<<
>>

Социальная природа массовой коммуникации

Научные парадигмы, как известно, не исчезают бесследно даже в тех случаях, когда их этическая и логическая уязвимость ставится на вид научной революцией. При относительно „покойной, эволюционной их смене шансы на сохранение некогда укорененных в профессиональном сознании Г'глядов повышаются.

Нечто подобное происходит и с презумпцией «всемогущества» масс медиа в отношении информационного, идеологического и культурного воздействия на фактически безграничную аудиторию. Общественная практика приносит ежедневные тому примеры, будь то с санкциями к информационным источникам, признаваемым, легитимной властью и неформальными лидерами за основное идейное обеспечение политических движений, с постоянными апелляциями общественного мнения к прессе, или с вложением крупных капиталов в телерекламу. Вероятно, ореол «всесильности», значительно поблекший под натиском скепсиса, недоверия и равнодушия к деятельности информационных служб и массовому общению при их посредничестве, имеет, помимо идеологической, и иную основу. Возможно, все дело заключается в том, что_содма;1Ьная коммуникация представляет собой онтологическую структуру общества, развернутый образец которой демонстрирует нам современность.

Любой социологический словарь определит массовую коммуникацию как институционализированный макропроцесс производства, распространения и обмена информацией (трансмиссии информации), осуществляемый с помощью особых устройств и технологий. Контроль за средствами массовой коммуникации, суть которых простирается за пределы инструментал, ных представлений, но состоит ч конституиро- вании самого процесса, в воспроизводстве его субстанциональных характеристик, — одна из обязательных функций общественных систем. Несмотря на регламентированность массовой коммуникации, в бол! шей или меньшей степени свойственную различным социальным образованиям, и процесс, и институт достаточно автономны.

Опосредованная многосложными э; эномическими, социальными и культурными воздействиями, массовая коммуникация, в свою очередь, формирует повседневность, социум и алгоритмы его познания. Безусловно, последнее не ограничено сферой собственно символического, репрезентирующего самое себя; оно расширено до мира объективных сущностей и сужено к субъективно реальности интерпретатора. Интенсивно проникая во все зазоры социальной структуры, массовая коммуникации дает основание представить ее как универсальный механизм, связующий культуру с иными институциями. Не будучи независимой переменной, как эго видится К. Розенгрену, массовая коммуникация все же не вмещается в желоба, расположенные вдоль осей «большого колеса культуры \ которыми социальное пространство разграничивается на экономику, технологию, науку, образование, литературу, искусство, религию и политику, отлаживая тем самым лишь меж.ерриториальные контакты. Она пронизывает социальный организм целиком, дифференцируя и соединяя различные его глубины, доступные обыденному и научному наблюдению на уровне объективном, уровне символическом л уровне действий .

Аналогиями «всеобщей» связи представления о могуществе массовой кс шуннкации не исчерпываются. Она мыслится, мы помним, и современней культурой как таковой, что отчетливо прочитывается в концепции Моля, сторонников когнитивного подхода к ее анализу или критике Ж. Бодри й я ром «информационного общества», в кото* ром множатся не похожие друг на друга образы некогда единственной реальности, а истина ускользает, растворяясь в разнообразии вариантов . Очишснныс до идеализации обе — взаимодополняющие ли, противостоящие ли — аналогии предоставляют случай концептуализировать массовую коммуникацию не только как оформителя общественного согласия, но и как тотального опосредователя социального и культурного контекста.

Подобно всем макромасштабным феноменам о массовой коммуникации нетрудно разглядеть и струящуюся социальную ткань, и ее сетчатую канву, т. е.

увидеть, ка*' это принято в социологии, и процесс, и структуру. Тем не менее неясности с определением динамики и статики, тенденций и хгобенностей массовой коммуникации возникают вновь и вновь прежде всего : отому, что самое понятие «коммуникация», обозначающее коммуникативные движения различного порядка, все больше привлекает исследователей в их попытках описать и объяснить эциальную интеракщ чь

Обоснование массовой коммуняка!, ж по схемам анализа социальных процессов (идеологнчских, информационных), а функционирование СМК — по схемам анализа социальных структур (социального института массовой информации), не элиминирует возможность рассматривать общественные функции коммуникативных феномешя л ином ракурсе. Массовая коммугчкация может быть понята как качественно определенное состоя .ие общесть*, котор.; наряДУ с необходимостью бесстрастной исследовательской регистрации до проявлений и Параметров вызывает то или иное ценностное отношение. Обычно, если исследователю не удается застраховать себя ОТ оценок предлагаемых идеальных конструкций в терминах желаемого, он рискует прослыт1 творцом социальных утопий, что нееди- ножды случалось в истории и происходит сегодня Скажем, идея К). Хабермаса о рациональном общественном дискурсе как приемлемом и обоснованном пути движения к свободному общест ву довольно часто представляется его критикам наивной и романтической 3. Между тем увиденную сквозь призму этой идеи массовую коммуникацию можно бьыо бы обозначить особым качественным состоянием общества, в котором в противовес позиции «вс ; против всех» все вступают в коммуникацию со всеми, т. с. взаимодействуют, реализуют внутреннюю интенцию на другого и в конечном счете соотносят себя со всем социальным миром. Нет оснований сомневаться в том. что эта утопическая картинка покоится на некоем глубинном смысле.

В ситуации постмодерна этот образ вполне объясним напряженным движением общественной мысли в сторону тех форм к способов человеческого су шествования, которые дапали бы гарантии или, по крайней мере, сокращали вер* 1тность летаг.ных исходов и крушения не идеалов, но судсб социальных общностей и индивидов. Помимо идеологических доктрин, декларирующих «новую волну» в подходах к решению общественных проблем, рациональность и коллективный договор в политике, подобные идеи побуждают и к сугубо научному теоретизированию о соотношении предельных философских понятий, о взаимодействии культуры и социально-экономической заданности. Таковой, например, представляется теория коммуникативного действия Ю. Хабермаса, изложенная в традиции критической школы, где некоторая соотнесенность социальной философии и идеологической предвзятости в ходе критического истолкования легитимного порядка не исключается безусловно. Ценностное отношение к коммуникации, в том числе массовой (выявление существенных различий между этими феноменами наступит позже) может быть противопоставлено инструментальному или, скорее, утилитарному подходу к СМК, который :-тенсивно эксплуатируется ныне в социальной практике и в равной мере характерен для властных структур и общественного мнения. В социальном же теоретизировании возможность рассмотреть массовую коммуникацию как некую общественную Цо.шость, желаемое состояние или качество общества позволяет раздвинуть горизонты обозреваемой методологической перейсктивм,' лг чевантной в постижении онтологических характеристик общественного бытия и смысложизненных ориентиров общественного созьаиия.

Однако поиски эталонной меры взаимообусловленности объективного и субъективного компонента в познании — извечное занятие гуманитарной науки. Поэтому, заявляя об изучении содержания массовой коммуникации, шире — содержания культуры, создаваемой и транслируемой СМК, мы всякий раз оказываемся перед выбором адекватной, на наш взгляд, методологии. В общем все многообразие вариантов, предлагаемых теми или иными концептами коммуникации, по законам познания или как-либо еще, формируется в некую дихотомию, распадаясь на дилеммы, требующие осознанного решения исследователя. Так или иначе они достаточно подробно освещены научной литературой, между тем сведение их воедино представляется нам самостоятельной задачей. Таких дилемм несколько. Они касаются общей парадигмы исследования, предмета и объекта анализа. В самом сжатом виде их изложение таково.

Дилемма /. С1 особы исследования содержания культуры принципиально отличны от способов изучения естественнонаучных явлений. Методология анализа определяется ориентированностью познающего субч»екта иа тот или иной мето” познания.

Дилемма 2. Механизмы и правила конструирования значений и смыслов интерсубъективной коммуникации приниципиально не совпадают с механизмам., и правилами конструирования массовой коммуникации. Если в первом случае атомарной структурой являйся коммутативное действие по достижению понимания субъектов, то во втором - стратегическое действие, направленное на успех. Тип социального действия неизбежно воспроизводится символическим образом в содержании коммуникации. Ориентированность исследователя в данной дилемме позволяет уточнить предмет анализа.

Дилемма 3. Текст и речевой дискурс в качестве объектов социологического исследования несводимы друг к другу. Если со/тержанме элементарного коммуникативного акта выявляется в дискурсе, то содержание массовой коммуникации — преимущественно в тексте. Последний сохраняет ценностную одухотворенность дискурса, одиако ее репрезентация в условиях многозначного истолкования текста значительно усложнена.

Изучение правил и регламентаций, лежащих в основании макро- коммуникативных движений, которые вовлекают в свою орбиту социальные ценности, символы, мифологемы и интерпретационные схемы, представляется ..ам последовательной и поступательной расшифровкой обозначенных дилем*..

<< | >>
Источник: Костенко Н.В.. Ценности и символы массовой коммуникации. 1993

Еще по теме Социальная природа массовой коммуникации:

  1. 1.Структура и социальные функции электронных средств массовой коммуникации.
  2. МАССОВАЯ КОММУНИКАЦИЯ В КУЛЬТУРНОЙ И НАУЧНОЙ РЕФЛЕКСИИ
  3. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ДИПЕММЫ СОЦИОЛОГИИ МАССОВОЙ КОММУНИКАЦИИ
  4. Тема 12. Средства массовой коммуникации в поле культуры.
  5. Костенко Н.В.. Ценности и символы массовой коммуникации, 1993
  6. V. АРХИТЕКТУРА: ВИД МАССОВОЙ КОММУНИКАЦИИ?
  7. IV.ЦЕННОСТНОЕ ОБОСНОВАНИЕ И СИМВОЛИЧЕСКАЯ КУЛЬТУГА -» СРЕДСТВАХ МАССОВОЙ КОММУНИКАЦИИ
  8. Новелла о социальных коммуникациях.
  9. 7 ПИОНЕРЫ МАССОВЫХ СОЦИАЛЬНЫХ ОБСЛЕДОВАНИЙ
  10. 5.8. Формы массового поведения и социальные движения
  11. Наука как социальная коммуникация: проблемы и перспективы для российского научного сообщества
  12. 7.2 Чарльз Бут — пассионарий массовых социальных обследований
  13. 3. МЕЛКОБУРЖУАЗНЫЕ И СРЕДНИЕ СЛОИ КАК МАССОВАЯ СОЦИАЛЬНАЯ БАЗА ФАШИЗМА
  14. Социальная природа гоминьдановской власти
  15. 2.1.2. Социальная природа социологии, факторы, ее обусловливающие