<<
>>

Распростронение маздаизма на западе в V—I вв. до н.э.

Интенсивное распространение традиционного маздаизма на запад и восток началось, как мы полагаем, со времени знаменитого указа Ксеркса, запрещающего поклонение дэвам и последовавшими затем репрессиями по отношению к жрецам.

В этот период вряд ли уже существовало разделение маздаизма на две традиции — мидийскую и персидскую, так как те немногие различия, которые раньше существовали между ними, должны были стереться от неизбежного взаимного влияния и общей участи: и двух потоках маздаизма на запад и восток, которые шли из разных районов Ирана, мы наблюдаем одни и те же общие черты.

Вавилон был первым этапом на пути распространения традиционного маздаизма. Впоследствии именно здесь, в самом центре Малой Азии, формировалось мировоззрение учителя Мани, усвоившего иранский дуализм в одной из местных философских школ.

Далее, маги утвердились во множестве в Армении, где местные религиозные культы мало-помалу исчезали под напором иранской религии [81, с. 11 —12]. В Армении маздаизм соединялся с местными верованиями и семитскими элементами, вывезенными в свое время из Сирии. Митра был одним из главных богов, и, как на западе, одни в нем видели духа огня, а другие отождествляли его с солнцем.

Затем маздаизм постепенно занял доминирующее положение во всей Малой Азии, где, в Каппадокии, его наблюдал и описал Страбон (63 г. до н.э. — 19 г. н.э.): "Персидские обычаи такие же, как и мидийские и многие другие, относительно которых написано разное. Я должен рассказать о том, что является важным. Персы не сооружают изображения и алтари и совершают жертвы на высоком месте, рассматривая небо в качестве Зевса. Они почитают также Солнце, которое они называют Митрой, Луной, Афродитой, Огнем, Землей, Ветром и Водой. Они совершают жертвоприношение в чистом месте после посвятительной молитвы. Жертвенное животное украшено венком. Маг, который совершает над ней ритуал, режет животное на части, а они берут свою долю и уходят, не оставляя никакой доли богам.

Они говорят, что божеству нужна душа жертвы, и ничего больше. Но они, согласно некоторым, кладут сальник в огонь.

Они делают различие между огнем и водой в способах жертвоприношения. Для огня они кладут сухие поленья без коры, добавляют жир сверху и зажигают снизу, выливая на него масло. Не дуют в него, но обмахивают его. Того, кто дунет в него или положит мертвое тело, или испражнится, они убивают. Для воды, когда они приходят к озеру, реке или ручью, они выкапывают яму и убивают над ней жертву, заботясь о том, чтобы в воду, около которой они находятся, не брызнула кровь, так как они могут се тем самым осквернить. Затем, разложив по порядку куски мяса на миртовых или лавровых ветках, маги касаются их пучком прутьев и поют гимн, совершая возлияние маслом, смешанным с молоком и медом, но не и огонь или воду, а на землю. Они поют песни очень долго, держа при этом пучок из тонких тамарисковых прутьев.

В Каппадокии, где племя магов очень многочисленно, их называют служителями огня, много святилищ персидских богов. Они не убивают ножом, но наносят удар жертвенному животному поленом или пестом. Там есть также храмы огня, особого рода сооружения, в центре которых находится алтарь, на котором много золы, и маги охраняют огонь, чтобы он никогда не погас. Они входят к нему днем и поют перед огнем около часа, держа пучки прутьев. На них надеты войлочные головные уборы, которые спускаются вниз по обеим сторонам для того, чтобы закрывать губы. Те же самые обычаи существуют в святилищах Анаитис и Омануса. Они также имеют тайные сооружения и изображения Омануса, которого носят в процессиях. Все это я видел сам, но предыдущие детали и последующие описаны в книгах по истории. Они хоронят умершего, покрыв его тело воском. Магов они не хоронят, а оставляют их на растерзание птицам" (XV.3. 13—15, 20) [77, с. 51—53].

Ритуальное возлияние из молока, масла, меда было составной частью древних вавилонских обрядов, так же, как и пучки тамариска, которые тоже применялись в вавилонских жертвоприношениях [77, с.

57].

В Малой Азии с ростом влияния эллинизма, начавшегося со времени Александра Македонского, начинается приведение в гармонию варварских местных верований с греческими. Небо маздаистов населяется теми же обитателями, что и Олимп: Ахурамазда, высшее бытие (царь бытия), отождествляется с Зевсом, Веретрагна с Гераклом, Анахита становится Артемидой. Митра ассоциируется с Гелиосом, но его иранское имя никогда не замещается в богослужениях другим, никогда не переводится в отличие от имен других богов во время мистерий.

Хорошим примером местного синкретизма ирано-эллинских культов может служить надпись Антиоха I, царя Коммагены, жившего во времена Страбона. Божества, перечисленные в этой надписи, носят двойные имена, под которыми они почитались в его владениях: Зевс — Оромаз. Митра — Аполлон, Геракл — Артагнес [77, с. 58— 59].

Общины магов просуществовали в Малой Азии вплоть до V в. н.э., причем они назывались поселениями магов.

Иранские божества долгое время не находили себе многочисленных поклонников в странах эллинских и эллинизированных. Только в конце I в. до н.э. Митра заставляет говорить о себе в Риме, и с этого времени начинается распространение его культа по Римской империи. Культ Митры первоначально получает широкое распространение среди солдат, которым он импонировал тем, что в нем обожествлялась сила, мужество, доблесть и верность долгу, тогда как главный герой — Митра, "непобедимо! солнце" — рассматривался ими как символ победы.

В эпоху Римской империи во всех странах Восточной и Западной Европы. Северной Африки и Ближнего Востока, повсюду, где были военные лагеря римских легионеров, сооружались святилища, в которых центральное место занимал барельеф или статуя, изображающая Митру, который убивает ритуальным кинжалом быка — пер вое жертвенное животное, созданное Ормуздом.

Митра, окруженный маздаистским пантеоном, во время своей миграции на запад был, с точки зрения верующего, главным героем религии, которой он дал свое имя, — митраизм, но верховным богом он не был.

Во главе иерархии богов и происхождения вещей помещалось Бесконечное Бремя (Зерван Акарана), которое называли Кроном, или Сатурном. Далее шла супружеская пара — Небо и Земля, т.е. Юпитер и Юнона (Ормузд и Спента-Армаити). Богиня Анаитис ассимилировалась с Венерой и Кибелой [81, с. 106—111]. Почитался Плутон (Ариман), он изображался в виде чудовища с головой льва и телом человека, которое обвивает змея [128, с. 237—238].

В митраизме, под которым мы понимаем западное направление маздаизма, обожествлялись четыре простых элемента: огонь, вода, земля и воздух. В митраистском искусстве часто встречается аллегорическая группа, в которой лев представляет огонь, кратер — воду, а змея — землю. Но это обожествление не было западным нововведением, так как-то же самое мы находим и в древних бонских книгах, в которых в той или иной степени излагается иранская религиозная традиция.

Одна из основных идей, полученных на западе из Ирана, состояла в том, что в принципе все народы верят в одних и тех же богов. Их имена могут звучать по-разному на разных языках, но сущность их является одной и той же, хотя некоторые детали могут и не совпадать.

Плутарх излагает эту концепцию следующим образом: "Нет разных богов у различных народов. Нет богов чужеземных и греческих, нет богов севера и юга. Как солнце, луна, небо, земля и море равно принадлежат всем людям, только называются у разных народов различно, точно так же и единый, всем руководящий разум, единое, руководящее всем провидение имеет у разных народом различное наименование и различно почитается" (De Iside et Osirid., 67).

Любое божество может быть достойным поклонения, даже если оно связано с темным миром, противоположным небу. Единственным условием принятия этого божества является только то, чтобы оно не было врагом религии, представленной главными богами. Только этим и можно объяснить посвящения, адресованные богу Ариману (deo Arimanio, т.е. Плутону), которое оставил нам митраизм [77, с. 74].

Во всех религиях классической древности есть одна сторона, когда-то весьма очевидная и, может быть, наиболее важная для общины верующих, и которая сейчас ускользает от нас почти полностью, это — богослужение.

Священные книги, содержащие молитвы или гимны, ритуалы посвящений в таинство — все это исчезло бесследно. По мнению Кюмона, на греческий язык в эпоху Александра Македонского переводились древние иранские гаты, составленные в честь маздаистских богов [81, с. 154-155], но сказать об этих гимнах что-либо определенное пока не представляется возможным.

"Дно этой религии, ее нижнее и первоначальное русло, являлось верованиями иранцев, из которых она берет свое начало. На этот маздаистский субстрат в Вавилоне накладывается толстый осадок семитских учений, а затем и Малой Азии на него наслаиваются местные верования. Наконец, густая растительность эллинистических идей бурно растет на этой плодородной почве и скрывает частично, вплоть до наших исследований, свою истинную природу" [81, с. 27].

Митраизм до сих пор не принадлежит к числу хорошо изученных религий. Многие важные детали исчезли для нас, видимо, бесследно, и судить о некоторых сторонах этой религии приходится в самых общих чертах. Известно, что существовали митраистские мистерии, в которых разыгрывались какие-то сцены актерами с масками животных и птиц: льва, вороны и т.д. Об этом можно судить по некоторым барельефам, сохранившим отдельные сцены этих мистерий.

Поэтому пока что трудно судить о том, имеется ли связь между митраистскими и тибетскими бонскими мистериями с теми же самыми масками. Последние, я свою очередь, перешли по наследству в тибетский буддизм, в котором они сохранялись вплоть до недавнего времени.

Митраизм на западе уже в первые века нашей эры стал постепенно уступать свое место молодой и самой сильной религии — христианству. Митраизм не мог ничего противопоставить новым идеям, всколыхнувшим народные массы: признание ценности каждой отдельной личности, независимо от се положения в обществе, а также мир и спасение для всех.

Отчаянную и бесплодную попытку спасти культ языческих богов предпринял в V в. н.э. римский император Юлиан, увлеченный античными идеями и красотой древности, но вскоре после его смерти все его проекты и мечты были навсегда похоронены.

<< | >>
Источник: Б.И.Кузнецов. ДРЕВНИЙ ИРАН И ТИБЕТ ИСТОРИЯ РЕЛИГИИ БОН. 1998

Еще по теме Распростронение маздаизма на западе в V—I вв. до н.э.:

  1. Глава 11 О ДЕЛАХ НА СЕВЕРО-ЗАПАДЕ И ЗАПАДЕ
  2. Глава 1. На Западе и Северо-Западе
  3. I. НОРМАННЫ НА ЗАПАД
  4. СВОЕОБРАЗИЕ ГОРОДОВ ЗАПАДА
  5. Глава 9 Буддизм на Западе
  6. ЗАПАД ЧАСТЬ I АНТИЧНАЯ ФИЛОСОФИЯ
  7. Глава V Между Западом и Востоком
  8. ЗАПАД И ВОСТОК
  9. 5. Конец на Западе
  10. Запад как запах
  11. БОРЬБА НА ЗАПАДЕ
  12. Далеко на Западе
  13. Буддийские школы на Западе
  14. РАССЕЛЕНИЕ ПЛЕМЕН НА ЗАПАД
  15. РОССИЯ И ЗАПАД
  16. Добровольцы Запада
  17. Раздел третий «ВОСТОК—ЗАПАД»: БУДУЩЕЕ
  18. Эзотерические традиции Востока и Запада
  19. Глава VI БУДДИЗМ И ЗАПАД
  20. 2. Позиционная война на Западе