<<
>>

5.9.2 Учение Филопона о воскресении

Воскресение плоти понимается Филопоном как перемена плоти. Тленная плоть меняется на нетленную:

Коль скоро смертное тело Богородицы Марии породило смертное тело, то необходимо, чтобы и оно (это смертное тело) преложилось в нетление, то есть, чтобы тленное исчезло при воскресении, а на его место явилось иное, нетленное.

О воскресении, беседа 6.

Как «преложилось» мы здесь переводим г^лЬхсилеЛ^погД^ээ = цєтасттоіх?іш0ііуаі, буквально, «перемену (составляющих) элементов»; возможно, самый буквальный перевод этого термина—«пересоставилось».

Это обычный термин в патристике для описания нового состояния тел после воскресения (см., напр., Об устроении человека св. Григория Нисского).

Здесь достаточно ясно выражена мысль о замене одного тела другим, а не просто об изменении свойств того тела, которое было до воскресения. В той же беседе Филопон более ясно объясняет, как происходила перемена тела:

Плоть Господня исчезла во время вознесения, и сейчас у Него нет тела.

И там же пишет:

До того момента (до вознесения) тело Господне не изменялось в нетление. Это было для того, чтобы показать, что воскресло то же самое тело, которое было погребено.

Это уже формулировки «на грани» аутентичного учения Евагрия. Вырванные из контекста, они вполне могут быть поняты именно так, но все же они значат другое. Отрицается не вообще наличие тела у Христа после вознесения, но наличие тела в обычном смысле слова. Также не подразумевается никакого развоплощения при вознесении—ведь Филопон не пишет (и в этом его не обвиняли), будто воскресшее тело было оставлено Христом в какой-либо момент, например, в момент вознесения. Просто до вознесения Христос сделал так, чтобы Его тело выглядело вопреки новым свойствам этого тела.

Поэтому он вполне может говорить и о том, что тело Христово стало нетленным по воскресении, а не по вознесении—когда оно только лишь проявило вполне свои свойства нетленности:

Если кто-либо посмеет сказать, что тело Господне воскресает снова тленным, то это будет отрицанием всей веры христиан.

Против послания Досифея

Итак, не вызвает сомнения, что, по Филопону, новое тело Христа явилось вместо прежнего уже при воскресении, однако, до вознесения не проявляло вполне своих свойств, чтобы доказать людям свою тождественность с прежним телом.

Как же идея подобного «перевоплощения» могла сочетаться с идеей тождества воскресшего тела с невоскресшим? Без такого тождества было бы и вообще нельзя говорить о «воскресении», так как воскреснуть может только то, что умерло, то есть только тело, а не душа.

Чтобы ответить на этот вопрос, нужно внимательнее рассмотреть, какого рода «нетление» приписывается Филопоном воскресшему телу Христа.

Четкость логического мышления Филопона окажет нам великую услугу.

Обычно в богословских спорах от логической четкости стараются уходить, когда становится необходимо замазывать свои отступления от общепризнанных религиозных авторитетов. Филопон так не делал и никого не боялся—даже святых отцов. В своем (увы, очень кратком) реферате трактата Филопона О воскресении патриарх Фотий замечает, что он «издевается» над отцами (Библиотека, codex 21). Кононитский трактат останавливается на этом очень подробно, цитируя один за другим его уничижительные отзывы о суждениях Кирилла Александрийского и Григория Нисского.

Расхождение Филопона с Кириллом касается различия между воскресшими телами Христа и прочих людей. Оно является не чем иным, как более последовательным, нежели у других монофизитов, расхождением между пониманием «единой природы Бога Слова воплощенной» у Кирилла и его номинальных после- дователей-монофизитов (подробно см. выше, раздел 2.1).

Так, Филопон начинает цитировать Кирилла (из не дошедшего до нас сочинения или части какого-то известного сочинения), где тот говорит о обожении людей—приблизительно, то, что нам известно и из дошедших до нас сочинений Кирилла относительно общей природы воплощенного Логоса и обоженных (см. выше, главу II.2, раздел 2.3),—но затем переходит к его резкой критике:

Различие имени,—которое, как говорит он (Кирилл), имеет место,— не означает другой природы [у Кирилла речь идет о том, что единой воплощенной природе Бога Слова и всех спасенных различие их имен не будет означать различия их природ31]. Ибо мы будем тем, что мы есть, то есть людьми,—но несравненно лучшими, нетленными и неразрушимыми и, кроме того, прославленными.

Здесь кончается цитата из Кирилла и начинается комментарий Филопона:

Ты еще уничтожил определение человека, говоря «нетленными и неразрушимыми». Ибо человек есть животное разумное и смертное [цитируется определение человека из Исагоги Порфирия—хотя и не восходящее дословно к Аристотелю, но представляющее средневековый аристотелизм; см. также у Аммония комментарий на Исагогу—Толкование на «пять слов»].

Отняв «смертное», ты отнял человека, и ты изменил свою сущность (rtixeorC = оиаіа) в другую (сущность), не оставив для нее смертности.

Воскресшие люди, в отличие от воскресшего Христа, должны оставаться тленными—иначе они, по Филопону, окажутся другой сущности.

Само собой, что в воскресении, как его понимает Филопон, люди должны оставаться другой природы, то есть не могут войти в «единую природу Бога Слова воплощенную». Так, Филопон продолжает атаковать св. Кирилла за процитированные выше слова:

Говоря «несравненно лучшими, нетленными и неразрушимыми», ты показал, что воскресшие оказываются другой природы. Но каждым (из этих утверждений) ты осуждаешь сам себя. Ибо ты не утверждаешь ни того, что истинно, ни того, что согласно с действительностью, но ты заявляешь то, что нравится тебе одному. Но ты говоришь, как бы устанавливая правило: изменение образа (гСжьа>г< = ахЙИа) не приводит к другой природе. Но как же тленное (может быть) не другой природы, нежели нетленное? И смертное—нежели бессмертное? Так мы противоречим природе вещей и божественному Писанию.

«Изменение образа»—так понимали тление и конониты, которые, согласно халкидонитскому ересиологу Тимофею Константинопольскому, считали тление разрушением внешних форм, но не самой материи; Тимофей использует синонимичный употребленному здесь (ахйца) греческий термин ?І6о<;.

Признание тленности необходимым признаком сущности человека—это, как мы помним, учение Севира Антиохийского. У Филопона такое строгое следование севирианству в представлении о теле людей вообще и о теле Христовом до воскресения в частности будет сочетаться с совершенно другим представлением о теле Христовом—но не телах всех остальных людей—после воскресения. В отличие от Кирилла, он не усомнился исключить эти тела из «единой природы Бога Слова воплощенной», и, в от- личие даже от Севира, не остановился перед отрицанием «еди- носущности нам» этой плоти Христа.

Когда Филопон пишет: «...отняв "смертное", ты отнял человека, и ты изменил свою сущность в другую (сущность), не оставив для нее смертности»,—становится видно, что то изменение тела при воскресении, которое Филопон отказывается усваивать воскресшим людям, но усваивает плоти Христа, ведет к различию сущности. Собственно, именно это—различие сущностей— не допускает Филопона принять учение о нетленности и бессмертности воскресших людей. Однако для Христа он принимает такое учение. Значит, «единосущие нам» Христа по плоти не сохраняется, согласно учению Филопона, после воскресения Христова.

Севирианское представление о теле Христа прежде воскресения как не вполне обоженном пришло у Филопона к своему логически неизбежному следствию—к представлению о теле Христа после воскресения как о не вполне человеческом (коль скоро о нем уже нельзя сказать «единосущное нам»).

Само представление о теле Христа после воскресения соответствует оригенистским представлениям о «природе умов», с одним, однако, примечательным исключением.

Оригенистским в этом учении является наделение воскресшей плоти Христа свойствами божественной природы. Как мы помним, в оригенизме Евагрия не было различия между божественной природой и «природой умов».

Филопон, впрочем, не отождествлял воскресшее тело Христово с божественной сущностью, поскольку признавал во Христе сохранение «сущностного различия». В этом и только в этом смысле подобная трактовка воскресения позволяла говорить о хотя бы какого-то рода идентичности воскресшего тела телу погребенному.

Но «единая природа» Христа понималась у него вполне по- оригенистски в том смысле, что это была единая природа «ума» (то есть воскресшего человечества Христа; оригенистской терминологией вроде «природы умов» Филопон не пользовался) и Бога. Такая «единая природа» не отличалась от оригенистской «энады». Точнее, почти не отличалась.

Отличие всё же имелось, и очень важное: в «энаду» оригенистов, как и в «единую природу Бога Слова воплощенную»

Кирилла, входили также все спасенные люди. Но мы только что видели, как горячо протестует против такого мнения Филопон.

Итак, главную идею оригенизма Филопона—его учения о воскресении—можно сформулировать в следующих пунктах: 1)

при воскресении Христовом происходит перемена плоти, 2)

новая плоть имеет свойства божественной природы Логоса, 3)

но не отождествляется с сущностью Божией и, в этом смысле, остается человеческой плотью (потому Филопон может говорить о «воскресении», а не простом развоплощении), 4)

при воскресении плоти всех людей ничего подобного не происходит, а напротив, их плоть остается способной к смерти, хотя эта способность сохраняется чисто теоретически.

Ниже мы будем именовать подобные системы воззрений учением о воскресении как перемене тела.

5.10 Филиация севирианских сект в VI веке

Еще не закончив обзор развития идей, разрабатывавшихся впервые в севирианской среде, мы завершили, наконец, обзор тех разделений внутри севирианства, которые были вызваны догматическими противоречиями. Этот обзор мы подытожим при помощи схемы (рис. 3). На рисунке указаны приблизительные даты образования соответствующих религиозных движений. Если дата не указана, это значит, что, с точки зрения сторонних наблюдателей-современников, данное направление воспринималось как «мэйнстрим», от которого «отделялись» все остальные.

<< | >>
Источник: Лурье, В. М.. История Византийской философии. Формативный период.—СПб.:.—XX 553 с.. 2006

Еще по теме 5.9.2 Учение Филопона о воскресении:

  1. 6.2 Оригенизм Евтихия: его учение о воскресении
  2. 26 ФЕВРАЛЯ (13 ФЕВРАЛЯ СТ. СТ.), ВОСКРЕСЕНЬЕ. Неделя сыропустная. Воспоминание Адамова изгнания. Прощеное воскресенье. Глас 4-й.
  3. 5.3 Тритеизм Иоанна Филопона
  4. 5.9 Раскол кононитов и афанасиан; оригенизм Иоанна Филопона
  5. 15 АПРЕЛЯ (2 АПРЕЛЯ СТ. СТ.), ВОСКРЕСЕНЬЕ. ПАСХА. СВЕТЛОЕ ХРИСТОВО ВОСКРЕСЕНИЕ
  6. Физика Иоанна Филопона
  7. 5.1 Начало ереси тритеитов и Иоанн Филопон
  8. 6 Оригенизм Филопона в халкидонитской среде: Евтихий Константинопольский
  9. 3.2 Учение Евтихия и учение Диоскора
  10. 5.2 Иоанн Филопон как философ и как богослов-монофизит
  11. Смысл Воскресения
  12. О Субботе и Воскресеньи
  13. О ВОСКРЕСЕНИИ МЕРТВЫХ
  14. КРЕСТ И ВОСКРЕСЕНИЕ
  15. Прощёное (Сборное) воскресенье, Отданьё Масленки, Целовник.
  16. Приложение. Деловая игра «Пятница. Суббота. Воскресенье»
  17. Вопрос: Что же произошло в воскресенье 16 нисана?
  18. КНИГА ВТОРАЯ О НАДЕЖДЕ ВОСКРЕСЕНИЯ
  19. ГЛАВА I (74) О том, что было после воскресения
  20. ПАВЕЛ И ЭПОХА АПОСТОЛОВ (до 125 г.) L Вера в Воскресение Иисуса