<<
>>

ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ НЕКОММЕРЧЕСКИХ ОРГАНИЗАЦИЙ

Право собственности в субъективном смысле - это вещное право собственника своей властью (по своему усмотрению) и в своем интересе владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащей ему телесной вещью, требовать от всех других лиц воздерживаться от нарушения его права, а также применять при помощи государства меры принудительного характера ко всякому нарушителю его права.

Право собственности носит абсолютный характер, основывается на соответствующем правовом титуле и предоставляет собственнику указанные выше правомочия в пределах, установленных законом. Право собственности обладает свойством эластичности (jus recadentiae), стабильности и неприкосновенности, а также является основным или первоначальным правом по отношению к иным вещным правам.

Граждане и юридические лица владеют, пользуются и распоряжаются своим имуществом по собственному усмотрению. Они могут совершать в отношении принадлежащего им имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (ст. 209 ГК РФ).

Таким образом, граждане и юридические лица (по общему правилу) имеют одинаковые по содержанию правомочия в отношении имущества, находящегося в их собственности. В равной степени они также несут бремя содержания своего имущества, а также риск его случайной гибели или случайного повреждения. Права граждан и юридических лиц как собственников должны защищаться равным образом (п. 4 ст. 212 ГК РФ).

Как видим, обозначенное выше понятие права собственности носит общий характер и в равной степени применимо к любым субъектам - обладателям этого права.

Причем содержание этого права в его основных чертах не меняется от того, является ли субъектом государство или частное лицо, а среди частных лиц - физическое или юридическое лицо. Применительно к тому или иному субъекту могут быть установлены лишь отдельные особенности, связанные, скажем, с возможностью государства иметь в своей собственности некоторые объекты, которые в принципе не могут быть в собственности частных лиц, однако эти особенности в большей степени связаны с вопросами оборотоспособности объектов гражданских прав или правоспособности тех или иных субъектов гражданского оборота, а не с особенностями права собственности как такового. Как писал Е.А. Суханов, отвергая целесообразность наполнения каким-то особым содержанием различных форм собственности, "существует лишь одно право собственности, у которого могут быть разные субъекты. Однако его содержание от этого не меняется" <1>.

<1> Суханов Е. А. Российский закон о собственности: Научно-практический комментарий. С. 16 - 17.

Значит ли все вышеуказанное, что любые попытки рассматривать право собственности отдельных субъектов, и в частности некоммерческих организаций, лишены всякого смысла, что у права собственности некоммерческих организаций нет заслуживающих внимания особенностей? Думается, что нет.

Любое юридическое лицо является особым субъектом права, искусственно созданным для участия в гражданском обороте определенного обособленного имущества. Правовой режим этого имущества и соответствующие отношения собственности во многом предопределяются целями создания юридического лица, которые, в свою очередь, обусловливают деление юридических лиц по видам (коммерческие и некоммерческие), организационно-правовым формам и т. д. Поэтому для выявления особенностей права собственности некоммерческих организаций необходимо уяснить особенности самих этих субъектов гражданского права, рассматриваемые сквозь призму имущественных отношений.

Первой такой особенностью некоммерческих организаций является принцип специальной правоспособности, т.е.

они могут иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в их учредительных документах, и нести связанные с этой деятельностью обязанности (п. 1 ст. 49 ГК РФ). Цели деятельности некоммерческих организаций перечислены в ч. 2 ст. 2 Закона о некоммерческих организациях <1>: они могут создаваться для достижения социальных, благотворительных, культурных, образовательных, научных и управленческих целей, в целях охраны здоровья граждан, развития физической культуры и спорта, удовлетворения духовных и иных нематериальных потребностей граждан, защиты прав, законных интересов граждан и организаций, разрешения споров и конфликтов, оказания юридической помощи, а также в иных целях, направленных на достижение общественных благ. Несмотря на то что по смыслу приведенной нормы перечень целей деятельности некоммерческой организации является открытым, тем не менее такие цели не могут быть произвольными: они должны быть направлены на достижение общественных благ.

<1> Федеральный закон от 12 января 1996 г. N 7-ФЗ "О некоммерческих организациях" (далее - Закон о некоммерческих организациях) // СЗ РФ. 1996. N 3. Ст. 145 (с послед. изм.).

Другой особенностью некоммерческих организаций является отсутствие извлечения прибыли в качестве основной цели деятельности некоммерческой организации.

Третьей особенностью некоммерческих организаций по действующему законодательству является ограничение возможности осуществлять предпринимательскую деятельность. Некоммерческие организации могут осуществлять предпринимательскую деятельность лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых они созданы, и соответствующую этим целям (ч. 3 ст. 50 ГК РФ).

Четвертой особенностью некоммерческих организаций является полный запрет на распределение полученной прибыли между участниками (ч. 1 ст. 50 ГК РФ).

Пятой особенностью является правило, согласно которому при ликвидации некоммерческой организации все имущество, оставшееся после расчетов с кредиторами, должно направляться на цели создания организации и (или) на благотворительные цели.

Если это не представляется возможным, имущество ликвидируемой некоммерческой организации направляется в доход государства (ч. 1 ст. 20 Закона о некоммерческих организациях).

Наконец, еще одной особенностью данного вида юридических лиц можно назвать многообразие организационно-правовых форм некоммерческих организаций. В соответствии с ч. 3 ст. 50 ГК РФ некоммерческие организации могут создаваться в форме потребительских кооперативов, общественных или религиозных организаций (объединений), учреждений, благотворительных и иных фондов, а также в других формах, предусмотренных законом. На практике это привело к тому, что в иных законах появилось множество разнообразных организационно-правовых форм некоммерческих организаций, которые имеют настолько разные принципы организации их деятельности, что объединение их в одной категории иногда основывается лишь на чисто номинальной принадлежности к кругу некоммерческих организаций и не основано на каких-либо содержательных признаках. К некоммерческим организациям, имущество которых принадлежит им на праве собственности, относятся потребительские кооперативы, общественные и религиозные организации (объединения), фонды, объединения юридических лиц (ассоциации и союзы), государственные корпорации, некоммерческие партнерства, автономные некоммерческие организации и другие организации, предусмотренные законодательством (например, адвокатские бюро, юридические консультации и коллегии адвокатов, предусмотренные Федеральным законом от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации").

На первый взгляд перечисленные выше особенности некоммерческих организаций предельно ясно должны характеризовать отношения собственности в таких организациях. Как у любого юридического лица, у некоммерческих организаций отношения собственности можно условно разделить на две составляющие: "внешнюю" и "внутреннюю".

"Внешние" отношения собственности определяют правомочия некоммерческой организации как собственника принадлежащего ей имущества в гражданском обороте.

Цели деятельности некоммерческой организации, определенные в учредительных документах в соответствии с законом, должны предопределять и особенности правового положения некоммерческой организации как собственника имущества: какое имущество может иметь данная организация, как может это имущество использовать (в какие отношения она может вступать, какие может заключать договоры и т. п.). В этом аспекте, учитывая принцип специальной правоспособности некоммерческих организаций и общественные цели их деятельности, в законодательстве должен быть установлен запрет на использование имущества некоммерческой организации в целях, не связанных с некоммерческими целями деятельности организации. Использование имущества некоммерческой организации в предпринимательских целях должно быть строго ограничено законом, равно как и сама возможность занятия такой деятельностью. Некоммерческая организация должна заниматься только некоммерческой деятельностью, и лишь в отдельных установленных законом случаях может допускаться ведение деятельности, приносящей доход.

" Внутренние" отношения собственности определяют имущественные взаимоотношения между некоммерческой организацией и ее учредителями (участниками). Здесь некоммерческие организации сходны с коммерческими в том отношении, что и те и другие являются собственниками имущества, переданного им в качестве вкладов (взносов) их учредителями (участниками, членами) (ч. 3 ст. 213 ГК РФ). Основным отличием в этих отношениях, характеризующим их особенности для некоммерческих организаций, является запрет распределения прибыли между участниками. Некоммерческая организация ни при каких условиях не должна иметь возможность направлять полученные доходы на личные цели ее участников (членов). Все доходы должны использоваться для общественных целей деятельности некоммерческой организации.

Между тем, несмотря на кажущуюся очевидность данных положений, действующее законодательство их, по существу, не устанавливает, а рассмотренные выше особенности некоммерческих организаций сформулированы настолько неопределенно, что не позволяют сказать о том, что российское законодательство проводит четкую грань между коммерческими и некоммерческими организациями, в том числе между отношениями собственности в коммерческих и некоммерческих организациях.

Применительно к "внешней" стороне отношений собственности законодатель не выдерживает разграничения коммерческих и некоммерческих организаций ни по целям их деятельности, ни по признаку возможности осуществлять предпринимательскую деятельность, ни по правовому режиму использования принадлежащего им имущества.

Прежде всего законодатель, по сути, допустил, что целями деятельности некоммерческой организации могут быть не только цели, направленные на достижение общественных благ, как это предусмотрено ч.

2 ст. 2 Закона о некоммерческих организациях, но, как это ни парадоксально, цели, направленные на извлечение прибыли. В соответствии с ч. 1 ст. 2 этого Закона некоммерческой организацией является организация, не имеющая извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности. То есть по смыслу Закона следует, что извлечение прибыли в принципе может быть одной из целей деятельности некоммерческой организации, но не основной, а дополнительной.

Однако если это так, то вообще не имеет никакого правового значения ограничение на занятие предпринимательской деятельностью, установленное в абз. 2 ч. 3 ст. 50 ГК РФ: "некоммерческие организации могут осуществлять предпринимательскую деятельность лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых они созданы, и соответствующую этим целям". Нетрудно заметить, что в данной норме не делается никаких различий между основными и дополнительными целями деятельности некоммерческой организации, и если среди дополнительных целей создания некоммерческой организации значится извлечение прибыли, то прочтение цитируемой нормы приводит к тому, что такая организация "вправе осуществлять предпринимательскую деятельность лишь постольку, поскольку это служит извлечению прибыли", т.е. фактически без ограничений.

Но даже если не придираться к формулировкам и считать, что в абз. 2 ч. 3 ст. 50 ГК РФ имеется в виду все-таки основная цель деятельности, ради которой собственно создана организация и которая не связана с извлечением прибыли, практическое применение данной нормы остается труднореализуемым, на что уже давно обращалось внимание в литературе.

Так, еще В.А. Рахмилович по этому поводу писал: "Когда извлечение прибыли является основной целью организации, а когда - побочной, в реальной жизни определить бывает довольно трудно; одна цель может специально прикрывать другую, поэтому данный признак остается малопригодным для отграничения некоммерческих организаций от коммерческих. С другой стороны, неясно, что может означать разрешение "осуществлять предпринимательскую деятельность лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых организация создана, и соответствующую этим целям". Речь здесь, по-видимому, должна идти просто об ограничении свободы распоряжаться полученной прибылью и праве использовать ее только в соответствии с уставными целями некоммерческой организации. Таким образом, признаком, отличающим коммерческие организации от некоммерческих, по ГК, практически остается право первых распределять полученную прибыль между своими участниками и отсутствие такого права у вторых" <1>.

<1> См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Под ред. О.Н. Садикова. М., 2004. С. 137 - 138.

Подобное положение вещей приводит к тому, что в гражданском обороте по целям деятельности практически невозможно отличить коммерческие организации от некоммерческих. Большинство некоммерческих организаций сегодня в России занимаются предпринимательской деятельностью. Доходит до того, что при покупке продуктов в супермаркете на чеке можно обнаружить не ООО или ЗАО, а какую-нибудь общественную организацию ветеранов войны или труда. Как отмечается в литературе, "в настоящее время предпринимательская деятельность ставится во главу угла многими некоммерческими организациями, и на практике порой весьма сложно определить, когда деятельность, нацеленная на извлечение прибыли, является основной, а когда - второстепенной" <1>.

<1> См.: Вербицкая Ю.О. О делении организаций на коммерческие и некоммерческие // Корпорации и учреждения: Сб. ст. / Отв. ред. М.А. Рожкова. М.: Статут, 2007. С. 12.

Не работает и приводившаяся выше норма абз. 2 ч. 3 ст. 50 ГК РФ об ограничении возможности осуществления предпринимательской деятельности для некоммерческих организаций. В законодательстве содержатся некоторые попытки исправить это положение, введя прямые нормы, дополнительно ограничивающие возможность для некоммерческих организаций заниматься предпринимательской деятельностью. Однако эти попытки нельзя признать удачными.

Так, например, в ч. 2 ст. 24 Закона о некоммерческих организациях содержится попытка ввести перечень видов разрешенной предпринимательской деятельности некоммерческих организаций: "Некоммерческая организация может осуществлять предпринимательскую деятельность лишь постольку, поскольку это служит достижению цели, ради которой она создана. Такой деятельностью признаются приносящее прибыль производство товаров и услуг, отвечающих целям создания некоммерческой организации, а также приобретение и реализация ценных бумаг, имущественных и неимущественных прав, участие в хозяйственных обществах и участие в товариществах на вере в качестве вкладчика".

По смыслу данной нормы никакими иными видами предпринимательской деятельности некоммерческая организация заниматься не вправе. Например, некоммерческим организациям нельзя заниматься предпринимательской деятельностью в виде выполнения работ, хотя не совсем понятно, чем выполнение работ хуже производства товаров или оказания (по терминологии закона - "производства") услуг. С практической точки зрения также непонятно, каким образом (и кем) будет устанавливаться, отвечают ли производимые товары или услуги целям создания некоммерческой организации или не отвечают (и каким целям - основным или дополнительным, среди которых, как указывалось выше, может быть и извлечение прибыли). Не добавляет ясности и следующий абзац ч. 2 ст. 24 Закона, согласно которому "законодательством Российской Федерации могут устанавливаться ограничения на предпринимательскую деятельность некоммерческих организаций отдельных видов". Из данной формулировки невозможно установить, к чему относятся "отдельные виды": то ли могут устанавливаться ограничения на отдельные виды предпринимательской деятельности некоммерческих организаций, то ли - ограничения на предпринимательскую деятельность отдельных видов некоммерческих организаций.

Также нетрудно заметить, что в отличие от абз. 2 ч. 3 ст. 50 ГК РФ в ч. 2 ст. 24 Закона о некоммерческих организациях нет общего указания на то, что любая предпринимательская деятельность некоммерческой организации должна соответствовать целям ее деятельности <1>. Вместо этого в норме заложен иной принцип: одни виды предпринимательской деятельности (производство товаров и услуг) должны быть связаны с целями создания некоммерческой организации через соответствие результатов предпринимательской деятельности (товаров, услуг) этим целям. Что же касается остальных видов предпринимательской деятельности (приобретение и реализация ценных бумаг, имущественных и неимущественных прав, участие в хозяйственных обществах и участие в товариществах на вере в качестве вкладчика), то подобного требования Закон не содержит и данные виды деятельности не обязательно должны соответствовать целям деятельности некоммерческой организации.

<1> Ср. с абз. 2 ч. 3 ст. 50 ГК РФ: "Некоммерческие организации могут осуществлять предпринимательскую деятельность лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых они созданы, и соответствующую этим целям".

С этой точки зрения позиция, согласно которой "любое юридическое лицо, обладающее специальной правоспособностью, может образовать другое юридическое лицо лишь при условии, что предмет деятельности создаваемой организации будет соответствовать специальной правоспособности учредителя" <1>, не будет соответствовать ч. 2 ст. 24 Закона о некоммерческих организациях, в которой некоммерческим организациям прямо разрешено участвовать в хозяйственных обществах и товариществах, у которых общая правоспособность и деятельность целиком и полностью направлены на извлечение прибыли <2>.

<1> См.: Козлова Н.В. Правосубъектность юридического лица. М.: Статут, 2005. С.

49.

<2> С другой стороны, эта позиция будет соответствовать абз. 2 ч. 3 ст. 50 ГК РФ, требующей, чтобы предпринимательская деятельность некоммерческой организации соответствовала целям ее создания.

Обращает также на себя внимание и тот факт, что проводимый в ч. 2 ст. 24 Закона о некоммерческих организациях водораздел между различными видами предпринимательской деятельности весьма близок к разграничению видов предпринимательской деятельности на "активные" и "пассивные", известному налоговому законодательству. Так, налогообложение в Российской Федерации доходов иностранных юридических лиц всегда зависело от того, получены ли такие доходы от "активных" или "пассивных" источников доходов. При этом к "активным" источникам доходов относились те виды предпринимательской деятельности, для получения доходов от которых сам налогоплательщик должен прилагать определенные усилия (производственная деятельность, деятельность по выполнению работ, оказанию услуг и т. п.). Ведение в России соответствующих видов деятельности, как правило, приводит к образованию постоянного представительства иностранного юридического лица. К "пассивным" же источникам доходов (видам деятельности) относились те виды предпринимательской деятельности, для получения доходов от которых не требовалось прилагать собственных систематических усилий, вести какую-либо активную деятельность: доход образуется либо от усилий третьих лиц (при получении дохода в виде дивидендов от участия в других организациях либо процентов по договорам займа), либо от сдачи в аренду собственного имущества, либо от разовых сделок по продаже собственного имущества, находящегося на территории Российской Федерации, либо от роялти (лицензионных платежей, отчисляемых правообладателю за пользование исключительными авторскими правами) <1>. В настоящее время данный подход, хотя и без употребления соответствующей терминологии, по существу, сохранился в Налоговом кодексе РФ. Так, в соответствии с ч. 2 ст. 306 НК РФ под постоянным представительством иностранного юридического лица понимается место, через которое иностранная организация осуществляет предпринимательскую деятельность, связанную с осуществлением работ, оказанием услуг, пользованием недрами, продажей товаров и т. п. В то же время согласно ч. 1 ст. 309 НК РФ к доходам иностранной организации от источников в Российской Федерации (т.е. к "пассивным" доходам, не приводящим к образованию постоянного представительства) относятся дивиденды, процентный доход от долговых обязательств, доходы от использования в Российской Федерации прав на объекты интеллектуальной собственности, доходы от реализации акций, недвижимого имущества, от сдачи в аренду имущества и иные аналогичные доходы.

<1> Соответствующие "активные" и "пассивные" виды деятельности, например, были перечислены в формах уведомлений об активных и о пассивных источниках доходов в Российской Федерации, сообщенных письмом Госналогслужбы России от 31 декабря 1997 г. N ВГ-6-06/928 (утратило силу).

Исходя из этой логики, производство товаров и оказание услуг, упомянутые в ч. 2 ст. 24 Закона о некоммерческих организациях, следует относить к "активным" видам предпринимательской деятельности, а приобретение и реализацию ценных бумаг, имущественных и неимущественных прав, участие в хозяйственных обществах и участие в товариществах на вере в качестве вкладчика - к "пассивным".

Однако ввиду неопределенности правового регулирования (в том числе в связи с несоответствием абз. 2 ч. 3 ст. 50 ГК РФ) идея, которая, возможно, и закладывалась в ч. 2 ст. 24 Закона о некоммерческих организациях, на практике нереализуема, и сегодня мало кто помнит о соответствующей норме Закона. Более того, в специальных законодательных актах есть положения, полностью игнорирующие указанные ограничения. Например, в Законе об образовании <1> (ч. 1 ст. 47) сказано, что образовательное учреждение вправе вести предпринимательскую и иную приносящую доход деятельность, предусмотренную его уставом. В данной формулировке вообще отсутствуют какие-либо ограничения относительно необходимости связи предпринимательской деятельности с целями деятельности организации, о соответствии ее этим целям. Более того, в ч. 2 ст. 47 того же Закона указывается, что к предпринимательской деятельности образовательного учреждения относятся:

<1> Закон РФ от 10 июля 1992 г. N 3266-1 "Об образовании" (далее - Закон об образовании) // СЗ РФ. 1992. N 30. Ст. 1797 (с послед. изм.).

- торговля покупными товарами, оборудованием; -

оказание посреднических услуг; -

ведение приносящих доход иных внереализационных операций, непосредственно не связанных с собственным производством предусмотренных уставом продукции, работ, услуг и с их реализацией.

Еще одна попытка законодательно ограничить возможность некоммерческих организаций осуществлять предпринимательскую деятельность содержится в Федеральном законе от 30 декабря 2006 г. N 275-ФЗ "О порядке формирования и использования целевого капитала некоммерческих организаций" <1>. В данном Законе предполагается установить закрытый перечень видов платной деятельности для некоммерческих организаций - собственников целевого капитала.

<1> СЗ РФ. 2007. N 1 (Ч. I). Ст. 38.

Целевым капиталом является имущество, принадлежащее некоммерческой организации на праве собственности и имеющее особый правовой режим. Согласно Закону целевой капитал - это денежные средства, которые собираются некоммерческой организацией в виде пожертвований и передаются затем в доверительное управление специализированной организации, извлекающей из этого капитала доход, который может быть использован некоммерческой организацией для осуществления уставных целей деятельности. Сфера применения данного Закона весьма ограниченна: такой капитал могут создавать юридические лица, созданные в форме фонда, автономной некоммерческой организации, общественной организации, общественного фонда или религиозной организации. Предполагается, что расходование средств этого капитала должно иметь строго целевое назначение, указанное в Законе.

В соответствии с ч. 2 ст. 6 этого Закона некоммерческая организация - собственник целевого капитала, за исключением специализированной организации, вправе осуществлять только определенные Правительством РФ виды платной деятельности.

Логика законодателя, по всей видимости, при принятии данного Закона была примерно следующей: некоммерческая организация, создавшая целевой капитал, все дополнительные доходы должна получать только от целевого капитала (для этого ей и дозволяется создавать целевой капитал). Никакими иными видами предпринимательской деятельности она заниматься не вправе (за исключением прямо разрешенных Правительством РФ). Такая организация должна сосредоточиться на основной, некоммерческой, деятельности, ради которой она создана.

Возникает, однако, вопрос: а разве до принятия данного Закона некоммерческие организации - собственники своего имущества не имели права создавать денежные фонды и передавать их в доверительное управление специализированной организации с целью извлечения дохода? Ведь очевидно, что и до этого Закона соответствующие некоммерческие организации могли формировать подобные фонды за счет благотворительных взносов и пожертвований и использовать полученные доходы в уставных целях, также эти организации могли передавать собранные средства в доверительное управление по договору специализированной организации <1>.

<1> Согласно п. 3 ч. 3 ст. 5 Федерального закона от 2 декабря 1990 г. N 395-1 "О банках и банковской деятельности" (далее - Закон о банках и банковской деятельности) кредитная организация вправе осуществлять доверительное управление денежными средствами по договору с физическими и юридическими лицами.

Может быть, эти возможности утрачены для организаций - собственников своего имущества после принятия Закона о целевом капитале? Однако такого вывода также сделать нельзя, поскольку Закон о некоммерческих организациях сохраняет норму о том, что источником формирования имущества некоммерческих организаций являются в том числе добровольные имущественные взносы и пожертвования (ч. 1 ст. 26 Закона) <1>, а

Закон о банках и банковской деятельности также не претерпел в соответствующей части изменений.

<1> См. также ч. 1 ст. 582 ГК РФ, согласно которой пожертвования могут делаться гражданам, лечебным, воспитательным учреждениям, учреждениям социальной защиты и другим аналогичным учреждениям, благотворительным, научным и образовательным учреждениям, фондам, музеям и другим учреждениям культуры, общественным и религиозным организациям, иным некоммерческим организациям в соответствии с законом. На принятие пожертвования не требуется чьего-либо разрешения или согласия (ч. 2 ст. 582 ГК РФ).

Поэтому смысл рассматриваемого Закона остается в целом неясным. Ведь если целевой капитал не создан, то некоммерческая организация может заниматься любыми видами предпринимательской деятельности, если они служат достижению целей, ради которых организация создана, и извлекать из этих видов деятельности доход, в том числе создавать специализированные денежные фонды за счет пожертвований и передавать эти средства в доверительное управление кредитным организациям, а полученный доход направлять на достижение основных целей деятельности. Если же целевой капитал создан, то некоммерческая организация не может заниматься никакими видами предпринимательской деятельности, кроме извлечения дохода от целевого капитала посредством деятельности специализированной организации, управляющей целевым капиталом, а также кроме осуществления тех видов платной деятельности, которые устанавливаются Правительством РФ. Совершенно очевидно, что при таком регулировании случаи создания некоммерческими организациями целевых капиталов будут единичны.

По сути, Закон о целевом капитале существенно ограничивает правоспособность (и, как следствие, право собственности) некоммерческих организаций, создающих целевой капитал. Причем правоспособность ограничивается даже не Законом, а подзаконным актом Правительства РФ, носящим по своей природе ненормативный характер, так как Перечень соответствующих видов разрешенной платной деятельности для некоммерческих организаций - собственников целевого капитала был утвержден распоряжением Правительства РФ от 13 сентября 2007 г. N 1227-р <1>. Согласно этому Перечню некоммерческая организация может осуществлять очень узкий круг видов деятельности. Так, некоммерческая организация - собственник целевого капитала может осуществлять различного рода издательскую деятельность (за исключением рекламной), производство медикаментов, покупку и продажу собственных нежилых помещений или земельных участков, сдачу в наем собственного нежилого недвижимого имущества, научно-исследовательские и испытательные работы, образовательную деятельность, медицинскую и театрально-концертную деятельность, предоставление социальных услуг, услуг библиотек, деятельность спортивных объектов (за исключением сферы профессионального спорта) и услуги в сфере любительского спорта. Торгово- посреднической деятельностью, производственной деятельностью (за исключением производства медикаментов) некоммерческая организация - собственник целевого капитала по смыслу приводимого Перечня заниматься не вправе <2>.

<1> СЗ РФ. 2007. N 39. Ст. 4688.

<2> Хотя и здесь сохраняются возможности для легального обхода устанавливаемых ограничений. Так, с целью исключения возможности заниматься торгово-посреднической деятельностью в сфере купли-продажи недвижимости в Перечне установлено, что организация может покупать и продавать земельные участки только "в части собственных земельных участков", может покупать и продавать "собственные нежилые здания и помещения". Однако что мешает при этом некоммерческой организации осуществлять систематическую скупку земельных участков или нежилых помещений себе в собственность с целью последующей перепродажи и извлечения из этого прибыли? Такая деятельность не будет формально нарушать требования Перечня, но, очевидно, будет нарушать его идеологию.

Учитывая, что даже в названии данного Перечня говорится не о "предпринимательской", а о "платной" деятельности, при его составлении, по всей видимости, получил отражение известный подход, согласно которому платная деятельность некоммерческой организации, предмет которой непосредственно связан с целями ее создания, не является предпринимательской, если все доходы направляются на обеспечение соответствующей непредпринимательской деятельности, ради которой организация создавалась. Действующее законодательство знает примеры такого подхода. Так, в ч. 2 ст. 46 Закона об образовании сохраняется норма о том, что "платная образовательная деятельность негосударственного образовательного учреждения не рассматривается как предпринимательская, если получаемый от нее доход полностью идет на возмещение затрат на обеспечение образовательного процесса (в том числе на заработную плату), его развитие и совершенствование в данном образовательном учреждении". Подобная норма содержалась ранее и в ч. 3 ст. 47 Закона об образовании, посвященной предпринимательской деятельности образовательных учреждений: "деятельность образовательного учреждения по реализации предусмотренных уставом этого образовательного учреждения производимой продукции, работ и услуг относится к предпринимательской лишь в той части, в которой получаемый от этой деятельности доход не реинвестируется непосредственно в данное образовательное учреждение и (или) на непосредственные нужды обеспечения, развития и совершенствования образовательного процесса (в том числе на заработную плату) в данном образовательном учреждении" <1>.

<1> Данная норма утратила силу с 1 января 2005 г. в соответствии с п. 26 ст. 16 Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" // СЗ РФ. 2004. N 35. Ст. 3607.

Представляется, что данный подход является неверным. По своему характеру деятельность, направленная на систематическое и самостоятельное извлечение дохода, не изменится от того, куда этот доход будет направляться. Как раз направление дохода от платной образовательной деятельности на непосредственные нужды некоммерческой организации, связанные с целями ее деятельности, и есть то необходимое условие, которое позволяет некоммерческой организации осуществлять данную предпринимательскую деятельность в соответствии с абз. 2 ч. 3 ст. 50 ГК РФ <1>. Однако от того, что за счет получаемого дохода покрываются затраты некоммерческой организации на основной вид деятельности, суть данной деятельности не перестает быть предпринимательской. Как справедливо отмечает К.П. Беляев, "полученная в результате предпринимательской деятельности прибыль используется некоммерческой организацией для покрытия расходов, связанных с той непредпринимательской деятельностью, ради которой была образована организация. Учитывая указанное обстоятельство, Гражданский кодекс в виде исключения устанавливает возможность участия некоммерческой организации в предпринимательской деятельности" <2>. Кроме того, абсурдной выглядит ситуация, когда одна и та же деятельность будет считаться предпринимательской или нет в зависимости от того, куда направляется полученный доход. Ведь на практике множество коммерческих организаций работают бесприбыльно и направляют полученные от предпринимательской деятельности доходы на нужды, обеспечивающие их производственные потребности, или даже на благотворительные цели. Однако от этого деятельность, направленная на извлечение дохода, не перестает быть предпринимательской.

<1> Согласно абз. 2 ч. 3 ст. 50 ГК РФ предпринимательская деятельность может осуществляться лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых некоммерческая организация создана (в данном случае доход направляется на нужды образовательной деятельности), а сама деятельность соответствует этим целям (платная образовательная деятельность соответствует предмету деятельности образовательного учреждения).

<2> Беляев К. П. О делении юридических лиц на коммерческие и некоммерческие в гражданском законодательстве // Актуальные проблемы гражданского права / Под ред. С.С. Алексеева. М.: Статут, 2000. С. 46.

Как бы там ни было, в любом случае ограничения на ведение предпринимательской деятельности некоммерческими организациями, создавшими целевой капитал, на практике работать не будут, поскольку нет никаких законодательных препятствий для достижения целей Закона о целевом капитале без создания целевого капитала и, соответственно, для занятия предпринимательской деятельностью некоммерческими организациями, не создавшими целевой капитал.

Наконец, в законодательстве все-таки имеются редкие случаи, когда законом устанавливается прямой запрет на ведение предпринимательской деятельности отдельными видами некоммерческих организаций или запрет некоммерческим организациям заниматься отдельными видами предпринимательской деятельности.

Например, в соответствии с п. 1 ст. 121 ГК РФ объединение коммерческих организаций в форме ассоциаций и союзов является некоммерческой организацией. Такой некоммерческой организации вообще запрещено заниматься какой-либо предпринимательской деятельностью, и если по решению учредителей на нее возлагается ведение предпринимательской деятельности, она обязана преобразоваться в хозяйственное общество или товарищество либо может создать для осуществления предпринимательской деятельности хозяйственное общество или участвовать в таком обществе. Как это ни парадоксально, но для союзов (ассоциаций) некоммерческих организаций подобного запрета не установлено и объединения некоммерческих организаций могут вести любую предпринимательскую деятельность постольку, поскольку она служит достижению целей, ради которых организация создана, и соответствует целям создания.

Имеются и другие примеры прямых запретов на ведение предпринимательской деятельности. Так, по смыслу ст. 184 ГК РФ коммерческим представителем может быть только коммерческая организация. Некоммерческая организация не может быть финансовым агентом по договору о финансировании под уступку денежного требования (ст. 824 ГК РФ), участником договора простого товарищества, заключаемого в целях ведения предпринимательской деятельности (ч. 2 ст. 1041 ГК РФ) и др.

Однако все эти запреты носят эпизодический характер и, учитывая по существу общее дозволение некоммерческим организациям осуществлять предпринимательскую деятельность, выглядят абсолютно нелогичными. Как, например, можно объяснить, что некоммерческой организации, с одной стороны, нельзя быть участником договора простого товарищества, направленного на извлечение прибыли (в котором некоммерческая организация может ограничиться лишь внесением имущественного вклада в общее дело, а все дела товарищества и собственно активную предпринимательскую деятельность может вести другой участник совместной деятельности - профессиональный предприниматель), а с другой стороны, можно заниматься торговлей покупными товарами, оборудованием, оказанием посреднических услуг (ч. 2 ст. 47 Закона об образовании)? Или, как указывалось выше, почему ассоциация коммерческих организаций не вправе вести предпринимательскую деятельность, а ассоциация некоммерческих организаций - вправе?

Как видим, по действующему законодательству невозможно четко провести грань между коммерческими и некоммерческими организациями ни по целям деятельности, ни по правовому режиму осуществления предпринимательской деятельности. Соответственно, имущественный статус некоммерческих организаций в гражданском обороте и особенности реализации правомочий собственника в отношении принадлежащего им имущества также слабо выражены в отечественном правопорядке. По существу, порядок использования имущества некоммерческих организаций во внешнем обороте мало чем отличается от порядка использования имущества коммерческими организациями.

Как ни странно, российское законодательство не содержит общей нормы об обязанности некоммерческой организации использовать имущество лишь в целях, ради которых она создана. Такое правило установлено лишь в отношении некоторых видов некоммерческих организаций.

Так, ГК РФ в ст. 213, посвященной праву собственности граждан и юридических лиц, устанавливает лишь одно отличие в режиме права собственности некоммерческих организаций, применяемое только в отношении отдельных их разновидностей - общественных и религиозных организаций (объединений), а также благотворительных и иных фондов. Согласно ч. 4 ст. 213 ГК РФ "общественные и религиозные организации (объединения), благотворительные и иные фонды являются собственниками приобретенного ими имущества и могут использовать его лишь для достижения целей, предусмотренных их учредительными документами".

При этом некоторые авторы, выдавая желаемое за действительное, распространяют это правило на все некоммерческие организации. Так, Н.В. Козлова пишет: "Некоммерческим организациям разрешено использовать имеющееся у них имущество лишь для достижения целей, указанных в их учредительных документах (п. 4 ст. 213 ГК)" <1>. Ту же неточность допускает и К.П. Беляев, указывая, что "некоммерческие организации, в отличие от коммерческих, имеют целевую правоспособность (п. 1 ст. 49 ГК РФ), осуществляют свою деятельность и используют имеющееся у них имущество лишь для достижения целей, предусмотренных в их учредительных документах (п. 4 ст. 213 ГК РФ)" <2>.

<1> Козлова Н. В. Правосубъектность юридического лица. С. 46.

<2> Беляев К.П. Указ. соч. С. 44.

Однако ч. 4 ст. 213 ГК РФ в отношении всех некоммерческих организаций не применяется, а ст. 25 Закона о некоммерческих организациях, посвященная правовому режиму их имущества, подобного ограничения также не устанавливает, говоря лишь о том, какие виды имущества могут иметь в собственности некоммерческие организации <1>.

<1> В этой части каких-либо видимых отличий от видов имущества, которое могут иметь в собственности коммерческие организации, в этой статье также не содержится.

Имеются и другие примеры применения рассматриваемого правила в отношении отдельных видов некоммерческих организаций. В частности, в соответствии с ч. 2 ст. 7.1 Закона о некоммерческих организациях государственная корпорация может использовать имущество лишь для целей, определенных законом, предусматривающим создание государственной корпорации <1>.

<1> Данная формулировка с точки зрения правовой определенности более предпочтительна по сравнению с формулировкой ч. 4 ст. 213 ГК РФ, поскольку в законе о создании госкорпорации можно четко установить цели использования имущества этой корпорации, а в учредительных документах, о которых говорится в ч. 4 ст. 213 ГК РФ, можно установить все что угодно.

Если обратиться к "внутренней" стороне отношений собственности в некоммерческих организациях, то и здесь при ближайшем рассмотрении законодательные отличия от коммерческих организаций проведены непоследовательно. Казалось бы, все "внутренние" отношения собственности в некоммерческих организациях должны сводиться к тому, чтобы учредители (участники, члены) отдавали свое имущество некоммерческой организации и не получали от этого никакой материальной выгоды. При этом неважно, идет речь о корпорациях или об учреждениях (организациях унитарного типа) <1>.

<1> О делении юридических лиц на корпорации (организации, основанные на членстве) и учреждения (организации унитарного типа) см., например: Гражданское право России. Общая часть: Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. М.: Юристъ. С. 147 (автор соответствующей главы - В.А. Рахмилович).

С одной стороны, некоммерческие организации не вправе распределять между участниками (учредителями) прибыль и имущество, остающееся после расчетов с кредиторами при ликвидации организации (ч. 1 ст. 50 ГК, ч. 1 ст. 20 Закона о некоммерческих организациях). Запрет на распределение прибыли некоммерческими организациями многие рассматривают как практически единственный надежный критерий разграничения организаций на коммерческие и некоммерческие <1>.

<1> Так считали, например, Ю.Г. Басин (см.: Юридические лица по гражданскому праву. Понятие и общая характеристика // Басин Ю.Г. Избранные труды по гражданскому праву. СПб.: Юридический центр Пресс, 2003. С. 106) и В.А. Рахмилович (см.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Под ред. О.Н. Садикова. М., 2004. С. 138).

С другой стороны, эти ограничения в действующем законодательстве также последовательно не выдерживаются. Например, потребительские кооперативы, будучи некоммерческими организациями, могут распределять доходы от предпринимательской деятельности между своими членами (ч. 5 ст. 116 ГК). Вообще, учитывая практически ничем не ограниченное право некоммерческих организаций заниматься предпринимательской деятельностью, фактически заработанная при этом прибыль так или иначе "оседает" в карманах создателей (учредителей) или администрации даже тех некоммерческих организаций, которые легально не могут ее распределять, на что обращается внимание в литературе.

Например, Ю.О. Вербицкая отмечает, что "указание на запрет распределения прибыли между участниками некоммерческой организации является в некоторой степени лукавством" <1>. По ее мнению, выплата заработной платы руководству некоммерческой организации за счет прибыли по сути является скрытой формой распределения прибыли некоммерческой организации между ее учредителями.

<1> Вербицкая Ю. О. О делении организаций на коммерческие и некоммерческие // Корпорации и учреждения: Сб. ст. С. 13.

Видимо, из этих же соображений исходили разработчики Закона о целевом капитале, в котором содержится попытка ограничить расходы некоммерческой организации - собственника целевого капитала на нужды управления, в том числе на оплату труда. В соответствии с ч. 3 ст. 3 данного Закона некоммерческая организация - собственник целевого капитала вправе использовать на административно-управленческие расходы, связанные с формированием целевого капитала и осуществлением деятельности, финансируемой за счет дохода от целевого капитала, не более 15% суммы дохода от доверительного управления имуществом, составляющим целевой капитал, или не более 10% суммы дохода от целевого капитала, поступившего за отчетный год. Такими расходами являются, в частности, оплата аренды помещений, зданий и сооружений, расходы на приобретение основных средств и расходных материалов, расходы на проведение аудита, выплату заработной платы работникам некоммерческой организации, расходы на управление некоммерческой организацией или ее отдельными структурными подразделениями, расходы на приобретение услуг по управлению некоммерческой организацией или ее отдельными структурными подразделениями.

Основная же часть доходов от целевого капитала должна использоваться на основные цели деятельности организации. Так, согласно ст. 3 Закона о целевом капитале, "формирование целевого капитала и использование дохода от целевого капитала могут осуществляться в целях использования в сфере образования, науки, здравоохранения, культуры, физической культуры и спорта (за исключением профессионального спорта), искусства, архивного дела, социальной помощи (поддержки). Формирование целевого капитала и использование, распределение дохода от целевого капитала на иные цели не допускаются".

То есть организация - собственник целевого капитала не может распределять доход от целевого капитала ни на какие цели, кроме указанных в Законе. Административно- управленческие расходы, в том числе на выплату заработной платы, должны осуществляться в установленных Законом пределах.

Следует согласиться с тем, что подобное регулирование достаточно последовательно проводит идею о запрете некоммерческим организациям распределять доходы между участниками и ставит преграду возможным злоупотреблениям в этой сфере. Однако Закон о целевом капитале, в котором содержатся соответствующие нормы, имеет достаточно узкую сферу применения и не может претендовать на всеобщее регулирование в отношении всех некоммерческих организаций.

Между тем законодательное установление для всех некоммерческих организаций ограничений возможности направлять полученные доходы на административно- управленческие расходы обеспечило бы реальное применение правила о запрете распределять прибыль между участниками некоммерческих организаций и тем самым наполнило бы критерий выделения некоммерческих организаций по данному признаку подлинным юридическим смыслом. Как представляется, давно пора прекращать практику скрытых доходов и использования некоммерческих организаций в сугубо коммерческих целях. Полученные некоммерческими организациями доходы от разрешенной предпринимательской деятельности должны направляться преимущественно не на заработную плату своим участникам (работникам) и не на услуги фирм-однодневок, занимающихся "обналичиванием" фиктивных расходов некоммерческих организаций, а на общественно полезные цели, для достижения которых и создана некоммерческая организация.

Однако пока действующее законодательство в его нынешнем состоянии демонстрирует полную бессодержательность деления юридических лиц на коммерческие и некоммерческие. Несмотря на это, по мнению Ю.О. Вербицкой, "отсутствие необходимых критериев, впрочем, не дает оснований однозначно и окончательно отвергать рассматриваемую классификацию как ненужную. Важность данной классификации состоит в том, что ее использование определяет структуру, контроль и организационно-правовую форму юридических лиц" <1>.

<1> Вербицкая Ю.О. Указ. соч. С. 15.

Возникает, однако, вопрос: зачем строить структуру и организационно-правовые формы юридических лиц в зависимости от критериев, которые отсутствуют? Ведь если структура и организационно-правовые формы ничем объективно не обусловлены, отсутствует и смысл в соответствующих искусственных юридических конструкциях. Уж если говорить об отсутствии необходимых критериев, то более последовательным представляется взгляд, согласно которому деление юридических лиц на коммерческие и некоммерческие в гражданском праве лишено практического смысла и было бы полезно разве что в налоговых отношениях. Как указывал В. А. Рахмилович, " последовательно провести разделение юридических лиц как субъектов гражданского права на коммерческие и некоммерческие не удается. Подобное разграничение, надо полагать, является скорее предметом налогового законодательства" <1>.

<1> См.: Гражданское право России. Общая часть: Курс лекций / Отв. ред. О.Н. Садиков. М.: Юристъ, 2001. С. 148.

Сохранение сложившегося положения вещей обычно пытаются оправдать тем, что в тяжелых условиях рыночной экономики некоммерческая организация не выживет, если не будет заниматься коммерческой деятельностью.

Так, например, К.П. Беляев, признавая, с одной стороны, что "осуществление предпринимательской деятельности в принципе расходится с природой некоммерческой организации", вместе с тем считает, что занятие такой деятельностью является вынужденной необходимостью, "поскольку в современных условиях, пожалуй, ни одно юридическое лицо, имеющее самые благие цели, не сможет долгое время существовать только на взносы учредителей и пожертвования" <1>.

<1> Беляев К.П. Указ. соч. С. 46.

По мнению Ю.О. Вербицкой, "нет ничего плохого в том, что некоммерческая организация вправе заниматься предпринимательской деятельностью, поскольку нередко осуществление именно этой деятельности помогает реализации общественно полезной цели, заложенной при создании данной организации" <1>. Той же позиции придерживается Н. В. Козлова <2>.

<1> Вербицкая Ю. О. Указ. соч. С. 16.

<2> "Представляется, - пишет она, - что в условиях рыночной экономики некоммерческие организации нельзя лишать возможности совершать необходимые хозяйственные операции, а в установленных законом пределах самим зарабатывать средства и распоряжаться ими, поскольку в противном случае они не смогут полноценно осуществлять свою основную деятельность" (см.: Козлова Н.В. Правосубъектность юридического лица. М.: Статут, 2005. С. 47).

Однако подобные суждения безобидны лишь на первый взгляд. Плохое видится как раз в том, что некоммерческая организация, не являясь профессиональным предпринимателем, берется за осуществление предпринимательской деятельности, тем самым входит в коммерческий оборот, не имея зачастую ни соответствующих деловых навыков, ни квалифицированного персонала, ни имущества в объеме, достаточном для ведения этой деятельности и гарантирующем возможные претензии кредиторов. Ущерб от такого предпринимательства может быть нанесен как самой некоммерческой организации, так и ее кредиторам. К чему приводят подобные попытки, можно видеть на примере государственных учреждений социальной сферы, образования, науки и культуры, которые пытаются использовать рыночные механизмы и зарабатывать деньги за счет оказания платных услуг, сдачи в аренду имущества и т. д. При этом администрация таких учреждений, как правило, не способна эффективно вести ни предпринимательскую, ни основную деятельность учреждения, тщетно распыляя свои усилия между первой и второй.

Не случайно законодательство зарубежных стран в основном исходит из того, что некоммерческие организации по общему правилу вообще не должны осуществлять предпринимательскую деятельность. Например, в США распространены так называемые бесприбыльные корпорации, которые используются в благотворительных, культурных, образовательных, спортивных и тому подобных целях. Как отмечается в литературе, основной их отличительной чертой является полный запрет на получение участниками личной материальной выгоды. При этом некоторые бесприбыльные корпорации вообще не имеют права заниматься хозяйственной деятельностью (например, частные фонды), другие (например, религиозные фонды) могут вести различные виды деятельности, но доход должен направляться строго на определенные цели <1>.

<1> См.: Кочетков Г.Б., Супян В.Б. Корпорация: американская модель. СПб.: Питер, 2005. С. 123 и след.

В Германском гражданском уложении (§ 21) предусматривается деление всех объединений на коммерческие и некоммерческие. При этом под некоммерческим понимается объединение, не преследующее цели осуществлять предпринимательскую деятельность. То есть некоммерческое объединение не может среди своих целей ставить осуществление какой-либо предпринимательской деятельности (ни как основной, ни как вспомогательной цели деятельности) <1>.

<1> Гражданское уложение Германии. М.: Волтерс Клувер, 2004. С. 2.

Также следует учитывать, что гражданско-правовые отношения с участием предпринимателей регулируются системой специальных норм, учитывающих особый характер предпринимательской деятельности <1>. Применение этих норм к некоммерческим организациям, занимающимся предпринимательской деятельностью, вызывает большие сложности, а иногда просто невозможно.

<1> Напомним, что в соответствии с абз. 3 ч. 1 ст. 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Во-первых, особому регулированию подлежат отношения, по своей природе являющиеся предпринимательскими. Для таких отношений предусматривается возможность одностороннего отказа от исполнения обязательств в случаях, установленных договором (ст. 310 ГК РФ), ограничивается возможность досрочного исполнения обязательств (ст. 315 ГК РФ), обязательства нескольких должников предполагаются солидарными (ч. 2 ст. 322 ГК РФ), ответственность предпринимателей не зависит от их вины (ч. 3 ст. 401 ГК РФ) и т.д. Каждый раз, когда возникает вопрос о применении этих и иных аналогичных правил к обязательствам некоммерческих организаций, возникающим в связи с осуществлением ими предпринимательской деятельности, возникает правовая неопределенность. Многие некоммерческие организации пытаются игнорировать эти правила, ссылаясь на то, что они занимаются не предпринимательской, а "иной приносящей доход" деятельностью. Однако провести какую-либо четкую юридическую границу между этими понятиями в гражданско- правовом смысле невозможно <1>. В результате очень часто предпринимательские по своей природе отношения некоммерческих организаций необоснованно "выпадают" из сферы правового регулирования соответствующих специальных норм, отчего страдают контрагенты таких " непредпринимателей" и гражданский оборот в целом.

<1> Разница между терминами "доход" и "прибыль" может иметь значение разве что в налоговых отношениях, где под доходом понимаются все имущественные поступления налогоплательщика, а под прибылью - эти же поступления, уменьшенные на величину производимых для их получения расходов. Однако в гражданско-правовом смысле самостоятельная осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое извлечение дохода, является в чистом виде предпринимательством.

Во-вторых, законодательством в целях защиты интересов кредиторов установлены особые дополнительные требования к коммерческим организациям. Одна из основных особенностей "внутренних" отношений собственности коммерческих организаций <1> заключается в том, что в составе их имущества всегда условно выделяется некая минимальная часть (уставный или складочный капитал), которая предназначена гарантировать удовлетворение возможных претензий кредиторов. Это делается для защиты интересов кредиторов коммерческих организаций, деятельность которых связана с предпринимательским риском. Законодательство в связи с этим устанавливает к коммерческим организациям массу требований, направленных на наполнение уставного капитала реальным имуществом и на поддержание его в размере, гарантирующем интересы кредиторов <2>.

<1> Другой особенностью является характер имущественных взаимоотношений между участниками и коммерческими организациями (по поводу внесения имущественных взносов, распределения полученной прибыли, выдела имущества при выходе из организации, распределения имущества при ликвидации после расчетов с кредиторами и т. п.).

<2> Концепция развития корпоративного законодательства на период до 2008 года, одобренная Правительством РФ (разд. II Протокола от 18 мая 2006 г. N 16) (см.: Закон. 2006. Сент. С. 9 - 37), предлагает вообще отказаться от уставного капитала, а вместо этого ввести требования к размеру чистых активов. По этому поводу можно спорить, но с точки зрения рассматриваемых вопросов это ничего не меняет: поддержание размеров чистых активов в установленных пределах также направлено на защиту интересов кредиторов юридических лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью.

Понятие "уставный (складочный) капитал" необходимо отличать от понятия "имущество" организации. Уставный (складочный) капитал представляет собой условную величину, складывающуюся из стоимости (т.е. денежной оценки) вкладов участников. Имущество включает все вещи, находящиеся в собственности юридического лица, а также имущество, принадлежащее юридическому лицу на ином праве (например, имущественные права требования, денежные средства на счетах в банках, права аренды, исключительные права на использование объектов интеллектуальной собственности и т.д.). Имущество организации формируется за счет вкладов участников (учредителей), а также за счет иных законных поступлений, в том числе от осуществления предпринимательской деятельности.

При учреждении общества или товарищества все их имущество состоит из уставного (складочного) капитала, который образуется за счет вкладов учредителей. В этом смысле как раз и говорят о том, что уставный (складочный) капитал является стартовым. Однако в дальнейшем происходит как бы отрыв уставного капитала от имущественного содержания и все его существование проявляется лишь в записях по балансу юридического лица, в пассиве которого и отражена номинальная сумма уставного (складочного) капитала. В момент учреждения организации имущество, вносимое в уставный капитал, отражается методом двойной записи как в активе, так и в пассиве баланса, что наглядно показывает разницу между уставным капиталом (условной величиной) и имуществом как таковым. В момент учреждения стоимость уставного капитала и стоимость "чистых" активов одинаковы. В дальнейшем происходит постоянное изменение стоимости реального имущества (активов) по сравнению с номинальной стоимостью уставного (складочного) капитала, отраженной в пассиве баланса.

Как указывает Н.В. Козлова, "российское законодательство придает формированию уставного капитала юридического лица столь серьезное значение, что в ряде случаев прямо ограничивает правоспособность юридического лица, уставный капитал которого не полностью оплачен учредителями" <1>. Закон устанавливает минимальные размеры уставных (складочных) капиталов коммерческих организаций при их учреждении, а также требует поддержания таких капиталов в размерах не ниже стоимости чистых активов <2> в течение всего периода деятельности организации. Если по окончании второго и каждого последующего финансового года стоимость чистых активов хозяйственного общества окажется меньше уставного капитала, общество обязано объявить об уменьшении своего уставного капитала и зарегистрировать его уменьшение в установленном порядке до величины, не превышающей стоимость его чистых активов. Более того, если стоимость указанных активов становится меньше определенного законом минимального размера уставного капитала, общество подлежит ликвидации <3>.

<1> Козлова Н.В. Указ. соч. С. 281.

<2> То есть активов, свободных от долгов. Стоимость чистых активов определяется путем вычитания из суммы активов суммы его пассивов (обязательств). См., например: Порядок оценки стоимости чистых активов акционерных обществ (утв. Приказом Минфина России от 29 января 2003 г. N 10н, 03-6/пз // Российская газета. 2003. N 51).

<3> См. ч. ч. 3 и 4 ст. 90, ч. 4 ст. 99 ГК РФ.

Для закрытых акционерных обществ и для обществ с ограниченной ответственностью минимальный размер уставного капитала составляет, напомним, не менее 100 МРОТ <1>, установленного законом на дату регистрации общества (или 10000 руб.), для открытых акционерных обществ - не менее 1000 МРОТ (или 100000 руб.).

<1> В соответствии с Федеральным законом от 19 июня 2000 г. N 82-ФЗ "О минимальном размере оплаты труда" исчисляется исходя из базовой суммы, равной 100 руб.

Как видим, законодательство устанавливает массу требований по поддержанию уставного капитала в размере, гарантирующем интересы кредиторов. Предусмотрены различного рода санкции за их несоблюдение <1>. Однако все эти требования относятся только к коммерческим организациям. Некоммерческие организации не обязаны эти требования соблюдать. Видимо, признавая абсурдность такого положения, в отношении такой разновидности некоммерческих организаций, как государственная корпорация, недавно предпринята попытка установить требование по формированию уставного капитала, гарантирующего интересы кредиторов. Как указывается в абз. 4 ч. 1 ст. 7.1 Закона о некоммерческих организациях, в случаях и порядке, которые установлены федеральным законом, предусматривающим создание государственной корпорации, за счет части ее имущества может быть сформирован уставный капитал. При этом уставный капитал определяет минимальный размер имущества государственной корпорации, гарантирующего интересы ее кредиторов <2>. Однако в Законе о Банке развития <3>, в связи с которым принята указанная поправка, нормы об уставном капитале данной государственной корпорации вообще никому и ничего не гарантируют, поскольку ограничиваются лишь требованием формировать уставный капитал в размере, устанавливаемом Правительством РФ (но не менее 70 млрд. руб.), и говорят об имуществе, которое может быть источником пополнения уставного капитала (ст. 18 Закона). Что же будет дальше после формирования уставного капитала при создании данной корпорации, законодателя, похоже, вообще не волнует, поскольку никаких положений, обеспечивающих поддержание чистых активов госкорпорации в размере, соответствующем уставному капиталу, в Законе не содержится <4>.

<1> Подробнее см.: Козлова Н.В. Указ. соч. С. 281 - 285.

<2> См.: статья 3 Федерального закона от 17 мая 2007 г. N 83-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона "О банке развития" // СЗ РФ. 2007. N 22. Ст. 2563.

<3> Федеральный закон от 17 мая 2007 г. N 82-ФЗ "О банке развития" // СЗ РФ. 2007. N 22. Ст. 2562.

<4> Применять же в отношении уставного капитала государственных корпораций по аналогии нормы Законов "Об акционерных обществах" и "Об обществах с ограниченной ответственностью" не только сомнительно, но и практически невозможно, хотя бы потому, что на сегодняшний день отсутствуют какие-либо правила определения "чистых" активов для некоммерческих организаций.

В целом получается, что субъекты предпринимательской деятельности, созданные в форме коммерческих организаций, должны претерпевать все повышенные требования, предъявляемые в связи с осуществлением этой деятельности (в том числе нести ответственность за нарушение обязательств независимо от их вины), соблюдать нормы об уставном капитале и заботиться о гарантиях интересов кредиторов, а такие же субъекты, созданные в форме некоммерческих организаций, от всего этого освобождены. С формально-юридической точки зрения данное положение представляет собой грубое нарушение принципа равенства участников гражданских отношений, закрепленного в ч. 1 ст. 1 ГК РФ. Можно сказать, что вообще ставится под сомнение системная основа действующего Гражданского кодекса, который построен на дифференциации правового положения лиц, участвующих в предпринимательской деятельности, и всех остальных, не являющихся предпринимателями. Не говоря уже о том, что фактически в коммерческий оборот вступают субъекты, не имеющие ни профессиональных ресурсов и опыта для ведения предпринимательской деятельности, ни имущества, гарантирующего интересы кредиторов, что крайне опасно и ведет к непоправимым имущественным и социальным последствиям.

На этом фоне те причины, которые называют в качестве оправдания занятия некоммерческими организациями предпринимательской деятельностью (нехватка средств, невозможность осуществлять цели своей деятельности), на наш взгляд, выглядят малоубедительно. Если некоммерческой организации недостает средств, она может взять их у учредителей (членов), которые и должны финансировать эту организацию для осуществления целей деятельности. Также некоммерческая организация должна иметь право учреждать коммерческие организации, отдавать часть своего имущества в доверительное управление с целью получения дохода и т. п. Однако это не ее дело - восполнять недостатки имущественной базы посредством собственной активной предпринимательской деятельности.

Поэтому необходимо совершенствовать критерии разграничения юридических лиц на коммерческие и некоммерческие, в том числе путем внесения соответствующих законодательных поправок. Данные поправки должны быть направлены на последовательное проведение в законодательстве всех перечисленных критериев разграничения: -

по целям деятельности; -

по видам разрешенной предпринимательской деятельности; -

по праву распределять полученную прибыль между участниками (учредителями) и имущество, остающееся после удовлетворения интересов кредиторов при ликвидации юридического лица; -

по целям разрешенного использования имущества.

Только при таком подходе правовое положение, в том числе отношения собственности коммерческих и некоммерческих организаций, будут иметь юридические отличия, а само деление юридических лиц на эти две категории наполнится правовым содержанием.

При разграничении коммерческих и некоммерческих организаций по целям деятельности не должно допускаться, чтобы некоммерческие организации могли иметь в качестве дополнительной цели деятельности извлечение прибыли, как это установлено сегодня. Некоммерческая организация в принципе не может иметь целью своей деятельности извлечение прибыли - ни в качестве основной, ни в качестве дополнительной.

Сложнее решить вопрос о праве некоммерческих организаций вести предпринимательскую деятельность. В этой связи заслуживают внимание попытки законодателя разграничить предпринимательскую деятельность некоммерческих организаций на активную и пассивную, как это, по сути, сделано в ст. 24 Закона о некоммерческих организациях. Напомним, что по смыслу этой статьи активным предпринимательством (производственной деятельностью, оказанием услуг) некоммерческая организация может заниматься, если продукт этой деятельности соответствует целям создания организации, а пассивной деятельностью (участием в хозяйственных обществах, сдачей имущества в аренду) можно заниматься независимо от этого.

На наш взгляд, конструкция соответствия разрешенной предпринимательской деятельности целям создания организации (ст. 50 ГК РФ) или соответствия продуктов этой деятельности таким целям (ст. 24 Закона о некоммерческих организациях) юридически ущербна. Так как никаких четко установленных критериев такого соответствия нет и быть не может, на практике это соответствие всегда будет устанавливаться произвольно, поэтому данную конструкцию следует исключить из законодательства. А вот идея о закрытом перечне разрешенной предпринимательской деятельности, которая выражена в ст. 24 Закона о некоммерческих организациях и в Законе о целевом капитале, заслуживает самого пристального внимания. При этом можно продуктивно использовать идею о делении предпринимательской деятельности на активную и пассивную.

По общему правилу некоммерческим организациям должно быть строго запрещено заниматься активным предпринимательством. К активной предпринимательской деятельности всех некоммерческих организаций должно применяться правило, которое сегодня действует в отношении ассоциаций коммерческих организаций: если некоммерческая организация начинает вести активную предпринимательскую деятельность (производство товаров, выполнение работ, оказание услуг), то она обязана преобразоваться в хозяйственное общество или товарищество или создать для осуществления такой деятельности хозяйственное общество или участвовать в нем (абз. 2 ч. 1 ст. 121 ГК РФ).

Некоторые исключения могли бы оставаться в федеральных законах, посвященных отдельным видам некоммерческих организаций <1>. Однако эти исключения должны исчерпывающим образом определять предмет разрешенной активной предпринимательской деятельности, а также сопровождаться установлением дополнительных требований к таким некоммерческим организациям, в частности формировать уставный капитал и поддерживать его в необходимом размере, нести безвиновную ответственность по обязательствам, вытекающим из соответствующей предпринимательской деятельности, и т. п. В то же время если быть до конца последовательным, то для таких организаций в части разрешенной им активной предпринимательской деятельности должны быть сняты ограничения на вступление в отношения, участниками которых могут быть только предприниматели (например, должно быть разрешено вступать в договор простого товарищества с целью извлечения прибыли в качестве участника, ведущего общие дела товарищества, и т.п.).

<1> Например, законодательство об образовании предоставляло бы некоммерческим образовательным организациям право оказывать платные образовательные услуги, законодательство об охране здоровья предоставляло бы некоммерческим организациям здравоохранения оказывать платные медицинские услуги и т. д.

Что касается пассивных видов предпринимательства, то имеет смысл в отношении всех некоммерческих организаций разработать исчерпывающий перечень видов пассивной предпринимательской деятельности, которыми им разрешено заниматься, и закрепить этот перечень в законе. Представляется, что всем некоммерческим организациям должно быть разрешено сдавать имущество в аренду, отдавать имущество в доверительное управление, покупать и продавать акции, выпускать облигации, участвовать в хозяйственных обществах и получать дивиденды от их деятельности, получать процентные доходы от собственного имущества (например, от денежных средств, размещенных на банковских депозитах), создавать результаты интеллектуальной деятельности и получать вознаграждение за их использование третьими лицами и т. п.

Некоммерческим организациям должно быть разрешено заниматься инвестиционной деятельностью, если ее понимать как деятельность, направленную на вложение в предпринимательскую деятельность других лиц собственных средств с целью получения дохода. Особенностью инвестиционной деятельности в таком понимании является то, что инвестор никакой активной деятельности не ведет, а все усилия по получению дохода осуществляются профессиональными субъектами предпринимательской деятельности или "организаторами инвестирования" <1>.

<1> См., например: Майфат А.В. Гражданско-правовые конструкции инвестирования. М.: Волтерс Клувер, 2006. С. 11 - 13.

Запрет распределять прибыль между участниками (учредителями) некоммерческих организаций также должен быть более последовательно закреплен в законодательстве. В целях недопущения злоупотреблений для всех некоммерческих организаций необходимо установить норму, аналогичную ч. 3 ст. 3 Закона о целевом капитале, которая ограничивает размер административно-управленческих расходов некоммерческой организации (в том числе на выплату заработной платы, оплату расходных материалов и т. п.). Основной доход некоммерческой организации должен направляться на цели, ради которых организация создана. Очевидно также, что разрешение распределять доход между участниками некоторых некоммерческих организаций (например, для потребительских кооперативов) должно быть отменено.

Наконец, необходимо в отношении всех некоммерческих организаций установить принцип целевого использования имущества, который в настоящее время закреплен в ч. 4 ст. 213 ГК РФ лишь для общественных и религиозных организаций, благотворительных и иных фондов. При этом закон должен разрешать использовать имущество не для целей, установленных учредительными документами (поскольку это ведет к произвольному установлению соответствующих целей), а для целей создания организации (некоммерческих целей деятельности), а также для ведения разрешенной законом предпринимательской деятельности, перечень видов которой также устанавливается законом.

Представляется, что в случае реализации этих положений исчезнут предпосылки для законодательного конструирования бесчисленного множества новых организационно- правовых форм <1> некоммерческих организаций. При этом можно будет с полным основанием отменить последнюю из называвшихся выше особенностей некоммерческих организаций - возможность устанавливать организационно-правовые формы в других федеральных законах, помимо ГК РФ <2>. Только при последовательном реформировании законодательства о некоммерческих организациях в указанных направлениях можно будет говорить о юридически значимых особенностях права собственности некоммерческих организаций.

<1> Интересно, что само понятие организационно-правовой формы, по сути, определяется через ту или иную модификацию отношений собственности юридического лица, как "внешних", так и "внутренних". Например, согласно Общероссийскому классификатору организационно-правовых форм ОК 028-99 (утв. Постановлением Госстандарта России от 30 марта 1997 г. N 97 // ИПК "Издательство стандартов", 1999) под организационно-правовой формой понимается способ закрепления и использования имущества хозяйствующим субъектом и вытекающие из этого его правовое положение и цели предпринимательской деятельности. В.А. Белов указывает, что "организационно- правовая форма юридического лица определяет особый правовой режим (а) организации деятельности юридического лица, т. е. соотношения прав юридического лица и его участников на имущество, обособленное за юридическим лицом, и порядка управления этим имуществом, (б) извлечения и распределения прибыли и (в) распределения убытков между участниками данной деятельности, осуществляемой за счет всего или части принадлежащего им имущества" (См.: Белов В.А., Пестерева Е.В. Хозяйственные общества. М.: АО "Центр ЮрИнфоР", 2002. С. 3 - 4).

<2> В плане мероприятий по реализации Концепции развития корпоративного законодательства на период до 2008 года, одобренной Правительством РФ, во II квартале 2008 г. предусмотрена разработка концепций и законопроектов, направленных на "совершенствование регулирования некоммерческих организаций в части упорядочивания и закрепления исчерпывающего перечня организационно-правовых форм некоммерческих организаций".

<< | >>
Источник: В.Н. ЛИТОВКИН, Е.А. СУХАНОВ, В.В. ЧУБАРОВ. ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ: АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ / М.: Статут. - 731 стр.. 2008

Еще по теме ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ НЕКОММЕРЧЕСКИХ ОРГАНИЗАЦИЙ:

  1. Статья 50. Коммерческие и некоммерческие организации
  2. § 5. Некоммерческие организации Статья 116. Потребительский кооператив Комментарий к
  3. В соответствии с ГК РФ (ст.50) все юридические различают лица на "коммерческие" и "некоммерческие" организаци
  4. ПРОЦЕСС УПРАВЛЕНИЯ В КАРЕЛИИ: ПРИВНЕСЕНИЕ НОВЫХ МЕТОДОВ НЕКОММЕРЧЕСКИМИ ОРГАНИЗАЦИЯМИ А. А. Демидов
  5. Право собственности
  6. 10.1. Право собственности
  7. Священник Даниил Сысоев. Ислам. Православный взгляд / Священник Даниил Сысоев — М.: Автономная некоммерческая организация «Духовное наследие».— 96 с., 2011
  8. Раздел IV. ПРАВО ОБЩЕЙ СОБСТВЕННОСТИ
  9. Вопрос 47. Право собственности граждан 1.
  10. ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ И ПРОБЛЕМЫ ВЛАДЕНИЯ
  11. Право интеллектуальной собственности на коммерческое наименование
  12. Вопрос 59. Право государственной и муниципальной собственности
  13. Раздел II. ПРАВО СОБСТВЕННОСТИ И ДРУГИЕ ВЕЩНЫЕ ПРАВА
  14. Право интеллектуальной собственности на географическое указание