<<
>>

А. Анализ эмпирической системы философии

Для объединения и систематизации знаний необходимо, прежде всего, сделать общее обозрение наук (классификация). Это первая задача эмпирической философии. Бекон Веруламский на первом месте полагал чисто фактические знания (история), а на втором — исследование причин, — что составляет область философии (физика, антропология и теология естественная).

Это разделение знаний на исторические и философские заимствовано у Аристотеля. Но Аристотель ограничивал философию исследованием первых причин, а Бэкон относит к философии вообще исследование причин и таким образом понимает философию в широком смысле. Так понимали ее английские философы XVII ст., а равно и французские — XVIII в. Философия обнимала все естественные науки, имела характер энциклопедии. Философы были энциклопедисты. Чем далее шло время, тем более эмпиризм приходил к сознанию своих оснований и тем более сообразовал с ними свои требования и взгляды на философию. Конт отрицает понятие причины как предмета философского исследования; причины, по Конту, непознаваемы (ведь причина тоже, что сущность). Познание наше ограничено явлениями; задача познания — изучение законов. Поэтому Конт разделяет науки на конкретные и абстрактные (что соответствует, впрочем, бэконовскому разделению наук на историю и философию). Законы суть отношения совместности и последовательности. Отсюда разделение содержания наук о законах на статику и динамику. Порядок, в каком Конт располагает науки абстрактные, — от простого к сложному, от общего к частному, — нельзя оправдать с точки зрения эмпиризма. Ибо с этой точки зрения познание происходит в обратном порядке — от частного к общему. Хотя Конт относит к философии и математику и астрономию, и химию и физику, но, по самому понятию о философии как системе наиболее широких обобщений, обнимающих целый ряд наук, на долю философии приходятся лишь две собственно науки: биология как наука, являющаяся обобщением всех наук о природе органической — ботаники, зоологии, эмбриологии, анатомии, физиологии, и социология, обнимающая собою все науки общественные (юридические и исторические).
Итак предмет эмпирической философии — явления жизни — индивидуальной и общественной.

Биология и социология. Область жизненных явлений ограничивается природою органическою. Поэтому необходимо прежде всего указать отличительные признаки этой природы. Форма органического тела, сравнительно с материей, есть элемент более постоянный, ибо неизменно сохраняется, пока продолжается существование органического тела, материя же этого тела — элемент текучий, изменчивый (обмен материи); в неорганическом теле отношение между материей и формой — обратное. И неорганические тела имеют правильные формы; таковы формы кристаллов. Но, кроме того, что формы эти при своей геометрической правильности лишены подвижности, эластичности, — зависят они от расположения частиц в теле, ибо составляют принадлежность частиц тела, которое в целом является обыкновенно бесформенным. Есть и организмы, лишенные всякой определенной формы, но важно то, что самое вещество, из которого состоят все организмы (протоплазма), обладает присущею ей формирующей силой, непрерывно деятельной, и деятельность которой, в отличие от процесса кристаллизации, состоит не в однообразном механическом накоплении однородного вещества, но а) в уподоблении извне воспринятых веществ веществу самого тела (процесс ассимиляции), Ь) в постоянном обновлении целого тела, и через то в образовании и сохранении его в том же виде. Называют эту силу, свойственную организмам, жизненной силой, душой (витализм, анимизм). Тогда как для всех иных сил природы субстратом служат частицы материи, жизненная сила проявляется до таких пор, пока сохраняется сложный состав органического вещества; поэтому субстратом органической энергии оказывается весь состав этого вещества в его целости, а в более совершенных организмах — все тело, при условии сохранения, по крайней мере, важнейших внутренних частей его. Наконец важною особенностью органических тел является то, что все органические тела образуются через передачу органического вещества (так называемой зародышевой протоплазмы) от одного тела другому; так называемое самопроизвольное зарождение не существует.

Жизнь в действительности не возникает вновь, а только распространяется. Поэтому первоначальное возникновение жизни на Земле оказывается тайною, не разрешимою для науки. Одни полагают, что этот вопрос со временем будет решен, и это было бы достигнуто, если бы удалось искусственным образом произвести, прямо через синтез неорганических тел, если не самый организм, простейший, конечно (клетка), то, по крайней мере, то вещество, из которого образуются тела органические. Другие сомневаются в осуществимости этой надежды, и не без основания. Что все тела органические образуются путем рождения — это закон природы. Иной способ происхождения органического тела был бы нарушением, так сказать, отменою этого закона; но всякие изобретения и открытия всегда были делаемы в согласии с законами природы и на основании их, а не против них. Итак первый вопрос биологии — о происхождении жизни на Земле не только не решен, но, можно сказать, и неразрешим для науки. Изобретение способа прямо из мертвых материалов производить живое вещество означало бы, что материя на самом деле не мертва, а обладает жизнью, только скрытою, а потому, если бы даже допустить возможность подобного изобретения или открытия, и в таком случае это все же не было бы первичным возникновением жизни, а лишь переходом ее из одного состояния в другое. А первоначальное возникновение жизни все же было бы тайною. Другой вопрос биологии: какие организмы должно признать родоначальниками всех других? Принимая во внимание, что при постепенном охлаждении земной коры осаждение паров из атмосферы должно было покрыть всю Землю водою, предполагают, что первыми организмами были рыбы, из рыб образовались земноводные, из последних — птицы и млекопитающие. Огромный мир насекомых должен был образоваться параллельно, должно быть, чем нарушается единство происхождения организмов. Поэтому есть еще другая гипотеза. Существует огромный класс одноклеточных организмов, которые, по причине своей простоты, называются первичными. Известно при этом, что органы — части организмов — состоят из тканей, а ткани из клеток, так что клетки оказываются элементами организмов, подобно молекулам неорганической материи. Отсюда предположение, что одноклеточные организмы суть первобытные, что из клеток (как показывает наблюдение) образуются колонии, а из колоний этих, как предполагают, образовались сложные многоклеточные организмы. Гипотеза эта не объясняет, почему и теперь существует бесчисленное множество организмов одноклеточных, и нет опытов возникновения, — через сочетание их, — сложных организмов, — да при этом еще оставляет нерешенным главный вопрос: какой именно из существующих теперь видов организмов был родоначальником других? Вопрос этот остается, таким образом, не решенным. Известно, что Дарвин и не пытался решить этот вопрос, а задался вопросом не о первобытных организмах, но о происхождении существующих видов растительного и животного царств, или, точнее, о законах происхождения организмов. Основная мысль известной теории Дарвина такова: не одни индивиды, а также и виды организмов рождаются и умирают. Известный вид подвергается изменениям, вследствие чего получаются разновидности, которые, через постепенное накопление мелких различий расходясь все более, с течением времени превращаются в самостоятельные виды, и таким образом, чем далее, тем более виды умножаются и являются разнообразными (сравнение с многоветвистым деревом). Пример: собака, волк, лисица —• разные виды, но произошли от одного родоначальника. Условия изменяемости видов: борьба за существование, приспособление к среде (выживают и одерживают верх в борьбе наиболее приспособленные), естественный, а также половой подбор. Условия эти служат к возникновению новых признаков, а упрочение их происходит по закону наследственности. Как на доказательства этой теории ссылаются на данные эмбриологии и палеонтологии. В первой принято положение: онтогения (постепенное развитие отдельного существа) есть сокращенная история филогении (постепенное развитие целого вида). В этом положении одна гипотеза опирается на другую: следы истории вида (которая неизвестна) усматривают в стадиях развития зародыша отдельного организма, и наоборот — это развитие считается повторением, да еще сокращенным, неизвестной истории вида. Палеонтология, на которую ссылаются, может служить и возражением против теории Дарвина: в течение всей истории неизменно сохраняются те же виды, следовательно, если происходило их превращение, то чрезвычайно медленно (миллионы лет); должны бы существовать остатки многочисленных переходных форм, чего на самом деле нет. Главный недостаток теории Дарвина, — помимо ее чисто гипотетического характера: обращается внимание лишь на внешние условия существования организмов; предполагается, что инстинкты образовались под влиянием внешних условий, но без внутреннего побуждения к самосохранению (начало целесообразности) были бы невозможны никакие инстинкты и самая борьба за существование. Взамен внутренней жизни организмов, оставленной без внимания, природа олицетворяется и представляется в виде хозяина, делающего подбор организмов, хотя на самом деле природа не делает никаких препятствий смешению лучше приспособленных организмов с худшими (как это делается при подборе искусственном), но чего не в состоянии сделать естественный подбор, то должен исполнить фантастический половой подбор31.

Задача биологии — установление законов жизненных явлений. На деле, вместо законов имеются одни лишь гипотезы. Определение закона должно отличаться математическою точностью. Такого рода определения законов, очевидно, возможны только для отношений, допускающих измерение, таковы: пространство, время, движение и движимое, т. е. материя. Но жизненные явления неизмеримы, а потому и отношения этих явлений таковы, что возможны лишь неточные определения некоторого их постоянства, не исключающего многочисленных отступлений от нормы в ту и другую сторону. Таков, например, так называемый закон наследственности: неизвестны ни способ передачи признаков, ни объем (как далеко простирается наследственность), ни то, что именно передается, — какие признаки, только видовые, или же и индивидуальные. Борьба за существование понимается различно. Так называемые законы ассоциации представлений также не отличаются определенностью: способы сочетания представлений у различных индивидуумов различны.

Метод, каким пользуется естествознание для нахождения законов природы, есть метод изолирования явлений, или, по крайней мере, строгого различения их, — метод аналитический. Общность, свойственная естественно-научным положениям, обусловлена тем, что известное явление, где бы и когда бы ни происходило, происходит всегда по тому же правилу. Биология для вывода своих положений пользуется противоположным методом так называемого обобщения, состоящего в том, что обращается внимание на сходные черты в различных явлениях; при этом различие, которое, быть может, важнее сходства, оставляется без внимания, и тем более, чем шире обобщения. Наиболее широкие обобщения — самые поверхностные. (Что более существенно: сходство между человеком и высшими животными или различие?)

Наиболее совершенным организмом должно признать общество, если принять во внимание сложность, хотя по другому признаку, в отношении единства, индивидуальный организм совершеннее. Отсюда два крайних направления в социологии: социализм и индивидуализм. Понятием об обществе как организме, имеется в виду социологию, следует связать с биологией и основания первой искать в последней. Борьба за существование признается общим законом всего живущего. Закон этот наиболее очевидно открывается в добывании средств к существованию. Поэтому область отношений экономических считается важнейшею, основною в жизни общественной, тем более, что политическая экономия, — единственная изо всех общественных наук, — такова, что может смотреть на основные свои положения как на естественные законы жизни общественной (разумеется, в области, подлежащей ее рассмотрению). Потому-то в наше время политическую экономию, — науку об одной лишь группе общественных явлений, — стремятся превратить ь науку об обществе. Так известный писатель Маркс (главное его сочинение: Капитал) организацию труда в области экономической называет организацией общественного труда. Законы явлений в области экономической признаются законами жизни общественной. В политической экономии три основных понятия: производство ценностей, обмен продуктов и распределение благ, или виды дохода. В теориях социологии делается применение ко всей общественной жизни, как этих понятий, так и относящихся к ним законов экономических. Источниками ценностей (ценность — все то, что является предметом купли и продажи) в политической экономии признаются: земля, капитал (орудия производства и сырой материал) и труд. В социологических теориях часто проводится мысль, что единственно только труд есть источник ценностей, и отсюда само собою получается заключение, что каждый имеет право, по справедливости, только на труд; право же отдельного лица на обладание землею и капиталом, как несправедливое, с течением времени должно упраздниться: сама история приведет к тому, сделав общество в его целости единственным обладателем земли и капитала. С понятием о производстве соединяется разделение труда на производительный и непроизводительный; бесспорно производительным признается труд физический, а умственный — настолько, насколько способствует умножению материальных благ (естественные науки). Отсюда требование полезности, предъявляемое к науке и искусству. Производительность измеряется временем. (Различие между благами духовными и материальными, а также между деятельностью духовных сил и физическою.) Закон, относящийся к производству, есть разделение труда. Разделение труда, говорят, создает солидарность между трудящимися, объединяя их единством цели, — общее благосостояние, — и потому есть принцип всей общественной жизни, как принцип, прежде всего, биологический (разделение отправлений в организме между различными частями его). Но не ко всем видам труда одинаково применим этот принцип: где требуется творчество, как, например, в искусстве, там единоличный труд важнее коллективного и не может быть заменен последним. Отсюда усилия устранить давно утвердившиеся в общем сознании понятия о гениальности, творчестве: на всякого производителя смотрят как на единицу общественного коллективного производства.

Обмен продуктов, все более распространяясь, вследствие увеличения производства (изобретение машин, переход от ручного и мелкого — спорадического к фабрично-заводскому производству — причины того), делает необходимым размещение продуктов вне страны, приобретение рынков. Хорошая сторона этого расширения торговых сношений — распространение цивилизации, взаимообщение и соперничество народов на поприще мирного труда, худая — порабощение ради торговых интересов народами культурными менее цивилизованных. Потому только, что деньги — орудие обмена — служат всеобщим измерителем, или, иначе, выражением ценности продуктов труда (цена и ценность — различные понятия), на закон, относящийся к обмену (закон спроса и предложения), смотрят так же, как на закон всеобщий, управляющий явлениями всей общественной жизни. Но этот принцип, имеющий свое значение в области экономической, в приложении ко всей общественной жизни несправедливо подчиняет оценку разных видов деятельности преходящим, нередко низменным вкусам большинства, рождая ложное убеждение, что только то имеет свою ценность, на что существует спрос в обществе. Что касается, наконец, распределения благ в обществе, то неравномерность такого распределения выражается в существовании разных классов общества (сословия) и соединенных с тем разных видов дохода. Разделение общества на классы, как относящееся к устройству общества, есть закон статический. К характеристике законов социологических может служить то, что, по теориям социологическим, разделение общества по сословиям со временем должно совершенно изгладиться; всякого рода перегородки в обществе, как стеснительные для свободы личности и противные справедливости, должны исчезнуть. Очевидно отсюда, что а) такой взгляд на устройство общества не согласуется с общим понятием об обществе как организме, ибо разделение в организме отправлений между разными органами не есть временное, а постоянное; Ь) если устройство общества представляется непрерывно изменяющимся, то законы устройства общественного (статические) теряют всякое самостоятельное значение, обращаясь в формы или виды проявления одного лишь общего закона эволюции (динамический), а это несообразно с понятием закона: нельзя считать законом временное состояние вещей. А так как разделение сословий и факторов производства (труд, капитал, земля) есть последствие принципа разделения труда, то и самый этот принцип теряет значение основного и необходимого закона ввиду закона эволюции. Словом, закон эволюции таков, что исключает самое понятие о законе как отношении постоянном и неизменном, ибо закон эволюции не допускает ничего постоянного и неизменного; он состоит в утверждении всеобщей и непрерывной изменяемости вещей. В особенности важно то, что излагаемые в социологических теориях взгляды на существующее в обществе распределение благ собственно выражают такую или иную оценку этого явления, следовательно политико-экономическую точку зрения подчиняют моральной, между тем как в принципе моральные понятия признаются зависящими от экономических отношений.

Распространяя на всю общественную жизнь экономическую точку зрения, социология все иного рода явления жизни общественной, имеющая свое основание в потребностях не материальных, а духовных, или подчиняет потребностям и интересам экономическим, или же вовсе отрицает. Так, область явлений религиозных, с чисто экономической точки зрения, представляется непонятною и излишнею. Отсюда взгляд на религию как на явление в истории человечества временное, относимое обыкновенно к первобытному состоянию обществ. Источником религиозной веры признаются: сновидения, почитание предков (Спенсер), страх, внушаемый невежественному человеку грозными явлениями природы, склонность к антропоморфизму и под. Охотно, поэтому принимается взгляд на религию Конта, который, признав истинным познанием только опытное познание, поэтому самому смотрел на богословие и метафизику как на виды познания мнимого, возможные и даже необходимые или при отсутствии научных знаний (богословие), или при несовершенном состоянии науки (метафизика), и потому означающих постепенное ее развитие. Другой разряд общественных отношений и принадлежащих к ним понятий, именно юридических, социология подчиняет понятиям и отношениям экономическим. Строй юридических понятий, говорят, вполне зависит от экономических условий жизни общественной, и, с изменением последних, рано или поздно, но неминуемо изменяется. Руководясь этим понятием об основном значении экономических интересов в жизни общественной, теперь во всех крупных исторических событиях стараются отыскать подкладку чисто экономическую, и к экономическим мотивам стараются сводить все иные побуждения и стремления (экономический или исторический материализм). На самом деле основное понятие в области права - понятие справедливости (воздай каждому должное) всегда было одинаково, и сами социалисты, конечно, только потому считают современный экономический строй требующим преобразования, что признают его не согласным с понятием справедливости, следовательно на самом деле не только не подчиняют этого своего понятия о справедливости издавна существующему строю экономической жизни, напротив, этот строй подчиняют тому понятию... Юридические понятия о праве и обязанности нельзя отожествлять с экономическими понятиями убытка и прибыли. Конечно, с отрицанием религиознонравственного начала в природе человека как начала духовного и самостоятельного не остается ничего более, как выводить и высшие понятия, не только правовые, но и нравственные, из того же биологического принципа, который полагается в основании явлений экономических. Начало это есть эгоизм, побуждение к самосохранению. Разделение труда, создавая солидарность интересов, способствует, говорят, смягчению эгоизма, постепенно преобразует его в альтруизм. Да притом же даже у животных наряду с побуждением эгоистическим существует побуждение родовое (к сохранению рода). Общественная жизнь представляет собою среду, наиболее способствующую развитию и господству этого последнего побуждения. — Нравственность понятую таким образом справедливо называет Спенсер промышленной. Ее принцип: хорошо понятый интерес, или расчет.

<< | >>
Источник: Линицкий П. И.. Основные вопросы философии. Об умозрении и отношении умозрительного познания к опыту - 455 с.. 2012

Еще по теме А. Анализ эмпирической системы философии:

  1. 20.1 еоретическое и эмпирическое как предмет философско-методологического анализа в работе B.C. Швырева «її еоретическое и эмпирическое в научном познании»
  2. 51. СТАТИСТИЧЕСКИЙ И СЦЕНАРНЫЙ АНАЛИЗ. МОДЕЛИРОВАНИЕ УСЛОВИЙ, РАСЧЕТ И ИНТЕРПРЕТАЦИЯ РЕЗУЛЬТАТОВ СТАТИСТИЧЕСКОГО И СЦЕНАРНОГО АНАЛИЗА В СИСТЕМЕ PROJECT EXPERT
  3. Обсуждение подтверждений философии автора данными эмпирических наук, полученных со времени ее опубликования1
  4. 3. Монистические классические системы светской и религиозной философии как наиболее совершенные философские системы
  5. АНАЛИЗ СТРУКТУРЫ ЭКОНОМИЧЕСКИХ СИСТЕМ
  6. Типология философских систем и выводы современной физики о правомерности построения монистических классических систем философии
  7. ЗАКОНОМЕРНОСТИ РАЗВИТИЯ ЗАПАДНОЙ ФИЛОСОФИИ XIII—XVI вв. И СРАВНИТЕЛЬНЫЙ (СТРУКТУРНО-ТИПОЛОГИЧЕСКИЙ) АНАЛИЗ ВОСТОЧНОЙ И ЗАПАДНОЙ ФИЛОСОФИИ
  8. 1.4 Эмпирическая социология и эмпирическое исследование
  9. Цели концептуального анализа экономических систем
  10. Иерархия системы и разведочный анализ многомерных данных
  11. ФИЛОСОФИЯ АНАЛИЗА