<<
>>

Республика просит помощи у Франции. — Блюм соглашается. — Франко оброі^оется за помоїцью к Муссолини. — Реакция но войну в Москве. — Сталин раздумывает. — Тольятти, Дюкло, Видали и Гере отправляются в Испанию. —- Франко взывает к Гитлеру. — Блюм и Дельбос летят в Лондон. — Совет Идена. — Условия Англии.

В ночь на 19 июля Хираль, новый премьер-министр республики, послал телеграмму en clair1 премьер-министру Франции: «Обеспокоены опасным военным переворотом. Просим незамедлительно помочь нам оружием и самолетами.

Братски ваш Хираль»2. Тот экстраординарный факт, что испанский премьер- министр предпочитает обратиться непосредственно к своему французскому коллеге, объясняется характером подписи. Хира- лю, ныне ставшему лидером Народного фронта Испании, впол- не естественно предполагать, что Леон Блюм, глава правительства французского Народного фронта, скорее всего, отнесется к нему с большей симпатией и пониманием, чем испанский посол в Париже Карденас, дипломат старой школы3.

Леон Блюм, этот темпераментный и страстный француз, занимал пост премьер-министра Франции лишь с 5 июНя, возглавляя кабинет министров из социалистов и радикалов, который пользовался поддержкой коммунистов. Как и прави тельство Испанской республики, он был сформирован результате победы предвыборного альянса Народного фронт Будучи пацифистом по своим взглядам, полный желания р шить все социальные проблемы у себя дома, Блюм тем і менее, как и его коллеги, сразу понял, что обращение Испа;. ской республики имеет для них исключительно важное значение. Ибо в это время в Париже, Лионе и других городах Франции непрестанно шли уличные бои между левыми и правыми, между группами социалистов или коммнистов и фашистов. Часто создавалось впечатление, что даже во Франции фг„ шистский переворот не заставит себя ждать. Симпатии к ре публике поддерживались и стратегическими расчетами, п скольку националистическая Испания, скорее всего, будет испытывать враждебность к французскому Народному фронту, если даже не к самой Франции. И когда утром 20 июля Леон Блюм получил телеграмму Хираля, он спешно пригласил к себе министра иностранных дел Ивона Дельбоса и военного министра Эдуарда Даладье.

Оба они были радикалами. И хотя, скорее всего, симпатизировали не столько Испанской республике, сколько социалистам — членам ее кабинета министров, все трое тут же согласились помочь Хиралю.

В тот же день генерал Франко послал Луиса Болина на «Стремительном драконе», за штурвалом которого все так же сидел капитан Бебб, в Биарриц, где тот взял на борт Луку де Тену, редактора монархистской газеты «АБС». Он проконсультировался с Хуаном Марчем, чья финансовая поддержка становилась особенно важной именно сейчас, когда мятеж яв перерастал в гражданскую войну. Лука де Тена и Болин выл тели в Рим, где обратились к итальянскому правительству просьбой о поставке военных материалов. В то же самое вр мя в своем коммюнике националисты гордо объявили: «На кону стоят не только интересы Испании, звук наших труб разносится во все стороны от Гибралтара».

На следующий день, во вторник 21 июля, первая реакция на испанский кризис появилась и в Москве. Коминтерн и Профинтерн (организация, созданная для координации действий коммунистов в профсоюзах) созвали общее собрание.

Идея помощи республике получила мощную поддержку. Было решено созвать следующее собрание 26 июля в Праге.

Реакция Сталина и советского правительства на начало испанской войны (какую бы роль в ней раньше ни играли испанские коммунисты) прежде всего диктовалась ответом на вопрос, в какой мере она скажется на текущих потребностях советской внешней политики. Если, как в Китае в 1926 году (и возможно, как с греческими коммунистами в 1947 году), коммунистическое сопротивление будет необходимо принести в жертву, значит, так тому и быть — и потом уже последуют долгие казуистические оправдания этого поступка. В Европе советское правительство, вне всяких сомнений, откровенно опасалось нацистской Германии. Советский режим фактически родился после трех лет Гражданской войны, длившейся с 1917-го по 1920 год, которая заметно сказалась Па опасениях советских людей, не желающих еще одной иойны. Страх нового конфликта заставил Россию выйти из своей изоляции в конце 1920 года, вступить в Лигу Наций в 1934 году и в следующем году заключить с Францией союз.

Литвинов, советский министр иностранных дел, красноречиво выступал в Лиге Наций, призывая к созданию системы Коллективной безопасности, которая должна была включать экономические и военные санкции против нарушителей соглашения — то есть против Германии, Италии и Японии4. Победа националистов в Гражданской войне в Испании могли означать, что Франция с трех сторон будет окружена потенциально враждебными ей странами. В таком случае Германии будет проще напасть на Россию, не опасаясь удара Франции с тыла. В силу этой сомнительной причины советское правительство имело серьезные основания помешать Победе националистов.

Кроме того, война в Испании предоставляла Испанской Коммунистической партии с ее дисциплиной, умелой пропагандой, ее престижем, проистекающим из тесных связей с Россией, великолепную возможность создать в Испании вто- ое коммунистическое государство. Но победа коммунистов стрсвожила бы Англию и Францию, две влиятельные силы, которыми Россия в силу дипломатических соображений хо- сла бы сблизиться. Скорее всего, это вызвало бы крупномас- тпбную войну. Она бы дорого обошлась России. В силу этих ричин Сталин не отдавал приказов Испанской коммуниста- еской партии и своим главным агентам Кодовилье и Степа- ову в полной мере использовать все свои возможности, что- ы обрести контроль над Испанской республикой. Не посылал п и оружие в Испанию.

Тем не менее, поскольку Сталин собирался в ближайше< время провести очередную чистку старых большевиков, русский диктатор был вынужден с несвойственным ему вниманием выслушивать руководителей Коминтерна того времени, Они имели свое собственное мнение по вопросу, какова дол« жна быть реакция коммунистов на войну в Испании. В конце] концов, это был и повод заявить о себе. Они могли дать понять Сталину, что, пока он колеблется, сторонники Троцкогс уже называют его «убийцей и предателем испанской револю« ции, соучастником Гитлера и Муссолини». Тем не менее неуклюжестью краба Сталин все же пришел к одному-един« ственному выводу относительно Испании: он не позволит рее- публике проиграть, но и не станет помогать ей победить.

Чек дольше будет длиться эта война, тем свободнее он будет любых своих действиях. Может даже, она станет началом ми« ровой войны, в которой Англия, Франция Италия и Германии уничтожат друг друга и судьбы мира будет решать Россия^ которая пока останется в стороне5. Так что с течением времс« ни Советский Союз отвечал на требования оказать помощі Испании лишь посылкой продовльствия и сырья. Кроме того,| советские рабочие вносили «пожертвования» от своей зарпла» ты в помощь испанцам. В то же время представители Комни« терна в Испании получили подкрепление. Пользуясь псевдо» нимами Альфредо и Эрколи, в Испанию прибыл умный лидс^ Итальянской коммунистической партии в изгнании Пальми» ро Тольятти, которому предстояло руководить тактикой Ис«| панской коммунистической партии6. Какое-то время ему со* путствовал французский коммунист Жак Дюкло. Прибыл Испанию военным советником милиции испанских коммуниі стов (под псевдонимом Карлос Контрерас) и Витторио Вида^ ли, другой итальянский коммунист, который много лет вел рс волюционную деятельность в Соединенных Штатах. Ещ^ одним из лидеров международного коммунистического дві жения, вскоре прибывшим в Испанию, был венгр Эр не Гер#| который много лет работал в Париже под именем Зингер, а и> перь стал Педро или Герэ. На него была возложена отьег- ственность за руководство коммунистами в Каталонии. Степанов с Кодовильей, еще два представителя Коминтерна, таї провели в Испании какое-то время. Таким образом, Стг был весьма основательно представлен в Испании. И Исго! ской кроммунистической партией, по сути, руководили не Диас или Пассионария, а гораздо более искусный полити ч1 ский тактик Тольятти7. Тем временем отдел пропаганды загкиІ ноевропейской секции Коминтерна под руководством своєї! блистательного шефа немецкого коммуниста Вилли Мюнцсн

tx-pra из своей штаб-квартиры в Париже неустанно работал, пшзывая события в Испанской республике со всеобщим ан- I пфашистским крестовым походом, который начался, когда советское правительство повело аналогичную политику по отношению к Народному фронту и системе коллективной безопасности8.

Со стороны эта политика, олицетворяемая столь (ильными личностями, казалась монолитной и убедительной, III) стоит понять, что в то вредоя многие из мелких шестеренок огромной коммунистической организации имели свои і оПственные идеи и воззрения, воплощения которых и доби- пались. Тем не менее такие люди, как Герё, были типичными і іалинскими бюрократами. В силу этой причины нельзя го- порить о единой политике коммунистов в Испании.

Пока все эти проблемы неторопливо обсуждались в Москіт, агенты Франко Болин и Лука де Тена вечером 22 июля ОЧУТИЛИСЬ в Риме. Не теряя времени, они тут же встретились і графом Чиано, итальянским министром иностранных дел. Четыре года спустя Чиано рассказал Гитлеру, что, по словам Франко, ему хватило бы «двенадцати грузовых самолетов, что- (н.і через несколько дней одержать победу в этой войне». Чи- ино проявил интерес к первым эмиссарам Франко, но спросил их лишь о природе движения националистов — и ни о чем Польше. Итальянское правительство ясно представляло себе, что связывает Франко с теми монархическими заговорщиками, которые в 1934 году просили и получили помощь у Муссолини. Выяснилось, что Франко был не в курсе подробностей итого соглашения. Такое положение сохранялось до 24 июля, Когда Мола прислал в Рим Гойкоэчеа, центральную фигуру Событий 1934 года, и наконец итальянцы согласились предоставить помощь испанским мятежникам. 22 июля Франко впер- ІИ.1Є обратился за помощью к Германии. По его поручению Полковник Бейгбедер, который отвечал в Тетуане за отношения с местными племенами, послал генералу Кухленталю, Немецкому военному атташе в Париже, «очень срочную Просьбу» предоставить «десять грузовых самолетов с полной Эш-рузкой». Груз будет закуплен частными немецкими фирма- Ми и доставлен немецкими летчиками в Испанское Марокко. Нгчером того же дня летчик аваиции националистов капитан А>рапсиско Арранс в сопровождении Адольфа Лангенхайма, руководителя отделения нацистской партии в Тетуане, и Иоханнеса Бернхардта, немецкого бизнесмена из Тетуана и Директора экономического отдела «Аусландорганизацион» {иностранный департамент нацистской партии) в Марокко, Ни петел в Берлин с частным письмом к Гитлеру, содержащим Просьбу поддержать обращение Бейгбедера.

Они летели на

«юнкерсе», реквизированном вЛас-Пальмасе у «Люфтганзы»'. Бернхардт, бывший торговец сахаром из Гамбурга, покинул этот город из-за финансовых неприятностей. В Тетуане он работал в компании, которая продавала кухонное оборудова ние испанским гарнизонам. Таким образом, он обрел друзе и в офицерской среде. И он, и Лангенхайм видели возможное ти личного обогащения в продаже товаров испанским мятежникам.

А тем временем в Париже испанский посол Карденас сетил Леона Блюма и от имени Хираля обратился с прось^ о 20 бомбардировщиках «потез», 8 ручных пулеметах, 8 ил деровских пушках, 250 ООО патронов к пулеметам и 20 ООО б( Для экспорта в Испанию этого вооружения следовало п< чить лицензию французского правительства. Хотя воеі промышленность Франции была национализирована и с нической точки зрения закупки носили частный характер, > же было необходимо одобрение кабинета министров. Почт то же время, когда все было согласовано, на Кэ-д'Орсэ дался телефонный звонок от Корбэна, французского посла" Лондоне.

Сам лично придерживаясь крайних правых взглядов, Кор бэн так истово озвучивал пожелания Англии (особенно пра • вительству Народного фронта), что его называли «английским послом в Лондоне». Правительство Великобритании, полу чив телеграмму от своего посла в Париже, серьезно ветрено жилось из-за французской реакции на кризис в Испании. На 23—24 июля в Лондоне была назначена встреча английскою французского и бельгийского министров иностранных дел, ко торым предстояло обсудить предположительный ПОДХОД Г И I лера и Муссолини к новому договору пяти государств (>J коллективной безопасности. Болдуин через Корбэна попроси^ Блюма прислать своего секретаря по иностранным дела* Дельбоса, чтобы вместе с Иденом обговорить положение ди[ в Испании. По совету Алексиса Леже, уроженца Мартиники[ генерального секретаря Кэ-д'Орсэ (потом он стал известен к.м-с] нобелевский лауреат, поэт, автор «Анабасиса»), Блюм со гл. і сился. Для Леже настоящим «кошмаром» (любимое слово дим ломатического словаря тех лет) стала мысль о том, что Анц может отвернуться от левой Франции и объединиться с ) манией. В то же самое время Карденас, испанский посол,| пытывая симпатии к националистам, подал в отставку, ост^ двух испанских офицеров-летчиков обговаривать детали пі броски оружия, но на следующий день из Женевы явил< Фернандо де лос Риос, бывший министр республики, которы! и взял на себя эти обязанности.

Утром 23 июля в Лондоне началась конференция. Блюм нлился как раз к ленчу. В холле отеля «Кларидж» Иден спро- | ил его: «Вы собираетесь посылать оружие Испанской республике?» — «Да», — сказал Блюм. «Это ваше дело, — заметил Иден, — но я попросил бы вас только об одном. Будьте бла- I оразумны».

Этот совет Идена точно отражал глубокое стремление к миру, которое в то время испытывали британский кабинет министров и парод Англии. Лидер оппозиции Эттли поддержал лейборист- | кую партию и английский рабочий класс, проявивших симпа- 1 пи к испанским товарищам. И в резолюции от 20 июля потребовал оказать им «всю практическую поддержку». Однако ьо іьшая часть высшего и среднего класса Англии открыто под- іи рживала националистов. Тем не менее в Англии не было ни одного политика, который взялся бы утверждать, что страна должна вмешаться в этот конфликт, встав на ту или иную сторону. Вопрос заключался лишь в том, какую форму нейтралитета предпочесть. На первых порах лейбористская партия считала, что надо дать возможность республике закупать оружие — и в Англии, и в любом другом месте. Но с этим не согласились критики-консерваторы из правительства, такие, как Уинстон Черчилль, который, хотя и противостоял Германии и Италии, также как и оппозиции (скорее по традиции, чем по идеологическим причинам), не считал, что испанский конфликт имеет какое-то значение для Англии, даже со стратегической точки зрения. Черчилль сам был встревожен революционным характером республики и несколько дней спустя написал личное письмо Кор- (Ушу, послу Франции, с протестом против французской помощи республике, предупредив его о необходимости соблюдать «предельно строгий нейтралитет»10. В Форин Офис Иден пытался Проводить такую же политику, стараясь, чтобы она была общей для Англии и для Франции. Британское правительство исходило из предположения, что ремилитаризация Рейнской зоны в феврале и итальянское завоевание Абиссинии удовлетворят аппетиты диктаторов и они примутся помогать установлению ноною порядка в Европе. При такой раскладке возникновение •испанского кризиса» совершенно не устраивало правительство Ьолдуина.

Английским послом в Испании в то время был сэр Генри Чшггон11, сухой, лишенный воображения дипломат старой Школы. Его американский коллега Клод Боуэрс, который не скрывал, что по убеждениям является заядлым республиканцем, сообщал в Вашингтон о Чилтоне как о после, который сіарается «нанести урон правительству и услуживает инсур- іептам».

Тем временем англичан взволнована испанская война так же, как когда-то Французская революция. Конечно, то было время высокой политической сознательности. В начале весны появился первый выпуск «Репортера». В нем сообщалось, что издание «не собирается предоставлять свои страницы писателям реакционных и фашистских взглядов». В мае объявил о своем существовании Клуб левой книги, который взялся каждый месяц публиковать книги, направленные против войны и фашизма. За ним появился Клуб правой книги. Такая вовлеченность литературы в политику стала отражением острых социальных проблем, в частности всеобщей международной озабоченности соблазнительностью примера России, падением влияния религии, «крахом общепринятых норм», возвышением Гитлера. Марши голодных, обездоленных и безработных стали характерными для того времени. Официальная лейбористская оппозиция правительству Болдуина казалась неэффективной. Такие способные политические лидеры, как Черчилль и Ллойд Джордж, блистали на задворках политической жизни. Настроения этого времени отлично выразил В.Х. Оден в своей поэме «Испания 1937»:

Завтра для молодых поэтов обернется взрывами бомб.

Пока же прогулки вдоль озера, недели в хорошей

компании;

Завтра летним вечером состоятся велосипедные гонки

по предместьям.

Но уже сегодня готовься к борьбе.

Столь же точным оказалось и другое стихотворение того же поэта:

Что вы предлагаете? Строить прекрасный город?

Я буду.

Я согласен.

Или это стремление к самоубийству, к романтической

Смерти?

Очень хорошо. Я принимаю и этот ваш выбор,

ваше решение.

Да, я — Испания.

Для левых интеллекуталов Испания сразу же стала смыслом жизни, работы и творческого вдохновения. Стивен Спс- нер написал, что Испания «предложила XX веку 1848 год». Филип Тойнби, студент, член коммунистической партии, вспоминает, как новости из Испании привели его к выводу, что «наконец-то брошена перчатка борьбе против фашизма». Рекс Уорнер, тоже сторонник республики, писал: «Испания сорвала все покровы Европы». Для интеллектуалов не было никаких сложностей в понимании вопроса, какая сторона в этой войне «права»'2.

Но в целом общество разделилось. «Морнинг пост», «Дейли мейл», «Дейли скетч» и «Обсервер» поддерживали националистов, а «Ньюс кроникл», «Дейли геральд», «Манчетер гардиан», «Дейли экспресс» и «Дейли миррор» — республиканцев. «Тайме» и «Дейли телеграф» старались быть беспристрастными.

Примечания 1

En clair {фр ) ~ в незашифрованном виде, открытым текстом. (Примеч. пер.) 2

Отношения французского Народного фронта с Испанией Леон Ьлюм обсуждал с Пьером Ко, своим министром авиации. 3

Позднейшие подсчеты показали, что лишь три процента испанского дипломатического корпуса поддержали правительство. Во многих посольствах и консульствах Испании за границей разгорелась своеобразная гражданская полувойна. В Риме посол Сулуэта забаррикадировал подступы к своей взбунтовавшейся канцелярии. 4

Смысл конечной цели советской политики заключался в том, чтобы коммунистические партии сдвинулись с крайних левых позиций политического спектра ближе к центру, а потом вступили бы в альянс с правыми и фашистами. Процесс этот, который нашел свое окончательное воплощение в советско-германском пакте 1939 года, так полностью и не реализовался. Без сомнения, Сталин подсознательно уже лелеял идею о договоре с Германией, если Литвинову не удастся заключить надежный союз с Англией и Францией. 5

Этот мотив объясняет, почему Россия и французские коммунисты так старались, чтобы Франция вступила в войну на стороне республики. Определенное объяснение политике Сталина дает ответ Литвинова на вопрос французского правительства (предположительно в конце июля), какова будет реакция советского правительства, если вмешательство Франции вызовет всеобщую войну. Он признал, что советско-французский пакт обязывает СССР помогать Франции, если она подвергнется нападению третьей силы. Но затем Литвинов уточнил, что «это будет совершенно иное дело, если война станет результатом вмешательства одной из наших стран в дела третьей». 6

Биографы Тольятти Марчелла и Морси Феррара утверждают, что до июня 1937 года его в Испании не было. В то же время Эрнандес говорит, что Тольятти обосновался в Испании уже в августе 1936 года. Скорее всего, в 1936 году и в первой половине 1937-го он всего лишь наносил визиты в Испанию (хотя порой надолго оставался в ней). 7

Лучшим источником сведений о политике коммунистов в Испании стала достатчно неприятная для них книга ведущего перебежчика из среды коммунистов Испании Хесуса Эрнандеса «Я, сталинский министр в Испании». 8

Мюнценберг, которого раньше знали как «Красного Херста» Германии, считался гением журналистики. Сын плотника, он был готов продать душу дьяволу, чтобы получить деньги или поддержку. Обладал необыкновенным даром привлекать графинь, банкиров, генералов и интеллектуалов для содействия своему очередному начинанию. Именно он ввел в оборот понятие «попутчик». Его помощником и телохранителем в Париже был чех Отто Кац, он же Симоне. К. июлю 1936 года Мюнценберг уже начал ссориться со своими хозя- евами в Москве, которые считали его слишком независимым. Копт зимой 1936/37 года он порвал с партией, отдел пропаганды Коминтерна многое потерял, настолько жива и ярка была его работа.

9 Своих агентов в Берлин послал и Мола. Немцы не могли поверить, что эмиссары Франко и Молы не знают друг о друге, и потому попросили Аррансу посетить кафе, где сидели и люди Молы. Когда же два испанца не подали и вид у, что знают друга друга, немцы поверили, что север и юг Испании совершенно не согласовывают свои действия.

ш В октябре Черчилль предельно ясно выразил свое отношение к республике ее послу в Лондоне Аскарате. Когда лорд Роберт Сесил представил их друг другу, Черчилль, побагровев от гнева, проборо- мотал: «Черт, черт, черт!» — и отказался пожать протянутую руку посла. Правда, в 1938 году отношение Черчилля к республике значительно изменилось.

п Основные члены дипломатического корпуса еше до начала мятежа оставили Мадрид и на лето перебрались в район Сан-Себастьяна. К 22 июля они спокойно и с комфортом устроились в Сен-Жан-ле-Люс, по другую сторону французской границы. В Мадриде остались лишь младшие сотрудники посольств или консульств, а послы тем временем отдыхали от забот и тревог. В Испании вообще отсутствовал немецкий посол, пока в апреле из Парижа не прибыл граф Велзек.

12 В 1937 году периодическое издание «Левое крыло» провело достаточно беспристрастный опрос английских писателей, обратившись к ним с вопросом, какую сторону они «поддерживают». За националистов были только пятеро — среди них Ивлин Во, Элеанор Смит и Эдмунд Бланден. Среди тех шестнадцати, которые предпочли остаться нейтральными (я продолжаю держаться своего убеждения, что это лучший выбор для литератора — не принимать участия в общественной деятельности), были такие имена, как Эзра Паунд, Шон О'Фао- лейн, Герберт Уэллс. Оставшаяся сотня писателей в темпераментных выражениях заявила о своей поддержке республики. В их числе были Лашель Аберкромби, В.Х. Оден («рентгеновские лучи испанской войны выявили всю ту ложь, на которой зиждится наша цивилизация»), Самюэль Беккет (который большими буквами дал простой ответ: «ЗА РЕСПУБЛИКУ!»), Сирил Конноли («интеллектуалы идут первыми, прикрывая собой женщин и детей»), Алистер Кроули, Форд Мэдокс Форд, Олдос Хаксли и многие другие.

<< | >>
Источник: Томас Хью. Гражданская война в Испании. 1931—1939 гг. / Пер. с англ, И. Полоцка. — М.: ЗАО Центрполи- граф. — 573 с.. 2003

Еще по теме Республика просит помощи у Франции. — Блюм соглашается. — Франко оброі^оется за помоїцью к Муссолини. — Реакция но войну в Москве. — Сталин раздумывает. — Тольятти, Дюкло, Видали и Гере отправляются в Испанию. —- Франко взывает к Гитлеру. — Блюм и Дельбос летят в Лондон. — Совет Идена. — Условия Англии.:

  1. Блюм возвращается в Париж. — Де лос Риос. — Беспокойство Блюма. — Компромисс. — Муссолини посылает Франко «савойи». - Его мотивы. — Дипломатия графа Чиано. — Эмиссары Франко в Байрейте. — Германия согласна предоставить помощь. —- Ее цели. — Ее организация. — Салазар. — Вилли Мюнценберг за работой. — Реакция по ту сторону Атлантики. — Рузвельт и Холл. — Крах в Италии. — Бурное совещание во французском кабинете министров. — Странная просьба из Мадрида.
  2. Мюнхенский кризис. — Франко объявляет о своем нейтралитете. — Влияние Мюнхена на Испанию. — Националисты стоят на своем. — Советский Союз меняет свс политику. — Вывод интернациональных бригад. — Муссолини| отводит 10 ООО бойцов. — Парад «интернационалистов» в Барселоне. — Речь Пассионарии. — Комиссия Лиги Наций. — Филип Чэтвуд в Испании. — Последнее наступление на Эбро. Потери в сражении на Эбро.— Англо-итальянское соглашение пп Средиземному морю вступает в силу.
  3. Германия и Италия возвращаются к политике невмешательства. — Англо-германское сближение. — Инцидент с «Лейпцигом». — Негрин отправляется в Париж. — Иден и Дельбос латают политику невмешательства. — Гитлер в Вюрцбурге.
  4. Сражение на Эбро. — Его непродуманность. — Начало кампании. — Националисты застигнуты врасплох. — Наступление на Гандесу. — Война на истощение. — Внутренн кризис республики. — Новое правительство доктора Негрина. Попытки заключения сепаратного мира. — План вывода. — Муссолини соглашается отвести часть сил. — Чехословацки кризис и Испания.
  5. Значение и роль крепостей в франко-прусскую войну 1870—1871 гг.
  6. Советская помощь. — Содействие Коминтерна. — Сталин колеблется. — Визит Тореза в Москву. — Создание Интернациональной бригады. — Путешествие в Альбасете. — Мар ти, Лонго и их штаб. — Клебер. — Советские грузовые суда. — Другие тревоги. — Геринг требует персонал для работы в Испании.
  7. Николас Франко как Люсьен Бонапарт. — Франко — глава государства. — Анархисты входят в состав правительства Каталонии. — Дуррути и новый мир. — Статут басков. — Обед в Саламанке. — Новое наступление Африканской армии. — Де лос Риос в Вашингтоне. ~ Институт политических комиссаров.
  8. Негрин в Париже. — Блюм формирует свое новое правительство. — Открытие границ. — Мощный налет на Барселону. — Муссолини удовлетворен. — Крах в Арагоне продолжается. ~ Ягуэ вторгается в Каталонию. — Убий спи SIM. ~ Негрин и Прието. — Мятеж в Барселоне. — Падет Прието. — Негрин составляет новое правительство. — Националисты выходят к Средиземному морю. — Англо- итальянский пакт.
  9. Мирные переговоры. — Их провал. — Условия генерала Франко. — Миссия в Бургосе сенатора Берара. — Франция и Англия признают правительство националистов.
  10. Сражение у Теруэля. — Эттли в Британском батальоне, — Полковник Рей д'Аркур держится. — Его поражение. — Песни ПОЛЯ Робсона. — Чиано обеспокоен. ~ «Фарс невмешательства— Немцы укоряют. — Франко формирует правительство. — Итальянцы потопили «Эндемион». — Битва на Альфамбре. — Падение Идена. — Взятие Теруэля. — Эль Кампесино окружен. — Тольятти требует смещения Прието.
  11. Вмешательство и невмешательство. — Блокада со стороны националистов. — Германия и Италия признают националистов. — Испано-итальянское соглашение от 28 ноября. ?— Обсуждение немецкой и итальянской помощи. — Фаупель. — Испания перед Лигой. — Британский план посредничества. — Британия и волонтеры. — Американские добровольцы. — Закон об эмбарго в США. — «Мар Кантабрико». — План контроля. ~ Муссолини и Геринг.
  12. ФРАНКО-РИФСКАЯ ВОЙНА
  13. Глава 2 ПРИБАЛТИКА МЕЖДУ ГИТЛЕРОМ И СТАЛИНЫМ
  14. СЕМЁН ЛЮДВИГОВИЧ ФРАНК
  15. СЕМЕН ФРАНК (1877-1950)
  16. Франко-испанская война
  17. Франки захватывают Галлию. В IV—