<<
>>

Заключение

  Глобальный салафитский джихад является угрозой миру. Арена его действий — весь земной шар, его апокалиптические воззрения преодолевают все барьеры, способные помешать планируемым им зверствам.
Для осуществления своей миссии он, не колеблясь, применит оружие массового уничтожения. Уничтожение этого движения является императивом. Война с этим видом терроризма должна вестись на многих фронтах. За рамки данного исследования выходят некоторые факторы, действующие на макроуровне, которые оказали влияние на это общественное движение мусульманского возрождения, такие как западная политика в отношении мусульманских стран, социальная политика в сфере иммиграции и образования в странах Запада, проблемы в сфере занятости на Ближнем Востоке и государственная политика в отношении религии. Более широкие социальные, культурные, экономические и политические факторы, способствующие развитию джихада, уже были весьма компетентно освещены несколькими другими авторами (Khosrokhavar, 1997 и 2002; Кепель, 2004; Roy, 2002). В заключение я ограничусь практическими рекомендациями, вытекающими из полученных мной эмпирических данных.

Вопросы правоохранительной деятельности

В войне против терроризма Соединенные Штаты и многие другие страны уже делают многое правильно. Значительная часть последующих рекомендаций равнозначна просто добросовестной полицейской работе. Анализ общественных сетевых структур придает ей теоретическую структуру.

Точки

Природа сетевых структур различных кластеров, составляющих глобальный салафитский джихад, диктует разнообразие стратегий. Аппроксимирование «малых миров» магрибских и ближневосточных арабских сетей предполагает необходимость нанесения скоординированных ударов по их социальным узловым точкам. Они особенно уязвимы, поскольку через них осуществляется большая часть связей и контактов участников джихада. Арест этих индивидов низвел бы данные сети до изолированных подразделений, одиночек или клик, которые будут неспособны проводить сложные широкомасштабные операции в силу отсутствия опыта, логистической и финансовой поддержки.

Полностью предотвратить небольшие операции было бы очень трудно, но без впечатляющих успехов, поддерживающих их мотивацию для террора, изолированные исполнители утратят энтузиазм. Эти небольшие операции, как показали взрывы в Касабланке в 2003 г., по-

прежнему могут уносить немало жизней. Но к ним следует относиться исключительно как к проблеме правоохранительной деятельности. Это сведет терроризм до уровня простой преступности и не даст террористам вести пропаганду джихада, которая способна и далее вдохновлять отчужденных молодых людей вступать на путь служения его делу. Победа в медиавойне за то, чтобы террористы воспринимались как преступники, а не как отважные моджахеды, особенно важна для уничтожения притягательности самопожертвования за общее дело и ради отвращения потенциальных террористов от участия в таких действиях.

Произвольные аресты индивидов низшего звена (точек) на пограничных пунктах не приведут эту сеть к деградации. Повышенная бдительность помешает террористам прибыть в Соединенные Штаты и не даст им проводить операции на американской земле. Это хорошо, но такая защита - результат не так действительных арестов террористов, как страха перед арестом, который отбивает желание других террористов приезжать сюда. Тем не менее, это не приведет к уничтожению терроризма, а перенацеливает его на легкие цели в более доступных для удара странах. Прокатившаяся после 11 сентября волна взрывов в таких традиционных убежищах террористов как Саудовская Аравия, Индонезия, Марокко, Йемен, Пакистан и Афганистан представляется косвенным признанием террористами своей слабости. Данные операции вызвали ответные действия со стороны этих государств, ранее не проявлявших особого желания ловить террористов или подвергать их судебному преследованию на своей территории. Эти преследования лишают террористов убежища, которым они прежде пользовались, и ведет к дальнейшему упадку их сетевых структур. Энтузиазм, который в последние годы проявляют Индонезия, Саудовская Аравия и Марокко в отношении войны с терроризмом, суть прямой результат нарушения террористами негласного принципа правительственной политики этих стран — «живи и давай жить другим».

Сейчас, когда террористов лишили доступа к другим целям, высока угроза террористических атак против Великобритании, традиционно являвшейся убежищем для многих террористов, которых судили и подвергали тюремным заключениям в других странах.

Характер сетевых структур «Джемаа исламийя» диктует другую стратегию. «Джемаа исламийя» построена по иерархическому принципу и эту сеть можно привести к упадку, «обезглавив» ее, т.е. арестовав ее лидеров. Усилия по их поимке прилагаются со времени взрывов на Бали в 2002 г. и если ее лидеры будут лишены возможности восстановить ее сверху донизу, «Джемаа исламийя» может быть уничтожена. Планирование и обеспечение операций в ней всегда осуществлялись сверху вниз и мало что свидетельствует о проявлении инициативы на местах. Эта сеть, большинство членов которой вышли из исламских школ-интернатов, где они подвергались ин- доктринации глобальной салафитской идеологией, была построена по

принципу ученичества. Указанные школы необходимо закрыть для предотвращения дальнейшего обучения террористов. Малайзийское правительство уже закрыло школу «Песентрен Лукманул Хакием». Индонезийскому правительству нужно сделать то же самое с «Пондок Нгруки». Поскольку члены «Джемаа исламийя» имели весьма тесные связи с этими школами, следует выследить и расследовать деятельность их преподавателей и учащихся за последние два десятилетия. В Индонезии это значительно сузит поле для работы в данной области.

С прагматической точки зрения, для сил охраны правопорядка подсказкой о готовящихся нелегальных операциях могут служить изменения в религиозном поведении. Салафитам предписано придерживаться строгого кодекса в плане поведения, одежды и внешнего вида, а потому они легко узнаваемы. Они воздерживаются от алкоголя и половых вольностей, отращивают бороды и одеваются в традиционном мусульманском стиле. Неожиданный отказ от такого стиля жизни должен вызвать тревогу. Сбрива- ние бород, облачение в западные наряды или использование парфюмерии в аэропортах может стать сигналом о том, что они пытаются слиться с окружающими или скрыть что-то от властей. На самом деле любая неожиданная смена салафитского облика на западный должна немедленно становиться предметом расследования. Есть вероятность того, что такая тревога окажется ложной и она не может служить основанием для ареста, но это должно усилить подозрения относительно причин подобных перемен. «Глаза и уши» разведки внутри салафитской общины должны предупреждать власти об этой перемене, побуждая к незамедлительному расследованию.

Аналогичным образом, подозрения должны усилиться в случае, если мусульманин-салафит требует выдать ему новый паспорт. Часто те, кто направлялся на Запад, сообщали об утере своих паспортов, дабы замести любые следы предыдущих поездок в Афганистан или Пакистан, которые могли бы спровоцировать тщательную проверку на пограничных пунктах. Данная попытка скрыть прошлые поездки может служить индикатором враждебных намерений.

Связи

Один из основных выводов настоящего исследования состоит в том, что социальные узы играют более важную роль в появлении глобального салафитского джихада, нежели идеология. Нужно отслеживать друзей и знакомых выявленных террористов и расследовать их деятельность вне зависимости от места их проживания. Особенно важны те из них, кто дружил с террористом непосредственно перед тем, как он вступил на путь осуществления джихада, например, поехал в Афганистан для прохождения подготовки. Эти друзья способствовали его трансформации из отчужденного му

сульманина в моджахеда, преданного делу глобального салафизма. Поскольку они были близкими друзьями, возможно членами клики, эти друзья, вероятно, сами являются моджахедами или активными сторонниками глобального джихада. Учитывая, как много времени члены клики проводят вместе и плотность сети связей, которые они представляют, выявление всех членов клики не станет столь уж трудной задачей. Каждый ее член должен стать объектом расследования на предмет формальных связей с джихадом. В рамках данного процесса не следует упускать из виду и родственников, включая неединокровных, особенно в случае людей, обращенных в ислам.

Периферийные социальные контакты имеют принципиально важное значение для процесса вступления в джихад. Этих людей также необходимо выявлять и расследовать их деятельность, поскольку именно они обеспечили знакомство потенциальных моджахедов с джихадом. Без этих мостов потенциальные кандидаты не сумели бы вступить в джихад. Этих индивидов выявить будет сложнее, потому что они не являлись составной частью плотной сетевой структуры клик. Однако обретаются они, вероятно, там, где члены клики нашли их, а именно — при мечетях, которые по традиции направляли потенциальных кандидатов в афганские учебные лагеря. За этими немногочисленными мечетями нужно осуществлять тщательный надзор или же закрыть их. Следует подвергать проверке те места, где устанавливались связи с джихадом до этого — на случай, если индивид, играющий роль моста, «лег на дно» где-то поблизости. Он мог также переехать и тогда поиски следует сконцентрировать на тех лицах, которые находились рядом в момент контакта с джихадом — дополнительно ко всем подозрительным прихожанам, давно посещающим данную мечеть. Угроза лишения свободы формирует враждебный климат и мешает этим людям- мостам свободно рекламировать свою связь с джихадом и поощрять вовлечение в него новых членов. Кроме того, с точки зрения возможного сотрудничества с разведывательными службами эти люди-мосты могут оказаться полезнее, чем члены клики, сильные эмоциональные узы внутри которой пресекают возможность предательства.

Уже установлена важность перехвата и мониторинга связи между террористами, осуществляемой посредством спутниковых и стационарных телефонов, электронной почты, факсимильной связи и чатов в Интернете. Благодаря продуктивному международному сотрудничеству полицейских служб эта деятельность привела к аресту многих важных террористов. Установка подслушивающих устройств в местах, где часто бывают террористы, также создала возможность отслеживать их совместные действия. Даже если эти связи не становятся объектом мониторинга, страх того, что он осуществляется, может замедлить коммуникации между террористами, потому что они прибегают к более медленным, более безопасным средствам обмена информации, таким как письма или личные контакты. Это снижает

их способность осуществлять контроль над операциями во всемирном масштабе. Неудача заговора, целью которого был подрыв боевых кораблей в Гибралтарском проливе летом 2002 г., частично стала результатом подобных трудностей со связью между диверсантами на месте и ответственным лицом, осуществлявшим надзор за операцией в целом.

Ликвидация легкодоступных учебных лагерей не даст потенциальным кандидатам возможность пройти обучение террористическим навыкам и найти ресурсы, необходимые для выполнения операции. Лагеря в Афганистане и на Филиппинах уже уничтожены. Возможно, вне зоны контроля мировых правительств еще существуют некоторые районы, где может проходить обучение — на Филиппинах, в Пакистане, Афганистане, Индонезии, Йемене, Палестине, Ливане, Чечне и мусульманских государствах Центральной Азии. Некоторые несостоявшиеся государства, которые не способны обеспечить контроль над значительной частью своей территории, являются потенциальным местом для расположения подобных лагерей. Однако их удаленность, которая обеспечивает защиту от действенного государственного вмешательства, одновременно является препятствием, лишающим потенциальных моджахедов легкого доступа к ним. Тем не менее, следует отслеживать подозрительные передвижения, особенно мусульманских фундаменталистов, для обнаружения новых лагерей. Удаленные районы Ирака с легким доступом в Иран, Турцию или Сирию в будущем могут стать местом, где появятся такие лагеря, поскольку присутствие войск США в Ираке будет действовать как магнит на террористов-салафитов, которые естественно станут выбирать в качестве объекта операций тех, кого они считают неверными интервентами, вторгшимися на мусульманские земли.

Возросшая повсюду в мире после И сентября 2001 г. бдительность затрудняет создание таких учебных лагерей. Я подозреваю, что в будущем подготовка глобальных моджахедов-салафитов будет проводиться на местах, там, где появились кандидаты-добровольцы. Если это так, то пример Марокко может оказаться прообразом грядущих событий. Те, кто совершили взрывы в Касабланке, на выходные или на неделю отправлялись в туристические походы в пещеры или леса в окрестностях больших городов, где жили, подчиняясь военной дисциплине, и обучались изготовлению взрывных устройств у местных «экспертов», которые ранее прошли подготовку в Афганистане. Качество этого обучения было низким, но результатом их усилий все же стала масштабная бойня.

<< | >>
Источник: Сейджман М. Сетевые структуры терроризма. 2008

Еще по теме Заключение:

  1. РАЗДЕЛЫ 103—107. О ВЫЖИДАТЕЛЬНОМ ПОЛОЖЕНИИ ПОСЛЕ ОБЪЯВЛЕНИЯ ВОЙНЫ.1 О ВЫЖИДАТЕЛЬНОМ ПОЛОЖЕНИИ ПОСЛЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ МИРА.* О НАСТУПЛЕНИИ ПОСЛЕ ОБЪЯВЛЕНИЯ ВОЙНЫ.3 О НАСТУПЛЕНИИ ПОСЛЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ МИРА.4 О ПОХОДЕ ОБЪЕДИНЕННЫМИ СИЛАМИ8
  2. Заключение.
  3. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  4. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  5. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  6. Заключение
  7. Заключение
  8. ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ.
  9. ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ
  10. VI. Заключение
  11. 6. ЗАКЛЮЧЕНИЕ: ВЫВОДЫ И РЕКОМЕНДАЦИИ
  12. Глава 28. ЗАКЛЮЧЕНИЕ ДОГОВОРА
  13. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  14. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  15. Заключение.
  16. Заключение
  17. Заключение
  18. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  19. Заключение
  20. заключение