<<
>>

XXI. СНОВА О МОЕЙ ЗАВИСИМОСТИ

Это вечное бытие, эта всеобщая причина, дает мне мои идеи, ибо ведь не объекты же мне их дают. Грубая материя не может посылать мысли в мой мозг; мои мысли не идут от меня, ибо они возникают вопреки мне и часто таким же образом исчезают.
Достаточно хорошо известно, что нет никакого подобия, никакого взаимоотношения между объектами, с одной стороны, и нашими идеями и ощущениями — с другой. Несомненно, было нечто возвышенное в этом Мальбранше, осмелившемся утверждать, будто мы усматриваем всё в самом боге; но разве не было ничего возвышенного у стоиков, думавших, будто в нас действует именно бог и мы несем на себе отблеск его субстанции? И где же реальность среди этих грез Мальбранша и стоиков? Я снова впадаю (раздел II) в неведение, являющееся уделом моей природы, и я преклоняюсь пред богом — помогающим мне мыслить,— не зная при этом, каким я образом мыслю. XXII. НОВЫЙ ВОПРОС

Убежденный малым своим разумением в том, что существует необходимое бытие, вечное, разумное, от которого я получаю свои идеи, не имея при этом возможности разгадать, каким образом и почему я их получаю, я задаю вопрос, что представляет собой это бытие, имеет ли оно форму разумных и активных видов, стоящих выше меня и находящихся на других планетах? Я уже сказал, что ничего об этом не знаю (раздел 1). Тем не менее я не могу отрицать такую возможность, ибо я наблюдаю планеты значительно большего объема, нежели та, где я обитаю, окруженные большим числом спутников, чем Земля. Нет ничего неправдоподобного в том, что они населены интеллектами, весьма превосходящими мой, и обладающими телами более крепкими, ловкими и долговечными. Но поскольку их существование не имеет никакого отношения к моему, я оставляю античным поэтам заботу о схождении Венеры со своего пресловутого третьего неба, а Марса — с пятого; я же должен исследовать лишь активность бытия, необходимого в отношении ко мне самому.

XXIII.

ЕДИНСТВЕННЫЙ ВЕРХОВНЫЙ МАСТЕР

Большая часть людей, наблюдая физическое и моральное зло, распространенное на земном шаре, представляет себе два могущественных существа, из которых одно творит все благо, а другое — все зло. Если бы они существовали, они были бы необходимы, вечны, независимы, они занимали бы все пространство, а следовательно, оба они существовали бы в одном и том же месте и пронизывали бы друг друга; но это нелепо. Истоком идеи двух этих враждебных сил могут быть лишь примеры, поражающие нас здесь, на Земле: мы видим людей кротких и диких, животных полезных и вредных, благородных господ и тиранов. Таким образом, вообразили себе две враждебные силы, господствующие над природой; но это всего лишь вымысел азиатского происхождения. Во всей природе заметно единство замысла; законы движения и тяготения неизменны; немыслимо, чтобы два верховных мастера, полностью противоположных друг другу, следовали одним и тем же законам. На мой взгляд, одно только это опрокидывает систему манихеев и не требуется толстых томов для ее опровержения.

Итак, существует единая, вечная сила, с которой все связано, от которой все зависит, но природа которой для меня непостижима. Святой Фома говорит нам: «Бог — это чистый акт, форма, не имеющая ни рода, ни предиката; он — природа и основание [suppot], он существует существенно, причастно и как имя». Во времена, когда доминиканцы хозяйничали в инквизиции, они могли осудить на сожжение человека, вздумавшего бы отрицать эти великолепные истины; я не стану их отрицать, но я не могу их понять.

Мне говорят, что бог прост; скромно признаюсь, что перестал понимать значение этого слова. Правда, я не стану приписывать богу телесные части, которые я мог бы подвергнуть дроблению; но я не могу постичь, каким образом принцип и господин всего того, что существует в пространстве, не находится в этом самом пространстве. Такая простота, строго говоря, весьма мне напоминает небытие. Мой крайне слабый интеллект лишен достаточно тонкого инструмента, который помог бы ухватить эту простоту.

Мне говорят: математическая точка проста; ио математическая точка реально не существует.

Говорят еще, что проста идея, но я и это перестаю понимать. Я вижу лошадь, получаю идею о ней, но замечаю в ней лишь сочетание качеств. Я вижу цвет и получаю идею цвета; но цвет этот протяжён. Я произношу абстрактные имена: цвет вообще порок, добродетель, истина вообще; но это значит, что я обладаю знанием цветных вещей, вещей, показавшихся мне добродетельными или порочными, истинными или лживыми; я выражаю все это одним словом, но вовсе не получаю ясного понимания простоты; я знаю, что это такое, не более, чем я знаю, что такое бесконечность актуально существующих чисел.

Поскольку я уже убежден в том, что, не зная, что я есть, я не могу понять, что есть мой творец, мое неведение ежесекундно меня удручает, и я утешаюсь настойчивой мыслью, отрицающей значение моего понимания того, существует ли или нет мой мастер в пространстве, коль скоро я не делаю ничего вопреки даро- ванному мне им сознанию. Какую же систему приму я из всех систем божества, изобретенных людьми? Ни одну, кроме тон, что учит его почитать.

<< | >>
Источник: Вольтер. Философские сочинения / Сер. Памятники философской мысли; Изд-во: Наука, Москва; 751 стр.. 1988

Еще по теме XXI. СНОВА О МОЕЙ ЗАВИСИМОСТИ:

  1. О МОЕЙ ФИЛОСОФСКОЙ РАБОТЕ
  2. Е.С. Петренко: "СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ ПОВОРОТ В МОЕЙ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ЖИЗНИ ..."15
  3. Личности души моей...
  4. ИЗ МОЕЙ СОВЕТСКОЙ «КАРТИННОЙ» ГАЛЕРЕИ
  5. О чем же эта глава моей книги?
  6. СНОВА В НОРВЕГИЮ
  7. Э.В. Беляев: «ЕСТЕСТВЕННОНАУЧНЫЕ И СОЦИАЛЬНЫЕ ИНТЕРЕСЫ - ОПРЕДЕЛЯЮЩАЯ чЕрТА МОЕЙ ЛИЧНОСТИ»*
  8. СНОВА В БОЙ!
  9. ПОСМОТРИТЕ СНОВА
  10. Снова о криминологии и девиантологии
  11. И снова Григорий Орлов
  12. Все начинаю снова...
  13. СНОВА ТРЕХЧАСТНОЕ ДЕЛЕНИЕ
  14. 18. ОТСТУПЛЕНИЕ. ', СНОВА О "МАНИПУЛИРОВАНИИ СОЗНАНИЕМ" . -,,
  15. Снова об этапах процесса принятия решений