<<
>>

Старая бюрократия и новая буржуазия

Дополняя соображения Я. Корнай о конститутивном характере дефицита для социалистического уклада (отдельное издание: «Дефицит». Москва: «Прогресс», 1990), Ю.А. Левада с автором данной статьи выступили в 1988 году («Горизонт», 1988, № 10) с идеей о том, что дефицит является инструментом, с помощью которого бюрократия как распорядитель ограниченного ресурса осуществляет и оперативное и стратегическое управление обществом.
Эта мысль нашла продолжение в работе A.C. Ахиезера в послепереломный период («Общественные науки и современность», 1993, № 1), когда произошло устранение высшего эшелона властвующей бюрократии. Автор предлагает трактовать это не как «победу над бюрократией», а, напротив, как торжество низших и средних держателей дефицита над остальным обществом. В самом деле, бюрократия среднего и низшего уровней на протяжении основного периода советской истории находилась под достаточно жестким контролем своих собственных «верхов». Движение к демократии, по замыслу его сторонников, должно было бы создать механизмы для контроля «снизу», со стороны клиентов, потребителей, посетителей и пациентов. Однако потенциал демократического движения был использован политиками для разрушения прежде всего верхних эшелонов власти. «Контроль снизу» в виде системы самоуправления, эффективной выборной власти и т.п. не был создан, а «контроль сверху» был упразднен, что открыло для упомянутых средних бюрократических структур небывалую свободу. Именно этим мы объясняем наполнившие прессу жалобы на то, что «при демократах» коррупция, произвол чиновников приняли необъятные размеры. В этих выступлениях уже почти не фигурируют обвинения в «бюрократизме», хотя, как показывают специальные исследования ВЦИОМ, все так именовавшиеся феномены в деятельности государственных учреждений — медлительность, неэффективность, равнодушие или враждебность к клиентам и пр., по мнению таковых клиентов, не исчезли, а может быть, и усугубились.
На подобной оценке ситуации, видимо, также сказалось пришедшее осознание факта, что больше нет того высшего властного авторитета, которому можно пожаловаться и кото- рый возьмет «простого человека» под защиту, а «бюрократа» накажет. (В способность высшей власти контролировать ситуацию в республике верит ныне всего 11% россиян.) Иными словами, развалилась патерналистская конструкция представлений о власти, элементом чего была «борьба с бюрократизмом». Расцвет такой формы коррупции, как мздоимство, говорит о том же: чиновничество освобождается от контроля сверху и выступает как самостоятельный агент. Клиент, давая взятку, свидетельствует о своем признании такой ситуации. Получив свободу от подчинения «верху», перестав делиться с ним, бюрократия открыла для себя совсем новую возможность — это возможность конверсии власти в богатство (капитал). Лютые враги буржуазии стали стремительно и в массовом порядке превращаться в буржуа. В нашем распоряжении нет соответствующей статистики. Однако по результатам исследований ВЦИОМ можно предполагать, что значительная доля номенклатуры перешла в бизнес. Для стран третьего мира, а к этой категории российские публицисты все чаще относят свою страну, характерен, как известно, феномен бюрократической буржуазии, сращения государственного чиновничества с национальной (иногда транснациональной) буржуазией. В российских условиях идет, как видим, другой процесс. Национальная буржуазия не сращивается с бюрократией, а выращивается из последней. Бюрократы в качестве руководителей различного уровня были единственными распорядителями почти всех ресурсов. Об этом писали еще критики «социалистической» бюрократии. С началом приватизации высшие чиновники на уровне каждой административной или отраслевой единицы получили значительное преимущество перед прочими группами в деле превращения этих богатств в различные виды своей собственности. Так называемая номенклатурная приватизация, идущая, судя по всему, быстрыми темпами, использует несколько легальных и несколько нелегальных форм превращения госсобственности в частную. В зависимости от того, как пойдет дело, в ближайшие годы либо возникнет класс крупных собственников, располагающих основной частью средств производства в России, либо сложится система скрытого перераспределения доходов от владения госсобственностью без публичного несения ответственности за ее сохранение, развитие и рациональное использование.
<< | >>
Источник: Левинсон А.. Опыт социографии: Статьи, — М.: Новое литературное обозрение. —664 с.. 2004

Еще по теме Старая бюрократия и новая буржуазия:

  1. Эта старая новая ложь
  2. Единая экономика - «старая» и «новая»
  3. СТАРАЯ ЛАДОГА И ВЕЛИКИЙ НОВГОРОД– ДРЕВНИЕ СТОЛИЦЫ РУСИ
  4. От бюрократии к мафии
  5. РАСА И БЮРОКРАТИЯ
  6. БЮРОКРАТИИ
  7. Разоблачение бюрократии и «гласность»
  8. БЮРОКРАТИЯ
  9. 3. ФЕНОМЕН БЮРОКРАТИИ
  10. Бюрократия как всеобщий посредник
  11. Российская бюрократия как корпорация и объект критики
  12. 3.12. Бюрократия как тип социальной организации
  13. ЕСЛИ ВЫ "ПОПАЛИ НА ЗУБ" БЮРОКРАТУ
  14. Организация буржуазии.
  15. Мелкая буржуазия о евоих позициях.
  16. Украинская буржуазия о рабочем вопросе.
  17. Михаил Михайлович Сперанский (1772–1839) «СВЕТИЛО РУССКОЙ БЮРОКРАТИИ»