<<
>>

2.1. Деятельность духовенства в период выборов в I Государственную Думу

В 1906 г. государство было вынуждено пойти на некоторые уступки перед российским обществом и выполнить обещания, провозглашенные манифестом 17 октября 1905 г. В 1906 г. начал формироваться российский парламент, нижней палатой которого стала Государственная Дума. Организационное устройство Думы было определено «Учреждением Государственной Думы» от 20 февраля 1906 г. Государственный Совет, по сути, превратился в верхнюю палату российского парламента.

23 апреля 1906 г. царь утвердил текст новой редакции «Основных государственных законов», 86 статья которых закрепляла законодательную функцию Государственной Думы и Государственного Совета.

В марте 1906 г. начались первые в истории России выборы в Государственную Думу. Революционные партии - большевики, эсеры, Всероссийский крестьянский союз и Бунд объявили бойкот Думе; меньшевики бойкотировали выборы лишь отчасти. В результате, примерно половина рабочих не участвовала в выборах. Активное участие в выборах приняло православное духовенство. В настоящем разделе диссертации будет показана полемика в среде духовенства по поводу определения политической позиции на выборах в Думу, получившая отражение на страницах церковной периодической печати Верхнего Поволжья, а также роль духовенства в выборах будущих депутатов.

Начало 1906 г. на страницах верхневолжских изданий было отмечено проповедями и поучениями, в которых подводились итоги 1905 г. В них уделялось внимание, прежде всего, «явлениям современности» - событиям революции. Ярославские епархиальные ведомости отмечали, что истекший год положил основание «для преобразования, для обновления жизни нашего

народа» и выражали надежду на то, что народ оценит «дарованные ему блага», «освоит их своим умом»1. В «Слове на Новый год» иеромонаха Илиодора, преподавателя Ярославской семинарии, содержался призыв к социальному примирению. «Богатый, не любуйся своим золотом, - писал иеромонах, - раздели с голодным хлеб твой, и скитающихся бедных введи в дом; когда увидишь нагого - одень его, и от единокровного твоего не укрывайся». Проповедник обращался и к бедным, рекомендуя не роптать на «свою незавидную долю» и не завидовать богатым. И состоятельных, и бедных иеромонах Илиодор призывал «пойти вместе» ко Христу и не гнаться за ложным счастьем[176] [177].

Владимирское издание встретило новый 1906 год с надеждой на прекращение «нестроений»; были высказаны пожелания на то, чтобы церковный собор и Государственная Дума собрались как можно скорее[178].

В № 3 ярославского издания была напечатана «Речь Н.Н. Шарапова Государю» - образец черносотенной агитации. В этой «Речи» «известный писатель-публицист», бывший в составе депутации «верноподданных» на приеме у императора 1 декабря 1905 г., обращается к царю, утверждая, что «вся русская так называемая революция есть один великий и сплошной обман». Манифест 17 октября Шарапов считает проявлением слабости правительства, «малодушными уступками». «Ты видел, Великий Государь, как Твой верный и православный народ расправлялся со смутьянами, как очищал от них города, как грозно поднимался на защиту своих верований и политических идеалов, - говорил Шарапов. - Лилась кровь, совершались убийства, но нигде, ни в одном из русских городов, восставших на борьбу со смутой, революция не могла похвалиться ни малейшим успехом.

Она разлеталась как дым». Таким образом, Н.Н. Шарапов считал деятельность черных сотен полезной для государства. «Призови к Великому Твоему Государеву делу иных людей, с мужественной душой, с русским умом и

русскими чувствами», - обращается к императору Шарапов. — Этими людьми не оскудела еще русская земля...». Государь, как отмечается в статье, благодарил Шарапова за теплые слова и подал ему руку.

Следует отметить, что верхневолжские церковные издания сравнительно нечасто публиковали на своих страницах откровенно «правые» • материалы. Как было показано выше, значительная часть духовенства отнеслась к погромам с осуждением. Публикация речи лидера черносотенцев свидетельствует об определенной степени поддержки правых со стороны местной епархиальной власти в Ярославле.

В ярославском издании (неофициальной его части) была помещена и уже упоминавшаяся выше статья М. Троицкого, в которой автор подробно разбирает все события минувшего года, дает их развернутый анализ. В этой статье автор говорит и о предстоящих в России выборах в Государственную Думу, напоминая, что православным христианам следует хорошо подумать, прежде чем отдать свой голос тому или иному кандидату. В то же время Троицкий не говорит о поддержке какой-либо конкретной политической партии4.

В дальнейшем на страницах церковных изданий симпатии духовенства определяются более четко. Это было связано с постановлением Совета министров, которое гласило, что «принадлежность к той или иной партии есть дело личного убеждения каждого, причем, само собой разумеется, участие в партиях, стремящихся к разрушению существующего государственного строя, недопустимо». Государственные служащие обязаны были, в первую очередь, заботиться о своих обязанностях по службе; партийная деятельность разрешалась, но не в ущерб основной занятости и с условием, что «начальствующие» не станут «вожаками партий». Священнослужители, будучи отчасти и государственными чиновниками, были вынуждены подчиниться правительственным предписаниям5. [179] [180]

В январе-феврале 1906 г. церковные издания епархий Верхнего Поволжья поместили на своих страницах ряд проповедей и поучений на тему будущих выборов[181] [182]. В № 4 неофициальной части ярославских епархиальных ведомостей была ' опубликована проповедь «Пред выборами в Государственную Думу». В ней простым «народным» языком объясняется идея народного представительства. «Наша скорбь всегда была царскою скорбью, наше горе - царским горем, наша радость — царскою радостью. Искони любим мы царский род», - писал безымянный автор проповеди. - «Кроткий Царь наш... задумал устроить особое учреждение - Государственную Думу. В эту Думу он собирает выборных со всей России и от всех сословий — от духовенства, крестьянства, купечества, мещанства, дворянства. Тут будут не только православные, но и иноверцы, не только русские, но и татары, и немцы, и поляки...» Автор объясняет и функции будущего законодательного органа: «Выборные от народа в

Государственную Думу будут разделять труды Царя по управлению царством. Они будут следить, как кто исполняет свою службу... как увеличить богатство нашей страны, как помочь народу, какие издать новые лучшие законы, как устроить, чтобы у нас в России все совершалось по закон, по совести...». «Каждый выборный, - подчеркивал проповедник, - может открыто и свободно подавать свой голос по какому-либо делу». В конце поучения следовал вывод, который гласил, что нужно избрать «такого, на которого мы можем положиться, который не изменит нам, скажет за нас

*7

то, что мы ему поручим всем миром» .

Конкретных указаний на какие-либо политические партии в публикации не содержалось.

В то же самое время священнослужители Петербургской и Московской епархий не боялись открыто пропагандировать те или иные политические идеи. На страницах петербургского «Церковного вестника» печатали свои статьи обновленцы. Наиболее ярко их взгляды были высказаны в пространной записке, опубликованной в марте 1906 г.[183] [184]. В ней говорилось, что «Царство Божие», к достижению которого стремятся православные христиане, должно открываться не только «во внутреннем мире отдельной христианской личности», но также и во «внешних формах действительности». Поэтому, подчеркивали обновленцы, «мы обязаны поддерживать в народе веру в лучшее и более светлое будущее, требуя от него — оставив всякое насилие, идти путем мира, доброго соглашения, взаимной уступчивости и уважения друг к другу». Авторы записки также отмечали, что защита «неимущих и угнетенных представителей труда» входит в задачи православной церкви. Обновленцы считали, что благотворительность, которой ранее ограничивалось все социальное служение церкви, является недостаточной мерой. «В настоящее время обострения классовой борьбы», - писали авторы, церковь должна применять «сложную социальную технику» - создавать и участвовать в рабочих организациях, кооперативном движении и пр.

В целом, можно отметить близость сторонников либерально­обновленческого движения к программе кадетской партии, что подтверждается большим количеством публикаций в периодической печати. «Где же тот путь, которым оно (духовенство - Д.Л.) должно идти само и вести народ? - вопрошает автор «Богословского вестника», журнала, издававшегося Московской духовной академией. — «Его найти не трудно. Он лежит в средине между нашими консервативными в сущности манчестерскими партиями... и между крайними партиями... Это путь борьбы с бедностью и угнетением, путь служения слабым, обездоленным, бесправным. К этому пути ближе всего стоит партия конституционно- демократическая^.

Весной 1906 года кадетские настроения на страницах «Богословского вестника» становятся еще более заметными. «Если недавно в нашей

церковной печати, - пишет В.Н. Мышцын в мартовском номере журнала, - царило убеждение, что с христианской точки зрения самодержавие представляется наилучшей формой государственного устройства, то теперь мало-помалу устанавливается взгляд, что все формы правления, начиная с монархического абсолютизма и кончая республикой, безразличны в церковном смысле». И далее: «Как бы мы ни рассматривали монархический абсолютизм..., мы во всяком случае найдем в нем кристаллизацию нравственной приниженности и духовной порабощенности человеческой личности»[185] [186]. Наиболее «правильным» строем должна, по мнению автора, стать конституционная монархия: «... если мы внимательно всмотримся в сущность конституционного строя, то обнаружим удивительную близость его форм к понятиям христианским и формам древне-церковным»11. И, разумеется, наиболее подходящей партией, программа которой содержит все самое полезное для России, является партия конституционалистов- демократов.

Устремления петербургских священников вызвали сочувственные отклики целого ряда светских изданий либерального толка. Газета «Слово» расценила этот документ как «первый предвестник церковного обновления»[187]. В передовой статье газета ставила вопрос о праве мирян и белого духовенства участвовать в церковном управлении и в выборе епископов[188].

Духовенство Верхнего Поволжья, в отличие от столичных пастырей, не спешило высказываться в поддержку кадетской партии. Напротив, в феврале­марте на страницах Ярославского, Костромского, Владимирского изданий священнослужители пытаются найти свое собственное место, свой путь в разгоревшейся политической борьбе. Неизвестный священник - автор публикации в ярославских епархиальных ведомостях - считает духовенство одним из «лучших элементов русского народа», самой чистой «русской расой», стоящей ближе всех слоев населения к народу и наилучшим образом понимающей его нужды. Кроме того, в основной своей массе духовенство владеет землей, поэтому может принять участие в выборах, подчеркивает автор статьи[189]. Другой автор-священник пишет, что главной задачей духовенства в преддверии выборов в Думу является активная борьба с врагами христианства, среди которых — социалисты и прочие «бунтовщики»[190]. Владимирское духовенство впервые подняло вопрос о партийной принадлежности священников еще в декабре. На собрании в доме архиерея преподаватель семинарии Д.М. Судницын прочитал реферат на тему «Русское духовенство и политика», в котором отмечал, что «духовенство... не имеет шансов на политический успех — по крайней мере при настоящих условиях». Самостоятельной программы оно предложить не может. Впрочем, этот тезис докладчика был оспорен собравшимися священниками, которые заявили, что вполне в состоянии организоваться и предложить собственную программу[191]. На пастырском собрании 10 января В.Г. Добронравов поднимал вопрос о необходимости «объединиться и предложить свою программу»; 17 января собрание занималось разбором программ октябристов и кадетов как наиболее распространенных во Владимире партий[192].

Священнослужители изучаемого региона призывали своих пасомых отнестись серьезно к выборам в Думу. «От того, кого мы выберем в Думу, - писал очередной проповедник, - и как они исполнят наши желания и свои обязанности, будет зависеть благополучие всего нашего государства и счастие всех нас». Поэтому следует оставить все другие дела в день выборов и обеспечить всеобщую явку. Кроме того, нужно помнить, за кого голосовать - «за нас», «русских православных людей». «Выбирайте тех, которые веруют в Бога и почитают и любят нашу святую православную веру. Выбирайте тех, которые любят свой народ и почитают Царскую власть. Выбирайте тех, которые хорошо живут, умеют вести свое хозяйство и править своим домом. Они и в Государственной Думе своим уменьем будут помогать Царю и его

1R

правительству хорошо управлять государством» .

В преддверии выборов церковные издания Ярославля, Владимира, Твери и Костромы опубликовали статьи с разъяснением механизма их проведения. Авторы этих статей, порой, не могли удержаться от дифирамбов в адрес царствующих особ. Так, священник А. Клитин писал, что избирательное право в России «необычайно широко» и даже касается «всех слоев населения», за исключением рабочих мелких предприятий и прислуги[193] [194] [195].

Незадолго до проведения выборов некоторые авторы епархиальных изданий позволили себе высказать открыто свои политические убеждения и попытались определить желаемую позицию духовенства. Один из авторов считал, что участие в выборах — «нравственный долг» священника. Священнослужитель, по его мнению, должен «не покидать своих пасомых в эти трудные минуты колебаний». Разумеется, он вполне может «объяснить» прихожанам «смысл» программ партий. Вывод автора данной публикации заключался в том, что «духовенство должно принять активное участие в решении политических вопросов, не ограничиваясь молчаливой подачей записки с наименованием выборщика или представителя в Государственную Думу, от чего уже нельзя уклониться по закону». Духовенство обязано, по мнению автора, непременно стать «в ряды монархистов» и отстаивать «русские исторические начала: православие, самодержавие и народность», хотя для этого нужно большое мужество: священника могут записать в «реакционеры», в «черную сотню» . Автор другой проповеди обвинял революционеров в разорении России и призывал народ поддерживать царя- батюшку в трудную для него минуту[196] [197] [198].

Священнослужители г. Владимира продолжали предпринимать попытки выдвинуть единую программу и принять участие в выборах в качестве самостоятельной политической силы. Незадолго перед проведением выборов духовенство решило выставить своих кандидатов, и это удалось осуществить: имена священников были вывешены наряду со списками

кадетов, октябристов и Союза русских людей .

За несколько дней до выборов епархиальные ведомости напечатали объявления губернаторов, в которых был изложен порядок проведения выборов в рамках региона, с указанием конкретных дат и местностей. В Ярославской губернии выборы выборщиков проходили с 26 февраля по 5 марта; избирательные собрания, согласно высочайше утвержденным правилам, должны были открыться ровно в 12 часов дня. Лица, опоздавшие на собрания, к процедуре не допускались . Во Владимире выборы прошли 12 марта и показали крайне невысокий процент явки избирателей: из 3200 человек проголосовали лишь 1746[199].

Выборы в Государственную Думу показали, что духовенство оказалось едва ли не наиболее активным в политическом отношении слоем населения. Ряд источников, в частности, внутреннее обозрение журнала «Русская мысль» (1906, № 3) говорит о большом количестве священников среди выборщиков от крестьян, и предполагает, что будущая Дума будет состоять наполовину из духовенства. Об этом сообщают и архивные источники: в избирательном собрании г. Ростова Ярославской губернии примерно половину (около 110 человек) выборщиков составляли сельские священники[200]. П.Н. Зырянов приводит данные о том, что в Звенигородском уезде Московской губернии от мелких землевладельцев в выборах участвовали 82 человека, в том числе 56 священников. Эти успехи духовенства казались весьма убедительными, и будущая Дума многим

Л/

представлялась составленной чуть ли не из одних священников . Впрочем, предположения эти не сбылись, и Дума оказалась состоящей вовсе не духовенства: священников в ней насчитывалось шестеро, причем трое из них, как и следовало ожидать, примкнули к кадетской фракции[201] [202] [203].

В период, предшествовавший открытию Государственной Думы, в среде провинциального духовенства продолжался процесс определения политической линии. Все больше публикаций свидетельствовали о том, что священнослужители не решались поддерживать программу какой-либо конкретной партии. «Духовенству, - писал безымянный священник в ярославском издании, - ни в каком случае не следует вступать в ряды партий», ибо политика не является его прямым делом. «Россия наша спасется не торжеством социалистов или конституционалистов, или монархистов - спасется лишь тою же силою Креста и Евангелия», - считает автор статьи. Он также полагал, что у революционеров можно поучиться «самоотвержению, готовности защищать бедных, бесстрашию перед сильными». Благодаря этим качествам революционеры увлекают за собой молодежь; если же христианские идеалы будут проповедоваться с таким же рвением, то «не

социалисты, не революционеры поведут за собой и молодежь... а

28

духовенство» .

В марте 1906 г. всем учреждениям, подчиненным правительству, был разослан циркуляр, в котором предлагалось немедленно отстранять от должности чиновников, примыкавших к конституционно-демократической партии, поскольку эта партия была признана стремящейся к ниспровержению существующего строя, т. е. революционной. В связи с данным циркуляром на страницах церковной печати была развернута критика в адрес кадетов; критика продолжалась в течение всего периода деятельности Думы.

Основным вопросом, который решала I Дума, был аграрный. Большинство депутатов выступало с идеей принудительного отчуждения . помещичьей земли в пользу крестьян, на что правительство, разумеется, пойти не могло. При обсуждении крестьянской темы сторонниками левых партий (а таковыми были все объединения левее октябристов) показали себя и некоторые православные священники-депутаты. Состав и направление. деятельности I Думы вызвали разочарование в среде светской и духовной бюрократии. Однако, поскольку Дума входила в состав высших государственных органов, «Церковные ведомости» воздерживались от критики в ее адрес. Зато другие церковные издания, в частности, «Церковный вестник», предоставили свои страницы для дискуссий по поводу работы Думы. Это издание помещало у себя статьи, содержащие резкую, далеко не всегда конструктивную критику в адрес законодательного собрания.

Обновленческое духовенство, продолжавшее сближаться с кадетами, занимало по отношению к ним особую позицию. Не рассчитывая на проведение церковных реформ посредством духовного ведомства, обновленцы возлагали надежду на Думу в разрешении вероисповедных вопросов. Однако до их рассмотрения дело не дошло, Дума остановилась на прениях по аграрной проблеме. Тем не менее, тот же «Церковный вестник», будучи и органом обновленчества, настойчиво защищал кадетов от нападок черносотенных партий, а также от критики «слева», выступая за создание кадетского министерства . По большому счету, у обновленцев и кадетов почти не осталось расхождений, кроме вопроса о судьбе монастырского и церковного землевладения. Обновленцы считали неправомерным передачу крестьянам монастырских земель даже за выкуп, считая, что «вознаграждение за отчуждение земли по принятой норме далеко не возместит убытков»[204] [205].

На страницах ярославских епархиальных ведомостей программа кадетской партии была подвергнута критике. М. Троицкий в своей явно заказной статье обвиняет конституционных демократов в нежелании мириться с сильной царской властью в стране. В статье Троицкого тактика кадетов названа «подлаживанием под народ», отмечена их политическая близорукость и стремление «навязать» России Учредительное собрание. В целом, программа партии народной свободы признается «неполезной» и «непригодной» для русского народа[206].

В конце июня - начале июля 1906 г. конфликт между Думой и правительством достиг критической стадии. 20 июня было опубликовано правительственное сообщение по аграрному вопросу, резко отвергавшее идею принудительного отчуждения земли в какой бы то ни было форме. В ответ на это фракция трудовиков предложила выступить от лица Думы с обращением к народу. «Церковный вестник» советовал «очень и очень подумать», прежде чем выпускать такое обращение. Тем не менее, 6 июля Дума приняла обращение, в котором призывала народ «спокойно и мирно ожидать окончания работ» по подготовке думского земельного закона[207]. 9 июля Дума была распущена, поскольку, как говорилось в царском манифесте, «выборные от населения, вместо работы строительства законодательного, уклонились в непринадлежащую им область и обратились к расследованию действий поставленных от нас местных властей... и к действиям явно незаконным, как обращение от лица Думы к населению»[208]. Манифест о роспуске Думы был размножен в количестве свыше 2 млн. экземпляров и приложен к «Церковным ведомостям». Кроме того, Синод предписывал зачитать манифест во всех церквах империи в ближайший воскресный день. Своим определением от 12 июля Синод одобрил разгон неугодной правительству Думы. Петербургские обновленцы на страницах «Церковного вестника» признавались, что роспуск Думы стал для них неожиданностью, и в передовой статье давали высокую оценку распущенной Думе. Она, по их мнению, «хотела мирного возрождения родины и шла к этой цели установленным путем чистого парламентаризма»[209] [210]. Оценка Думы кадетской партией во многом совпадала с приведенной характеристикой «Церковного вестника».

Значительная часть депутатов Государственной Думы, прочитав 9 июля 1906 г. у Таврического дворца указ о роспуске, решила провести совещание. Совещание состоялось в Выборге; депутаты составили и подписали воззвание «Народу от народных представителей». В нем заявлялось, что депутаты прежде всего желали издать закон о наделении землей крестьян, используя казенные, удельные, кабинетские, монастырские и церковные земли, а также принудительно изъяв частновладельческие земли. Это, по мнению депутатов, и послужило причиной разгона Думы. Депутаты призвали народ стоять за права народного представительства; «Правительство не имеет права без согласия народного представительства ни собирать налоги с народа, ни призывать народ на военную службу, - говорилось в воззвании. — А потому теперь, когда правительство распустило Государственную Думу, вы вправе не давать ему ни солдат, ни денег». По существу, это был призыв бойкотировать государственную власть, призыв к неповиновению. Среди подписавших Выборгское воззвание оказались и два православных священника-кадета - К. И. Афанасьев и Н. Огнев .

Св. Синод откликнулся на это воззвание согласно своему высокому положению в государстве. Согласно его указу от 16 августа 1906 г. священники Афанасьев и Огнев были запрещены в священнослужении, лишены приходов и преданы духовному суду, который лишил их сана. 12-18 декабря 1907 г. на процессе, рассматривавшем дело подписавших воззвание

депутатов, оба бывших священника получили наравне с остальными

_ w 36

тюремный трехмесячныи срок .

Несмотря на то, что Выборгское воззвание было подписано большинством кадетской фракции, «Церковный вестник» отнесся к нему резко отрицательно. Назвав принятие этого документа «неконституционным актом», церковные «либералы» призвали духовенство принять меры, чтобы он не был представлен народу в неправильном освещении. Одобрение обновленцев вызвало «контрвоззвание», выпущенное группой депутатов- мирнообновленцев, в котором говорилось, что «было бы преступно среди переживаемых Россиею опасностей и смут колебать государеву власть»[211] [212]. С этого момента начался постепенный отход церковных либералов- обновленцев от кадетской партии. По мнению П.Н. Зырянова, основная причина этого отхода в том, что в ходе деятельности Думы обнаружилось ее бессилие; шансы кадетов на власть оказались ничтожно малы[213]. Церковные издания Верхнего Поволжья встретили роспуск Думы сдержанно, без каких- либо развернутых комментариев. Сказывалась общая политическая ситуация в стране.

В целом, вышеприведенные данные позволяют сделать ряд выводов относительно позиции духовенства изучаемого региона во время выборов в I Государственную Думу, а также в период ее работы.

В противовес официальному изданию православной церкви — «Церковным ведомостям» - печать Верхнего Поволжья зимой и весной 1906 г. уделила думской теме достаточно внимания. .Большая часть статей была посвящена разбору программ наиболее популярных партий, а также вопросу о политической ориентации духовенства.

В отличие от некоторых столичных изданий, известных своими симпатиями по отношению к либералам, провинциальные священнослужители были настроены более консервативно. Программа партии народной свободы, в соответствии с предписанием правительства, была подвергнута критике. В то же время, провинциальное духовенство в основной своей массе не стремилось поддержать и правые организации. В изучаемом регионе преобладало мнение о том, что программа священнослужителей должна быть самостоятельной, основанной на идеалах Евангелия и здравом смысле. Определенные попытки выступить с этой программой выявлены во Владимирской губернии.

В целом, в период выборов, как и во время предвыборной кампании, духовенство не отличалось организованностью, дисциплиной и единодушием. Несмотря на то, что священнослужители почти поголовно явились на выборные собрания (в отличие от других слоев населения) и составили примерно половину избирателей, в Думе оказались лишь несколько депутатов-священников.

Разгон Думы духовенство встретило спокойно; по-видимому, «успокоению» способствовала политика правительства .по подавлению революции. Именно после разгона Думы некоторые священнослужители испытали на себе действие репрессивного аппарата самодержавия; большинство не стремилось последовать их примеру.

<< | >>
Источник: Леонов Дмитрий Евгеньевич. РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ В ПЕРИОД РЕВОЛЮЦИИ 1905-1907 гг. (ПО МАТЕРИАЛАМ ВЕРХНЕГО ПОВОЛЖЬЯ). ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата исторических наук. 2010

Еще по теме 2.1. Деятельность духовенства в период выборов в I Государственную Думу:

  1. Белозерова Ольга Александровна. ГОСУДАРСТВЕННАЯ И ВОЕННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ А. Н. КУРОПАТКИНА НАКАНУНЕ И В ПЕРИОД РУССКО-ЯПОНСКОЙ ВОЙНЫ. 1903-1905 гг., 2015
  2. 5. Движение греческого духовенства после Первой мировой войны за освобождение Церкви от государственной опеки
  3. Государственная и этническая идентичность: выбор и подвижность[1] Л.М. Дробижева
  4. НЕСКОЛЬКО ФАКТОВ О ДЕЯТЕЛЬНОСТИ РЕАКЦИИ В ХОДЕ ВЫБОРОВ
  5. Развитие государственной системы в период пресвященного абсолютизма
  6. Государственный аппарат в период Великой Отечественной войны
  7. Государственный строй России в период становления капиталистических отношений (начало XIX в.)
  8. Государственная поддержка инвестиционной деятельности
  9. 82. Труд как ведущая деятельность периода зрелости
  10. Государственное регулирование оценочной деятельности