<<
>>

ФАКТОРЫ ИНТЕНСИФИКАЦИИ РЕЛИГИОЗНОГО ЭКСТРЕМИЗМА И ПУТИ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ЕМУ В КАЗАХСТАНЕ Валентина Курганская

Казахстан становится государством, которое все больше привлекает религиозных экстремистов. Наличие коррупции, безработицы - особенно среди молодежи, ее религиозная непросвещенность, активная вербовочная деятельность, осуществляющаяся зарубежными адептами на социально-протестной почве, расширяют экстремистское подполье, что не может не сказываться на политической стабильности в стране.

Очевидно, что ситуация «неуправляемого хаоса» (а на самом деле - вполне очевидно, что управляемого) создается через отдельные группы населения, которые стали исполнителями чьей-то воли или жертвами в большой геополитической игре. Аналитики делают вывод о том, что эпоха стабильности заканчивается и в нашем регионе.

Заслуживающую внимания точку зрения высказал недавно директор аналитического центра PrudentSolutions Кыргызстана Эсен Усубалиев. Он называет несколько факторов, которые могли повлиять на радикализацию религиозных групп в Казахстане: •

действия западных стран, которых не устраивает повышение политической и экономической роли КНР в мировой политике и экономике, в числе которых США занимают ключевое место; •

действия не заинтересованных в переизбытке мирового рынка энергоносителей арабских стран Персидского залива - в этой связи им выгодно блокировать выход центральноазиатской нефти из Прикаспийских районов; •

действия Саудовской Аравии - одного из главных после Израиля проводника интересов США на Ближнем и Среднем Востоке, в которой обучались большинство радикализированных религиозных деятелей; •

вполне либеральное законодательство в области религии.

По его мнению, деятельность групп радикального толка, выступления джихадистов против представителей силовых структур - всего лишь начальная, не главная стадия развития вооруженных действий разных групп и джамаатов в Казахстане. В перспективе - обострение отношений с КНР - через объединение интересов уйгурских сепаратистов, стоящих на позициях джихада, и казахских групп, а также с Россией - через связь террористов из Казахстана и джихадистов на

Северном Кавказе (Дагестан) и вероятное использование территории Казахстана для дестабилизации Северного Кавказа России [1].

О том, что ислам могут использовать США в большой борьбе за ресурсы, говорит и экс-депутат Европарламента, антиглобалист Джульетто Кьеза, который считает самым большим источником опасности на сегодня - Нью-Йорк, Уолл-стрит и США. Еще в 1998 году в США был опубликован документ - «Project for the new American century». В этом документе, сообщил публицист, пророчески написали, что в 2017 году Китай станет самой большой проблемой для безопасности США [2]. По его словам, «...в середине декабря «Нью-Йорк Таймс» опубликовала на первой полосе статью о том, что каждый месяц в каком-нибудь ресторане на Уолл-Стрит собираются руководители 9 мировых банков: «Голдман Сакс», UBS, «Бэнк оф Америка», «Дойче банк» и тому подобных. Каждый месяц эти девять человек принимают решения, касающиеся шести миллиардов человек: каким будет процент безработицы в мире, сколько людей умрет от голода, сколько правительств будет свергнуто, сколько министров будет куплено, и так далее. Это - респектабельные преступники, но они - влиятельнее любого мирового политического лидера. У них реальная власть - власть денег» [3].

Директор группы оценки рисков Д. Сатпаев еще в 2006 г. отмечал факторы, которые способствуют активизации террористической деятельности, начиная с того, что Казахстан соседствует со странами, где уже действуют террористические группировки, и заканчивая тем, что на территории республики существует большое количество западных инвестиционных кампаний, иностранных структур. Сюда же он включал партнерство с США. По его мнению, в РК действуют не только экстремистские организации, но и целые группы, у которых имеются конкретные планы нанесения ударов. Он считает безосновательными разговоры об отсутствии в нашей стране условий для экстремизма. По его мнению, государственные структуры (кроме КНБ), а также традиционные конфессии практически не ведут работу среди населения, а между тем в Киргизстане «Хизбут- Тахрир-аль-Ислами» уже превратилась в серьезную политическую силу и активно участвует в выборах, поддерживая тех или иных кандидатов.

Однако не следует считать, что представители так называемого традиционного для региона ислама - бездействуют. Наш опрос 2010 г. показал, что они активно работают на курсах по духовному просвещению различных групп населения. Приведем высказывания имамов нескольких мечетей (без редакторской правки):

«...На курсах работают заместители имамов, рассказывают, как правильно читать намаз; про Коран, шариат. Курсы может посещать любой человек, даже дети. Сейчас (курсы посещают - авт.) дети от 10 лет. Сейчас больше детей старших классов. Средний возраст учеников курсов 30-40 лет. Также на курсах есть учитель из Турции. Также нас приглашают читать лекции в колледжи, школы по разным направлениям: в месяц рамадан, как читать намаз и т. д. В школах даём открытые уроки».

«...У нас при мечетях курсы есть. Они не считаются как медресе, потому что только базовые знания дают, так как нет специалистов, нет возможностей содержать этих ребятишек. Курсы работают так: даем объявления, кто интересуется религией, кто хочет научиться читать Коран, молитвы, приходят, записываются и проходят изучение. На курсы записываются дети 7-8 лет, а могут взрослые за 50».

«...Есть курсы при мечети. Не в каждой, а только в центральной. Курсы работают согласно планов ДУМК. В данный момент курсы посещают школьники и студенты. В скором времени мы будем отправлять их в медресе. Ограничений на посещение курсов нет. Главное, чтобы люди были здравомыслящие. Курсы бесплатные. Обучение начинается с азов».

«...Яприехал 4 месяца назад (из Египта - авт.), собрали 20уче- ников, чтобы они нормально поняли про ислам, чтобы нормально обучились. У нас здесь общежитие, питание, ночлег - все бесплатно. Курсы только при областной мечети. Занятия проходят каждый день, кроме субботы и воскресения. Сейчас прошло 2 месяца, и мы продлили курсы, посмотрим, как ученики себя проявят, и отправим их в медресе».

Однако религиозное просвещение на курсах, где учителями оказываются и случайные люди, нужно оценивать не только как позитивный факт. Так, еще в 2005 г. при проведении социологического опроса выяснились различия в оценке шахидов между студентами духовных учреждений и слушателями духовных курсов при мечетях (диаграмма 1). Это обманутые, зомбированные людн

Это люди. сознательно отдающие жпзнь за веру

Это людн. борюшнеся за свободу н справедливость

Это люди, стремящиеся улучшить материальное положение родных

Это фанатики. людн с нездоровой психикой

Затрудняюсь ответить

Др,т«0@

Это террористы, которым нет оправдання нп в одной мировой релнгнн

17,3

] 38,2 I 4Я.5 ыи S.6 т 4,1 3 1«,4 |8 Т щ- 6J6 1|16,2 | в

? Студенты духовных заведений ?

Слушатели духовных курсов

Кем Вы считаете шахидов? (возможно несколько вариантов ответов)

Из диаграммы видно, что в глазах основной части слушателей духовных курсов шахиды выглядят едва ли не как герои: они либо люди, сознательно отдающие свою жизнь за веру, либо люди, борющиеся за свободу и справедливость. Лишь немногие слушатели отвергают представление о них либо как о зомбированных людях, либо как о фанатиках с нездоровой психикой.

Отсюда следует вывод, что необходимо очень строго подходить к отбору преподавательского состава для слушателей духовных курсов, которые не могут получить добротных знаний об основах ислама от случайных (или скорее всего, «неслучайных») проповедников. В результате ученики в дальнейшем будут интерпретировать ислам как заблагорассудится (скорее всего, так, как их учил случайный духовный наставник).

Еще тогда более трети слушателей духовных курсов считали возможным появление шахидов в нашей стране (диаграмма 2).

ответить

Как Вы думаете, возможно ли появление таких людей в нашей стране?

Как показал опрос имамов, особенно активно работают с населением представители сотрудничающих с ДУМК мечетей в Карагандинской области:

«...В местной областной газете «Орталык Казахстан» у нас есть 1 страница, каждую неделю 1 раз в 2 недели мы публикуем там статьи. Еще нам дали время на местном 5 канале в неделю 1 раз на казахском и 1 раз на русском в программе: «Ислам: вопросы и ответы». Мы отвечаем на вопросы телезрителей. В месяц 1 раз мы выступаем по радио. У нас есть карагандинский сайт центральной мечети www.ihsan.kz. Из ДУМК к нам приходит газета с регулярностью 3 раза в месяц. 2 раза в месяц приходит журнал, который издает тоже ДУМК. .И мы распространяем их среди прихожан бесплатно. Есть всемирный исламский университет аль-Азхар в Каире. И мы посещаем их сайт, контактируем с шейхами этого университета. Получаем литературу и консультации от них».

«...В нашей области главный имам Наурызбай кажи лично контролирует работу. Например, охват исправительных колоний. Мы регулярно ездим туда и встречаемся с заключенными. Наставляем на истинный путь. Например, наша мечеть и центральная мечеть по очереди регулярно ездим по больницам. Вчера я только был в онкологической больнице. Беседуем, подбадриваем. Посещаем вузы. Также я преподаю в одной организации... Все это добровольно. Мы никого не принуждаем, по их просьбе мы ездим, проводим беседы. Тесно работаем со школами. У нас есть подшефные школы. С колледжами тоже работаем. Можно много перечислять». В стране до сего времени идут бурные дискуссии вокруг ношения хиджаба, а в отдельных учебных заведениях Казахстана учащиеся сталкиваются с запретом на ношение мусульманской одежды. И здесь священнослужители должны выступать арбитрами: «Группа молодых девушек пришла ко мне и попросила объяснить, почему им запрещают носить хиджаб в вузах. Это настолько острая и деликатная тема, и как ее решить? Это еще одна очень серьезная проблема».

Острота вопроса, разумеется, не в разрешении или не разрешении ношения мусульманской одежды. Через подобного рода акции стремятся заявить о себе адепты политизированного ислама, который в Казахстане не имел ранее последователей. Дискуссия вокруг результатов проведенного в 2011 г. Центром социальных и политических исследований «Стратегия» исследования показала, что вопрос о возможности превращения Казахстана в место появления новой формы ислама и сохранение Казахстаном свой религиозной модели остается открытым.

Мониторинг религиозной ситуации в стране позволяет сделать предположение, что в Казахстане народный ислам с элементами культуры казахов начинает вытесняться его наиболее политизированными вариантами. Так, в 2010 г. имам одной из атырауских мечетей выразил большую озабоченность разрозненностью казахстанской уммы. Он отметил, что консолидации в мусульманской общине нет: «Часть общины, около 50% всех мусульман области, объединяют общие религиозные взгляды, религиозное мировоззрение, традиции. Остальная часть мусульман - это ваххабиты, суфисты, 3-4 ветви исламских течений». По его предположениям, в стране все больше появляется представителей тех масхабов, которые отличаются отрицанием свободы мнений в религии, фанатизмом в соблюдении обрядов и правовых норм шариата. И, как считает имам, если не будут приняты меры, они могут послужить основой для распространения в исламской общине страны идей исламского фундаментализма.

Имамы отмечают возрастающее влияние на молодежь экстремистских организаций:

«...Страну заполонили чужие религиозные учения, не свойственные традиционному исламу. Молодежь Атырау поддается их влиянию, ведь в ход идут и финансовая поддержка, и идеологическое обеспечение».

«...Молодежь, которая сейчас только начинает исполнять религиозные обязанности, почему-то идет к этим людям (шейхам, как они говорят) и обучается у них без масхабов. Просто они внутри создают проблемы и разобщают мусульманскую общину. Например, салафиты, хизбут-тахрир. А на верхах может быть кто-то это делает специально, чтобы разобщить нас».

О наличии религиозных групп, имеющих планы государственного переустройства, говорит эксперт Н. Альниязов, который выделяет две новые тенденции развития мусульманской религии в Казахстане: «...Интеграция религиозных групп (в том числе экстремистских) во властные структуры и формирование религиозными группами альтернативных проектов государства и попытка участвовать в политической жизни страны» [4].

В самом деле, недавние события дают основания предполагать, что ситуация зашла слишком далеко. Тот же эксперт отмечает, что заметная в последнее время радикализация религиозных групп подводит к выводу о возможности дальнейшей интеграции большинства экстремистских групп Казахстана и ЦА с единой целью - проведением джихада: «Самыми крайними экстремистами, представляющими угрозу для Казахстана и ЦА в целом, являются салафитские группы, придерживающиеся идеологии «такфира». Именно с ними связывают последние теракты в Казахстане против правоохранительных органов и КНБ».

По мнению эксперта, причины неготовности обществ и государств ЦА к новым тенденциям развития ислама в регионе кроются как в историческом прошлом, так и в современной эволюции ислама в ЦА. Последние столетия обстоятельства способствовали локальному формированию религии и мусульманской общины Центральноазиатского региона, создавая собственную религиозную и культурную идентичность. С появлением независимых государств Центральной Азии началась хаотичная, бесконтрольная самоорганизация мусульманской общины ЦА и ее интеграция в мусульманский мир. «Последнее привело к распространению в регионе множества религиозных течений и движений. Вследствие данных факторов религия превратилась в бизнес или политический инструмент различных групп и сил, содействуя развитию конфликта внутри мусульманской общины и разногласию между светскими институтами государства и религией», - считает спикер.

Имамы в своих интервью подтверждают попытки вмешательства в «казахский» вариант ислама через миссионеров или обученных за рубежом людей:

«...Сейчас некоторые люди приходят в мечеть и читают намаз по-другому, и мы им объясняем, что во всех мечетях Казахстана нужно читать намаз по-ханафитски. Потому что Казахстан придерживается ханафитского масхаба. Чтобы было понятно всем и не было разногласий. Эти разногласия не зависят от национальности, а только от тонкостей вероисповедания».

«...У нас есть преподаватели, которые учились в Египте, и проповедуют свою идеологию, но мы стараемся, чтобы они не путались в своих мыслях, и мы мирным путем решаем эти проблемы. Иногда люди ошибаются».

«...Больше разъединяет то, что человек едет за границу обучаться, например, в Саудовскую Аравию. Когда эти молодые люди возвращаются, то масхаб им уже не нужен. И тогда в рядах мусульман молитва уже не общая. Это разъединяет».

В середине 2000-х годов автор статьи принял участие в исследованиях, касающихся взаимодействия религий в Республике Казахстан, состояния исламского просвещения и образования, наличия «исламской» угрозы и т. д. В результате исследования был выявлен ряд новых тенденций. Приведем некоторые данные из исследований тех лет [5], которые свидетельствуют о том, что пропаганда «неказахского» варианта ислама осуществляется в казахстанской умме весьма интенсивно и довольно длительное время.

В нашем опросе 2005 г. более двух третей респондентов (68,4%) не сталкивались с таким явлением, как чтение в мечетях проповедей экстремистского толка. Однако десятая часть (10,2%) респондентов слышала их постоянно, а каждый шестой респондент (15,3%) - от случая к случаю. Само собой разумеется, что, поскольку каждый четвертый респондент - слушатель духовных курсов и каждый шестой студент духовного заведения с разной периодичностью сталкиваются с экстремистской пропагандой, они подвергаются ее влиянию.

Представители духовенства сталкивались с попытками проникновения в их религиозные общины чужеродного вмешательства: «Некоторые люди приходят с предложением читать Коран (например, приходили хизбуты), такие случаи были в нашей мечети, но нам с такими не по пути. Если у них нет разрешения от ДУМК, то мы таких не допускаем к чтению намаза».

Имамы юга Казахстана считали экстремизм чуждой для Центральноазиатского региона идеологией, не имеющей корней и занесенной извне: «Радикалы порочат мусульман. В Европе, США мусульмане всегда жили в мире, и о них не говорят негативно. У нас же приедут откуда-нибудь из Афганистана или Пакистана, называющие себя мусульманами, сделают взрыв, и все шумят об экстремизме в ЦА. Экстремизм направлен на уничтожение ислама».

Говоря об опасности углубления экстремизма на юге Казахстана, несколько имамов подчеркнули, что такая опасность имеется, и связана она со следующим обстоятельством. У исламских лидеров мало возможностей в их борьбе с проявлениями экстремизма - они не могут, используя законы шариата, наказывать мусульман, по невежеству прибегающих к экстремистским действиям. Было высказано такое суждение: «В будущем экстремизм у нас будет нарастать, если сохранятся сегодняшние формы отношения ислама и государства. Они отделены друг от друга, а экстремизм существует в этой неконтролируемой области. Государство должно дать исламу возможность судить о правде, о поведении мусульманина и наказывать его, если он преступает нормы шариата. Тогда ситуация улучшится, и экстремизм не будет нарастать». В этом высказывании содержится важная мысль о необходимости самоуправления мусульманской уммы и изменения взаимоотношений между государством и уммой.

Хотя за последние годы противостояние между ДУМК и мусульманскими организациями, не находящимися под влиянием Духовного управления, снизилось, и ДУМК смог усилить свое влияние на мечети, тем не менее, некоторые мечети остаются до сего времени достаточно самостоятельными.

5 лет назад официальное духовенство утверждало, что в Казахстане нет причин для появления экстремизма, обосновывая свою точку зрения тем, что после эпохи тотального атеизма в стране имеет место свобода совести, и нет никакого принуждения в вопросах вероисповедания. Однако, «...на сегодняшний день борьба перешла в политическую плоскость, где неофициальные мусульманские структуры представляют собственные проекты развития государства как альтернативу действующей системе. Ситуация усложняется таким совершенно новым, в каком-то смысле - искусственным явлением, как конфликт между суннитскими правовыми школами (мазхабами), что ведет к дроблению религиозной общины на множество противостоящих друг другу групп и джамаатов, позволяя делать религиозную сферу нерегулируемой», - сообщил эксперт

Н. Альниязов. Он считает, что беспокойство по поводу этой проблемы отразилось даже в последнем проекте казахстанского Закона «О религиозной деятельности и религиозных объединениях», где отмечено признание государством исторической роли для региона ислама ханафитского мазхаба.

Решение проблемы он видит в возрождении традиционных исламских институтов при адекватном контроле государства. Для этого, по его мнению, для начала следует сделать ДУМК действенной авторитетной организацией, централизованно регулирующей деятельность всей общины мусульман.

На наш взгляд, происходящие в последнее время события свидетельствуют о том, что сложившаяся ситуация показала неготовность общества и государства к новым тенденциям развития ислама в регионе. Совершенно очевидно, что государство в лице только силовых структур не в состоянии самостоятельно справиться с радикализацией религиозных групп.

Причин здесь несколько. С одной стороны, все еще не преодолен тот менталитет, который сложился у наших граждан в советский период, когда за все происходящее отвечало государство, бывшее неподконтрольным для его граждан. С другой стороны, само государство не создает условий, в которых бы формировалась личность, ответственная за судьбу страны.

В Казахстане имеет место существенное противоречие между продекларированными возможностями и той реальностью, в которой живет человек. Как показывают социологические исследования, власть как в 2003 г., так и в 2011 г. функционирует для самой себя, стоит над обществом, и общественное мнение констатирует возрастающую напряженность между властью и народом (диаграмма 3). 4,26 3,4 ? 2003 ?

2011

Оцените, пожалуйста, степень серьезности противоречий в современном казахстанском обществе между властью и народом (по 5-балльной шкале, где «1» - противоречий нет, «5» - наиболее сильные, взрывоопасные противоречия)

Появляющаяся периодически в СМИ информация о нарушении закона самими чиновниками впечатляет и формирует общественное мнение о произволе чиновников и беззаконии в стране. Но ведь всеми экспертами признается, что именно нарушение закона со стороны чиновников, бюрократический произвол являются одним из важнейших факторов, который влияет на радикализацию общественного сознания. Государство должно на деле осуществлять принцип равенства всех граждан перед законом, независимо от их социального и какого-либо другого статуса.

В изменившихся условиях органы власти должны выстроить такую линию поведения, которая смогла бы восстановить доверие между ними и населением. Это доверие возникнет только тогда, когда власть будет олицетворять господство закона и неотвратимость наказания для тех, кто его нарушает. Однако похоже, что, кроме создания пропагандистских групп по противодействию экстремизму и проведению конференций и «круглых столов» (эффективность которых в предотвращении экстремизма вызывает сомнения), власть пока что ничего в сфере публичной политики предложить не может.

Способны ли институты политической власти, возникшие в результате «реконверсии бюрократического капитала» (П. Бурдье) и адаптированные к задачам выработки оптимальных для самих себя, т. е. строго статусных, условий перераспределения национального богатства, на проведение политики социального партнерства? Очевидно, что созидательные функции государства в полной мере реализуются только при равенстве партнеров: сильного государства и такого же развитого, сильного, суверенного гражданского общества.

Самое действенное средство против религиозного экстремизма и терроризма - партнерство на основе равноправного диалога между гражданским обществом и государством. Государство через социальные институты должно воспитать у населения страны такую гражданскую культуру, при которой общество имело бы иммунитет против действий, направленных на посягательство на личность со стороны кого бы то ни было. А к такому состоянию общества ведет лишь личностное саморазвитие и автономная духовно-личностная культура.

Литература 1.

США и Саудовской Аравии может быть выгоден джихадизм в Казахстане //http://www.quorum.kz/ab/news/religiya/23112011173847/ssha_i_saudov- skoi_aravii_mozhet_bit_vigoden_dzhihadizm_v_kazahstane 2.

Этим миром правят 9 человек / http://www.rosbalt.ru/ukraina /2011 /02/21 /821655.html 3.

Там же. 4.

Пресс-конференция в Алматы «Новые тенденции в развитии ислама и их воздействие на стабильность в Центральной Азии», организаторы - журнал Exclusive и Фонд Фридриха Эберта //http://tengrinews.kz/ kazakhstan_news /202002 5.

Курганская В.Д., Косиченко А.Г. Ислам и исламские лидеры в Южном Казахстане. - Алматы: Центр гуманитарных исследований, 2005.

<< | >>
Источник: Байдаров Е.У. и др.. Роль традиционных религий в противодействии экстремизму и терроризму: сб. метод. материалов. - Алматы: Институт философии и политологии КН МОН РК. - 150 с.. 2011

Еще по теме ФАКТОРЫ ИНТЕНСИФИКАЦИИ РЕЛИГИОЗНОГО ЭКСТРЕМИЗМА И ПУТИ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ЕМУ В КАЗАХСТАНЕ Валентина Курганская:

  1. ФАКТОРЫ ИНТЕНСИФИКАЦИИ РЕЛИГИОЗНОГО ЭКСТРЕМИЗМА И ПУТИ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ЕМУ В КАЗАХСТАНЕ Валентина Курганская
  2. РАЗДЕЛ 1. РЕЛИГИОЗНЫЙ ЭКСТРЕМИЗМ В КАЗАХСТАНЕ: ВЫЗОВЫ И ПУТИ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ТЕНДЕНЦИИ ИСЛАМИЗАЦИИ В КАЗАХСТАНЕ В КОНТЕКСТЕ ГЛОБАЛИЗАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ Еркин Байдаров
  3. РАЗДЕЛ 1. РЕЛИГИОЗНЫЙ ЭКСТРЕМИЗМ В КАЗАХСТАНЕ:
  4. ВЫЗОВЫ И ПУТИ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ТЕНДЕНЦИИ ИСЛАМИЗАЦИИ В КАЗАХСТАНЕ В КОНТЕКСТЕ ГЛОБАЛИЗАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ Еркин Байдаро
  5. ВЫЗОВЫ РЕЛИГИОЗНОГО ЭКСТРЕМИЗМА В КАЗАХСТАНЕ: ГОТОВНОСТЬ ПРОТИВОСТОЯТЬ Мадина Нургалиева
  6. ВЫЗОВЫ РЕЛИГИОЗНОГО ЭКСТРЕМИЗМА В КАЗАХСТАНЕ: ГОТОВНОСТЬ ПРОТИВОСТОЯТЬ Мадина Нургалиева
  7. ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ ТРАДИЦИОННЫХ РЕЛИГИЙ РЕЛИГИОЗНОМУ ЭКСТРЕМИЗМУ: РАЗУМ И ВЕРА Грета Соловьева
  8. ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ ТРАДИЦИОННЫХ РЕЛИГИЙ РЕЛИГИОЗНОМУ ЭКСТРЕМИЗМУ: РАЗУМ И ВЕРА Грета Соловьева
  9. ПОВЫШЕНИЕ РОЛИ И СТАТУСА ТРАДИЦИОННЫХ РЕЛИГИЙ КАК ЭФФЕКТИВНЫЙ ФАКТОР ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ ЭКСТРЕМИЗМУ И ТЕРРОРИЗМУ Нагима Байтенова
  10. ГНОСТИЦИЗМ КАК ПРОТОИДЕОЛОГИЯ МЕЖДИСЦИПЛИНАРНОГО МИРОВОЗЗРЕНЧЕСКОГО СИНТЕЗА Владимир Дунаев, Валентина Курганская
  11. Байдаров Е.У.. Роль традиционных религий в противодействии экстремизму и терроризму: сб. метод. материалов. - Алматы: Институт философии и политологии КН МОН РК. - 150 с., 2011
  12. Сборник методических материалов. Роль традиционных религий в противодействии экстремизму и терроризму: сб. метод. материалов. - Алматы: Институт философии и политологии КН МОН РК. - 150 с., 2011
  13. Современный религиозный экстремизм и защита от его проявлений