<<
>>

Происхождение философии в Древней Греции

Возникновение философии в эллинистической культуре означало не просто появление какой-то новой дисциплины. Само появление деятельности, ориентированной на универсально-всеобщие аспекты мироздания, свидетельствовало о сдвиге в сторону качественно нового типа культуры.

Именно в античности были заложены предпосылки европейской культуры, получившей впоследствии выражение в науке и технике.

До появления философии в Древней Греции господствовало так называемое мифологическое мировоззрение. С точки зрения теории культуры мы имеем в этом случае дело с традиционной парадигмой воспроизводства общества. Согласно этой парадигме, передача знаний, умений и навыков осуществлялась наследственным путём - от отца к сыну или ближайшим родственникам. Это так называемый профессионально-именной тип кодирования общественно значимой информации.

С этих позиций античная культура представила нам совершенно иной тип социального кодирования - так называемый "европейский". Он отличается, по М.К.Петрову, следующими характерными чертами:

"С самого начала, с возникновением европейского кодирования в европейском очаге культуры постоянно присутствовали нестандартные социально значимые ситуации той или иной формы, в которых чистая репродукция, программа, бесконечный повтор либо вообще невозможны, либо опасны...

Второй особенностью нашего социального кодирования является постоянное присутствие в европейском социокоде группы универсальных навыков, которые в традиционном обществе были профессиональными и транслировались через семейный контакт поколений. Это прежде всего относится к "умению жить сообща", к группе гражданских навыков...

Третьей особенностью европейского кодирования, которая, собственно, и позволяет называть европейский социокод "универсально-понятийным", является постоянное тяготение нашего социального кодирования к универсалиям любой природы, и прежде всего к универсалиям общения, к категориальным потенциалам языков" [27,с.149].

При этом появление европейской культуры не связано с внутренним развитием культуры традиционного типа, - поскольку радикально различны исходные основания этих культур, и первоначально выражается в её упадке.

Раскопки в бассейне Эгейского моря дают картину "деградации социальности: под развалинами Трои, например, обнаруживаются ещё более пышные развалины. Социальность вырождается как с точки зрения её объёма по числу связанных в единство людей, так и с точки зрения мастерства. Потолка или "дна" этот процесс вырождения достигает в гомеровскую эпоху, которая вряд ли оставила что-либо существенное для археологических изысканий. Не без фантазии описанные Гомером "дворцы" баси- леев лишь жалкие лачуги по сравнению с кносским дворцом, например"[27, с.159].

Деградация социальности выражается, в частности, и в потере письменности вместе с профессией писца. Кроме того, появляются люди, совмещающие сразу несколько профессий. Например, Одиссей у Гомера (IX в. до н.э. - и плотник, и зем-

леделец, и царь, и воин, и т.д. С позиций традиционной социальности, такая многосторонность - несомненный абсурд, поскольку невозможно быть мастером сразу во многих профессиях, - а значит, мы имеем резкое снижение стандартов профессионализма.

Традиционная Греция в догомеровскую эпоху была цивилизацией преимущественно морского островного типа. В этом смысле эгейская социальность вся сплошь "погранична". В подобной ситуации сложнее осуществить профессиональное распределение на государственном уровне - поскольку, например, нельзя расположить воинов на границах государства, а отсюда - невозможность функционирования боеспособной профессиональной централизованной армии. Единство раздробленных и разбросанных по островам очагов жизнедеятельности обеспечивал многовёсельный корабль - пентеконтера, часто оказывавшийся в руках пиратов. Феномен пиратства - это продукт традиционной культуры, волей судьбы родившийся на островах. С точки зрения социальной пираты - люди, не нашедшие места в традиционной системе, - например, младшие сыновья (тайны профессии передавались лишь старшим сыновьям). Именно пираты сыграли роковую роль в подрыве основ традиционной культуры. Сам характер организации жизни на корабле устанавливал примат слова над телом.

В последующем это вылилось в теоретическую дисциплину - философию, связанную с лингвистическими структурами: "Уже и для корабельной палубы характерно присутствие основных черт теоретизирования: единство апперцепции, целостность, отсутствие противоречия, полнота" [11,с.39].

С другой стороны, постоянная угроза пиратов вынуждает побережье быть в постоянной готовности, поэтому все начинают обучаться воинскому делу (например, во всех законодательствах военная подготовка будущих граждан - обязательная оставляющая). В Афинах, в частности, она состояла в том, что в течение трёх лет по достижении социальной зрелости будущие "свободные граждане " были обязаны отдать воинской службе.

Географические особенности вызвали к жизни особый тип государственности - полис. Греческий полис - это город-государство, который подчинён собственным законам и самостоятельно заботится о сохранности своих границ. Однако дефицит земледельческого продукта не позволял содержать профессиональную армию в рамках полиса. Причина дефицита земледельческого продукта - не только в отсутствии больших посевных площадей, но и в достаточно частом изъятии этого продукта пиратами. "Минос, - пишет Фукидид, - самый древний из тех, о ком мы знаем по слухам, приобрёл флот и на самом большом пространстве владел эллинским морем и Кикладскими островами. он искоренил также, поскольку это было в его силах, пиратство на море, предпочитая, чтобы их доходы получал он сам" (История, 1,4). [27, с.163].

На этапе упадка традиционной культуры и зарождения нового типа социальности большое значение приобретает общественный закон полиса - "номос". Согласно этому закону, все жители государства выступали уже во всеобщей роли, - роли "граждан", и при этом нивелировались различия между людьми в имущественном или каком-либо ином положении. "Всеобщие профессии", однако, требовали иного способа передачи соответствующих умений, чем в традиционной культуре, т.е. непосредственного показа по принципу "делай как я". Как указывает

М.К.Петров, "в любом обществе, в котором гражданский навык "жизни сообща" находится во всеобщем распределении, навык этот не может ни превышать вместимость среднего индивида - адреса всеобщего распределения, ни транслироваться через семейный контакт поколений на правах наследственно- профессионального, а потому в любом таком обществе, если оно обнаруживает историческое развитие, всегда будет наблюдаться феномен теоретической деятельности, направленный на сжатие текста этого всеобще-распределённого навыка либо средствами исторического, либо теоретического сжатия" [27,с.178].

Сжатие теста передаваемых знаний и навыков по историческому принципу предполагает опору на авторитетность сведений, которая определяется частотой упоминаний.

Но в этом случае мы опираемся на мнение большинства, которое может выступить тормозом, сдерживающим развитие в силу отсева новых и оригинальных идей. Теоретическое сжатие - осуществляется путём установления иерархических связей структурной общности передаваемых знаний и навыков (например, от общего - к частному). Однако здесь многое зависит от выбора исходного основания, устанавливающего принцип единства для данной структуры.

В Древней Греции рассматриваемого периода главенствующее место среди используемых универсалий постепенно начинают занимать лингвистические структуры. В немалой степени это было связано с революцией в области языка, а именно, с переходом к алфавитному типу письма. Введя отдельные обозначения для гласных, греческая письменность тем самым сделала доступным для явного выделения грамматические структуры греческого языка. Кроме того, сам древнегреческий язык имеет флективный характер. В аналитических языках (например, английском) изменение порядка слов либо невозможно (это квалифицируется как нарушение грамматики), либо ведёт к радикальному изменению смысла. Совершенно иное положение во флективных языках. Здесь налицо вариативность выбора, которая быстро растёт с увеличением длины предложения.

"Отсутствие вариантов в аналитическом языке позволяет отстранить от результата говорящего (или пишущего), снять проблему выбора, реализации одной из множества возможностей: на базе аналитической структуры эти проблемы не возникают, они суть псевдопроблемы и, видимо, не могут быть осознаны, формализованы. Когда же речь идёт о флективной структуре, говорящий как источник порядка, снятого выбора, неустраним: порядок здесь появляется не через касание- контакт слов, а вносится извне через осознанный или неосознанный выбор говорящего, что и делает его виновником именно этого, а не какого-то другого поряд- ка"[27,с.194]. В этом случае, однако, возникает сакраментальная проблема: на каком основании следует делать выбор, в пользу какого именно порядка?

Древнегреческая философия, которая появилась как ответ на необходимость для общества решения этой проблемы, дала два основных варианта её решения.

"Либо выбор снимает и однозначность восстанавливает смертный человек, и тогда мир "истины" релятивен - у каждого своё представление, производное от его личных интересов и устремлений. Либо же выбор снимает и приводит мир к однозначности некое принадлежащее к вечности и миру истины разумное существо, тогда мир истины один для всех." [27,с.195]. Первый вариант был выбран софистами, второй - Сократом, Платоном и Аристотелем. Демокрит не видит самой про-

блемы, и потому у него есть и необходимость, и случайность. Во всяком случае, мы в обоих случаях имеем отсылку к свободному решению человека или к надчеловеческой личности, выступающей конечной основой природной необходимости.

Таким образом, в древнегреческой философии изначально заложена принципиальная взаимосвязь свободного состояния человека и возможность постижения объективной истины, т.е. внутреннее единство нравственности и познания. Именно эту установку выражает у Пушкина Моцарт, говоря, что "гений и злодейство - две вещи несовместные". При этом общей основой свободных поступков человека оказывается способность человека к "предельным" усилиям. Именно в такого рода состояниях все способности человека сплавляются воедино и у него возникает качественно новая способность - сознание. Необходимость самостоятельного решения радикально в этом смысле отличается от опоры на авторитет традиции или мнение большинства, и предполагает иные критерии, имеющие универсальный характер: вначале - Логос (Гераклит), или идею (Платон), и т.п., затем, в Новое время - эксперимент, математику, и т. п.

Итак, появление философии было лишь одним из аспектов общекультурных изменений в рассматриваемый период: "у философов это - переход от мифа к логосу, от мифологического мировоззрения к категориальному; у правоведов - переход обычая в закон-номос, в равенство свободных граждан перед законом; у искусствоведов - раскрепощение знака, переход установленных ритуалом правил изображения в текучую форму канона, запрещающего повтор-плагиат; у психологов - смена установки неприятия нового на высокую оценку личного вклада, появление экономической характеристики- все значимые события в нашей культуре носят имена их творцов; у социологов - переход ряда специализированных социальных ролей (правитель, воин) в навыки всеобщего распределения (гражданин, воин, грамотный).

У лингвистов это потеря слоговой письменности (письмо А и В) и восстановление-упрощение письменности на алфавитной основе, появление нормативных грамматик" [11,с.41].

Рассматриваемые А.Н.Чанышевым концепции происхождения философии - гносеогенная, мифогенная, гносеомифогенная, и т.п., заведомо ограниченны, поскольку учитывают лишь один или несколько аспектов сложнейшего общекультурного процесса.

В частности, согласно гносеогенной концепции, философия происходит из накопленных к тому времени эмпирических знаний, как потребность разрешения противоречия между этими знаниями и мифом. Но дело в том, что миф как таковой даёт цельное представление о мире, и потому неопровергаем "внешним" образом. Первоначальные практические знания часто уступали по действенности знаниям, вплетённым в мифологические представления.

Согласно мифогенной концепции, философия происходит из мифа как реализация потребности осмысления мифологических образов. Но сам по себе миф, выступающий словесным выражением ритуалов, обеспечивал воспроизводство данной культуры, и потому потребность в переосмыслении соответствующего представления изнутри самого мифа не могла возникнуть.

Гносеомифогенная концепция учитывает и роль знания, и роль мифа. Но дело в том, что философское знание радикально отлично от знания, имеющего чисто

практическую направленность. Не зря Аристотель сказал о философии, что она есть "самая бесполезная из наук, но лучше её нет ни одной". Философ стремится не к знанию самому по себе, а к мудрости.

В то же время очевидно, что философия использовала все достижения предшествующей культуры. В частности, как совершенно справедливо указывает А.Ф.Лосев, философия началась с концепций, структурно подобных мифологическим, продолжала развиваться путём критики мифа, и закончилась его переосмыслением. Можно, в частности, указать, что философия взяла из мифа следующее:

Представление о первичном, бесформенном состоянии Вселенной (например, в виде водной бездны).

Идея эволюции в сторону большей упорядоченности и лучшего устроения мира, завершающейся воцарением светлого начала.

Мотив периодической гибели и нового рождения Вселенной (который имеется в некоторых мифологиях).

Согласно М.КМамардашвили, миф - это не просто система представлений, это одна из первых человекообразующих машин, средство перевода человека в избыточную жизнь, или бытие. Именно конструктивная сторона мифа объединяет его с философией. Ритуалы (а миф - это словесное сопровождение ритуала), "воздействуя на человеческое существо, собственно, и переводят, интенсифицируя, обычное состояние в другой режим жизни и бытия. Именно в тот режим, в котором уже есть память, есть преемственность, есть длительность во времени, не подверженные отклонениям и распадам (которым они были бы подвержены, предоставленные естественному ходу натуральных процессов). Мы помним, мы любим, мы привязаны, имеем совесть - это чисто человеческие состояния - тогда, когда мы уже прошли через формообразующую машину" [22,с.16].

Сформулируем теперь отличие философии от мифа [ см.: 22].

а) Миф - это упакованная в образах и метафорах тысячелетняя коллективная и безымянная традиция. Иными словами, миф - это запись или устная фиксация коллективного ритуала.

б) Акт философствования - акт автономной, неритуальной мысли; акт, имеющий авторство и дату. Таким образом, философия, в отличие от мифа, индивидуальна и датируема. Она представлена актами понимания мира с помощью изобретаемых философом принципов (вода, огонь, воздух и т.д.).

а) Мир мифа есть такой мир, в котором нет проблем. Миф есть освоение мира, его осмысление, организация без постановки вопросов. Непонятные силы превращаются в понятные посредством приписывания их доступному, но отличному от человека мифологическому образу. Миф - это мир образов.

б) Для философа мир становится проблемой; непонятное конкретизируется, а это уже отличается от просто "непонятного". Выступление мира в качестве проблемы не есть нечто само собой разумеющееся, это историческое событие. Превращение непонятного в понятное философ осуществляет посредством создания и определения понятий. Таким образом, философия есть конструирование понятий и их определение в процессе создания философского текста.

<< | >>
Источник: С.П.Кушнаренко, Я.В.Кушнаренко. Античная философия: Учеб. пособие. - Новосибирск: Изд-во НГТУ,2003. - 58 с.. 2003

Еще по теме Происхождение философии в Древней Греции:

  1. Тема 2. Античная философия Зарождение философии в древней Греции и культурно-исторические предпосылки возникновения философии
  2. 2. РАЗВИТИЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О МАТЕРИИ В ФИЛОСОФИИ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ И РИМА
  3. Г л а в а 2. БИОЛОГИЯ В ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ, В ЭПОХУ ЭЛЛИНИЗМА И В ДРЕВНЕМ РИМЕ
  4. РЕЛИГИЯ В ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ
  5. НАУКА ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ
  6. Эстетика Древней Греции.
  7. СЛАГАЕМЫЕ ЭСТЕТИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ
  8. Глава 3 Распределение пространства внимания: случай Древней Греции
  9. Биологические знания в древней Греции до начала V века до н. э.
  10. Тема 31. СОКРАТ И ЭТИЧЕСКИЕ ШКОЛЫ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ 1.