<<
>>

ТУХАЧЕВСКИЙ

  Михаил Николаевич Тухачевский родился 4 февраля 1893 г. в селе Александровское Дорогобужского уезда Смоленской губернии в старинной, но обедневшей дворянской семье. Родитель его категорически отвергал все

формы религии, считался либералом и, демонстрируя презрение к предрассудкам, женился на собственной служанке.

Не удивительно, что при отце, дворянине-атеисте, и матери, происходившей из крестьянского сословия, мировоззрение Миши Тухачевского весьма отличалось от взглядов, традиционных для аристократической среды. Такие понятия, как монархия и православие, отнюдь не внушали ему особого трепета, однако, поставив себе целью сделать военную карьеру, юноша научился довольно ловко скрывать свои истинные чувства.

В 1914 г. Тухачевский окончил Александровское военное училище в Москве и как лучший на курсе получил право свободного выбора места службы. В звании подпоручика Михаил Николаевич был зачислен в один из наиболее привилегированных полков русской армии — лейб- гвардии Семеновский. Начавшаяся Первая мировая война представила честолюбивому офицеру прекрасную возможность ускорить свое продвижение по службе.

2 сентября 1914 г. 7-я рота семеновцев под командованием капитана Веселаго и его заместителя Тухачевского с боем форсировала реку Сан по подоженному австрийцами мосту и благополучно вернулась на восточный берег с трофеями и пленными. Михаил Николаевич за этот подвиг получил орден Св. Владимира 4-й степени с мечами. В течение последующих месяцев имя отважного и энергичного подпоручика Тухачевского стало довольно известным в полку. В ближайшей перспективе уже маячило внеочередное повышение в чине, однако внезапно эта надежда рухнула. 19 февраля 1915 г. 7-я рота была окружена германцами и почти полностью уничтожена в ходе ночного рукопашного боя. В момент, когда противник начал атаку, Тухачевский спал в небольшом окопчике. Выскочив из укрытия, он успел сделать несколько выстрелов из револьвера, однако быстро был сбит с ног и оглушен.

Пять раз Михаил Николаевич пытался вырваться из плена и в конце концов попал в баварскую крепость Ин- гольштадт — место заключения самых неисправимых бег-

лецов. Здесь он содержался вместе с русскими, английскими, бельгийскими и французскими офицерами (в числе последних находился и будущий президент Франции Шарль де Голль), но столь приятная компания отнюдь не заставила нашего подпоручика отказаться от своего замысла. Заключенные получили право на прогулку за пределами крепости при условии, что они дадут письменное обязательство не предпринимать попыток к бегству. Дав требуемое обещание, Тухачевский при первой же прогулке улизнул от сопровождавшего его пожилого полицейского. Беглец сумел добраться до нейтральной Швейцарии, а затем через Францию и Англию прибыл в Петроград.

В ноябре 1917 г. (уже после большевистского переворота) Тухачевский объявился в родном Семеновском полку, где был избран командиром роты. Приняв сторону нового режима, бывший офицер царской гвардии вступил в РКП(б), успел поработать в Военном отделе ВЦИК и военным комиссаром Московского района, а в июне 1918 г. стал командующим 1-й армией Восточного фронта.

Почти сразу после вступления в должность Тухачевский получил возможность продемонстрировать свою преданность Советской власти. 11 июля командующий фронтом М. А. Муравьев поднял антибольшевистский мятеж. Михаил Николаевич отказался поддержать выступление, за что был арестован и едва не поплатился жизнью. К счастью для него, вечером того же дня Муравьев погиб во время перестрелки в здании Симбирского губисполкома, а освобожденный Тухачевский вернулся к исполнению свои обязанностей.

8 сентября 1-я армия выбила войска Комитета Учредительного собрания (Комуча) из Симбирска. Михаил Николаевич тут же отправил Ленину (на которого незадолго до этого было произведено покушение) верноподданническую телеграмму: «Дорогой Владимир Ильич! Взятие Вашего родного города — это ответ на Вашу одну рану, а за вторую — будет Самара!». Самара действительно была взята ровно через месяц, телеграмма же вошла в учебники истории.

Зимой 1918—1919 гг.

боевые действия на Восточном фронте затихли, и молодого перспективного военачальника отправили на Юг — командующим 8-й армии. Впрочем, здесь он пробыл недолго. Еще до того как белые перешли в наступление, а в большевистском тылу заполыхали казацкие восстания, Михаила Николаевича вновь отозвали на Восток и поставили во главе 5-й армии.

Летом 1919 г. войска Тухачевского перевалили через Урал и начали активно теснить отступавших колчаковцев. В качестве последней надежды штаб верховного правителя разработал план разгрома 5-й армии под Челябинском. По отзыву в дневнике военного министра Колчака, барона А. П. Будберга, план этот предполагал «повторить Мамаево побоище с заманиванием красных в ловушку при помощи добровольного очищения Челябинского узла; считается, что красные бросятся на эту приманку, после чего их там захлопнут при помощи очень сложного маневра...». Шансы на успех Будберг оценивал весьма скептически, считая, что они заключаются лишь «в надежде на авось и заступничестве Николая Чудотворца».

Скепсис министра оказался вполне оправданным, поскольку в результате чересчур «хитроумной» операции белые не только потеряли Челябинск, но и понесли одно из жесточайших поражений в истории Гражданской войны. Тухачевскому же эта победа принесла орден Красного Знамени и репутацию освободителя Сибири (с точки зрения красных, разумеется).

Михаил Николаевич пошел на повышение и с января 1920 г. возглавил Кавказский фронт, на котором благополучно сумел добить остатки вооруженных сил Юга России. В апреле он уже подписал директиву о начале вторжения в Азербайджан, однако лично возглавить операцию не успел. Способности Тухачевского потребовались на другом, и на тот момент главном фронте Гражданской войны, — Западном.

Война с Польшей стала величайшим триумфом полководца и одновременно самым жестоким его поражением. Огромную роль в печальном исходе кампании сыграли

как политические (расчет на помощь польских рабочих и крестьян), так и военные (разбросанность сил, отставание резервов) просчеты большевиков.

Велика была и вина конкретных командующих фронтами и армиями.

В момент наивысших успехов Красной армии Западный фронт Тухачевского и Юго-Западный фронт Егорова образовывали по отношению друг к другу практически прямой угол. При этом Тухачевский готовился штурмовать Варшаву, Егоров — Львов. Справедливо полагая, что в момент, когда все поставлено на карту, поляки обязательно предпримут последнюю отчаянную попытку контрнаступления, Михаил Николаевич добился переброски на свой фронт 1-й Конной и 12-й армий. Однако, увлекшись боями за Львов, Егоров на несколько дней задержал отправку этих войск. С другой стороны, Тухачевский ошибочно полагал, что контрудар поляков последует на севере, в районе так называемого Данцигско- го коридора, через который противник получал оружие и припасы из Европы. В действительности неприятель сосредоточил свои силы на юго-западе, благодаря чему его натиск оказался не только всесокрушающим, но и внезапным.

Произошло «чудо на Висле»: Красная армия проиграла польскую кампанию, и старушка-Европа вздохнула свободнее. Тем не менее жестокое поражение в войне с Польшей отнюдь не привело к опале Тухачевского. В 1921 г. Михаил Николаевич еще дважды доказывал свою преданность Советской власти, успешно и с крайней суровостью подавляя Кронштадтское и Тамбовское восстания. Проводимая им при этом практика тотальных репрессий мрачной тенью легла на его репутацию военачальника.

Послевоенная карьера Тухачевского, хотя и без резких взлетов, но довольно равномерно шла по нарастающей. Вплоть до 1924 г. он командовал Западным фронтом, прикрывавшим границу с недавним противником, Польшей. Здесь Михаилу Николаевичу удалось разгромить белопар- тизанские отряды Булак-Балаховича и оттеснить их на польскую территорию.

Правда, как и в годы Гражданской войны, его отношения с комиссарским составом складывались далеко не идиллически. В 1924 г. в наркомат по военным и морским делам поступил донос от секретаря парткома Западного фронта, который обвинял Тухачевского в «неправильном отношении к коммунистам» и аморальном поведении.

М. В. Фрунзе наложил на эту бумагу резолюцию: «Партия верила Тухачевскому, верит и будет верить». Более того, он добился назначения Михаила Николаевича на должность помощника начальника Штаба РККА.

Некоторые историки полагают, что в это время Фрунзе планировал военный переворот и целенаправленно расставлял своих людей на важнейшие посты в Красной армии. Следует отметить, что, при всей сомнительности подобных предположений, назначение Михаила Николаевича вполне соответствует данной схеме. Фрунзе и Тухачевский были старыми соратниками по Восточному фронту и вполне мирно делили между собой лавры победителей Колчака.

В 1925 г. Фрунзе умер при весьма сомнительных обстоятельствах, и с его смертью Тухачевский лишился влиятельного покровителя в партийном руководстве. Тем не менее Михаил Николаевич продолжал продвигаться по служебной лестнице и в 1925—1928 гг. занимал должность начальника Штаба РККА. Однако все его усилия по перевооружению армии и реорганизации органов управления натолкнулись на сопротивление наркома Ворошилова. В какой-то момент конфликт обострился настолько, что Тухачевский подал рапорт об освобождении от занимаемой должности, после чего был переведен на пост командующего Ленинградским военным округом.

Если это и считать опалой, то она оказалась весьма относительной и недолгой. В 1933 г. Михаил Николаевич получил орден Ленина и принимал праздничный парад на Красной площади, в 1934-м стал кандидатом в члены ЦК ВКП(б), а 20 ноября 1935 г. вместе с Ворошиловым, Буденным, Егоровым и Блюхером был удостоен высшего воинского звания — маршала Советского Союза. Наконец 9 апреля 1936 г.

Тухачевский достиг пика своей военной карьеры — должности 1-го заместителя наркома обороны и начальника Управления боевой подготовки РККА.

Фактически Михаил Николаевич занял второе (после наркома Ворошилова) место в армейской иерархии. При этом его популярность выходила далеко за пределы страны Советов. Эффектная, хотя и неудачная, польская кампания принесла Тухачевскому известность на Западе, а многочисленные труды по стратегии и тактике укрепили за ним репутацию выдающегося военного теоретика.

Между тем даже после смерти Фрунзе и за границей, и в самом СССР с большей или меньшей степенью интенсивности муссировались слухи о возможном военном перевороте. Разница заключалась в том, что теперь в качестве претендента на роль «красного Бонапарта» чаще всего упоминали именно Тухачевского. Независимо от того, насколько эти слухи были обоснованы, они не могли не встревожить Сталина.

Сам Михаил Николаевич превратился в своеобразного неформального лидера тех военных, которые выступали за модернизацию Красной армии. Им противостояли военачальники, предпочитавшие ориентироваться на опыт Гражданской войны (Ворошилов, Буденный, Ща- денко и др.).

В начале 1937 г. через президента Чехословакии Бене- ша советская разведка получила документы, подтверждавшие существование в Красной армии обширного и разветвленного военного заговора. На основании этих документов были арестованы Тухачевский, а также его ближайшие соратники — Уборевич, Якир, Корк, Примаков, Эйдеман, Путна и Фельдман. В ходе скоротечного и закрытого процесса все они признали свою вину, после чего Специальное судебное присутствие Верховного суда СССР приговорило их к смертной казни. Буквально через несколько часов (в ночь с 11 на 12 июня 1937 г.) приговор привели в исполнение. Кто-то из палачей рассказывал, что перед смертью осужденные кричали: «Да здравствует Сталин! Да здравствует коммунизм!».

Под молот репрессий угодили большинство родных и близких маршала — мать, братья, сестры и даже любовница (красавец Тухачевский всегда пользовался огромным успехом у женщин). В 1941 г. вместе с женами Уборевича и Гамарника расстреляли его супругу Нину Евгеньевну Гриневич. К счастью, уцелели две дочери — обе Светланы.

Согласно широко распространенной версии, все компрометирующие Тухачевского документы были изготовлены агентами гестапо с единственной целью — устранить руками Сталина наиболее талантливых советских военачальников. Существует еще одна версия: Сталин прекрасно знал истинную цену полученным документам, однако сознательно воспользовался ими для того, чтобы расправиться с потенциальной военной оппозицией. Наконец есть и третья версия: заговор существовал, Михаил Николаевич был его вдохновителем, и, следовательно, вынесенный ему приговор является абсолютно справедливым. Каждая из версий имеет своих сторонников и противников, но при этом подавляющее большинство историков сходятся на том, что останься Тухачевский в живых, он наверняка проявил бы себя как один из лучших военачальников Великой Отечественной войны. Впрочем, история не любит сослагательного наклонения, и подобный взгляд вряд ли можно признать бесспорным. Слабые места Красной армии — низкий уровень сержантского и офицерского состава, слабая тактическая подготовка, слабое взаимодействие между родами войск и т. д. — все это было очевидным и до чистки 1937 г., сигналом к которой послужило дело Тухачевского. Кроме того, основываясь на опыте Гражданской войны, Михаил Николаевич продолжал возлагать большие надежды на помощь европейского пролетариата. Надежды эти, как известно, стоили нам большой крови.

Как бы то ни было, но и до сего дня фигура Тухачевского вызывает пристальный интерес и противоречивые отзывы историков, что, как ни парадоксально, отнюдь не способствует прояснению истинного облика легендарного маршала.

Находясь по разные стороны фронта, Пепеляев и Тухачевский были людьми одного круга. И тот, и другой происходили из дворян, затем стали кадровыми офицерами, а Первую мировую войну встретили в одном и том же звании — подпоручика. Гражданская война дала им возможность выдвинуться из среды сверстников и в полном блеске продемонстрировать собственные полководческие дарования. Пепеляева называли сибирским Суворовым, Тухачевского — освободителем Сибири. Возможно, окажись победа на стороне белогвардейцев, и они вполне могли поменяться местами, с той разницей, что Пепеляев именовался бы не маршалом Советского Союза, а фельдмаршалом Российской империи (или все-таки республики?). Победа выбрала красных, и с этого момента звезда Тухачевского круто пошла ввысь, а жизнь Пепеляева покатилась под откос. Тем не менее финал этих двух столь похожих и столь разных судеб оказался одинаковым. Красный маршал и белый генерал заплатили страшную цену за собственную славу, заработанную в Гражданской войне, — войне, в которой не бывает победителей.

 

<< | >>
Источник: Митюрин Д. В.. Гражданская война: белые и красные. — СПб.: ООО «Издательство «Полигон»,2004. — 282, [6] с.: 16 л. ил.. 2004

Еще по теме ТУХАЧЕВСКИЙ:

  1. Новые подвиги Тухачевского
  2. МИХАИЛ НИКОЛАЕВИЧ ТУХАЧЕВСКИЙ (1893-1937)
  3. Михаил Николаевич Тухачевский (1893—1937)
  4. ЗАГОВОР ВОЕННЫХ
  5. Каменная кладка на капище в Богите (материалы раскопок И.П. Русановой и Б.А. Тимощука)
  6. «Чудо на Висле»
  7. ВЛАДИМИР КИРИАКОВИЧ ТРИАНДАФИЛЛОВ (1894-1931)
  8. ОПЯТЬ МИРОВАЯ РЕВОЛЮЦИЯ
  9. Опять Мировая революция
  10. Хорошие ли были танки у Сталина?
  11. КОНТРНАСТУПЛЕНИЕ
  12. 1921 ГОД
  13. «ЧУДО НА ВИСЛЕ»