числе прорехи в организации планирования. В одном из разведдонесений подчеркивалось: «В результате нерационального и

необдуманного размещения промышленного производства и недостатков большевистского планового хозяйства железнодорожный транспорт постоянно лихорадит. из-за нелепого планирования железнодорожные вагоны бессмысленно гоняются туда-сюда. Так, например, чугун одного и того же сорта транспортируется из Ленинграда на Урал и одновременно с Урала в Ленинград» . Таким образом, в экономическом развитии Ленинграда накануне войны были как сильные, так и слабые стороны, хотя общие тенденции сводились к усилению военной составляющей. [310] [311]

О внимании германских чиновников к состоянию дел в предвоенном Ленинграде говорит и тот факт, что военный атташе Г ермании в России побывал в этом городе в середине мая 1941 г., о чем дал подробный письменный отчет своему руководству. В частности, он писал о настроениях ленинградцев, подчеркивая, что в городе царит спокойная обстановка, что, судя по движению железнодорожного транспорта, никакой подготовки к войне со стороны Советского Союза не происходит . Более того, даже в сообщении военного атташе Германии в СССР от 18 июня 1941 г. отмечалось, что в Ленинграде на одном из стапелей судостроительного завода продолжались работы по созданию крейсера, заказанного Германией .

Рассмотренная в предыдущем разделе диссертации финансовая деятельность была лишь частью народнохозяйственного механизма Ленинграда, действовавшего в строгом соответствии с указаниями центральной власти. Как известно, предвоенная советская внутренняя политика, в том числе политика экономическая, строилась на основе сталинского понимания ее сути. Именно И. В. Сталин со своими единомышленниками, одержав не столько идейную, сколько организаторскую победу в борьбе против своих политических оппонентов, накануне Великой Отечественной войны определял магистральные направления развития отечественной экономики. Вероятно, квинтэссенцией его воззрений стала идея о главенстве тяжелой промышленности над легкой промышленностью. За несколько месяцев до начала Великой Отечественной войны И. В. Сталин в связи с подготовкой нового учебника по политэкономии, который должен был выйти под редакцией заместителя председателя Совнаркома СССР Н. А. Вознесенского, высказал ряд суждений о советской экономической стратегии.

Они сводились к трем основным задачам. Первая и главная из них сводилась к тому, чтобы народное хозяйство страны было самостоятельным и не зависело от экономики западных держав. Вторая состояла в том, чтобы развивать в первую очередь те отрасли производства, которые нужны для укрепления государства, а [312] [313]

не те, которые приносят наибольший доход. Третья задача, по мнению И. В. Сталина, состояла в недопущении диспропорции народного хозяйства .

Эти идеи были своеобразной предвоенной программой экономического планирования. Но начавшаяся война самим своим стремительным ходом вносила существенные коррективы в экономическую жизнь государства. Ленинград как крупнейший экономический центр был отражением перестройки всей страны с мирного на военный лад. Ленинградская городская и районные комиссии трудповинности установили, что к 1 августа 1941 г. трудовое население Ленинграда составило 1453 тыс. человек .

Вполне естественно, что в первое время после начала Великой Отечественной войны перестройка экономики осуществлялась стихийно: не было необходимого опыта, не до конца руководством города и его жителями была осознана вся тяжесть складывавшейся ситуации[314] [315] [316]. В то же время трудовой порыв ленинградцев, стремление всеми силами помочь фронту были велики. Ленинградка Д. Бердникова в своей публикации, подготовленной в 1943 г., осуществила едва ли не первую попытку определить то новое, что появилось в экономической жизни Ленинграда в начале войны. Она отмечала, что:

• в массовом масштабе стало осуществляться скоростное проектирование новых видов производства и оборудования;

• в практику производства вошло совмещение различных профессий инженерно-техническими работниками;

• появились новые формы подготовки квалифицированных рабочих из числа женщин и молодежи (обучение производственным профессиям женщин - домохозяек, прикрепление молодежи для обучения к кадровым рабочим);

• выполнение квалифицированными рабочими обязанностей двоих- троих своих товарищей за счет перехода на многостаночное обслуживание и совмещение профессий;

• рост рационализации и изобретательства;

• создание групп боевого производственного актива (почин зародился в августе 1941 г., когда десятки тысяч лучших производственников принимали участие в возведении баррикад в строительстве дотов и дзотов, орудийных и пулеметных огневых точек, устанавливали надолбы и проволочные заграждения);

• Массовая организация соревнований среди штабов МПВО и пожарных частей за приведение своего участка в образцовое противопожарное

334

состояние .

Эти направления экономической жизни Ленинграда первых недель и месяцев войны формировались не столько в результате организаторской деятельности сверху, сколько спонтанно — в противовес новым экономическим обстоятельствам. Они были нацелены на всестороннее экономическое обеспечение мер оборонного характера. То был первый этап перестройки ленинградской экономики с учетом военной специфики.

В сложившихся условиях одним из основополагающих документов, регламентировавших вопросы эвакуации, было постановление Военного совета Северного фронта от 28 июня 1941 г. В нем говорилось, что в первую очередь в эвакуацию необходимо отправлять различные промышленные ценности, включая цветные металлы и хлеб. На втором месте «по ценности» в постановлении назывались квалифицированные рабочие, инженеры и служащие, молодежь, пригодная для военной службы, а также ответственные и партийные работники . Профессор С. В. Яров справедливо усматривал в такой расстановке приоритетов, где не было места женщинам, старикам, детям, безнравственность властей[317] [318] [319].

Но, несмотря на стихийность экономической жизни, центральная власть стремилась упорядочить процесс перестройки деятельности предприятий промышленности, транспорта, торговли, сельского хозяйства. В частности, уже в первые дни войны был принят Указ Президиума Верховного Совета СССР «О режиме рабочего времени рабочих и служащих в военное время». Он стал регламентирующим документом для организации деятельности всех советских предприятий. Ленинград не был исключением. Например, в многотиражной газете завода «Красный выборжец» цитировались строки Указа: «Предоставить директорам предприятий промышленности, транспорта, сельского хозяйства и торговли право устанавливать, с разрешения Совнаркома СССР, как для всех рабочих и служащих предприятия, так и для отдельных цехов, участков и групп рабочих и служащих обязательные сверхурочные работы продолжительностью от 1 до 3 часов в день» . Работники предприятий, не достигшие 16 лет, сверхурочно могли работать не более двух часов в день. Не привлекались к таким работам беременные женщины, начиная с шестого месяца беременности, а также кормившие грудью в течение шести месяцев кормления. Все очередные и дополнительные отпуска в стране отменялись. В перестройке нуждалось и экономическое сознание ленинградцев. Рабочие, инженеры и техники ленинградских предприятий были настроены на вооруженный отпор врагу, но в значительной мере не задумывались о выполнении производственных заданий в военных условий. Доктор исторических наук А. Р. Дзенискевич справедливо писал: «...следовало переключить внимание и энергию заводских коллективов от проблем непосредственной обороны своих заводов к производству продукции, которой ждали на фронте. Любопытный эпизод, характеризующий настроения работников промышленности в сентябре-октябре 1941 г., приведен в

воспоминаниях Е. И. Красовицкого. «В этот период, — вспоминал он, — мы все усиленно занимались вопросами обороны заводов. И увлеклись. 1 октября 1941 г. [320] директоров заводов вызвал в Смольный заведующий отделом машиностроительной промышленности М. А. Длугач. Открывая заседание, он начал с вопроса: “Как вы готовитесь к зиме?” Среди собравшихся прошел смех.

- К какой зиме?

- Как вы собираетесь программу строить, как собираетесь ее выполнять?

Опять гул недоумения в зале. Один из товарищей нашелся смелый и

говорит: “Вы что, смеетесь, что ли, над нами? Завтра мы пойдем к Кировскому заводу, будем воевать, а вы говорите о подготовке к зиме!”

Длугач его резко прервал: “Предоставьте воевать Красной армии и нам, в горкоме, думать об этом, а вы извольте заниматься производством”» .

Вероятно, ключевым направлением работы ленинградской экономики в первые недели войны стало проведение военно-инженерных работ, направленных на усиление системы инженерных заграждений, препятствовавших наступлению врага на Ленинград.

В. Н. Маляров подчеркивал, что особенностью перестройки ленинградской строительной промышленности была необходимость ее проведения в кратчайшие сроки при максимальной централизации материальных и людских ресурсов. Он отмечал, что к началу боевых действий в Ленинграде работало 75 строительных и монтажных организаций союзного и республиканского подчинения, в которых трудились более 133 тыс. строителей[321] [322].

До сих пор исследователям не удалось собрать точных сведений о строительстве оборонительных сооружений на территории Ленинграда и в его пригородах. Единственную попытку обобщения предприняли в середине 1960-х гг. С. П. Князев и в конце 1990-х гг. А. Р. Дзенискевич.

По их сведениям, в Ленинграде к началу блокады было подготовлено 148 километров противотанковых рвов, эскарпов и контрэскарпов, 24,5 километра баррикад, 145 километров проволочных сетей, было поставлено 1500 штук противотанковых рогаток и ежей, построено 6563 дота и дзота, 21 933 огневые точки (амбразуры в каменных зданиях)[323]. В период проведения тех грандиозных работ в черте города и в пригородах было организовано питание для 500 тыс. человек, мобилизованных для их выполнения[324] [325].

1 июля 1941 г. была создана специальная комиссия, ведавшая вопросами обороны города. В ее состав входили А. А. Жданов и ряд других высших партийных функционеров Ленинграда . На третий день своей работы ею был принят документ — постановление, в котором были сформулированы основные задачи по организации промышленности Ленинграда в боевой обстановке. Доктор исторических наук В. Н. Маляров в одной из своих публикаций справедливо отмечал, что партийные руководители городского звена через администрацию и парторганизации предприятий осуществляли руководящую деятельность и свои контрольные функции за исполнением производственных заданий. Автор отмечал, что основная нагрузка ложилась на сотрудников оборонного отдела, отдела судостроительной промышленности, отдела электропромышленности и строительного отдела. Военный совет Ленинградского фронта брал на себя ответственность по утверждению планов оборонных заказов только после того, когда они были изучены и одобрены в производственных отделах Ленинградского горкома партии большевиков[326].

Городской комитет партии, точнее, его бюро, 4 июля 1941 г. приняло постановление «О перестройке работы райкомов ВКП(б)», ставшее отправной точкой перевода работы парторганизаций районов Ленинграда на военные рельсы[327]. Среди ключевых задач были руководство оборонительным строительством и процессом отмобилизования трудоспособного населения на его реализацию[328]. Не секрет, что в рамках перевода промышленности города на военный лад самое передовое и ценное оборудование машиностроительных, станкостроительных и приборостроительных заводов в экстренном порядке отправлялось в глубокий тыл[329]. Например, на восток были эвакуированы предприятия, специализировавшиеся в сфере танкостроения.

Еще до войны германская разведка внимательно следила за развитием самолетостроения в Ленинграде. В одном из донесений в Берлин сообщалось, что по степени развитости самолетостроения «на втором месте идет Ленинград, где в основном сконцентрированы авиационные предприятия, выпускающие средства гидроавиации, а также авиационные училища. Особенно развито производство самолетов на Ленинградском государственном авиационном заводе № 3»[330] [331]. Кстати, по мнению германских разведчиков, именно этот завод входил в тройку лучших советских предприятий, выпускавших самолеты . Германская разведка имела очень хорошее представление о состоянии дел на заводе в предвоенный период. В частности, она сообщала своему руководству о том, что «командование военно-воздушных сил РККА заказало 55 одноместных истребителей Н-160 с моторами М-85 на 800 л. с. Максимальная скорость вблизи земной поверхности 395 км/час, на высоте 4850 м — 480 км/час. Высота полета 11 000 м. Вооружение — два пулемета в несущих поверхностях. Убирающееся шасси. Размах несущих поверхностей 12,6 м. Длина 7,8 м. Площадь несущих поверхностей 18,32 кв. м. Далее на том же заводе предстоит выполнить к 1.12 с. г. заказ командования военно-воздушных сил на 40 истребителей МБР-19 и т. д. с моторами М-85 по 800 л. с. Это бипланы. Корпус и несущие поверхности металлические. Максимальная скорость 400 км/час на высоте 4700 м. Высота полета 10 000 м. Перевооружение
четыре пулемета, из них два в несущих поверхностях и два стреляют через

349

пропеллер...» .


Один из самых ярких примеров: в 1940 г. в Ленинграде в больших масштабах было развернуто военное самолетостроение, но это не помешало в течение второй половины 1941 г. все предприятия, занятые в этой сфере, эвакуировать из Ленинграда . Лишь согласно распоряжению Государственного Комитета Обороны от 28 июля 1941 г. за № 302 в городе осталась небольшая ремонтная база, обеспечивавшая текущий авиационный ремонт . Таким образом, обеспечивать действующие части боевой техникой и вооружением пришлось предприятиям, производственные возможности которых были снижены из-за эвакуации. Обстоятельства, сложившиеся в результате реорганизации предприятий, вынудили осуществить ряд мер по модернизации фабрик и заводов, которые до войны не были заняты военным производством. Они заменили некогда засекреченное военное производство Ленинграда, которое было передислоцировано на юго-восток и восток СССР. В результате внутри городского народного хозяйства в экстремальных условиях возникли совершенно новые производственные связи и отношения, участниками которых стали представители еще недавно мирных отраслей производства. Эти изменения были настолько кардинальны, что в относительно короткий срок был осуществлен передел как оборудования, так и рабочей силы . Андрей Ростиславович Дзенискевич обратил внимание на специфическую особенность экономической жизни Ленинграда в начальный период войны: ленинградским предприятиям, которые из-за изоляции утратили связь со своим центральным руководством, пришлось «вписываться» в новую производственную инфраструктуру. Новым явлением стала производственная кооперация предприятий, которые еще недавно даже не помышляли о совместной производственной деятельности.

Важное место в экономической жизни Ленинграда занимал транспорт. До начала блокады решающая роль принадлежала железнодорожному транспорту, на который были возложены основные задачи эвакуации промышленных предприятий. Перед войной, а также в течение первого года войны в Ленинграде действовали два управления железных дорог — управление Октябрьской железной дороги и управление Ленинградской железной дороги . С началом войны обе дороги переключились на перевозку воинских грузов, а также осуществляли перевозки, связанные с эвакуацией оборонных предприятий. Начиная с 24 июня 1941 г. работа обеих дорог по перевозке пассажиров резко изменилась. На Ленинградской железной дороге движение поездов дальнего следования было прекращено, а движение пригородных поездов сокращено. Сократились перевозки и на Октябрьской железной дороге.

Деятельность железнодорожного транспорта в районе Ленинграда с началом войны была очень затруднена. Только на Ленинградской железной дороге в начале ведения боевых действий имели место 220 случаев повреждений железнодорожных путей, в том числе 114 случаев повреждения самих станций. Чтобы оперативно ликвидировать аварии, Октябрьская и Ленинградская железные дороги использовали 19 пожарных и 13 восстановительных поездов. Ремонтными работами на путях также занимались и многочисленные

354

«летучки» .

Учитывая географическое положение города, существенное значение в городской экономике имел и водный транспорт. К началу блокады Северо­Западное речное пароходство обладало на Ладожском озере и на реке Волхов пятью озерными и 72 речными буксирами, 29 озерными и почти 100 речными баржами. Но 30 августа 1941 г. движение по Неве водного транспорта было прекращено, а в первой декаде сентября из-за выхода войск Финляндии к Свири была прервана связь Ладожского озера с другими районами страны[332] [333] [334]. К началу

Великой Отечественной войны большинство городских судов имело значительный срок службы и находилось в плохом техническом состоянии. Многие паровые и непаровые суда были построены еще в XIX в. Судоремонтный завод до войны обеспечивал все ремонтные запросы местного флота. Выпуск годовой продукции по себестоимости был равен 3,6 млн руб.[335] [336] [337] [338] С началом войны из-за передачи некоторых судов Краснознаменному Балтийскому флоту, мобилизации ряда работников отрасли в ряды РККА и РККФ, основные работы треста «Ленводпуть» заметно сократились. Но задачи треста по-прежнему сводились к перевозке грузов, к очистке рек и каналов, а также к добыче морского

-357

песка для производственных целей .

В условиях начавшейся блокады все большее значение приобретала особая северная авиагруппа, созданная 26 июня 1941 г. Именно на нее были возложены перевозки грузов из блокированного города на Большую землю .

До войны автомобильный и автобусный транспорт в жизни Ленинграда играл немалую роль. На линию ежедневно в городе выпускалось до 270 машин по 39 маршрутам, которые перевозили 7% всех общегородских пассажиров. Работали в Ленинграде и 150 машин-такси. Для осуществления грузовых перевозок в городе ежедневно выходило на линию 220 грузовых машин и 150-170 грузовых автотакси. 240 лошадей обеспечивали гужевые перевозки . С первых дней войны ситуация с транспортом в городе существенно ухудшилась, поскольку многие машины и лошади были мобилизованы для нужд Красной армии. Уже в июле 1941 г. выпуск машин на линию по сравнению с довоенным временем уменьшился по автобусам на 55%, по легковым такси — на 90%, по грузовым машинам — на 38%, по грузовым такси — на 44%, по гужевому транспорту — на 27%. С 1 августа 1941 г. работа легковых такси в городе прекратилась, а с 1 сентября было остановлено автобусное движение, поскольку все машины и автобусы использовались для нужд фронта. Сказывалась и нехватка горючего[339].

К началу войны Ленинград испытывал большие трудности с электротранспортом — пассажирскими трамваями, троллейбусами и грузовыми трамваями. В часы наибольшего пассажирского потока «переуплотненность», как говорили тогда, вагонов пассажирами на некоторых маршрутах достигала более 50%. В результате войны основные фонды, которые могли бы обеспечить нормальное функционирование электротранспорта, были разрушены, и для их восстановления требовалось 30,2 млн руб. Общая сумма, необходимая на ремонт автотранспорта, достигала 69,3 млн руб. К началу войны эксплуатацией электротранспорта в Ленинграде было занято 19,5 тыс. человек. В ходе войны их число сократилось почти в четыре раза[340]. В начале войны одной из главных задач электротранспорта была экономия расхода электроэнергии, не сокращая при этом количество вагонов, перевозивших пассажиров и грузы. В целях экономии электроэнергии движение поездов было переведено на последовательное включение моторов, что позволило уменьшить расход электроэнергии с 450 тыс. кВт/ч до 220 тыс. кВт/ч в сутки. Кроме того, стали использоваться менее мощные моторы, что также позволило дополнительно снизить расходы электроэнергии. С самых первых дней войны трамваи обеспечивали нужды фронта: занимались перевозками населения на трудовые работы, перевозили раненых, занимались перевозками личного состава, почты, эвакогрузов, перевозили продукцию оборонных предприятий[341].

Эвакуация ленинградских предприятий была проблемой многогранной. Среди многочисленных проблем экономического характера значимой была проблема охраны помещений, в которых прежде находились те или иные фабрики, заводы, научно-исследовательские и другие учреждения. Не случайно, уже 23 июля 1941 г. исполком Ленинградского городского Совета депутатов трудящихся был вынужден принять решение № 327 «Об охране помещений эвакуируемых предприятий». В документе было сказано о необходимости обязать директоров предприятий, эвакуируемых из Ленинграда, обеспечить за счет средств соответствующего наркомата необходимую охрану заводской территории и помещений, подчинить работников охраны этих фабрик и заводов руководителям предприятий тех же наркоматов, остававшимся в городе[342]. К процессу эвакуации из Ленинграда предприятий ряда отраслей уделялось пристальное внимание со стороны центральной власти. Так, Государственный Комитет Обороны 20 июля 1941 г. принял постановление № ГКО-214/сс «Об эвакуации из гор. Ленинграда учреждений и предприятий Наркомвонморфлота». В документе предписывалось в десятидневный срок эвакуировать из Ленинграда в Ульяновск ряд предприятий и учреждений, в том числе Артиллерийский исследовательский институт, Минно-торпедный испытательный институт, Химический испытательный институт, Исследовательский институт связи, Научно-исследовательский гидрографический штурманский институт[343].

Городские власти и, в частности, продовольственная комиссия при Военном совете обороны Ленинграда[344] с первых дней войны ежедневно анализировали состояние обеспечения ленинградского рынка основными продовольственными товарами[345]. Так, в справке о завозе в Ленинград основных продовольственных товаров для рыночного потребления в третьем квартале 1941 г. отмечалось, что в городе оставалось мяса 4553 тонны, что позволяло обеспечивать город до 8 сентября 1941 г.[346] Тогда еще никто не знал, что в тот день замкнется кольцо
вражеской блокады. Город продолжал жить хотя и военной, но все же не блокадной жизнью. До 1 сентября 1941 г. в Ленинград было завезено 3882 тонны мяса. То был последний относительно беспрепятственный завоз мяса в воюющий

город

Представляет интерес анализ состояния торговли продовольственными товарами и продовольственным снабжением Ленинграда в первые дни Великой Отечественной войны, проведенный продовольственной комиссией при Военном совете Ленинградского фронта. В отчете о торговле и общественном питании в Ленинграде говорилось о том, что первые дни войны были отмечены повышенным спросом на основные виды продуктов питания. Был установлен строжайший контроль за выполнением норм отпуска товаров. 18 июля 1941 г. в Ленинграде была введена карточная система на основные продовольственные товары, что позволило упорядочить покупательский спрос.

Продовольственные ресурсы Ленинграда к началу войны были небольшими, а подвоз продовольствия в военной обстановке был затруднен. Запасы продовольствия в Ленинграде на 21 июня 1941 г. составляли: муки — на 52 дня, крупы — на 89 дней, мяса — на 38 дней, масла животного — на 47 дней, масла растительного — на 29 дней. Пополнение продовольственных ресурсов города было осуществлено за счет эвакуации продовольственных грузов из Эстонии и Латвии (21,9 тыс. т зерна и 1,4 тыс. т муки), а также за счет привоза хлебпродуктов из Ярославской и Калининской областей до начала блокады (45 тыс. т зерна, 14 тыс. т муки и 3 тыс. т крупы), за счет производства мяса от убоя скота, эвакуированного в Ленинград из Ленинградской области, подсобных хозяйств торговых организаций и пригородных совхозов и от забоя лошадей (поступило мяса от забоя эвакуированного области скота 8146 т, от забоя скота [347]
подсобных хозяйств торговых организаций и пригородных совхозов 2174 т, от забоя лошадей 1782 т)[348] [349] [350] [351].

Экономическая ситуация в Ленинграде и прилегавших к нему районах складывалась таким образом, что приказом отдела торговли исполкома Ленгорсовета от 16 июля 1941 г. № 58 с 18 июля в городе продажа некоторых продовольственных и промышленных товаров стала осуществляться по карточкам. Карточки были введены не только в Ленинграде, но и в Кронштадте, Колпине, Пушкине и Петергофе. Под словом «некоторые» понимались хлеб, хлебобулочные изделия, мука, крупа, макароны, сахар, кондитерские изделия, масло животное, масло растительное, маргарин, мясо, мясопродукты, рыба и рыбопродукты. Из числа промышленных товаров к «некоторым» были отнесены хлопчатобумажные ткани, швейные товары, трикотаж, чулочно-носочные товары, кожаная и резиновая обувь, хозяйственное и туалетное мыло . Но 26 июля 1941 г. предпринятые меры пришлось ужесточить еще больше. С августа в городе не просто вводились карточки . Решение сопровождалось приложением № 1, в котором оговаривались правила выдачи населению не только продовольственных, но и промтоварных карточек. Правила распространялись на жителей Ленинграда, Колпина, Кронштадта, Петергофа и Пушкина. В частности, в правилах отмечалось, что выдача продовольственных и промтоварных карточек осуществляется предприятиями, учреждениями, учебными заведениями, воинскими частями и воинскими учреждениями, а также домовыми хозяйствами . К документу было сделано и приложение № 2, в котором

излагался порядок выдачи продовольственных и промышленных карточек. Была там и инструкция «О разбивке контингентов населения по группам в зависимости от установленных норм снабжения». То был первый опыт социальной дифференциации горожан. Согласно инструкции ленинградцы делились на директоров, рабочих, главных инженеров, экономистов, технических контролеров, поваров, поломоек и прочих сотрудников . Как известно, дальнейшая практика заставила отказаться от столь сложного деления горожан, разделив их на рабочих и инженерно-технических работников, служащих, иждивенцев и детей до 12 лет. Но, если верить архивным документам, последнее наименование «групп снабжения» действовало с самого начала снабжения продовольственными товарами по карточкам. Об этом свидетельствует табл. 4 ,

содержащаяся в отмечавшемся выше отчете.

Т а б л и ц а 4. Нормы продажи продовольственных товаров по карточкам по нормам, утвержденным в Ленинграде решением Правительства от 18 июля

1941 г. [352]

Наименован ие групп снабжения (в граммах) Хле б в день Крупа и макарон ы в месяц Мясо и мясопродукт ы в месяц Рыба и рыбопродукт ы в месяц Жир ы в меся ц Сахар и кондитерск ие изделия в месяц
Рабочие и ИТР 800 2000 2200 1000 800 1500
Служащие 600 15000 1200 800 400 1200
Иждивенцы 400 1000 600 500 200 1000
Дети до 12 лет 400 1200 600 500 400 1200
7 Там же. С. 14.



В тот же период в Ленинграде была организована продажа товаров по повышенным ценам в специализированных розничных магазинах и на предприятиях общественного питания. Однако реализация этих товаров в результате принятых мер снизилась по сравнению с периодом 1-18 июля на мясные продукты на 15%, на жиры — на 22%, на сахар и кондитерские изделия — на 60%. Несмотря на значительное повышение цен на мучные продукты, спрос на них увеличился: на хлеб — на 19%, на крупу и макароны — на 16%.

Т а б л и ц а 5. Снабжение ленинградцев товарами через различные сети

(в процентах к общей продаже)

375
Через розничную торговую сеть по карточкам Через сеть

предприятий

общественного

питания и

закрытые

учреждения

Через магазины реализующие товары по повышенным ценам
Мясо и мясопродукты 66 24 10
Жиры 68 20 12
Сахар,

кондитерские

изделия

68 24 8
Крупа и макароны 66 27 7


С первых дней войны на военный лад перестраивалась и такая сфера экономики, как общественное питание Ленинграда. На всех призывных пунктах было налажено обслуживание питанием личного состава, мобилизованного в [353]

ряды Красной армии и флота: создавались буфеты с горячими, холодными закусками и обедами. Всего в Ленинграде в первые дни войны было организовано для мобилизованных в ряды вооруженных сил 120 пунктов питания. В процессе создания в Ленинграде частей народного ополчения силами предприятий общественного питания было организовано рационное питание для бойцов и командиров из расчета на 200 тыс. человек. С этой целью в разных районах города были открыты новые столовые, но в то же время активно использовались школьные столовые, закрытые на время летних каникул. Важную роль в снабжении народного ополчения питанием сыграл «Ленглавресторан». Он оказал помощь армии выделением квалифицированных поваров, а также переданным в воинские части производственным оборудованием, инвентарем и посудой. С первых же дней войны в соответствии с мобилизационным планом были заранее подготовлены столовые города, в которых было организовано питание личного состава воинских частей, дислоцировавшихся на территории Ленинграда и пригородов[354] [355].

Важную роль в экономической жизни Ленинграда сыграло решение исполкома Ленгорсовета депутатов трудящихся от 11 августа 1941 г. № 49 «О перераспределении рабочей силы между предприятиями и хозяйствами гор. Ленинграда». В нем отмечалось, что «все рабочие и служащие, освобождающиеся в связи с сокращением штатов, консервацией строительства, ликвидацией предприятий, учреждений и организаций и т. п., могут быть в обязательном порядке переведены на работу в другие учреждения, предприятия, строительства и т.п. независимо от их ведомственной принадлежности и территориального расположения» . Отказ от перехода на другую работу мог повлечь за собой уголовную ответственность. Процесс перераспределения рабочей силы между предприятиями предполагалось завершить в семидневный срок .

Активное участие в перестройке сознания трудящихся города с мирного на военный лад принимали ленинградские газеты и их лидер — газета «Ленинградская правда». В июле-августе издание постоянно публиковало материалы, свидетельствовавшие о том, как молодые рабочие, заменившие ушедших на фронт, успешно справлялись с производственными заданиями, как женщины перевыполняют планы, работая на речном транспорте[356] [357] [358] [359] [360] [361] [362].

«Ленинградская правда» сообщала, что уже в первые дни войны рабочие завода «Электросила» в два с половиной — три раза перевыполняли производственный план, что колхозники близлежщих к городу предприятий активно помогали фронту . Газета задавала тон и в определении тематики выступлений. Уже с первых дней войны на передний план стали выходить вопросы экономии материалов , перестройки работы на военный лад , выполнения заданий в рекордные сроки , обновления кадров промышленных предприятий .

Существенный вклад в развитие экономики города вносили научные учреждения и, в частности, учреждения, занимавшиеся исследованиями в области медицины. Начало Великой Отечественной войны совпало с разработками в экспериментальном отделе Ленинградского ордена трудового Красного Знамени научно-исследовательского института переливания крови такого важного препарата, как кровезаменители. 4 сентября 1941 г. приказом по институту была организована специальная лаборатория кровозамещающих растворов. Как свидетельствуют документы, приготовление кровозамещающих растворов и их отпуск из месяца в месяц увеличивались . В дальнейшем отдел наращивал производство кровезаменителей, и их выпуск в начале блокады существенно превысил августовские и сентябрьские показатели. Произведенный раствор не только хорошо зарекомендовал себя на практике, но и позволил сэкономить несколько тонн донорской крови и несколько тонн продуктов, которые предполагалось выдавать донорам за сданную кровь. Эксперты отмечали, что внедрение этих кровезаменителей составило прибыль, равную нескольким миллионам рублей .

Начало войны существенно повлияло на перепрофилирование деятельности и других научно-исследовательских учреждений. Это хорошо видно на примере Центрального конструкторского бюро № 52, специализировавшегося на

выполнении заказов для нужд военно-морского флота. Несмотря на то что основная часть этого предприятия была эвакуирована, оставшиеся в блокированном городе сотрудники выполняли военные заказы, необходимые Ленинграду. В частности, на первый план были выдвинуты разработки в области освоения и внедрения способов противоминной защиты кораблей. В соответствии с требованиями военного времени разработка новых проектов осуществлялась непосредственно на кораблях, находившихся на территории города, и работы велись в тесном контакте с монтажными организациями с учетом реальных возможностей обеспечения судов оборудованием в сжатые сроки. Хотя во время начала блокады количество сотрудников ЦКБ-52 сократилось по сравнению с довоенным временем более чем в три раза, их востребованность была велика. Некоторым из них приходилось с августа по октябрь 1941 г. отправляться из Ленинграда в командировки в Севастополь для налаживания

электрооборудования противоминной защиты для 36 кораблей, находившихся в акватории Севастополя . Сотрудникам ЦКБ-52 приходилось выезжать в [363] [364] [365] командировки для выполнения своих профессиональных обязанностей на Дальний Восток, на Крайний Север, в Казань, Поти и Москву .

События военного времени заставили принять меры по сокращению детских дошкольных учреждений, школ и других образовательных организаций. В перечне учреждений и мероприятий народного образования, «сокращаемых по г. Ленинграду в связи с военным положением», отмечалось, что уже в первое время после начала ведения боевых действий была прекращена работа почти всех детских садов, за исключением двух «дежурных» детских садов на каждый городской район и по одному детскому саду в Петергофе и Пушкине, рассчитанных на 100 мест каждый. В июне-августе была прекращена работа всех дошкольных летних площадок. К 1 сентября 1941 г. в Ленинграде осталось 186 тыс. учащихся. По сравнению с довоенным периодом 1-4-е классы были укомплектованы на 47%, 5-7-е классы — на 45% и 8-10-е классы — на 68%. Сохранялись интернаты при спецшколах, но полностью закрывались все учреждения, занимавшиеся до войны внешкольным образованием . Перестали действовать методические кабинеты. Существенно сократились школы для взрослых. В каждом районе было оставлено по одной школе с семилетним курсом обучения. Правда, были сохранены школы для глухонемых и слепых.

К сентябрю 1941 г. сохранилось бюджетное финансирование двух библиотек в каждом районе Ленинграда — по одной детской библиотеке и по одной библиотеке для взрослых. Были закрыты в городе все клубы и дома просвещения. Исключение составил лишь дом просвещения глухонемых, но его финансирование было минимальным[366] [367] [368]. С приходом осени 1941 г. перестали работать все городские курсы. Еще работал Институт усовершенствования учителей, но число его научных сотрудников, методистов и обслуживающего персонала было сокращено до минимума.

В полном объеме продолжалась работа педагогических училищ, однако сократились расходы на приобретение для них инвентаря, оборудования, книг, уменьшились также средства, выделявшиеся на учебные расходы.

Во всем Ленинграде была прекращена работа музеев. Однако выделялись средства на охрану их помещений. Во всех учреждениях органов культуры и образования, которые в связи с войной прекращали свою работу, к концу лета — началу осени 1941 г. осуществлялись расчеты с обслуживающим персоналом с

- 391

выплатой денежных средств, предусматривавшихся законодательством .

В первые недели войны, в июле 1941 г., по требованию треста «Похоронное дело» территории восьми из 11 находившихся в Ленинграде действовавших городских кладбищ были существенно расширены «из-за нужд захоронения возможных жертв вражеских бомбардировок и артобстрелов» .Если в первое полугодие 1941 г. в Ленинграде было похоронено 18 909 человек (примерно по 105 человек в день), то в июле уже было 3688 захоронений (120 человек в день), а в августе — 5090 человек (164 человека в день) .

Из приведенных данных видно, что даже еще до начала блокады Ленинграда смертность в городе увеличилась в полтора раза, что свидетельствовало об ощутимых переменах, происходивших в повседневной экономической жизни ленинградцев.

Важной особенностью городской экономики в первые месяцы войны стало то, что больше внимания властям пришлось уделять развитию промышленности строительных материалов, топливной проблеме, а также деятельности автомобильного и гужевого транспорта[369] [370] [371] [372]. Реальность была такова, что местная промышленность строительных материалов к началу войны находилась в состоянии, которое не позволяло обеспечивать выполнение плана развертывания жилищного и промышленного строительства, намечавшегося на 1941 г. В промышленность строительных материалов с 1937 г. почти не делалось никаких капиталовложений, и только 1941 г. стал в этом отношении переломным. «Ленплану» удалось добиться направления значительной части накоплений районной промышленности на развитие промышленности строительных материалов. В 1937 г. капиталовложения в промышленность строительных материалов Ленинграда составили 5,2 млн руб., в 1938 г. — 1,6 млн руб., в 1939 г. — 2,7 млн руб., в 1940 г. — 2,9 млн руб. Но в 1941 г. ситуация резко изменилась к лучшему, и на эту отрасль промышленности было направлено 11,9 млн руб. Планом 1941 г. намечалось расширение кирпичных заводов, строились заводы сланце-зольного цемента, намечалась реконструкция известковых заводов, разрабатывались новые карьеры по добыче гравия и песка, планировалось производство силикальцитных блоков, керамических блоков и терракотов. Для осуществления этого масштабного плана была создана специальная проектная организация, были основаны строительное бюро и ряд других вспомогательных учреждений. Но обширная программа развития отрасли была приостановлена началом Великой Отечественной войны. В результате ситуация в отрасли оказалась неутешительной.

Потенциал городской промышленности строительных материалов включал в себя лишь шесть кирпичных заводов, пять заводов по изготовлению вяжущих материалов (известь, алебастр, мел), семь предприятий по добычи нерудных материалов, один керамический завод, четыре лесообрабатывающих завода, один паркетный завод, четыре бумажных и обойных фабрик, одну фабрику мебели и багета, воемь металлообрабатывающих заводов, один завод абразивных изделий и

395

два химических завода .

К началу Великой Отечественной войны в стадии строительства находились вторая очередь кирпичного завода № 4 мощностью 17 млн штук кирпича в год, вторая очередь кирпичного завода № 3 мощностью 15 млн штук кирпича в год, завод сланце-зольного цемента мощностью 37,5 тыс. т цемента в год, Сяйневский гравийный карьер мощностью 15 тыс. м3 гравия и 5 тыс. м3 булыжного камня в [373]
год, а также Войбокальский песочный карьер мощностью до 2 тыс. т глауконитов в год. Но в связи с началом войны все эти предприятия остались недостроенными

396

и, следовательно, не введенными в эксплуатацию .

В начале войны в ведении управления промышленности строительных материалов остались лишь кирпичные заводы № 1, 3, 4, предприятия «Невские пороги», алебастровый завод, мелоплавильный завод, а также Путиловские, Волховские, Войбокальские и Дубно-Сумские разработки. Остальные предприятия были либо эвакуированы, либо остались на территории, занятой врагом. В частности, на занятой противником территории находились кирпичный завод «Маяк», механизированный завод на станции Поповка, фарфорофаянсовый завод «Горн», Врудский известковый завод, Кикеренский известковый завод, Северный песочный карьер и Сяйневский песочный карьер. Общая мощность заводов резко сократилась и составила к началу войны 11 000 тыс. руб. Мощность оставшихся заводов без учета разрушений составляла 5200 тыс. руб., а с учетом разрушений — 2800 тыс. руб. , т. е. общая мощность по сравнению с довоенным уровнем снизилась почти в четыре раза. Выпуск продукции отраслью стал заметно падать. В декабре 1941 г. по сравнению с июнем 1941 г. он снизился в 30

раз

«Горпромстром» с первых дней войны стал «приспосабливать» свои предприятия к удовлетворению нужд фронта, но, по оценке специалистов, его руководство медленно осуществляло необходимые мероприятия. В результате почти ничего не было сделано для обеспечения Ленинграда цементом и известью. Учитывая сложившуюся ситуацию, «Г орпромстром» провел следующие мероприятия для перевода своих предприятий на военные рельсы:

1. Для работы были использованы печной и пемзовый цеха кирпичного завода № 1 [374] [375] [376]

2. На алебастровом заводе было организовано производство медицинского гипса;

3. На бумажной фабрике им. Горького было начато производство теплоизоляционных изделий с использованием отходов бумаги;

4. Было организовано производство санитарных изделий из цемента и гипса на алебастровом заводе;

5. Организовано использование отходов мелоплавильного завода для выпуска технического мела и мела для зубного порошка.

Остальные предприятия отрасли были настолько разрушены, что не подлежали восстановлению в обозримом будущем[377].

Важную роль в экономике города к началу войны играли деревообрабатывающие предприятия «Горпромстрома». Его потенциал составляли четыре завода «лесопиления и деревообработки», фабрика мебели и багета, паркетный завод, три бумажных фабрики и одна обойная фабрика. При этом, один из двух лесозаводов еще с марта 1941 г. был приостановлен из-за изношенности оборудования и его планировалось ликвидировать[378].

Вскоре после начала войны бумажные фабрики им. Кингисеппа, им. Николаева и им. Пятилетки оказались на территории, занятой противником. Вследствие сложившейся ситуации, с 15 сентября 1941 г. была закрыта и обойная фабрика. Паркетный завод с 25 июня 1941 г. переключился на производство военной продукции, но, вероятно, его усилия были не удачны, и завод 15 сентября 1941 г., так же как и обойная фабрика, был законсервирован[379].

Особо остро в Ленинграде, как известно, стояла проблема топлива[380]. Как свидетельствуют архивные документы, Ленинград еще до войны испытывал
топливный дефицит[381]. Но с началом Великой Отечественной войны и особенно блокады города нехватка угля и дров стала катастрофической. Процесс снабжения дровами промышленных предприятий во время войны стал иным. Если в довоенный период предприятия каждого наркомата имели собственные фонды на дрова, то с началом войны забота о снабжении промышленных предприятий дровами легла на Ленгорисполком. К началу блокады в Ленинграде оставалось 500-550 тыс. м дров и около 600 тыс. т угля. Причем основные запасы угля уже находились на фабриках, заводах, в домохозяйствах, банях, больницах, школах.

Для обеспечения неотложных мер по организации деятельности ленинградских оборонных предприятий, железной дороги, водопровода, электростанций возникла необходимость срочно провести перераспределение уже распределенного топлива, что было очень сложно как с практической стороны, так и со стороны финансовой, поскольку деньги за полученное топливо предприятиями и организациями были уже выплачены поставщикам. Проблему пришлось решать волевыми усилиями, учитывая в первую очередь интересы оборонной промышленности[382].

Решив, таким образом, первостепенные задачи, городские власти понимали, что основные трудности — впереди, когда наступят осенние и зимние холода. Но вся глубина назревавших топливных проблем для органов управления города еще не была очевидной.

В условиях военного времени на развитие городской экономики, как и в довоенное время, существенно влияла деятельность водопровода. В Ленинграде действовали Главная, Заречная, Южная водопроводные станции, а также Волковская, Зеленковская, Василеостровская и Пороховская подстанции.

Перед началом войны ленинградский водопровод претерпел значительные улучшения. Была закольцована часть транзитных магистралей, что давало возможность маневрировать и бесперебойно снабжать город водой.

Специально был проведен ряд исследовательских работ, позволявших выработать необходимые меры на случай применения будущим противником на действовавшем водопроводе химических отравляющих веществ. На водопроводных станциях были предварительно проведены работы по обеспечению дублирования отдельных сооружений и оборудования станций. Предусматривалось бесперебойное снабжение города водой даже в случае разрушения очистных сооружений. Кроме того, на всех станциях были проведены маскировочные работы[383].

Но начало реальных боевых действий показало, что не все издержки войны были учтены. Ленинградский водопровод оказался не подготовлен к перебоям электроснабжения и к замораживанию системы водоснабжения. Эти два фактора, по мнению профессионалов, повлекли за собой куда более тяжелые последствия, чем разрушения, вызванные действиями вражеской авиации и артиллерии[384].

В условиях начавшейся войны трест «Ленводоканалстрой» был преобразован в восстановительный батальон для ликвидации разрушений на водопроводной сети. За счет форсированного изготовления на заводе «Лентрублит» фасонных частей и чугунных труб, а также за счет использования запаса водопроводных труб и арматуры удалось создать специальный аварийный резерв, в результате проводимые ремонтные работы стали более эффективными.

Созданный аварийный запас (резерв) был рассредоточен по городу, что позволило повысить его «живучесть» и оперативность доставки к местам аварий. Несмотря на бомбежки и артобстрелы, а также необычно низкую даже для Ленинграда зимнюю температуру воздуха, водоснабжение города характеризовалось «сравнительно нормальным». В первые месяцы войны и блокады расход воды на одного жителя достигал 276 литров в сутки[385]. Германской авиации удалось осуществить пять крупных налетов на Главную
водопроводную станцию, в ходе которых было сброшено 272 зажигательных, 55 фугасных и пять осколочных авиабомб. Тогда были разрушены четыре резервуара с чистой водой, из строя вышли 6водопроводов и напорных магистралей станции, была разрушена электрическая подстанция и ряд других объектов. Были разрушения очистных сооружений и коммуникаций основных трубопроводов и на Заречной станции. Однако своевременное проведение мероприятий по дублированию водоснабжения обеспечило, несмотря на разрушения, бесперебойность подачи воды в жилые дома и на предприятия. При необходимости временно включались очистные сооружения, а за счет увеличения дозы хлора обеспечивалось обеззараживание воды. Поддержание Главной станции в необходимом состоянии далось дорогой ценой: при воздушных налетах на нее погибло семь и было ранено 12 человек. Результаты бактериологических анализов воды показывали, что качество воды в водопроводе удовлетворительное. С самого начала войны на водопроводных станциях было введено круглосуточное дежурство аварийных бригад[386].

Таким образом, начавшаяся война коренным образом изменила экономическую жизнь Ленинграда. Перед городом магистральными стали задачи скорейшей эвакуации на восток неработоспособной части населения (в основном детей и лиц, сопровождавших их) и оборонных предприятий; минимизация, а при необходимости и сокращение предприятий и учреждений, не способных работать в интересах фронта; перевод на военные рельсы местной экономики и городского бюджета; эффективное решение кадровых проблем, вызванных уходом на фронт значительного числа квалифицированных специалистов; перевод сознания ленинградцев, в особенности работников фабрик и заводов, в русло обеспокоенности за налаживание экономической жизни Ленинграда в условиях войны.

Выводы по главе. Анализ развития народного хозяйства Ленинграда в первые месяцы войны, предшествовавшие блокаде города, убеждают в том, что руководство страны и города стремилось предпринять необходимые меры

экономического характера, которые позволили бы в сжатые сроки перестроить экономику Ленинграда на военные рельсы. Частично эти задачи были выполнены, о чем свидетельствуют, в частности, масштабы эвакуации как населения, так и оборудования предприятий. Перестройка народного хозяйства Ленинграда в июне-августе 1941 г., упрощение структуры кредитных учреждений,

перепрофилирование предприятий и учреждений, не выпускавших прежде продукцию военного назначения, переподготовка рабочих и инженерно­технических кадров, создание новых структур, призванных заниматься ликвидацией военных последствий (местные ПВО, аварийные службы, формирования народного ополчения, истребительные батальоны и т. д.), способствовали резкому повышению эффективности экономической деятельности города в новых условиях. В то же время предпринимавшиеся руководством меры не учитывали и, вероятно, во многом не могли учитывать перспективы разворачивавшихся событий, приведших в конечном результате к блокаде города. Это обстоятельство создало ряд крупных проблем, в том числе и проблем в реализации народнохозяйственных задач. Необычайно остро встали вопросы обеспечения производства сырьем, энергообеспечения, снабжения горожан продовольствием, отправки готовой продукции за пределы Ленинграда.

Если до начала войны исполнение доходной части городского бюджета на 1941 г. планировалось в размере 1 181 556 тыс. руб.[387], то спустя несколько месяцев сотрудники руководящих органов Ленинграда планировали ее «из-за военного времени» в размере 935 222 тыс. руб.[388] Однако на деле местный бюджет за 1941 г. был исполнен в размере 1 062 753,3 тыс. руб.[389], т. е. не намного меньше, чем было запланировано в довоенное время. Представляется, что столь высокая доходная часть бюджета Ленинграда за 1941 г. — это значительный успех города и крупный вклад его экономики в укрепление фронта.

Оценивая результаты деятельности городского народного хозяйства в июне­августе 1941 г., можно сделать вывод о том, что при всем недопонимании на разных уровнях опасности, нависавшей над городом, ленинградцы в целом сумели осуществить комплекс всеобъемлющих мер, нацеленных на эффективную деятельность городской экономики в условиях приближавшейся блокады.


<< | >>
Источник: ЗОТОВА Анастасия Валерьевна. Вклад Ленинграда в достижение Победы в Великой Отечественной войне: народное хозяйство города в условиях военного времени (июнь 1941 г. — май 1945 г.). ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени доктора исторических наук. 2016
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме Начало эвакуации ленинградских предприятий и перевода экономики города на военные рельсы:

  1. § 2. Структурные и качественные изменения органов НКВД в связи с обеспечением безопасности городов северо-запада в военные годы
  2. Гражданская война в Гражданской войне. — Барсело взял контроль над Мадридом. — Сиприано Мера отвоевал центр города. — Перемирие. — Переговоры с националистами. — Говорит Бургос. — Неудача переговоров. — Наступление националистов. — Эвакуация столицы. — Уход к побережью. — Окончание войны.
  3. § 2. Перевод долга Статья 391. Условие и форма перевода долга
  4. ТИПОВОЙ ДОГОВОР АРЕНДЫ ЦЕЛОСТНОГО ИМУЩЕСТВЕННОГО КОМПЛЕКСА ГОСУДАРСТВЕННОГО ПРЕДПРИЯТИЯ (СТРУКТУРНОГО ПОДРАЗДЕЛЕНИЯ ПРЕДПРИЯТИЯ)
  5. 6. Эвакуация населення
  6. Дела ленинградские
  7. 2.2. Ленинградская блокада, оборона Москвы
  8. Глава 4 МИФ О ЛЕНИНГРАДСКОМ ДЕЛЕ
  9. Эвакуация Северного Правительства.
  10. ЭВАКУАЦИЯ ЛЮДЕЙ И ЖИВОТНЫХ ПРИ ПОЖАРАХ
  11. ЭВАКУАЦИЯ С МЕСТА АВАРИИ
  12. Эвакуация из горящего дома
  13. § 4. Государственные и муниципальные унитарные предприятия Статья 113. Унитарное предприятие
  14. К. Г. Менгес. Восточные элементы в "Слове о полку Игореве" / Наука. Ленинградское отделение, 1979
  15. § 8. Продажа предприятия Статья 559. Договор продажи предприятия
  16. «Город, имеющий форму» и «Сформированный город» Спиро Костофа