<<
>>

Раздел VII. ВОЗНИКНОВЕНИЕ И РАЗВИТИЕ СОВЕТСКОЙ ПСИХОЛОГИИ. СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ ПСИХОЛОГИИ В РОССИИ

401 По словам современника, «совершившийся в России социальный переворот (имеется в виду Октябрьская революция 1917 г.— А.Ж.) должен был повлечь за собой соответствующий переворот в области научной мысли»1.
В новых социально-экономических условиях и в ответ на трудности, с которыми отечественная психологическая наука вступила в XX век, складывается советская психология. Ее отличительной чертой является методологическая ориентация на марксизм. Была провозглашена задача создания «системы марксистской психологии»2, т. е. науки, построенной на основе марксистской философии, применяющей диалектический метод к разрешению психологических проблем. Борьбу за марксистскую психологию возглавил московский Психологический институт, директором которого в конце 1923 г. был назначен К.Н. Корнилов, бывший до этого сотрудником основателя и первого директора Института Г.И. Челпанова. Его доклад «Психология и марксизм» на I Всероссийском съезде по психоневрологии (январь 1923 г., Москва) положил начало официально поддерживаемому процессу перестройки психологии на основе марксизма. Представление об этом процессе «марксизации и коммунизации» науки (терминология тех лет — А.Ж.) и об изменениях в психологии дают издания начала 20-х годов, особенно труды Института . В условиях растущей идео- 1 Корнилов К.Н. Современное состояние психологии в СССР // Под знаменем марксизма.— 1927.— № 10—11. С. 195. 2 Корнилов К.Н. Психология и марксизм // Психология и марксизм: Сборник / Под ред. проф. К.Н. Корнилова.— Л., 1925. С. 9. 3 Названный сб. «Психология и марксизм»; сб. «Современная психология и марксизм», 1924 (1-е изд.), 1925 (2-е изд.), статьи в журналах и др. 403 логизации общественной жизни и науки с приходом к власти Сталина марксизм превратился в единственную официальную обязательную методологическую предпосылку психологии. В то же время необходимо отличать искренние устремления ученых, увлеченных учением Маркса и пытающихся творчески его использовать, от такого насаждаемого административными методами войны с инакомыслящими внедрения догматизированного учения Маркса в ткань научного исследования1.
К тому же во многих случаях ссылки на произведения Маркса и Ленина часто были чисто внешними и лишь вуалировали результаты исследований, полученных объективным научным путем. История развития психологии в советский период свидетельствует о том, что она не была однородной. Осуществлялись исследования, более непосредственно ориентированные на материализм естественнонаучного характера (напр., в области психофизиологии). Известны критические выступления Павлова И.П., направленные против монополизации марксизма в науке2. Сосредоточенность ученых на специальных вопросах и темах психологической науки позволяла преодолевать конъюнктурщину, политизацию и идеологизацию, добиваться крупных успехов в области теории и практических прикладных исследованиях . Именно в послеоктябрьский период в отечественной психологии были разработаны крупнейшие концепции, обогатившие мировую психологическую мысль: культурно-историческая теория Л.С. Выготского, субъектно-деятельностная психология С.Л. Рубинштейна, психология деятельности А.Н. Леонтьева, установки Д.Н. Узнадзе. Психологи активно участвовали в социалистическом строительстве, и прежде всего — в области рационализации производства. В статье «Очередные задачи советской власти» В.И. Ленин призывал «использовать все научные 1 См. об этом, напр., Ярошевский М.Г. Выготский Л.С. и марксизм в советской психологии // Психологич. журнал.— 1994.— №5. С. 84 — 99; Психология и марксизм (Круглый стол) // Психологич. журнал.— 1993.— № 1 и др. 2 Бухарин Н. О мировой революции, нашей стране, культуре и прочем (Ответ профессору И. Павлову) // Красная новь. Кн. 1 и 2.— 1924. 3 См. Брушлинский A.B. Проблемы психологии субъекта.— М., 1994. 404 приемы работ, которые выдвигает система Тейлора», ибо «без нее повысить производительность труда нельзя, а без этого мы не введем социализма»1. При этом Ленин указывал, что тейлоризм за рубежом «представляет из себя последнее слово самой бесшабашной капиталистической эксплуатации»2. Введение системы Тейлора в России должно «соединить эту систему с сокращением рабочего времени, с использованием новых приемов производства и организации труда без всякого вреда для рабочей силы трудящегося населения»3.
Здесь же Ленин отмечал, что «переход к такой системе потребует очень много новых навыков и новых организационных учреждений»4. Ответом на этот социальный заказ явилось широкое и интенсивное развитие в нашей стране в 20-х— начале 30-х годов психотехники. Ее крупными теоретиками и организаторами были Исаак Нафтулович Шпильрейн (1896 — 1937) и его ученик и последователь Соломон Григорьевич Геллерштейн (1896—1967), а также С.М. Василейский, A.M. Мандрыка и др. По прямому указанию Ленина в 1921 г. был создан Центральный институт труда (ЦИТ). Институты труда и многочисленные психотехнические и психофизиологические лаборатории открывались в различных ведомствах и на отдельных промышленных предприятиях, на транспорте и в армии. Психотехническая лаборатория была открыта в Институте экспериментальной психологии Московского университета. К 1923 г. в стране насчитывалось свыше 13 научных институтов, занятых изучением проблем труда и производства, в Петрограде, Москве, Казани, Харькове. В рамках психотехники (а также реактологии и рефлексологии) с целью рационального использования трудовых ресурсов по существу успешно развивалась отечественная психология труда. Исследовались проблемы: профотбор, профподбор, профконсультация, утомление и повышение работоспособности человека, борьба с промышленным травматизмом и аварийностью с точки зрения «личного фактора», психологическая рационализация профессионального образования. 1 Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т. 36. С. 212 2 Там же. С. 140. 3 Там же. С. 141. 4 Там же. С. 141. 405 Изучались закономерности процесса формирования навыков (С.Г. Геллерштейн), создавались тренажеры. Разрабатывалась воздейственная психотехника. Вставали новые задачи в области изучения профессий и процесса обучения им, учета психологических критериев при создании машин. Объектом исследования были рационализация рабочего места, трудовой деятельности и условий труда. Разрабатывалась проблема обеспечения полноты проявления способностей, ставилась задача обогащения профессии творчески поднимающими и захватывающими трудящегося гранями, исследовалось ударничество, соцсоревнование. Создавались новые методы изучения трудовых движений (А.К. Гастев, H.A. Бернштейн, К.Х. Кекчеев и др.) В 20-х гг. Николай Александрович Бернштейн (1896— 1966) выдвинул биомеханическую программу исследования движений в процессе труда. Полученные в результате факты о работе двигательного аппарата на периферии, в исполнительном движении поставили перед необходимостью объяснения проблемы управления движением со стороны мозга. Позже было сформулировано положение о кольцевой форме связи движения с командами из управляющего центра: изменения напряжения мышцы в процессе движения передают сигналы в центр, нервная система посылает импульсы на периферию и снова получает информацию о ситуации. Сенсорная информация с периферии является основанием для корректировки двигательного эффекта. Так биомеханические исследования стали фундаментом концепции построения движений1 и физиологии активности2, оказавших значительное влияние на развитие психологической науки. В разработке задач и методов исследования советская психотехника развивалась в русле мировой прикладной психологии. И.Н. Шпильрейн был представителем СССР в президиуме Международной психотехнической ассоциации (МПА), а в 1930 — 31 гг.— президентом МПА. Советская наука была широко представлена на 4 Международном съезде по психотехнике (Париж, 1927). 1 Бернштейн H.A. О построении движений.— М, 1947. 2 Он же. Очерки по физиологии движений и активности.— М., 1966. 406 С докладами на этом съезде выступили: A.M. Мандрыка («О математической обработке психотехнического материала»), И.Н. Шпильрейн («О современном состоянии профессиографии»), С.Г. Геллерштейн («Упражнение и прогноз в психотехнике»), Н.Д. Левитов («О профотборе»), М.Ю. Сыркин («О математических критериях оценки тестов»). Из работ съезда и обмена мнений выяснилось, что постановка работ и достижения советской психотехники вполне могут быть поставлены на один уровень с западноевропейской наукой, а в вопросах профессиографирования — выше. В 1931 г. в Москве проходила VII Международная психотехническая конференция, организованная МПА. В то же время уже в начале 20-х гг. появляется тенденция к отделению советской психотехники от зарубежных исследований. Высказываются мысли о классовом характере психотехники. В статьях И.Н. Шпильрейна «О повороте в психотехнике», «К вопросу о теории психотехники» (1931 г.) эта мысль превращается в тезис о противопоставлении буржуазной и советской психотехники и выдвигается требование проведения классового подхода в области теории и практики психотехнических исследований. Особенно ожесточенной критике был подвергнут метод тестов как основное средство психотехнических испытаний при решении проблемы кадров. Эти позиции советских психотехников были встречены зарубежными учеными с осуждением1. Конечно, психология труда не может замкнуться в рамках узко специальных вопросов: она имеет дело с изучением труда как социального явления, включенного в конкретную экономическую и политическую ситуацию и не может абстрагироваться от специфических условий, целей и задач общества. Поэтому в развитии психотехники в разных странах неизбежны различия. Но признание специфики научных исследований в каждой стране не имеет ничего общего с осуждением зарубежной психотехники как «враждебных буржуазных теорий, некритически перенесенных на советскую 2 почву» . 1 См. ж. Психотехника и психофизиология труда.— 1931.— №4-6. С. 411. 2 Колбановский В. Так называемая психотехника (газета «Известия» от 23 октября 1936 г.) // Психологич. журнал.— 1992.— № 3. С. 165. 407 В обстановке дискуссий, критики и самокритики уже с начала 30-х гг. начинается свертывание работ по психотехнике. В январе 1935 г. был арестован И.Н. Шпильрейн. В декабре 1937 г. он погиб. В 1936 г. С.Г. Геллерштейн был отстранен от научной деятельности в области психотехники. В середине 30-х гг. вся система психотехнических учреждений была разгромлена1. В 1934 г. закрылся журнал «Советская психотехника». Последняя психотехническая лаборатория в Ленинграде была закрыта в 1940 г. Разгром психотехники привел к свертыванию работ по психологии труда, которое продолжалось до 1950-х гг. В 1957 г. в Москве по инициативе Института психологии Академии педагогических наук РСФСР состоялось специальное совещание по вопросам психологии труда. С этого времени начинается восстановление исследовательской работы в области отечественной психологии труда. Другой областью социальной практики, также требовавшей участия психологов, было образование и воспитание. После революции 1917 г. в стране развернулось широкое движение по строительству новой школы. Задача состояла в том, чтобы преодолеть отрыв традиционной школы от жизни, от подготовки к общественно полезному труду. Вокруг работы по перестройке школы развернулись острые дискуссии, реализовались смелые проекты. В практике строительства новой школы были допущены левацкие извращения, возникла теория «отмирания школы», «снижения роли учителя». Учеба сводилась к выполнению конкретных дел (проектов), выбрасывая за борт школы программу, систематическое овладение знаниями; школьные классы заменялись текучими бригадами. В этой обстановке на первый план выдвинулись задачи изучения возрастных особенностей детей в целях наиболее правильной и рациональной организации педагогического процесса. Теоретическую основу их решения составила педология — новая наука о детском возрасте, охватывающая все стороны развития ребенка. Зародившаяся в самом конце XIX в. как естественный результат развития американской и европейской науки в области детской и педагогической психологии, она выража- 1 Об истории отечественной психотехники см. Котелова Ю.В. Очерки по психологии труда.— М., 1986. С. 56 — 78. 408 ла ее новую тенденцию перерастания границ психологического исследования. Задача педологии — собрать, систематизировать и изучить все, что касается жизни детей в разных возрастах и во всех отношениях, охватывая все стороны развития ребенка, и телесную, и духовную. В России педология получила значительное развитие в 20-х — начале 30-х гг. Исследования касались широкого круга теоретических проблем (предмет, методы педологии). Развернулась практическая работа педологов в школе, которая уже в конце 20-х годов приобретает массовый характер. В 1928 г. выходит официальное положение «О проведении массовой практической работы по всестороннему изучению детства», разработанное совместно Наркомпросом и Наркомздравом РСФСР. В последующие годы выходит ряд правительственных приказов и постановлений, регламентирующих различные вопросы практической педологической службы. Начало педологического движения в России связано с открытием в 1904 г. при основанной А.П. Нечаевым лаборатории экспериментальной педагогической психологии педологических курсов для учителей, родителей, т. е. для всех, кто хотел понять человека как предмет воспитания и обучения. Курсы возглавил Н.Е. Румянцев, научное руководство осуществлял А.П. Нечаев. На курсах читались лекции и проводились практические занятия по анатомии, физиологии, нервной и душевной патологии, гигиене, антропологии, истории педагогики, психологии, экспериментальной психологии, детской психологии, сравнительной психологии, учению о характере и мн. др. К работе привлекались известные специалисты, в том числе А.Ф. Лазурский, А.Л. Щеглов, A.A. Крогиус и др. Проблемам теории педологии как науки посвящены монографические исследования и учебники Л.С. Выготского, М.Я. Басова, П.П. Блонского, И.А. Арямова, A.B. Залкинда и др. В 1928 — 32 гг. выходил журнал «Педология» (отв. ред. A.B. Залкинд). Для определения предмета педологии, объектом изучения которой является развивающийся ребенок, существенны два признака: « 1) целостность, т. е. специальная установка на вскрытие связей, изучение тех новых качеств, тех своеобразных особенностей, которые возникают из соединения ряда сторон развития в единый целостный про- 409 цесс, вскрытие внутренней структуры того процесса, который лежит в основе онтогенеза ...взятого в целом... 2) ...развитие не в том смысле, в каком развитие является общей идеей целого ряда наук, развитие не в смысле генетической точки зрения, которая должна проникать саморазвитие, не в смысле объяснительного принципа, который должен проходить красной нитью через все теоретическое здание науки — развитие как прямой объект исследования. Предмет исследования есть развитие и его внутренняя закономерность»1. Развитие — «основное понятие педологии», по Блонскому. Оно рассматривалось в соотношении с понятием роста организма. В числе важнейших в педологии было понятие среды: оно занимало центральное место в теории и практике педологических исследований. Главным был вопрос о роли среды в процессе развития ребенка: является ли окружающая среда простым фоном, на котором проходит развитие ребенка, фактором, содействующим или препятствующим процессу развертывания заложенных в ребенке свойств; или ребенок вступает в активные отношения со средой, так что «к тем влияниям, которые оказывает на ребенка окружающее общество... он оказывает сопротивление одним из них, борется с другими, идет на встречу третьим и т.д. Ребенок — активное существо»,— писал П.П. Блонский2. В то же время влияние среды на развитие ребенка не отрицается. Всесторонне разрабатывается проблема возраста и возрастной периодизации. Как наука новая, не вполне установившая свои границы и точное свое содержание, педология не выработала какого-то единого определения своего предмета3. В области теории педологию отличала эклектичность, механическая связь данных отдельных научных дисциплин, изучающих ребенка. В конечном 1 Доклад Л.С. Выготского 21/XI 1930 г. на совместном заседании секции психотехники Комакадемии и Психотехнического общества // Психотехника и психофизиология труда.— 1931.— №2-3. С. 174. 2 Блонский П.П. Педология: Учебник для вузов. М, 1936. С. 46. 3 См., напр., статью Варшава Б.Е., Выготский A.C. Педология // Психологический словарь.— М., 1931. 410 счете признавалось, что в педологии не было теории, адекватной предмету исследования — развивающемуся ребенку. Большую проблему в педологии представлял вопрос о методах. Признавалось разнообразие используемых методов. Как отмечал П.П. Блонский, изучение развития ребенка надо начинать с наблюдения конкретных фактов этого развития. М.Я. Басов1 разработал метод научного наблюдения. Эта методика сохраняет свое значение в современном психологическом исследовании, которое обязательно включает данные специально организованного наблюдения. Рекомендовалось также использование анкет (H.A. Рыбников, А.Болтунов), естественного эксперимента (А.Ф. Лазурский). В общем провозглашался принцип использования разных методов в зависимости от разных условий (напр., возраста ребенка). Особое внимание обращалось на использование статистики. В системе методов и методик широкое применение получил метод тестов. С самого начала педологию отличала направленность на практическое решение задач, стоящих перед школой. Она ставила перед собой цель «представить синтез материалов о ребенке и о детском коллективе, которые были бы использованы для нужд социалистического воспитания в применении к основным целям коммунистической педагогики»2. По всей стране развернулась работа по созданию сети педологических учреждений. В существовавших институтах открывались педологические лаборатории и секции. Была создана сеть низовых педологических ячеек и провинциальных учреждений, на первом плане в работе которых стояли тестовые обследования учащихся по определению успешности, умственного возраста и профотбору. На педологов были возложены обязанности комплектования классов, организации школьного режима, изучение причин неуспеваемости и разработка мероприятий по борьбе с ними и др. В области применения педологии к педагогической практике были допущены 1 Басов М.Я. Методика психологического наблюдения над детьми // Басов М.Я. Избр. психологич. произв.— М., 1975. 2 Турбина М.А. К вопросу о развитии педологии // Педология.— 1932.— № 4. С. 7. 411 серьезные ошибки, выразившиеся в нередко необоснованных оценках педагогически запущенных детей как дефективных и отправленных на этом основании в специальные школы. Это явление стало массовым, так что появилось большое число специальных школ. Для них не было создано специальной программы обучения: существовавшие программы принципиально не отличались от таковых для общих школ, они были лишь менее интенсивными и более растянутыми во времени. Это вызывало недовольство родителей и педагогов и, что главное, вступало в противоречие с государственной идеологией равенства советских людей. В связи с этим в «Правде» и других средствах массовой информации появляются призывы защитить советских детей от «изуверов-педологов». Одновременно внутри педологии развернулась широкая кампания по критике и самокритике. В журналах появляются разгромные статьи, в которых научная критика уступила место политической и идеологической травле1. Все завершилось Постановлением ЦК ВКП(б) «О педологических извращениях в системе Наркомпроса» от 4 июля 1936 г. ЦК ВКП(б) осудило теорию и практику педологии. Постановление упразднило педологию, объявив ее лженаукой; потребовало ликвидировать педологическую практику, раскритиковать теорию педологии, полностью восстановить в правах педагогику и педагогов. Работы педологов и психологов, связанных с педологией (М.Я. Басова, Л.С. Выготского, П.П. Блонского и др.), были подвергнуты разгромной критике, изъяты из библиотек и тем самым из научного оборота. Их возвращение в фонд нашей науки началось с 1960-х гг. Упразднение педологии получило широкое освещение в нашей литературе постсоветского периода и рассматривается по преимуществу в идеологическом аспекте губительного влияния, которое оказал на науку тоталитарный режим. В то же время собственно предметный научный и методологический анализ педологии как варианта комплексной науки оказался отодвинутым и проделан историками недостаточно. Хоро- 1 См. об этом: Шварцман П.Я., Кузнецова И.В. Педология // Репрессированная наука. Вып.11 / Под ред. М.Я. Ярошевского.— СПб., 1994. С. 121-139. 412 шую основу для такой работы представляет полная библиография, включающая всю литературу по педологии за период с 1917—1990 гг.1 Одновременно с прикладными исследованиями в послеоктябрьский период развернулась большая теоретическая работа. Ее главное содержание составила линия на обновление психологии в духе марксизма. Наряду с этим в первые послеоктябрьские годы сохранялась преемственная связь с предшествующим этапом развития отечественной науки. До 1922 г. действовало Московское Психологическое Общество. Продолжались исследования в школе Г.И. Челпанова в московском Психологическом институте2. Как в этом институте, так и в других научных учреждениях, проводились психофизиологические исследования в области зрительных ощущений (СВ. Кравков, Б.М. Теплов). Кравков опубликовал ряд работ по теоретическим проблемам психологии. В очерке «Самонаблюдение» (1924) дал детальный исторический обзор этого метода, описал его варианты, выявил трудности и возможности интроспекции, указал на ценность данных интроспекций в психологическом исследовании. В монографии «Внушение. Очерк психологии и педагогики» (1924) дал детальный анализ явления внушение, описал проявления внушений в нормальном и гипнотическом состояниях. В адресованной педагогам книге «Очерк психологии» (1925) представил современные данные об общих вопросах психологии (целостности человека, о тесной взаимной связи душевных и телесных свойств нашего существа, о ступенях и закономерностях развития и роста в процессе онтогенеза) и сведения по специальным разделам психологии от восприятия до воли. В развитии взглядов В.М. Бехтерева произошел переход от объективной психологии к рефлексологии . В 1925 — 29 гг. Владимир Александрович Вагнер (1849 — 1934) опубликовал «Этюды по сравнительной психоло- 1 Возвращая забытое... Библиографические материалы по педологии (1917-1990 гг.).— М., 1990. 2 Психологическое обозрение. Т. 1. Кн. 1—2.— М., 1917; Кн. 3-4.— М, 1918. 3 Бехтерев В.М. Общие основы рефлексологии человека.— М.; Пг., 1917; его же. Коллективная рефлексология.— М; Пг., 1921. 413 гии» (в десяти выпусках), которые явились продолжением его капитального труда «Биологические основания сравнительной психологии» (1 том 1910 г., 2— 1913 г.). Своими исследованиями Вагнер заложил основания сравнительной психологии в России. Развивалась рефлекторная теория И.П. Павлова; в 1923 г. вышел его главный труд — книга «Двадцатилетний опыт», фундаментальная сводка проведенных исследований. Учение Павлова об условных рефлексах стало, как отмечал в обзорной статье 1928 г. Л.С.Выготский основным и определяющим фактом для развития естественно-научной психологии в России. Оно получило официальную идеологическую поддержку как материалистическое направление. Н.И. Бухарин признал его «орудием из железного инвентаря материалистической идеологии». В 1923 г. выдающийся продолжатель петербургской физиологической школы Алексей Алексеевич Ухтомский (1875— 1942) выступил с учением о доминанте. Он обнаружил, что «в нормальной деятельности центральной нервной системы текущие переменные задачи ее в непрестанно меняющейся среде вызывают в ней главенствующие очаги возбуждения, которые, отвлекая на себя вновь возникающие волны возбуждения и тормозя другие центральные приборы, могут существенно разнообразить работу центров. Господствующий очаг возбуждения, предопределяющий в значительной степени характер текущих реакций центров в данный момент, я стал обозначать термином доминанта»1. Доминанту Ухтомский называл функциональным органом — термином, по-новому определяющим понятие «органа». В отличие от обычного его понимания как морфологически постоянного, Ухтомский дает динамическое его определение, характеризуя его как пространственно-временной комплекс. «Доминанты составляют физиологическую основу актов внимания, предметного мышления и в общем держат в своей власти все поле нашей душевной жизни» . Доминанты складываются прижизненно. Через «культивирование требуемых доминант» можно овладеть собственным поведением. Одной из самых трудных 1 Ухтомский A.A. Собр. соч.: В 6т. Т.1.— Л., 1950. С.164. 2 2 Там же. С. 170. 414 доминант, которую надо воспитать, является доминанта на лицо другого человека. Она заключается в том, чтобы по возможности уметь слышать каждого человека, видеть во встречном лице не своего двойника, но заслуженного собеседника. Так в творчестве Ухтомского естественно-научные исследования связываются с философско-мировоззренческими проблемами человека. Понятие Ухтомского о функциональных органах получило развитие в концепции А.Н. Леонтьева, в теории функциональных систем П.К. Анохина. В области методологии науки заметным фактом явилось исследование Владимира Николаевича Ивановского «Методологическое введение в науку и философию» ( 1923). В книге дается очерк истории философии. Обсуждаются проблемы научно-исторического познания. Рассматривается специфика научной точки зрения как высшей ступени познавательной деятельности человека в отличие от обиходного, житейского знания, религии и философии, а также обсуждается их взаимное соотношение. Выявляются основные тенденции в развитии научной и философской мысли с IX — X вв. до настоящего времени. Ивановский предложил интересную классификацию наук. Он разделил все науки на теоретические и практические, прикладные. В свою очередь теоретические науки подразделил на математические, реальноматематические и реальные (естественные в широком смысле). Последние имеют дело с вещами, реальными предметами и процессами, с тем, что действительно существует, что есть. В эту группу наук вместе с физической химией, биофизикой и др. он включил психологию, внутри которой наметил подразделения на науки об органической природе: биология и биологическая (физиологическая) психология, психофизика, психометрия, рефлексология, учение о сознании, учение о выражении) и науки об надорганической природе (социальная психология, коллективная психология). Об этой классификации сочувственно упоминает Л.С. Выготский в статье «Исторический смысл психологического кризиса» и присоединяется к характеристике психологии как естественной науки в этом широком смысле слова. Для отечественной психологии первых лет ее развития после революции 1917 г. было характерно пристальное 415 внимание к достижениям мировой психологической науки. Советские ученые принимали участие в международных конгрессах и научных конференциях. Настроения советских психологов тех лет хорошо выражает одно из выступлений Б.Г. Ананьева, в котором он, в частности, говорил: «Культурное наследие буржуазии и всей истории классового общества создает богатейший материал, который не только не может быть отброшен, но который всемерно должен быть использован, развит, конкретизирован»1. В 20-е гг. в нашей стране оперативно издавались труды зарубежных психологов: 3. Фрейда, А. Адлера, К. Юнга, В. Кёлера, К. Коффки, Э. Торндайка, Ж. Пиаже, Э. Кречмера и др. Переводы снабжались вступительными статьями, в которых давалась обстоятельная характеристика работ. В научных журналах давалась информация о новой зарубежной литературе. Устанавливались личные контакты советских психологов с зарубежными учеными. По заказу БСЭ Дж. Уотсон написал для ее 1-го издания статью «Бихевиоризм». С анализом зарубежных концепций выступал A.C. Выготский в ряде статей, в том числе, в большой работе «Исторический смысл психологического кризиса», С.Л. Рубинштейн в «Основах психологии» (1935) и в других трудах. Из зарубежных концепций внимание отечественных психологов привлекали гештальтпсихология2, персонализм В. Штерна3, психотехника и тестология4, психоанализ 3. Фрейда. Последний вызывал особый интерес. В 1922 г. было создано «Русское психоаналитическое общество» (председатель профессор И.Д. Ермаков). Аналитические кружки и группы существовали в разных городах — Казани, Киеве, Одессе, Ростове и др. Их костяк составляли врачи. Психоаналитические методы исследования осваивались в Институте по изу- 1 Ананьев Б.Г. О некоторых вопросах марксистко-ленинской реконструкции психологии // Психология. Т. IV. Вып. 3 — 4.— 1931. С. 325. 2 Артемов В.А. Современная немецкая психология // Психология. Т. 1 Вып. 1, 2.— 1928. 3 Шпильрейн И.Н. Персонализм Штерна // Вестник Социалистич. академии. Кн. 3.— 1923. 4 Тесты (теория и практика) / Под ред. М.С. Бернштейна, П. П. Блонского и др. Сб. I — IV.— 1928-1930. 416 чению мозга и психической деятельности в Петрограде под руководством В.М. Бехтерева (Т.К. Розенталь), в Московском психоневрологическом институте (директор А.Н. Бернштейн). В 1921 г. в Москве был открыт психоаналитический детский дом «Международная солидарность». Это было научно-практическое учреждение по научному изучению детского возраста. Еженедельно проводились семинары, читались лекции. И.Д. Ермаков читал общий курс психоанализа и психотерапии для врачей, педагогов и социологов, а также вел семинар по гипнологии и изучению творчества. М.В. Вульф читал курс лекций по введению в психоанализ и проводил семинар по медицинскому психоанализу. Тему «Психоанализ подсознательного мышления» курировала CH. Шпильрейн, также проводившая семинар по детскому психоанализу для педагогов. В 1925 г. детский дом «Международная солидарность» был ликвидирован. 10— 15 января 1923 г. в Москве проходил Первый Всероссийский съезд по психоневрологии. Съезд явился крупным событием в научной жизни: «после длительного перерыва русская психология вновь получила возможность встретиться и обменяться результатами своих работ»1. Председателем оргкомитета был А.П. Нечаев (как и всех предыдущих психологических съездов — они назывались съездами по педагогической психологии и экспериментальной педагогике — в 1906, 1909, 1913, 1916 гг.). Почетным председателем был избран В.М. Бехтерев. Было заслушано 184 доклада по физиологии нервной системы, неврологии, психологии, психиатрии, педологии, психофизиологии труда. Съезд выявил основные направления и тенденции, новые течения и пути в области теоретической и прикладной психологии. Доклады Г.И. Челпанова и его сотрудников (Б.Н. Северного, Н.В. Петровского, Н.Ф. Добрынина, H.H. Ладыгиной-Котс, П.А. Шеварева, В.Е. Смирнова и др.) «носят общую печать прекрасной школы. Отчетливая постановка проблемы, полное знание тонкостей методики, соответствие уровню современной экспериментальной психологии, глубокое знакомство с литературой, стремление достигнуть при обработке ре- 1 Эфрусси П.О. Успехи психологии в России.— Пг., 1923. 417 зультатов возможной в этой области меры точности — вот черты школы Челпанова»1. На съезде выступила и другая тенденция, направленная на отрицание правомерности психологии в том виде, в каком она развивалась до сих пор. В 4-х докладах поднимались вопросы метода: Г.И. Челпанова «О предпосылках современной экспериментальной психологии», В.М. Бехтерева «Субъективное и объективное изучение личности», К.Н. Корнилова «Психология и марксизм». Заявленный П.П. Блонским доклад «Психология как наука о поведении» не состоялся ввиду болезни докладчика. И.Г. Челпанов защищал положение о самостоятельности психологии как экспериментальной науки и о необходимости отграничить психологию от рассмотрения спорных философских вопросов. К.Н. Корнилов (на тех же позициях стоял в эти годы и П.П. Блонский) выступил с уничтожающей критикой традиционной психологии с тезисом о «грядущей марксистской системе психологии», считая свою точку зрения единственно научной. Именно на этом съезде он поставил вопрос о необходимости применить марксизм к области психологии, назвав попытку распространения марксистской точки зрения на эту область научного знания «первой рекогносцировкой». Уже на следующий день после закрытия съезда 16 января 1923 г. в правительственном органе •— газете «Известия ВЦИК Советов» был опубликован автореферат доклада К.Н. Корнилова , что свидетельствует о государственной поддержке выдвинутой Корниловым идеи. Реализации этого подхода в психологии он 3 видел в своем учение о реакциях . Так в 20-х гг. началась перестройка психологии на основах марксизма. Она проходила в острой идейной борьбе, прежде всего в Психологическом институте, которым руководил Г.И. Челпанов. Многими в этот период отмечалась формальность в использовании марксистской философии — преобладала «марксистская фразеология» вместо подлинного усвоения марксизма. 1 Эфрусси П.О. Успехи психологии в России.— Пг., 1923. 2 Корнилов К.Н. Психология и марксизм // Корнилов К.Н. Естественно-научные предпосылки психологии.— М.— Воронеж, 1999. С. 187-188. 2 Там же. С. 21-176. 418 Л.С. Выготский отмечал «особенную трудность приложения марксизма к новым областям: нынешнее конкретное состояние этой теории; огромная ответственность в употреблении этого термина; политическая и идеологическая спекуляция на нем — все это не позволяет хорошему вкусу сказать сейчас: «марксистская психология» (курсив — A.B. )1. Характерной особенностью ситуации в психологии была разобщенность школ. Особенно изолированное положение занимала грузинская школа. Эта разобщенность расценивалась как препятствие к консолидации марксистски ориентированных психологов против буржуазных влияний на психологию, против всех и всяческих попыток механоматериалистической и идеалистической ревизии марксистско-ленинской теории в психологии. Как на пример такой разобщенности Ананьев указал на тот факт, что в Ленинграде неизвестно о реактологической дискуссии, которая прошла в Москве и явилась важным моментом борьбы за марксистское перевооружение психологии. Важнейшими вехами на начальном этапе методологической перестройки психологии явились программные выступления П.П. Блонского2, К.Н. Корнилова3, Л.С. Выготского4, М.Я. Басова5, С.Л. Рубинштейна6, С.Г. Геллерштейна . М. А. Рейснер выступил с рядом публикаций по вопросам социальной психологии с 1 Выготский Л.С. Собр. соч.: В 6 т. Т. 1.— М., 1982. С. 433. 2 Блонский П.П. Реформа науки.— М., 1920; Очерк научной психологии.— М., 1921. Здесь выдвинуто общее требование соединить психологию с марксизмом. 3 Современная психология и марксизм. Доклад на Первом Всероссийском съезде по психоневрологии; Диалектический метод в психологии. Доклад на II Всероссийском съезде по психоневрологии. Именно доклад 1923 г. считается началом строительства советской психологии на основах марксизма как преодоление идеализма и механицизма в психологии. 4 Сознание как проблема психологии поведения. Психология и марксизм / Под ред. К.Н. Корнилова.— Л., 1925. 3 Общие основы педологии.— М., 1931. 4 Проблемы психологии в трудах Карла Маркса // Сов. психотехника. Т. VII.— 1934.— № 1. 7 Геллерштейн С.Г. О психологии труда в работах К. Маркса // Сов. психотехника. Т. VI. — 1933.— № 1. 419 марксистской точки зрения1. В них он цитировал Маркса и Энгельса (характеристики буржуазии, пролетариата, крестьян; о пагубном влиянии разделения труда на личность человека и др.) в подтверждение своих идей о том, что в марксистской литературе содержатся положения, которые соприкасаются с социальной психологией, в частности с такими ее вопросами, как психология масс и толпы, классовая и национальная психология, подражание и внушение и др. В этих работах провозглашались принципы методологической перестройки психологии. Начиная с 1923 г. в журнале «Под знаменем марксизма», в других теоретических журналах («Спутник коммуниста», «Большевик», «Вестник коммунистической академии») печатаются статьи, посвященные марксистскому обоснованию основных проблем психологии. С 1928 г. стал выходить журнал «Психология, педология и психотехника» (в трех сериях: Серия А. Психология; Серия Б. Педология; Серия В. Психофизиология труда и психотехника), отв. ред. А.Б. Залкинд, К.Н. Корнилов, И.Н. Шпильрейн. В статье «От редакции», которой открывался первый номер журнала, подводились некоторые итоги борьбы за марксизм в психологии, а координация сил марксистской психологии всего Союза выдвигалась в качестве задачи журнала. В ходе освоения марксизма происходила перестройка методологических основ психологии, складывались категории, принципы психологии — принцип единства сознания и деятельности; общественно-исторической обусловленности человеческого сознания и др. Осуществление этой грандиозной работы происходило в условиях идеологического давления, оказываемого на науку сверху. Наметился и в дальнейшем усилился процесс противопоставления советских исследований мировым. Утверждалось положение о принципиальных отличиях советской науки от буржуазной в отношении предмета, методов, в ее проблемах и даже конкретных методиках. В 20-е годы получили распространение поведенческие концепции, которые в целом 1 См., напр., его Проблемы психологии в теории исторического материализма // Вестник Социалистич. академии. Кн. 3.— 1923; его же Проблемы социальной психологии.— Ростов/Д., 1925 и др. 420 не выходили за рамки естественно-научного материализма. В категориях поведения определяли предмет психологии П.П. Блонский и М.Я. Басов. Михаил Яковлевич Басов (1892— 1931), ученик и последователь А.Ф. Лазурского, боролся за построение психологии на основах диалектического материализма, против идеализма, механистического материализма Бехтерева, против биологизации психики человека. Расценивая ситуацию в психологии как кризисную, Басов указал на субъективизм и идеализм в трактовке психики как источник кризиса. Путем выхода психологии из кризиса, по Басову, может быть объективное познание, в котором теория должна быть неразрывно связана с практикой: «...истинной лабораторией для изучения ребенка должна быть школа, детский сад или детский дом, а основным работником в этой области должен быть педагог. Через педагогическую практику и в непосредственном контакте с нею должны ставиться и разрешаться теоретические проблемы, касающиеся детства»!. Подвергнув критическому анализу существовавшие представления о предмете психологии и указав на их ограниченность в понимании объяснительных принципов в трактовке психического, М.Я. Басов делает вывод о том, что предметом психологии является поведение, а методом — наблюдение2. «Активность, выявляющаяся во взаимоотношениях человека со средой, процесс его поведения ...составляет истинный объект психологического изучения3. Единицей структуры поведения является акт, который представляет собой синтез стимула и реакции, как своих «необходимых элементов и составных частей»4. Поведение состоит из системы актов и развивается из изолированных действий, когда активность организма еще не имеет в себе внутренней целостности и связности, ко все более внутренней целостности и связности, ко все более внутренней связи 1 Басов М.Я. Избранные психологические произведения.— М, 1975. С. 79. 2 Там же. С. 53. 3 Там же. С. 55. 4 Там же. С. 56. 421 между отдельными звеньями цепи поведения. Ступени в развитии структуры поведения описываются в терминах старой психологии: низшие структуры поведения называются ассоциативно-детерминируемыми процессами, высшие — апперцептивно-детерминируемыми. Тщательно анализировалась проблема роли среды в развитии личности и поведения. По Басову, человек «в каждом своем проявлении отражает всю среду и всю многовековую культуру»1. При этом стимул больше, чем непосредственная стимуляция, и включает прошлый опыт; он не сводится к физическим явлениям: «атмосфера социальности почти всегда насквозь проникает в действия ребенка, определяемые непосредственно теми или другими вещами»2. Психологическое исследование должно понять изучаемый организм — животного или человека — «как деятеля в окружающей среде, т. е. как он живет, какую активность обнаруживает в борьбе за свое существование, как применяется эта активность при том или ином изменении условий среды и пр. ...Различного рода деятельность организма в окружающей среде, с помощью которой он устанавливает и выявляет свои взаимоотношения с нею, встает перед нами как предмет особого значения...»3. Эти положения из книги М.Я. Басова «Общие основы педологии» (1931) дали нашим историкам основание для утверждения о том, что именно к М.Я. Басову восходят идеи деятельности в психологии и представления о 4 ее структурности . Басов подвергает специальному анализу вопрос о специфике человека и в связи с этим останавливается на проблеме сознания. Качество сознательности рассматривается как важнейшая особенность человеческой активности, без которой она лишена всякого смысла и значения. Без сознания невозможна цель. Сознание делает подотчетными все формы внутренней активности. Критерием осознанности является воз- 1 Басов М.Я. Избранные... С. 60. 2 Там же. С. 66. 3 Там же. С. 236. 4 Ярошевский М.Г., Сироткина И.Е., Даниличева H.A. Пионер деятельностного подхода (к столетию со дня рождения М.Я. Басова) // Психологич. журнал.— 1993.— № 1. 422 можность выражения соответствующего содержания в языке. В целях анализа человека как деятеля Басов обращается к специфически человеческой деятельности — труду в разнообразии всех его профессиональных различий. Деятельность, по Басову, опосредуется «наукой», т. е. всем накопленным историческим знанием о деятельности. Главным предметом исследования Басова было развитие личности ребенка, детская психология. Вообще проблема развития рассматривается Басовым как проблема первоочередной важности в психологии. «Проблема развития вместе с ...проблемами предмета и методологической составляет основание психологии»1. Красной нитью через все труды Басова проходит борьба с биологизацией в психологии. Так, применительно к проблеме возраста критикуется подход, в соответствии с которым возраст рассматривается как обусловленный биологическим развитием. Необходимо выявить специфические для психологического развития закономерности, и именно это составляет задачу психологического исследования. По отношению к этому предмету Басов разработал метод наблюдения, который считал наиболее адекватным приемом психологического исследования: «...внешнее наблюдение есть единственный метод, который может быть применен ко всем формам развития психических функций»2. Наблюдение в естественных условиях Басов понимал широко: оно не исключало в качестве своих компонентов эксперимента и самонаблюдения. В разработанной Басовым методике наблюдения придавалось большое значение культуре наблюдения. Его итогом является характеристика ребенка, основанная на материале, «охватывающем все формы активности ребенка во всех видах его деятельности, или, наоборот относящемся к отдельным ее сторонам»3. Характеристика нацелена на понимание личности ребенка и имеет важное значение для педагогической практики. Попытка Басова ввести в психологию понятие деятельности в связи с задачей перестройки предмета 1 Басов М.Я. Избранные... С. 246. 2 Там же. С. 56. 3 Там же. С. 163. 423 психологии получила дальнейшее развитие в советской психологии в последующем в трудах С.Л. Рубинштейна, А.Н. Леонтьева и др. С идеями поведенческой психологии выступил в 20-х гг. Павел Петрович Блонский (1884— 1941), психолог, видный деятель народного образования, впоследствии автор крупных работ по психологии памяти и мышления и их развитию в детском возрасте1. Труды Блонского отличает высокая философская культура. В ранний период творчества он выступил с рядом больших философских исследований2. В 1920 г. в работе «Реформа науки», целью которой было искоренить «атавизмы мышления» в науке, в частности в психологии, он писал, что научная психология есть наука о поведении3. В другой работе, написанной годом позже, он подчеркивал: «Мы должны создать психологию без души, мы должны создать ее без «явлений», или «способностей» души и без сознания»4. Критикуя интроспективную психологию за то, что она «начала свою работу с последних глав», т. е. с самого трудного, Блонский считает, что психология должна «систематически, добросовестно и внимательно следить за действиями наблюдаемого субъекта и теми особенностями окружающей обстановки и происходящих внутри субъекта процессов, которыми эти действия обусловливаются»5. Фиксируются движения (лица, конечностей, словесные реакции, движения внутренних органов, кровеносных сосудов, дыхания и т. п.), социальное положение субъекта. «Мышление не представляет собой чего-либо особенного. Оно — одна из разновидностей рефлексов... и состоит из особенно энергичных внутренних движений — мускульно-сочленовых и речевых»6. В трактовке мышления Блонский 1 Блонский П.П. Развитие мышления ребенка.— М., 1935; Память и мышление.— М., 1935. 2 Блонский П.П. Философия Плотина.— М., 1918; Современная философия. Ч. 1-2.—М., 1918-1922. 3 Блонский П.П. Реформа науки.— М., 1920. 4 Блонский П.П. Очерк научной психологии // Избранные психологические произведения.— М.. 1964. С. 41. 5 Там же. С. 45. 6 Там же. С. 117-118. 404 сочувственно приводит слова «американского психолога», не называя его имени, но в котором легко узнается Уотсон: «Мы думаем мускулами». В другом месте Блонский говорит об изучении рефлексов, полагая, что в будущем возможно установить однозначную связь между мозговой рефлекторной деятельностью и движениями. Идеи Блонского о поведении отличаются механицизмом и близки бихевиоризму Уотсона. В последующий период своей деятельности Блонский отошел от этих поведенческих идей. В разработке поведенческого направления в советской психологии в 20-х гг. большое место принадлежит рефлексологии Бехтерева и реактологии Корнилова. Поскольку основные положения рефлексологии изложены ранее, остановимся на реактологии Корнилова. Константин Николаевич Корнилов (1879— 1957) в борьбе против Челпанова и рефлексологии, опираясь на диалектический материализм, выступил в 1921 г. с программой новой науки — реактологии. Ее задачей было исследование поведения как совокупности реакций человека на биосоциальные раздражители. Реакция есть акт биологического порядка как выявление функций организма во всей их совокупности, где есть и физиологическая сторона, и ее интроспективное выражение. Это единица поведения человека. (Реакция понималась чрезвычайно широко как любое жизненное проявление, начиная от реакции простейших. Такое понимание реакции стирало различия между простейшими и более сложными формами поведения животных, и тем более человека.) В структуре реакции выделялись три компонента: сенсорный — раздражение органа, центральный — процесс в центральной нервной системе, моторный — двигательный импульс. Сенсорный и моторный компоненты могут быть в скрытой форме. Единством всех трех моментов объясняется то, что каждое восприятие и представление содержит в себе моторный момент и потому переходит в непроизвольное движение; также объясняется и вся психика. В реакции выделялись три момента: временной — как показатель быстроты реакции (время реакции); динамический — показатель интенсивности или силы реакции; моторный — формы движения, выра- 425 жается в величине пройденного пути, в скорости движения. Соответственно использовались три метода ее изучения: хронометрический (психометрический), динамометрический и моторно-графический. Динамометрический метод был разработан Корниловым. Им же был сконструирован специальный прибор — динамоскоп. Все многообразие реакций составляло так называемую гамму реакций человека: натуральная, мускульная, сенсорная, реакция различения, выбора, узнавания, ассоциативные реакции. Жизнь рассматривалась как совокупность реакций, а каждая реакция — как взаимосвязь организма со средой. Реакция есть не что иное, как трансформация энергии и постоянное нарушение энергетического равновесия между индивидом и окружающей средой. Уже в неорганическом мире мы видим зарождение активности в форме движения: в органическом мире разряды энергии наряду с движением влекут за собой и то, что мы называем одушевленностью, психикой, жизнью. Рождение, питание, приспособление, размножение, смерть — то, что мы объединяем понятием жизни, все это в основе энергетические процессы, приобретающие под влиянием особой структуры протоплазмы нервной системы свойства, называемые психическими. То, что субъективно мы воспринимаем как психические процессы, объективно является не чем иным, как особым проявлением все той же физической энергии — нервной. Был сформулирован принцип однополюсной траты энергии. Распространение траты энергии является «однополюсным»: чем больше энергии идет на умственную работу, тем меньше энергии остается для двигательной реакции. Теоретическое значение полученных результатов аккумулировалось в следующем положении: есть одна энергия — физическая. Ее трата может быть периферической или центральной. На этом основании был сделан вывод об антитезе между интеллектом и волей. Усложнение раздражителя до предела приводит к взрывным реакциям — это аффекты. Вводилось понятие коэффициента работы: это величина, являющаяся продуктом отношения интенсивностей мускульной и сенсорной реакций. Чем больше коэффициент, тем с большим трудом осуществляется переход от одного вида реакции к другому. 426 Трудовая деятельность рассматривалась как частный вид реакций. Есть гамма трудовых реакций и гамма трудовых профессий. Были сделаны выводы для психотехники — для отбора рабочих для той или иной профессии; утверждалось, что переход от умственного труда к физической работе легче, чем от физической работы к умственному труду: создать из интеллигента представителя физического труда легче, чем из рабочего — интеллигентного человека1. Подчеркивалось педагогическое значение реактологии. Принцип однополюсной траты энергии справедливо расценивался как «сконцентрированное выражение механистической теории равновесия в психологии»2. В реактологии Корнилову не удалось осуществить задачу перестройки психологии на основах диалектического материализма. Это направление отличали крайний механицизм, натурализм и биологизаторский подход к пониманию поведения человека, его психики. В 1931 г. в Москве в Государственном институте педагогической психологии и педологии (так стал называться неоднократно реорганизованный в годы советской власти основанный Г.И. Челпановым Психологический институт при Московском государственном университете) состоялась дискуссия по реактологической психологии. В итоговом документе («Резолюции») давалась оценка ситуации в психологии, причем эта оценка получила характерную для науки тех лет политическую окраску. Так, отмечалось, что борьба на научном фронте является отражением классовой борьбы в стране. Ставилась задача разгрома и уничтожения «остатков буржуазно-идеалистических теорий, являющихся прямым 3 отражением сопротивления контрреволюционных элементов страны социалистическому строительству» . Говорилось, что главной опасностью в психологии в данный период являются механистические теории, которые, «протаскивались как якобы подлинно диалектико-материалистические». Реактоло- 1 При этом под интеллигентным понимался человек умственного труда. 2 Итоги дискуссии по реактологической психологии // Психология. Т. IV. Вып. 1.— 1931. С. 5. 3 Там же. С. 2. 427 гическая психология оценивалась здесь как антимарксистская эклектическая концепция, имеющая «свои корни в буржуазной философии и социологии», она «некритически и без переработки перенесла к нам чуждые стране строящегося социализма буржуазные учения, их методы и методики...»1, была связана с «меньшевиствующим идеализмом деборинской группы» и т. д. В заслугу реактологии ставилась борьба, которую она вела с «реакционной идеалистической психологией Лопатина, Челпанова и т. п., с одной стороны, и с енчменианством2 и рефлексологией, с другой». Реактология критиковалась за отрыв теории от практики, что выразилось в ряде «неверных и порой вредных для практики социалистического строительства положений»3 (имелся в виду прежде всего закон однополюсной траты энергии). Этой дискуссией завершилась история реактологии. В целом поведенческие направления в советской психологии 20-х гг. в их различных вариантах не справились с задачей, которую они ставили перед собой — созданием новой науки о поведении человека, основанной на марксизме. Как отмечал Л.С. Выготский, главным пороком поведенческих концепций — рефлексологии В.М. Бехтерева, реактологии К.Н. Корнилова, идей П.П. Блонского является «отрицание сознания и стремление построить психологическую систему без этого понятия»4. Требовались новые теоретические концепции. Общее основание психологии во всем многообразии ее направлений и школ, создающие методологические трудности для объяснения психологических фактов, впервые выявил Дмитрий Николаевич Узнадзе (1886— 1950), создатель в Грузии одного из центров советской психологической науки, основатель грузинской школы в психологии — психологии установки. 1 Итоги дискуссии по реактологической психологии // Психология. Т. IV. Вып. 1.— 1931. С. 5. 2 Созданная биологом Э.С. Енчменом (1891 —1965) крайне механическая «Теория новой биологии», к которой редуцировалась физиология и психология. 3 Там же. С. 5. 4 Выготский Л.С. Сознание как проблема психологии поведения // Выготский Л.С. Собр. соч. Т. 1, 1982. С. 79. 428 Он был одним из основателей Тбилисского университета (1918) и создателем в нем кафедры и отделения психологии, лаборатории экспериментальной психологии. По его инициативе создано Общество психологов в Грузии (1927) — первое Психологическое Общество в Советском Союзе и основан Институт психологии в системе Грузинской академии наук (1943). Узнадзе — автор первых университетских учебников и систематических курсов1. Вместе с другими психологическими центрами, которые создавались в нашей стране с первых лет Советской власти в Москве, Ленинграде, на Украине и в других регионах, психологи Грузии под руководством Узнадзе, опираясь на достижения всей предшествующей мировой психологической и философской мысли, создали собственную оригинальную школу. В разных концепциях психологии — интроспекционизме, Вюрцбургской школе, бихевиоризме, психоанализе, персонализме В. Штерна, гештальтпсихологии и др., Узнадзе увидел одно общее основание, которое обозначил термином «постулат непосредственности», называя его «догматической предпосылкой традиционной психологии»2. Так, анализируя концепции ассоцианизма, В. Вундта, гештальттеории, Д.Н. Узнадзе раскрывает их общую особенность — объяснение психики как совокупности связанных между собой явлений — и отличающихся только точками зрения на понимание механизмов этих связей — соответственно ассоциации, психической причинности, определяющей роли сложных целостных переживаний. Во всех этих теориях сохраняется принцип непосредственности в объяснении психических явлений. Другое направление современной психологии, которое «допускает возможность взаимодействия между явлениями физическими и психическими», также остается на позициях точки зрения непосредственности, так как считает «будто объективная действительность непосредственно и сразу влияет 1 Экспериментальная педагогика (1912); Основы экспериментальной психологии (1925); Общая психология (1940); Психология ребенка (1947) и др. 2 Узнадзе Д.Н. Психологические исследования.— М., 1966. С. 158. 429 1 на сознательную психику и в этой непосредственной связи определяет ее деятельность» . Истоки этой «догматической предпосылки» Д.Н. Узнадзе видит в ложной ориентации психологии на естествознание, которое базируется на признании факта непосредственной связи между физическими явлениями. Аналогию с этим принципом Д.Н. Узнадзе усматривает и в «принципе замкнутой каузальности» В. Вундта, которую критикует как ненаучную и непродуктивную попытку, и в объяснениях гештальтпсихологии, в бихевиоризме. Узнадзе раскрывает глубокие последствия, к которым приводит психологию опора на постулат непосредственности. Это идеализм и механицизм, выразившиеся в игнорировании субъекта деятельности и личности как конкретной целостности, вследствие чего поведение представляется как «взаимодействие с действительностью отдельных психических и моторных процессов, первично определенных непосредственным взаимодействием... моторных или психических процессов и их стимулов или раздражителей, и, следовательно, для его понимания, помимо учета этих двух моментов, не требуется ничего другого»2. Анализ общих основ психологии, произведенный Д.Н. Узнадзе оказался созвучным ее анализам в трудах Л.С. Выготского (прежде всего в его работе «Исторический смысл психологического кризиса»), С.Л. Рубинштейна и разделялся советской психологией в целом. А.Н. Леонтьев неоднократно использовал термин «постулат непосредственности», введенный Узнадзе, и так же, как он, видел задачу психологии в преодолении этого постулата. Критика постулата непосредственности входит важной составной частью в работу по созданию методологических основ собственной психологической концепции Д.Н. Узнадзе. Из нее вытекает задача преодоления данного постулата. Ответом на эту задачу явилась созданная Д.Н. Узнадзе теория установки. Теория установки, по собственной оценке Узнадзе, является попыткой объяснить активность живого организма как целого, его взаимоотношения с действительностью с помощью введения особого внутреннего образования, обозначенного понятием «установка». 1 Узнадзе Д.Н. Психологические исследования.— М, 1966. С. 158. 2 2 Там же. С. 328-329. 430 Установочные образования были замечены и описаны психологами и раньше (Г.Т. Фехнер, 1860; Г.Э. Мюллер и Ф. Шуман, 1889; Л. Ланге, 1888 и др.). Их эффекты проявлялись в форме иллюзий, в различиях во времени протекания психических процессов и др. Попытки объяснения фактов установки хотя и различались у разных авторов, но в целом представлялись ими как частные явления психической жизни и трактовались как результат привычки, обманутого ожидания и т. п. В отличие от этих объяснений Д.Н. Узнадзе создал общепсихологическое учение об установке как новое направление в психологии. Согласно Узнадзе, «мы должны исходить из мыс-сли о наличии двух основных условий, без которых акты поведения человека или какого-либо другого живого существа были бы невозможны. Это, прежде всего, наличие какой-либо потребности у субъекта поведения, а затем и ситуации, в которой эта потребность могла бы быть удовлетворена. Это — основные условия возникновения всякого поведения, и, прежде всего, установки к нему»1. Таким образом, в формировании установки учитываются внутренние и внешние факторы. Таким образом, в формировании установки учитываются внутренние и внешние факторы. В настоящее время в исследованиях Грузинской школы отмечается наряду с потребностью и ситуацией влияние третьего фактора — психофизиологических условий2. Установка представляет собой первичное целостное недифференцированное состояние, которое предшествует сознательной психической деятельности и лежит в основе поведения. «Отдельные акты поведения, вся психическая деятельность представляют собой явления вторичного происхождения»3. Был разработан метод экспериментального исследования установки, изучены виды установок, процесс их формирования, описаны их свойства. С позиции установки даны характеристики психических процессов, произведена оригинальная классификация форм поведения и деятельности человека, выявлены иерархи- 1 Узнадзе Д.Н. Психологические исследования... С. 164. 2 Узнадзе Д.Н.— классик советской психологии / Под ред. В.Л. Какабадзе и др.— Тбилиси, 1986. С. 112-113. 3 Узнадзе Д.Н. Психологические... С. 253. 431 ческие уровни психической активности — индивида, субъекта, личности. В отличие от установки в зарубежной психологии, в которой этот феномен выступает в качестве частного психологического образования, Узнадзе придает понятию установки статус общепсихологической категории, а теория этого феномена превращается в общепсихологическую теорию установки и распространяется на изучение патопсихологических явлений, находит применение в педагогике, на ее основе разрабатывается система методов психотерапии — сеттерапия. Установка описывалась как то опосредствующее образование между влиянием среды и психическими процессами, которое объясняет поведение человека, его эмоциональные и волевые процессы, т. е. выступает детерминантой любой активности организма. Так, мышление (а также творческая фантазия, труд и др.) возникает в ситуации затруднения актов поведения, вызванных определенной установкой, когда усложнение ситуации вызывает необходимость сделать специальным объектом исследования это затруднение. «Этот специфический акт, обращающий включенный в цепь деятельности человека предмет или явление в специальный самостоятельный объект его наблюдения, можно было бы назвать актом объективации»1. Выделение объективации приводит Узнадзе к выводу о существовании двух уровней психической жизни — уровня установки, свойственного для всякого живого существа (и лишь в частности для человека), и уровня объективации, который представляет собой «специальное достояние лишь человека как существа мыслящего, строящего основы культурной жизни, как творца культурных ценностей»2. Психология установки остро поставила проблему активного субъекта в психологии в противоположность механицизму и идеализму предшествующей психологии. Она назвала своей задачей анализ поведения и деятельности с позиции установки: «...не подлежит сомнению, что для изучения подлинного предмета психологии — психической жизни — это понятие (поведения — А.Ж.) имеет 3 совершенно исключительное значение» . 1 Узнадзе Д.Н. Психологические... С. 255. 2 Там же. С. 256. 2 Там же. С. 328 432 Направленность на выявление внутренней детерминации активности составляет сущность и пафос подхода Д.Н. Узнадзе, нацеленного на преодоление постулата непосредственности в психологии. Однако поскольку установка (и потребность) находятся в «пространстве субъекта» и, следовательно, являются внутренними образованиями, роль поведения и деятельности в преодолении постулата непосредственности и в определении сущности психического отступает на задний план, является вторичной. Другое направление исследований по преодолению ограниченности как традиционной концепции психики, так и поведенческих направлений с их механицизмом и даже утратой проблемы сознания связано с введением в психологию идеи о неразрывной связи психики и, прежде всего, человеческой, с поведением и деятельностью и трактовкой опосредствованной структурой психики человека. Начало работ в этом направлении хронологически и идейно восходит к Льву Семеновичу Выготскому (1896 — 1934).
<< | >>
Источник: Ждан А.Н.. История психологии. От Античности до наших дней: Учебник для вузов.— 5-е изд., перераб. и доп.— М.: Академический Проект.— 576 с.. 2004

Еще по теме Раздел VII. ВОЗНИКНОВЕНИЕ И РАЗВИТИЕ СОВЕТСКОЙ ПСИХОЛОГИИ. СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ ПСИХОЛОГИИ В РОССИИ:

  1. Раздел VIII. СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ВАЖНЕЙШИЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ ЗАРУБЕЖНОЙ ПСИХОЛОГИИ
  2. Раздел III РАЗВИТИЕ ПСИХОЛОГИИ КАК НАУКИ О СОЗНАНИИ В ПЕРИОД ДО ФОРМИРОВАНИЯ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЙ ПСИХОЛОГИИ
  3. 1. Возникновение, развитие и становление психологии 1.1. Историческое развитие психологической мысли
  4. 1.3. Развитие психологии в России
  5. Глава 3. РАЗВИТИЕ ПСИХОЛОГИИ В РОССИИ В XIX в.
  6. Глава 3. ПСИХОЛОГИЯ Ф. БЭКОНА И ЗАВЕРШЕНИЕ ЭТАПА РАЗВИТИЯ ПСИХОЛОГИИ В РАМКАХ УЧЕНИЯ О ДУШЕ
  7. Раздел II. РАЗВИТИЕ ПСИХОЛОГИИ В РАМКАХ ФИЛОСОФСКИХ УЧЕНИЙ О СОЗНАНИИ
  8. Раздел IV РАЗВИТИЕ ЕСТЕСТВОЗНАНИЯ И ФОРМИРОВАНИЕ ЕСТЕСТВЕННОНАУЧНЫХ ПРЕДПОСЫЛОК ВЫДЕЛЕНИЯ ПСИХОЛОГИИ В САМОСТОЯТЕЛЬНУЮ НАУКУ
  9. Раздел V. ВЫДЕЛЕНИЕ ПСИХОЛОГИИ В САМОСТОЯТЕЛЬНУЮ НАУКУ И ЕЕ РАЗВИТИЕ ДО ПЕРИОДА ОТКРЫТОГО КРИЗИСА (60-е гг. XIX в.- 10-е гг. XX в.)
  10. Часть II МЕТОДЫ ПСИХОЛОГИИ Раздел А Общее представление о системе методов в психологии
  11. Глава I. СОСТОЯНИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ САМООПРЕДЕЛЕНИЯ ЛИЧНОСТИ В ПСИХОЛОГИИ
  12. Глава IIIТрансперсональный проект в глубинной психологии: научно-психологические предпосылки трансперсональной психологии
  13. А. Усманова. Клиническая психология / Сост. и общая редакция Н. В. Тарабриной. — СПб.: Питер. — 352 с. — (Серия «Хрестоматия по психологии»)., 2000
  14. § 1. Проблема самоопределения в советской психологии.
  15. Рациональная и эмпирическая психология (в истории становления психологии как науки)