<<
>>

Е.В. Русина Трипольский синдром: Украина в зеркале «правильной» истории*

Сатирическая футурология — жанр, не пользующийся популярностью в украинских массмедиа. Наверное, поэтому так бросились в глаза и запомнились «Новости от 31 ноября» авторства Александра Макарова, напечатанные вскоре после Оранжевой революции в популярном на Украине «Зеркале недели» (2005, № 5).

Правда, тогдашний прогноз очень скоро утратил свою актуальность, поскольку касался он главным образом членов первого «постреволюци- онного» кабинета министров, отправленного в отставку в сентябре 2005 г. Стоит вспомнить другое: то, какой виделась журналисту будущность украинских олигархов:

«Ринат Ахметов строит баптистские церкви. Виктор Пинчук скупает по всему миру и свозит в Украину скифское золото lt;...gt; Александр Ярославский открывает фабрику по склеиванию разбитых горшков трипольской культуры. И это им не всегда помогает».

Политические реалии отразились и на этой идиллической картине: в отсутствие Александра Турчинова во главе Службы безопасности Украины Ахметов печётся не о нуждах его единоверцев, а о судьбе Святой Софии, выделив на её реставрацию, после дружеского общения с президентом В. Ющенко, 15 миллионов гривен. Но, в принципе, автор верно предугадал стратегию выживания при новой власти вчерашних «победителей жизни»: превращение их в меценатов, готовых потакать любым прихотям и капризам«этнографического президента» — страстного коллекционера, ценителя прекрасного и почётного председателя «Братства пчеловодов Украины».

Впрочем, и наиболее проницательных удивило то, что в ноябре 2005 г. на благотворительном аукционе в Харькове три бочоночка с «правильным», с точки зрения Винни-Пухов от украинского бизнеса, мёдом («С пасеки Виктора Ющенко», как значится на ободке) ушли с молотка за 2,5 миллиона гривен, а старое деревянное корыто из его коллекции потянуло на целый миллион! Прибавьте к этому 700 тысяч за лоты от родственников президента — брата Петра и племянника Ярослава, заместителя харьковского губернатора, — ив целом набегает весьма внушительная сумма, предназначенная для реставрации областной филармонии.

Разумеется, такое «раскулачивание» на нужды культуры можно только приветствовать — так же, как и отчисления Ахметова на Софийский собор, который новая власть начала понемногу (пусть поначалу и неумело) «освящать» своим присутствием, устраивая здесь официальные церемонии. Все заметнее и сдвиги по линии деклараций национализма, который предпочитают называть

украиноцентризмом, оборачивающимся в риторике власти постулированием «уникальности» всего украинского и центральности Украины в Европе. Правда, сегодня нашу страну всё чаще именуют не «центром», а, более поэтично, «сердцем Европы»1; но арсенал средств, при помощи которых этимологически «окраинная» земля пытается избыть проклятие периферийности, по сути, не изменился: к прежней игре предлогов (в/на Украину) и президентским мантрам (при Ющенко, однако, вылившимся едва ли не в упреки Европе, которая, дескать, «не может жить без сердца») прибавились разве что зрелищные действа на манер зажигания символического «сердца Европы» на «Евровидении- 2005».

И всё же — «почувствуйте разницу!». Сегодня страну возглавляет президент, для которого история — отнюдь не пустой звук: он апеллирует к ней (точнее, к собственному её пониманию) по любому, порой совершенно ничтожному поводу (например, в связи со строительством высотки на Печерске, из-за которого якобы переворачиваются в гробах древние киевские князья). С другой стороны, по этой же причине на смену государственной политике в области культуры пришёл культурно-исторический фаворитизм главы державы. И хотя сам он при этом, по-видимому, чувствует себя как долгожданный «апостол правды и науки», пока что апостола в его лице получила лишь паранаука.

В принципе, это закономерно. Лидерам государств, вышедших на политическую арену после распада СССР, импонирует историческая фантастика, которую под воздействием патриотического императива с лёгкостью продуцируют «физики и лирики». Найти общий язык со специалистами, увы, сложнее. В 1990-е гг. это уразумел туркменский президент Сапармурат Ниязов, который, говорят, довольно долго ждал, когда же, наконец, учёные поймут, чего от них ждёт страна, и создадут «настоящую» историю туркмен.

А не дождавшись, вспомнил, что он и сам академик, и взялся за перо. Так появилась его «Рухна- ма», из которой можно узнать среди прочего следующее:

именно туркмены были первыми механиками, и именно они изобрели металлургию и металлообработку, став для Европы своего рода «дрожжами», на которых поднялась современная цивилизация;

туркменский этнос, чей возраст, как ранее полагали, составляет не более тысячи лет, на самом деле существует вот уже 5-6 тысяч лет;

туркмены (которые, как известно, не имели своей государственности вплоть до XX в.) «только на собственной земле создали более 70 государств», а их данниками числились более 1200 народов.

Правда, по признанию Ниязова, последние 800 лет (до 1991 г.) туркмены пребывали в состоянии стагнации. Однако теперь, когда Туркменбаши призвал свою нацию «вспомнить всё, что нужно вспомнить», былое могущество становится залогом великого будущего — собственного, ни на что не похожего пути к новым историческим свершениям.

Такого же пошиба total recall предлагают и украинские псевдоисторики —

как «патриархи» (Каныгин, Шилов, Плачинда), так и их многочисленные эпигоны. Нарративная стратегия их сочинений, несмотря на расхождения в деталях, весьма проста: доказать историческое первородство украинцев. Достаточно открыть любую «историю без мифов», вышедшую из-под их пера, и становится очевидным, что для мировой цивилизации украинская «закваска» была не менее продуктивной, чем туркменские «дрожжи».

В этой историко-патриотической хлестаковщине Украина предстаёт как генератор и вдохновитель «всех философских, научных и художественных достижений Запада и Востока», и даже хрестоматийная украинская безгосудар- ственность объявляется вымыслом «украинофагов»: «на самом деле Украина представляет собой уникальный феномен фантастической длительности и непрерывности государственного бытия», чьи основы были заложены Трипольской державой, которая «во времена своего апогея была единственной в истории человечества Всемирной империей lt;...gt;, охватывавшей оба полушария Земли».

Разумеется, «восточные орды», как и «губительные нашествия южных, западных и северных колонизаторов, отбросили Украину на тысячелетия вспять». Но «мы и в ярме давали миру гениальные интеллектуальные и художественные озарения, а в ближайшие годы дадим ещё больше»2.

Разумеется, если бы Украина была восточной деспотией наподобие братского Туркменистана, мы бы давно имели комплекс подобных представлений в качестве государственной идеологии. А так лишь отдельные осколки этой премудрости поблёскивают в риторике власти — впрочем, не без соответствующих «оргвыводов». Показательным в этом отношении является открытие в октябре 2005 г., благодаря щедрой, на 1,8 миллиона гривен, поддержке «Дне- проспецстали», музея на территории Каменной Могилы, о которой президент упоминал ещё в своих речах «майданного» периода3. На его официальном сайте это событие представлено как один из первых программных «шагов навстречу людям», хотя на самом деле Ющенко уверенно движется в сторону Шилова со товарищи, которые за несколько лет до этого, по случаю выхода книги Анатолия Кифишина «Древнее святилище Каменная Могила: Опыт дешифровки протошумерского архива XII-III тысячелетий до н.э.» (Киев: Аратта, 2001), обращались к Кучме, дабы тот озаботился судьбой «Каменной Могилы с древнейшими в мире письменностью и текстами», которая является такой же «святыней» украинцев, как и «народная орнаментика и фольклор, восходящие ко временам мамонтов», а также «,,Веда“ и „Велесова книга“*с исторической памятью в 21 тысячелетие». Тогда Кучму тщетно просили придать Каменной Могиле статус национального заповедника и посодействовать её превращению в «памятник мирового значения под эгидой ЮНЕСКО». Ныне на эти призывы охотно откликается Ющенко — и относительно статуса, и относительно внесения Каменной Могилы как «уникального объекта человечества» в список мирового культурного наследия (вместо того чтобы позаботиться об историческом центре Львова, над которым вот уже несколько лет тяготеет угроза исключения из этого реестра).

Правда, радует то, что в World Heritage List не стремятся внести самого президента, хоть он и был провозглашён (впервые, кажется, Юлией Тимошенко) национальным достоянием Украины.

Пока что культ Ющенко и его семьи носит локальный характер — с чествованием памяти отца президента и организацией походов по ющенковским местам. Оно и неплохо, что теперь, дабы получить заряд патриотической энергии, не надо, рискуя здоровьем, карабкаться на Говерлу4. Альтернативой глумливым предложениям от виртуального агентства «Говерла-Тур» («Президентский отдых! Вызывание духов патриотов, погибших во время восхождения президента! Самые лучшие лавины и молнии!») является двухдневная поездка на малую родину украинского лидера, устраиваемая госадминистрацией Недригайловского района. Она включает посещение не только достославной Хоружевки, где, как известно, Ющенко чувствует себя «европейцем, проживающим в центре Европы», но и соседней Кулешовки с уникальным, «единственным в мире» (разумеется, если не считать тех, что в России) памятником мамонту, точнее, его «наскальным изображением» на чугунном четырехграннике с надписью: «На сём месте в 1839 г. открыт остов предпотопного мамонта». Перемещение между сёлами — в патриархальном стиле: на возах под баян; летом можно освежиться в пруду, где, по слухам, купался сам Виктор Андреевич; приложением к этим буколическим утехам служит общение с его односельчанами, которые, как успел установить, пребывая на посту министра здравоохранения, Николай Полищук, являются «самыми здоровыми людьми в Украине» (!).

Ожидается и чествование президентского рода на уровне государственных торжеств, хотя, конечно, и не такое прямолинейное, как у братьев-туркмен. Согласно выданному в ноябре 2005 г. распоряжению, уже с июля 2006 г. на Украине будет отмечаться казацкий праздник «Калнышева рада». Непосвящённым такая «выдуманная традиция» может показаться, мягко говоря, странной; но убеждённость Ющенко в родстве с последним запорожским кошевым Петром Калнышевским (который, если верить президентскому указу, внёс «выдающийся личный вклад в становление украинской нации») расставляет всё по своим местам.

Трудно сказать, имеются ли основания для таких генеалогических претензий.

В канун президентских выборов 2004 г. их всячески высмеивал Андрей Дерепа; потом за Ющенко заступился писатель и краевед Даниил Кулиняк с книжкой «От Калныша вести...»5. Откликов профессионалов об этом труде пока что не слышно; зато вездесущие журналисты нашли в нём как ряд несуразностей, так и расхождения с «генеалогическим древом», поднесённым Ющенко в 2002 г. его земляками, которое он считает едва ли не лучшим подарком за всю свою жизнь.

Скепсис усугубляют и аналогичные прецеденты на постсоветском пространстве. Вспомним хотя бы эпизод с экс-премьером Литвы Казимирой Прунскене, которая по примеру героини «Золотой рыбки» превратилась в «столбовую дворянку» (собственно говоря, княгиню), получив соответствую

щие регалии почтой в коробке из-под обычного утюга, вмиг ставшей не менее знаменитой, чем некогда в России коробка из-под ксерокса. Кроме того, нет нехватки в энтузиастах, желающих действовать по методу Дятла из сказки Салтыкова-Щедрина «Орёл-меценат»:

«Дятел был скромный учёный lt;...gt; И надолбил он целую охапку исторических исследований: «Родословная лешего», «Была ли замужем баба-яга», «Каким полом надлежит ведьм в ревизские сказки заносить?» и проч. Но сколько ни долбил, издателя для своих книжиц найти не мог. Поэтому и он надумал: пойду к орлу в дворовые историографы! lt;...gt; Дятел начал с того, что генеалогию орла от солнца повёл, а орел со своей стороны подтвердил: «И я в этом роде от папеньки слышал»6.

Точно так же всегда найдутся те, кто готов принять любую генеалогию Ющенко с автоматизмом компьютерного редактора, который, не колеблясь, меняет фамилию Порошенко7 на гетманскую Дорошенко. Кучме в этом смысле явно не повезло: тем, кто убеждён, что nomen est omen, вспоминался разве что Кучманский шлях, которым некогда на Украину приходили татары. Ещё язвительнее, чем история, обошёлся с ним автор этнокарнавального «Дела незалежных дервишей» — таинственный Хольм ван Зайчик, под чьим пером Кучма превратился в начальника Аслановского повета Кучума.

Впрочем, второй наш президент был человеком без исторических амбиций; а вот его генеалогически «правильный» преемник оказался куда более требовательным в отношении древности и исторической добротности декораций собственного бытия. Своими проблемами он поделился со своей же нацией на пресс-конференции в мае 2005 г.: мол, в резиденциях моих друзей Вацлава Гавела и Вацлава Клауса настелен дубовый паркет и даже каким-то «драным гобеленам» по 400 лет, а здесь, в Киеве, в бывшем здании ЦК КПУ... В общем, что тут говорить — вы и сами понимаете. Обнародовал глава государства и свою эстетическую концепцию: тешить глаз президента должны не «модернистские картины», а запечатлённые на полотне батальные сюжеты, в которых украинцы побеждают врагов — очевидно, на манер поединка Вишневецкого с Кривоносом, который теперь украшает бывший кабинет Кучмы, обустроенный Ющенко по собственному вкусу.

Дело, однако, не ограничилось перестановкой шкафов и перевешиванием картин. Возник грандиозный проект новой президентской резиденции, для реализации которого принялись было даже отселять помещение детской больницы «Охматдит». Несмотря на отдельные «неувязки», запланированное строительство продолжается, конкурируя по своим масштабам разве что с мегапроектом по созданию «украинского Эрмитажа», который всё чаще называют «Художественным Арсеналом» — вероятно, чтобы не проговариваться, чей именно пример вдохновил этот величественный креатив. Достаточно и того, что мы создали в противовес «Золотому кольцу России» свой туристический «Золотой треугольник» (Киев — Львов — Одесса), к которому теперь прибавляется ещё и «Золотое кольцо трипольской культуры»./>

Впрочем, тема Триполья заслуживает отдельного разговора. Увлечение ею началось не вчера и за последние годы приобрело черты общенациональной мании. Специалисты-археологи устали объяснять невеждам, что трипольцы не были ни украинцами, ни праславянами, ни даже индоевропейцами, как не являлись они ни гражданами легендарной Аратты (государства, локализуемого специалистами где-то на взгорьях Южного Ирана), ни, наконец, древнейшими земледельцами в Европе и тем более в мире. Но к профессионалам прислушиваются всё реже и реже, и параллельно процветают вхожие в коридоры власти любители-«трипольеведы» и владельцы трипольских древностей, чьи коллекции, озарённые величием паранаучных фантазий и задействованные в государственных мероприятиях наивысшего уровня, дорожают на глазах. О конъюнктуре момента красноречиво говорит и то, что артефакты трипольской эпохи уже стали объектом фальсификации, как это часто бывает с популярными и прибыльными брендами (о чём бы ни шла речь — о духах «под Париж» или книгах, написанных якобы Дэном Брауном или Борисом Акуниным).

Предприимчивые энтузиасты от слов переходят к делу, материализуя и визуализируя величие «трипольской цивилизации». В этом их охотно поддерживает пресса: «Сегодня государству необходима маркетинговая программа продвижения трипольского бренда как в Украине, так и за её пределами. Это позволит дополнительно привлечь на отечественные туристические маршруты несколько сотен тысяч туристов, как наших, так и зарубежных». Руководство археологического музея в Триполье стремится к большему — ведь «маленькое село под Обуховом lt;...gt; может стать одним из культурных центров мира». «Но для этого, — говорят специалисты, — нужно реконструировать жилища древних трипольцев, их одежду, строить современный скансен»8.

Это пока что под силу лишь частному сектору, точнее, частному историкоархеологическому музею «Аратта-Украина» с его «настоящей трипольской хатой»9. С одеждой для жителей будущих «скансенов» проблем, очевидно, не предвидится: ведь, если верить прессе, трипольцы были «умелыми портными» — «одних только жилеток придумали около 123 моделей». Дизайнеры заметили, что трипольские мотивы хорошо «ложатся» на изделия из ткани и кожи. Найдётся работа и для парикмахеров, которым самое время освоить ту дюжину причёсок, которыми некогда кичились «трипольские Венеры и Барби»10 — ведь отечественные музейщики (сошлюсь тут на опыт Винницы) уже пропагандируют «трипольский боди-арт».

Вот только ничего не слышно про детсады или школы трипольского типа, хотя курс трипольской педагогики уже вошёл в отечественные учебники, ориентированные на будущих воспитателей и учителей11. Дался он авторам немалой кровью: ведь, с одной стороны, «ещё никто и никогда не «заглядывал» в такие глубины истории, не было даже попыток проследить истоки украинской школы, образования и педагогики, которая, вопреки догматическим утверждениям устаревших научных концепций учёных разных стран, насчитывает не несколько столетий, а более 5, а то и 7 тысяч лет»; с другой — «до сих пор не

обнаружено ни одного учебника или пособия для тогдашних школ, как нет и учебных планов и программ (даже в простейшей форме), поскольку все они, как и многочисленные уникальные духовные книги эпохи неолита, уничтожены огнём, мечом и водой во время и непосредственно после крещения Киевской Украины-Руси в 988 г.».

Впрочем, и «без исчерпывающего археологического обоснования» очевидно —1 разумеется, «если анализировать состояние образования и воспитания эпохи неолита с позиции непредвзятых учёных, когда научные суждения и выводы строятся лишь на фактах и документальных свидетельствах, без оглядки на «старшего брата», — что «система воспитания и образования праукраинцев уже в IV—III тысячелетиях до Рождества Христова была более прогрессивной по сравнению со многими тогдашними цивилизациями», получившими от трипольцев благотворный толчок к развитию.

Как ни странно, но, несмотря на свою «высокую результативность», трипольские «методы воспитания и обучения» до сих пор не реализованы на практике. Зато воплощаются гастрономические идеи, с которыми мы сталкиваемся на страницах цитируемого учебника. Среди «гениальных кулинарных изобретений праукраинцев» здесь фигурируют кулеш, блинчики, галушки, борщ и колбасы; однако больше всего комплиментов достаётся борщу (этому «высо- ковитаминизированному блюду, которому, как свидетельствует опыт многих народов, до сих пор не найдено альтернативы») и подовому хлебу трипольского периода — «украинской палянице, которая с тех пор вот уже несколько тысячелетий является основным продуктом питания и пользуется любовью многих народов мира».

Ради справедливости стоит отметить, что доподлинно неизвестно, пекли ли хлеб носители трипольской культуры. Однако летом 2005 г. им как образчиком аутентичной кухни трипольцев потчевали любопытных в одном из киевских ресторанов. Этот хлеб для гурманов оказался «живым», т.е. изготовленным при помощи биодинамических часов, позволяющих «управлять потоками космической энергии и, в частности, материализовывать её в продуктах питания»; впрочем, по вкусу он, говорят, уступал поданному гостям обычному торту, украшенному глазированными трипольскими хатками. К сожалению, присутствующих не угощали запечёнными на огне черепахами (по словам археолога Михаила Видейко, излюбленным деликатесом трипольцев); однако всем пришлась по вкусу архаизированная версия «Бехеровки» — созданный фитотерапевтом из Яготина бальзам «Трипольское чудо», который дегустировали из стилизованных под трипольскую керамику глиняных стопок.

Не менее плодотворный синтез нужд современности и памяти о прошлом предлагает сегодня и киевский ресторан-музей (!) «Монастырская трапеза», где можно не только подкрепиться, но и ознакомиться с экспозицией, в которой, благодаря коллекциям друзей хозяина, представлены украинские древности, начиная с артефактов трипольского периода, окончательно ставшего точкой отсчёта нашего исторического времени.

Однако было бы ошибкой думать, что сегодня в подходах к трипольской идее преобладают её коммерческие аспекты. Существует ещё и эстетикорекреативная сторона вопроса, реализованная в таких новациях, как парки трипольской культуры. Первый, кажется, появился в Ржищеве под Киевом; его украшают «фигуры воображаемых трипольчанок» и пятиметровая копия знаменитой биноклевидной посудины. В самом Киеве аналогичный парк возник на территории Межрегиональной академии управления персоналом (МАУП) осенью 2004 г., накануне Первого всемирного конгресса «Трипольская цивилизация». А во время проведения «Евровидения-2005», которое помимо прочего стало своеобразным полигоном для обкатки новейших этнополитических концепций, эту идею реализовали скромнее — в виде «площадки трипольской культуры» в лагере на Трухановом острове.

Более амбициозный проект ещё ждет своего воплощения: по замыслу Виктора Ющенко в районе киевского Ботанического сада планируется парк, «где будут представлены фрагменты как трипольской культуры, так и современной космической эпохи». О чём конкретно идёт речь, пока неясно, однако нельзя не заметить, что в президентских оценках украинского прошлого Триполье заметно перевешивает всё прочее на чашах исторических весов. По крайней мере, на такую мысль наводят те выставки достижений трипольского хозяйства, которые в последнее время представляют Украину на международной арене. Такой в своей основе была украинская экспозиция на «ЭКСПО-2005», которую национальные массмедиа оценили как провальную, хотя туда для демонстрации украинской «самодостаточности» по распоряжению Ющенко отвезли даже 190-летний улей пчеловода-новатора из-под Батурина Петра Прокоповича, позаимствованный из коллекции Черниговского исторического музея (на что «Украина молодая» откликнулась восторженным заголовком: «Хутор Пальчики будут знать во всём мире!»).

Впрочем, происхождение остального «антиквариата», представленного в Японии, вызывало у специалистов эмоции, далёкие от восторга. Ведь там, как и на выставке, проходившей в ноябре 2005 г. в Париже, в штаб-квартире ЮНЕСКО, трипольский период был представлен главным образом экспонатами из частных археологических коллекций, появившихся в годы независимости, сам факт существования которых несовместим с нормами отечественного и международного права. Начинает казаться, что мы возвратились в XVI в., когда «копачи», разрывавшие древние курганы, составляли особый, совершенно «легальный» слой местного населения. В итоге визитной карточкой страны становятся украденные у неё предметы, и это совершенно не беспокоит Министерство культуры и туризма, которое формально распоряжается культурным наследием Украины. В ответ на протесты министр-«культурист» лишь пожимает плечами: дескать, то, что сегодня находится в археологической коллекции «одного из граждан» (точнее, «новых украинцев»), завтра может украсить государственное собрание. Действительно, такие «благодеяния» известны, хотя по сути они мало чем отличаются от печально известных «подарков», препод

несённых в 2004 г. от имени тогдашнего премьера Януковича Национальному музею истории Украины12; к тому же внеконтекстные, навсегда лишённые способности «говорить» артефакты даже после возвращения их государству безвозвратно потеряны для науки и украинской истории13.

Однако столь популярное сегодня заигрывание с прошлым таит в себе помимо криминальных и другие риски. Английская поговорка, как известно, советует не будить спящую собаку. Вот и sleeping past порой лучше не ворошить — ведь оно, как и настоящее, никогда не бывает «одновекторным». Это, в частности, показала команда Виктора Пинчука, с легкостью пародируя исторические события. Достаточно вспомнить август 2005 г. — зрелищные акции против возвращения в госсобственность Южнотрубного завода, организаторы которых полностью переняли know-how киевского майдана.

Не меньшее мастерство было продемонстрировано и при манипулировании такой новомодной «фишкой», как казацкое прошлое. С одной стороны, «Интерпайп» Пинчука затеял поиски Никитинской сечи, остатки которой якобы сохранились где-то в центре Никополя (на самом же деле они давным- давно погребены под толщей днепровской воды); с другой — о всё том же Южнотрубном заводе сняли фильм-предупреждение «Сечь». Основной мес- седж такой: ну, держитесь! Ведь «мы, братья, казацкого рода», так что никто не сломит наш вольнолюбивый дух, никто не реприватизирует, никто не поработит!

Тогда же, в августе 2005 г., в канун Дня независимости, кое-кто вспомнил и об отношении казаков к униатам, благо представился повод — перенесение в Киев резиденции главы Украинской греко-католической церкви кардинала Любомира Гузара. Так рядом с пламенной социалисткой Натальей Витренко в рядах протестующих, ссылаясь на «историю вопроса» («славные традиции казачьих гетманов Хмельницкого и Сагайдачного, топивших униатов в Днепре»), оказались представители «Верного казачества».

Такое же «равнение на Хмельницкого» провозгласил, отмечая годовщину его смерти летом 2005 г., лидер партии «Союз» Алексей Костусев, чью «основанную на заветах гетмана» политическую программу через несколько месяцев иллюстрировали бигборды «С нами Бог и Россия!». Демонстрируя преданность своим историческим воззрениям, глава Антимонопольного комитета Костусев даже взялся за восстановление Богдановой криницы в Суббо- тове. Кабмин, в свою очередь, вынашивает замыслы воссоздания резиденции гетмана в Чигирине, которую среди прочего можно использовать для встреч президента с иностранными послами. Параллельно власти предпочитают не замечать «воспоминаний о будущем» в публикациях от МАУП, где призывы к борьбе с «иудео-нацистами», «иудейской чумой» и «иудейско-либеральным гнильём» соседствуют с ностальгией по временам Богдана Хмельницкого, который «последовательно пытался освободить Украину от евреев».

Аналогичный подтекст ощущается и в призывах «новых ариев» во главе с автором книжки «Арийский стандарт» Игорем Каганцом возвратить Украи

не традиционную для неё политическую модель — автократический «третий гетманат». Эту идею взяли на вооружение члены Украинской национальной ассамблеи, включив её в свою программу на съезде, проходившем в декабре 2005 г. на территории МАУП. Трудно сказать, кто ныне, с точки зрения УНА- УНСО, мог бы возглавить украинскую властную вертикаль нового (или, по сути, очень старого) типа; однако сторонников ещё одного «пришествия» гет- маната, несомненно, не устраивает тот титулярный гетман, каким стал Виктор Ющенко на казацком круге при посещении Запорожья в июне 2005 г.

Тогда, ровно через год после того, как его, кандидата в президенты, за злостное уклонение от уплаты членских взносов исключили из рядов казачества, лишив заодно всех званий и наград, Ющенко-президент возглавил Украинское первовозрождённое вольное казачество и создал при себе казачью раду. При этом на казацком Олимпе нашлось место не только для банкира Станислава Аржевитина, ставшего советником президента по вопросам казачества, но и для Юлии Тимошенко, провозглашённой украинской Берегиней; а вот киевского мэра, посвящая в казаки, под видом инициации отхлестали кнутом.

По-видимому, советникам такого пошиба обязаны фактом своего чествования юбилеи образца отмечавшегося в 2005 г. 500-летия казачества на территории Донецкой и Луганской областей. Абсурдная, с точки зрения специалистов (которых, как водится, спросили, но не услышали), зато стопроцентно политкорректная годовщина ознаменовалась среди прочего выпуском юбилейной монеты, упражнениями в «национальных видах боевых искусств» и плакатами с зажигательными стихами:

Ми козацького роду в Донбас не прийшли!

Гени нашого роду

Споконв1к тут жили!

То, что история повторяется как фарс, продемонстрировал ещё один эпизод, вызванный к жизни припоминанием прошлого. Современные жители летописного Искоростеня в канун празднования 1300-летия своего города, осознав, что живут в «правовом государстве», и почувствовав, как играет в их жилах кровь предков-древлян (не зря всё же у нас проводят фестивали типа «Древлянских истоков»!), принялись сводить исторические счёты с киевлянами: дескать, если бы не мстительность их княгини Ольги, заштатный Коростень непременно стал бы столицей Украины. Экзерциции в альтернативной истории едва не увенчались неслыханным в отечественном судопроизводстве случаем: иском коростеньского мэра (и по совместительству председателя Ассоциации древних городов Украины) против киевской городской администрации за сожжение древлянской столицы в X столетии (кстати, по утверждению писателя Андрея Кокотюхи, оно было осуществлено, языком Уголовного кодекса, «с особым цинизмом», поскольку на самом деле Ольга использовала не

банальных воробьев и голубей, а мощное ракетное оружие, лишний раз засвидетельствовав «исключительную гениальность украинцев»14).

Правда, в глобальном контексте этот, по словам одного коростеньского краеведа, «слегка, я извиняюсь, бред» отнюдь не одинок. Как по масштабности иска, так и по глубине погружения в собственное прошлое неодревлян давно затмили египтяне, которые уже не первый год готовят судебный процесс против иудеев: те во времена Рамзеса II, в 1290 г. до н.э., будучи изгнанными в Синайскую пустыню, прихватили с собой 300 тонн драгоценных украшений. Ныне потомки фараонов, дабы не путаться в расчётах, согласны на компенсацию причинённых Египту убытков в размере 300 тонн золота — ив ожидании такого куша уже потратили на подготовку иска против Израиля, правопреемника всех иудеев, четверть миллиона долларов.

Примечательно, что египтяне солидарны с некоторыми из наших соотечественников не только в готовности исправлять ошибки древней и очень древней истории, но и в благородном стремлении отстраивать то, что было некогда разрушено. Стоило, например, археологам обнаружить фундамент знаменитого Фаросского маяка, как губернатор Александрии призвал сограждан возродить это чудо света во всей его красе; подсчитано, что стоимость подобного проекта составит не менее 100 миллионов долларов. На этом фоне блекнут те 90 миллионов гривен, которые в 2005 г. планировалось направить на воссоздание киевской Десятинной церкви образца 1240 г. Появление ещё одного бутафорского новодела было, казалось, неотвратимым — так ухватились за поддерживаемый президентом проект столичные чиновники, которым, в принципе, безразлично, что делать: разрушать или восстанавливать разрушенное (а если строить, то хоть храмы, хоть деревни — трипольские или потёмкинские).

Никого не смущало даже то, что пришлось бы действовать по методу Кювье, который, говорят, мог воссоздать внешний вид ископаемого животного по одной-единственной кости. Более того, чтобы реанимировать, казалось бы, окончательно похороненную при Кучме реконструктивную идею, в оборот запустили совершенно нестандартный для чиновничества креатив. Заместитель начальника Главного управления культуры Руслан Кухаренко, отстаивая — за отсутствием представлений о том, как выглядела Десятинная церковь, — «новое строительство в византийском стиле» («естественно, с мозаиками и фресками»), апеллировал к высшим силам: мол, надо обеспечить «жилплощадью» тех ангелов, которые «закреплены» за любым храмом и не оставляют его даже после разрушения. Невесть откуда взялись и фольклорные «новоделы»: легенда о «духовном треугольнике», очерченном Софийским, Михайловским и Андреевским храмами, который «неполон» без Десятинной, а также «церковное предание, передающееся из поколения в поколение: «С возрождением Десятинной церкви восстанет и былая слава Украины» (рифмованный вариант: «Як постане Десятинна, то й воскресне Украша»)15.

Впрочем, не помогла и эта псевдофольклорная «тяжёлая артиллерия». Ки

евские власти вновь проиграли здравому смыслу и компетентности «маленьких» (по лексике Ющенко) украинцев — всех тех искусствоведов, музейщиков, археологов, к которым так и не привыкли прислушиваться чиновники, считаясь лишь с мнением «сверху». Вполне естественно, что президентское видение прошлого мгновенно воплощалось в инициативы чиновных хамелеонов. Едва лишь на церемонии инаугурации прозвучало: на Украине «триста лет тому назад была написана первая в мире Конституция», как кабмин взял под козырёк, выступив с идеей конференции «Украина — родина демократии». К счастью, и на этот раз в поединке науки с риторикой власти победил профессионализм учёных, а не то дожили бы и до «Украины — родины слонов»: достаточно вспомнить «фольклор, восходящий ко временам мамонтов», памятник мамонту в родных краях президента и его же упоминание на киевском «мини-Давосе» (июнь 2005 г.) о таинственном «украинском слоне», который «проснулся» и чью «поступь уже не остановить» после того, как он «наберётся инвестиционных сил».

Правда, на генерированную президентом идею «украинизации» власти чиновничество отреагировало как-то вяло. Разве что ровненский губернатор Василий Червоний, развивая мысль Ющенко о «вселении» украинского духа в высокие кабинеты, обустроил свой собственный на манер скансена: украсил приемную национальными костюмами, горшками и куклами; а ещё губернатор новой формации патронирует местные замки (в частности, Клеванский, где можно создать ещё одну президентскую резиденцию) и советует подчинённым ходить на работу в сорочках-вышиванках.

Национальная одежда проникает даже на светские тусовки, популярные у политбомонда. Не всем, однако, идея постоянной визуальной манифестации своей украинской идентичности пришлась по душе. Самым преданным среди её приверженцев является, видимо, бывший диссидент Левко Лукьяненко, который как-то призвал всех сограждан ежедневно носить «своё, родное», а фабрики — производить национальную одежду по специальной, сниженной цене. Предлагали «переодеть» и столичный Украинский дом: придать ему национальную форму, превратив в яйцо-писанку; больше шансов, однако, имеет менее оригинальный проект — сооружение по периметру здания стел с именами прославленных украинцев и их афоризмами.

Оригинальную национальную форму приобретают порой даже взаимоотношения властей и СМИ. Так, на Черкасщине между ними было подписано соглашение о сотрудничестве, весомость которого засвидетельствовал епископ Черкасский и Чигиринский, окропив авторучки участников действа и апеллируя к событиям Колиивщины. Так что тем, кто ещё не забыл сравнение пера со штыком, была предложена его «локальная версия»: дескать, теперь журналистское оружие «освящено водой озера Холодный Яр, где святили сабли, выступая на борьбу за правду, наши предки-гайдамаки».

Однако не всем журналистам погружение в глубь прошлого даётся одинаково легко. В принципе, это понятно — уж слишком неожиданны порой но

вейшие «открытия». В этой связи запомнилось, как, смущаясь и запинаясь, ведущий 5-го канала («канала честных новостей») рассказывал об открытии музея на территории Каменной Могилы и о сохранившихся там шумерских (собственно, следовало сказать: протошумерских) надписях. Канал «Интер» откликнулся на историко-патриотический заказ циклами телеминиатюр об украинском прошлом (казачестве, Галицко-Волынском княжестве и пр.). Допускаю, что у этого проекта были какие-то достоинства; однако зрительский интерес гаснет, едва заслышишь о подводных лодках у казаков или о том, что условием зачисления в их ряды было знание украинского языка (радует, правда, что не вспомнили о «казацком расовом тесте»16; впрочем, если на телеэкране начали появляться творцы «Арийского стандарта» и «боевого гопака», это, наверное, только дело времени).

Ещё более благоприятной средой для исторических откровений стала сфера образования. Направление дрейфа педагогической мысли помогает установить один из выпусков еженедельника «Освгга» (2005, № 33), список учредителей которого возглавляет Министерство образования и науки Украины, а среди авторов преобладают преподаватели и студенты Национального педагогического университета. Спецвыпуск, посвящённый «опыту воспитания патриотов», вышедший накануне 1 сентября, демонстрирует достижения в деле украинизации отечественной школы после десятилетий господства «иноязычной педагогики», ориентированной на воспитание «манкуртов и янычар».

В качестве антидота профессиональные педагоги предлагают «казацко- рыцарские традиции воспитания», которые аккумулируют школьные музеи казацкой славы, «кружки, отряды, курени казачат», «уроки Казацкой славы, Мужества и Отваги, национального Достоинства и Чести». Тут же, на страницах еженедельника, атаман «Характерного казачества Украины» (и параллельно автор курса «Родной Православной Веры», изданного двумя годами ранее, в 7512 г. «от Рождества Украины») делится опытом сохранения «древних ведических традиций предков» и «формирования элиты общества» — по- видимому, не только украинского, ведь вскоре «именно Украина станет мировоззренческим центром Земли».

Так что, афористично резюмирует другой автор:

Минуле будем пам’ятать —

Майбутне буде в козачат!17

Воспитательный потенциал «украинского казацкого патриотизма» дополняют «педагогические уроки Оранжевой революции», в ходе которой «ярко проявились казацко-рыцарские высоты lt;...gt; украинского национального характера», — взять хотя бы братьев Кличко с их «рыцарской позицией в отношении кандидата на пост Президента Украины Виктора Ющенко». Правда, больше всего комплиментов достаётся «Рыцарю украинской духовности» и «Педагогу с.большой буквы» Сергею Плачинде, чья книжка «Казаки в Дюн

керке: Исторические фрески»18 анализируется и пересказывается на страницах педагогического издания. На неё действительно стоит потратить время — хотя бы для того, чтобы узнать, что древнейшее изображение косака (позднетрипольского казака) обнаружено в гробнице фараона Хоремхеба и что «Египтом правили гиксосы — древние украинцы». В не меньшей степени потрясают сюжеты о том, как «атаман Серко жил во дворце принца Конде, а казаки — в казармах мушкетёров», как «в Голландии до сих пор украинские гены поют украинские песни» и как, прибыв в Киев, «Маргарет Тэтчер поняла, что украинские парламентарии ничего не смыслят в истории Украины, и с лёгким сердцем возвратилась домой».

А чего стоит история о том, как после разрушения Сечи в 1709 г. запорожцы на своих ладьях-«чайках» «вышли в Средиземное море, проскочили Гибралтар и в поисках „вольных земель44 обошли весь западный берег Африки, зашли в Индийский океан и только на острове Мадагаскар, на восточном его берегу, обнаружили клочок свободной земли. Там и осели, создав республику с гордым именем Либерия. Когда об этом узнал Пётр I, он стал готовить эскадру, которая должна была пойти и уничтожить Либерию. Но смерть помешала сатрапу осуществить этот подлый замысел».

В еженедельнике для педагогов всё это словоблудие не только расценивается как «настоящая сокровищница художественных образов, эстетических ценностей и исторических сведений» от «хрестоматийного» автора19, но и дополняется рядом колоритных деталей. Так, если в книге Плачинды об изображении древнего казака из гробницы Хоремхеба сухо отмечено: «Лицо (профиль) типично украинское. Такими были косаки 3600 лет назад», то из статьи сотрудника Института психологии АПН Украины А. Губко узнаём, что этот косак «круглолицый, с истинно украинскими чертами лица» — «вылитый Тарас Бульба!».

Новыми красками заиграла и теория происхождения казачества авторства Сергея Плачинды: слово «казак» (по-украински «козак») происходит от «косы», которую носили древние амазонки-«косачки» — «основательницы первой рыцарской вольницы в Древней Украине IV—III тысячелетий до н.э.», чей образ жизни со временем переняли мужчины-«косаки». «Осв1та» прибавляет к этой истории новый штрих: «О приключениях наших воинственных ко- сачек повествует знаменитая сага «Песнь о Нибелунгах».

Что действительно поражает, так это то, что подобный «опыт воспитания патриотов» не вызывает у образованной части общества даже намёка на протест. Особенно это заметно на фоне той волны общественного негодования, которая поднялась в 2005 г., едва лишь в рассчитанном на пятиклассников «Введении в историю Украины» разглядели фразу о превращении киевского майдана в «солнечное оранжевое чудо». Кажется, не было газеты, которая бы не прокомментировала это «безобразие», а представительница издательства «Генеза», выпустившего злосчастный учебник, появлялась в выпусках теленовостей не реже, чем бывшая киевлянка Мила Иовович, посещавшая в то вре

мя «Артек». Но почему-то никого не взволновало то, что несколькими годами ранее всё в той же «Генезе» увидела свет рекомендованная Министерством образования как пособие для учителей книжка Александра Белоусько «Украина древняя: Европейский цивилизационный контекст», где репродуцируются мифологемы Шилова о трипольской Аратте как первом в мировой истории государстве и колыбели цивилизации.

Между тем именно так всемирная история превращается в сплошной карнавал, где за всеми масками прячется «типично украинский профиль» или анфас а-ля Тарас Бульба. Правда, кажется, что «мы это уже проходили» — иначе откуда у Остапа Вишни взялись бы язвительные ремарки вроде: «На Украине жили египетские фараоны, Генрих Наваррский, династия Бурбонов, Римский Папа, Иван Калита. Все это были украинские гетманы, которых в своё время Иловайский утаил» («Кое-что из украиноведения»). Однако нельзя не заметить, что Украина никак не может «перерасти» такой образ мышления, и «узнавание себя» становится способом прочтения не только истории, но и географии: разве в рельефе правобережного Киева, снятого из космоса, недавно не разглядели «профиль казака с оселедцем»? Более того, оказалось, что таинственное лицо «атлантоподобно» («такими изображали древнеегипетских сфинксов»), а взгляд — «целеустремлённый, непростой». Оно и понятно — ведь в «оке» атлантоподобного казака расположены Софийский и Михайловский соборы; Лавра же оказалась на «лбу» — там, где находится, в зависимости от мировоззрения, то ли мозг, то ли «третий глаз». Итак, как ни крути, а выходит, что Киев — это «место, отмеченное высшими силами». Неудивительно, что, когда всё это объяснили Ющенко, он, по словам очевидцев, был потрясён: «Это же чудо! Чудо!»20

Впрочем, кому-кому, а президенту хорошо известно, что Киев — город особый. Ведь не случайно в своём выступлении перед участниками киевского «мини-Давоса» он привёл «буквальные слова» апостола Андрея, сказанные «в нескольких сотнях метров» от места проведения международного форума: «Благословенна эта земля, благословенен народ, который будет на ней жить». Хотя, собственно, и до появления Андрея это было очевидно — ведь на той же самой земле, отметил Ющенко, «тысячи лет процветала первая в человеческой праистории земледельческая цивилизация Триполья».

Очевидно, что созерцание мира под таким углом зрения порождает ощущение избранности, мессианского предназначения, причастности к некой непостижимой Тайне, ключом к которой может стать ещё не разгаданный код столетий. Недаром в публикациях по трипольской проблематике упоминаются «тайные знаки, оставленные нашими древними предками», способные приблизить нас к пониманию собственного будущего. Характерны и эпиграфы к подобным публикациям: соединение Ясперса («Лишь история человечества в целом может стать мерилом при осмыслении того, что происходит с нами сегодня») с Лииной Костенко:

Нема нам щастя — мусить бути чудо.

Ми ще постанемо з ру‘ш21.

Впрочем, из разнообразных трипольских сюжетов можно вынести и другие уроки. Утверждается, например, что «причиной краха цивилизации трипольцев стало увлечение магией»: за тысячи лет своего существования они «не изобрели новых систем земледелия, а сосредоточились на заклинаниях и ворожбе». Так не идём ли мы сейчас по их стопам — и не это ли имели в виду участники «мини-Давоса», посоветовавшие Ющенко не пытаться «изобретать колесо», не акцентировать отличность Украины от всех других государств и вместо поисков «специфического украинского решения» любых проблем воспользоваться накопленным на сегодня мировым опытом.

Трудно сказать, были ли эти слова услышаны на Украине. Кажется, прошлое продолжают считать пропуском в светлое будущее. Выступая в Лондоне в Королевском институте международных отношений президент даже процитировал слова Джона Кеннеди: «If we are faithful to our past, we cannot be fearful of our future» («Если мы верны своему прошлому, мы можем не опасаться за своё будущее»). Как знать. Может, и так. Одна беда: порой наше будущее более прогнозируемо, чем наше прошлое.

Со времени написания этой статьи минуло три года. На Украине трипольское прошлое по-прежнему исторически актуально и по-прежнему вдохновляет как дилетантов, так и специалистов «флюгерного» типа (упомяну здесь для примера названия работ профессора Ю. Мосенкиса: «Словарь языка трипольской культуры», «Трипольский генезис мелодичности украинского языка», «Слова из языка трипольской культуры в ранней поэзии Тараса Шевченко»). Президент Украины, верный своим историческим приоритетам, всё так же патронирует выставки краденых трипольских древностей за рубежом и, по-видимому, не боится ни критики (как, например, со стороны польских археологов в 2008 г.), ни традиционных насмешек (а от них нелегко удержаться, когда, скажем, СМИ сообщают, что глава государства в день своего рождения посетил ресторан «Трипо- лье» и съел утку по-трипольски). Бюджетные миллионы по-прежнему исчезают в «чёрных дырах» «украинского Эрмитажа» и других амбициозных проектов. Президент стремится консолидировать страну идеей Голодомора-геноцида, сетуя на то, что его сограждане до сих пор «не научились быть украинцами». Он претендует на роль Отца нации, не понимая, что та нуждается в другом: в эффективном менеджере, способном ответить на вызовы современности. Его мысли заняты прошлым, и кто знает, что напомнит о нём в недалёком будущем, кроме громадного валуна на киевской Софийской площади, у подножия памятника Богдану Хмельницкому: «На этом месте 22 января 2005 г. вольными голосами на Великой Раде Украинского казачества был избран, присягнул и посвящён в Гетманы Украины народный Президент Виктор Ющенко. Слава Украине!»

ПРИМЕЧАНИЯ

Работа над данным текстом была завершена в 2009 г. до избрания на пост президента Украины В.Ф. Януковича. Этот термин, по-видимому, заимствован у глашатая теории украинского «арийства» Юрия Каныгина. См., в частности, раздел «„Сердце Азии44 и „сердце Европы44: арийский фундамент цивилизаций Евразии» в книге: Каныгин Ю.М. Пояс мира (Украина- Казахстан: фундамент Евразийского единства). Киев: МАУП, 2001. Губко О. Психолопя украшського народу: Наукове дослщження в 4-х книгах. Кн. 1: Психолопчний склад праукрашсько!' народность Ки1в: Задруга, 2003. С. 280, 333— 334. Подробнее см.: Русина О. Мггична риторика переможщв i переможених // Критика. 2005. №3. С. 10-12. На вершину этой горы президент совершает ежегодные восхождения, превратившиеся в последнее время в массовые патриотические акции, далеко не всегда безопасные для здоровья участников и состояния окружающей среды. Кулиняк Д.1. «Од Калниша BicTi...». Ки1в: Кшвська правда, 2004. Салтыков-Щедрин М.Е. Избранные сочинения. Самара: Дом печати, 1996. С. 587- 589. Пётр Порошенко — один из ближайших соратников Ющенко. Царук В. Тришльська культура: на шляху до украшського туристичного бренду // Дзеркало тижня. 2005. № 29; Малицька Н. „1нь” та „Янь” Тришлля // Без цензури (http://sd.org.ua/news.php?id=6162). Восторженное описание этой «современной сестры трипольских прямоугольных жилищ» вместе с полным комплектом трипольских фантазий из уст Юрия Шилова и народного депутата Павла Мовчана недавно появилось на сайте журнала Верховной Рады «В1че» (www.viche.info) под заголовком «За коваными воротами — Трипо- лье». Заимствуем это выражение у Валентина Моисеенко, который использует его для описания трипольских антропоморфных статуэток (Мойсеенко В. Незатребувана спад- щина // Дзеркало тижня. 2005. № 32). В журнале «Bi4e» женщин трипольской эпохи называют «араттскими красавицами». Здесь и далее цитируем: Любар О.О., Стельмахович М.Г, Федоренко Д.Т. 1стор1я укра*шсько1 школ и i педагопки: Навчальний поабник. Кшв: Знания, 2003 (Сер1я «Вища освгга XXI стагпття»). Из литературы, рассчитанной непосредственно на учащихся, назовём прежде всего «Малую энциклопедию Триполья», которую собирается издавать и распространять «Просвгга». Как выяснилось, это были документы, похищенные из фондов Центрального государственного исторического архива Украины во Львове. Подробнее о проблемах «чёрной археологии» на Украине см.: Rusina О. Trypillian Threat //ARTnews. December 2007. P. 138-143. Кокотюха А. Тайны и загадки Украины. Харьков: Фолио, 2005. С. 249-253. Подробнее см.: Русина О. Киеве ... мш? // Критика. 2007. № 1-2. С. 23-26. Тест на наличие в крови антиалкогольного «арийского фермента», без которого

«человек практически не имел шансов попасть на Сечь» (Мандзяк О. Алкоголь в украшських бойових мистецтвах // Перехщ-IV. 2001. № 3). Подробнее см.: Русина О. Дию танщ // Критика. 2005. № 6. С. 19-22. «Будем помнить прошлое — будущее будет за казачатами!» Плачинда С. Козаки в Дюнкерку: 1сторичш фрески. Кшв: Дюкор, 2003. При этом упоминается составленная А. Любаром хрестоматия «История украинской школы и педагогики» (Кшв: Знания, 2003), где действительно воспроизведена газетная заметка С. Плачинды «Вот она, пуповина земной цивилизации» с критикой в адрес учебников по истории Древнего мира, которые начинаются с Египта, «а надо бы — с Аратты на Днепре. С той Аратты, где изобрели колесо и плуг, приручили коня и высекли в пещерах и гротах Каменной Могилы первые письмена», за расшифровку которых «украинские писатели выдвигают Кифишина на Нобелевскую премию» (хотя, добавим от себя, более перспективной представляется борьба за анти-Нобель — the Ig Nobel Prize). Куровський Г., Колшько В., Безверхий В. У подорож ... Ликом Киева // Дзеркало тижня. 2005. № 33. Шитое белыми нитками «открытие Лика Киева» председателем общественной организации «Киевская ландшафтная инициатива» Георгием Куров- ским было прелюдией к презентации разработанной им концепции застройки Киева, ориентированной на превращение города в центр «историко-духовного туризма» («люди приедут пообщаться с Ликом, впитать его энергию» и т.д.). «Нет нам счастья — должно быть чудо. Мы ещё восстанем из руин».

<< | >>
Источник: Петров А.Е., Шнирельман В.А.. Фальсификация исторических источников и конструирование этнократических мифов. 2011

Еще по теме Е.В. Русина Трипольский синдром: Украина в зеркале «правильной» истории*:

  1. Правильная история модерна
  2. Галлюцинаторно-параноидный синдром (синдром Кандинского — Клерамбо)
  3. Н. И. Супруненко. Очерки истории гражданской войны и иностранной военной интервенции на Украине (1918-1920), 1966
  4. Правильность текста и правильность корпуса текстов Откровения, вероисповедная ось Писания
  5. Порядок вывоза давальческого сырья украинского заказчика за пределы таможенной территории Украины и возврата в Украину готовой продукции
  6. Г л а в а 1. ТЕХНИКА ОБЩЕНИЯ КАК СТАТЬ ЗЕРКАЛОМ
  7. РОССИЙСКАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ В ЗЕРКАЛЕ РЕКЛАМЫ: СТРАТЕГИИ РЕКЛАМНОГО ПОЗИЦИОНИРОВАНИЯ Глухов А.П.
  8. СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ ДИНАМИКА СОВРЕМЕННОГО МИРА В ЗЕРКАЛЕ ФИЛОСОФСКОЙ РЕФЛЕКСИИ БЕГСТВО ОТ ОБЩЕГО БЛАГА Рарот Галина
  9. Глава 9. Деперсонализация- синдром психической анестезии
  10. Обсессивный синдром
  11. Парафренный синдром
  12. Галлюцинаторный синдром
  13. Паранойяльный синдром
  14. Деперсонализационный синдром
  15. Понятие "клинико-психологический синдром"