<<
>>

2.5. Ипостаси языка

Метод, пропагандируемый им на заре формирования его концепции, Вайсгербер именует «решительно коллективистским подходом», а языку, вслед за Маутнером, приписывает «демократический характер», поскольку язык «по распространенности является наиболее всеобщим достоянием, по применению он легче всего приспосабливаем к каждому, независимо от его происхождения., и все же в соответствии с его задачей в сфере общения он наиболее тесно и однозначно связан с традицией» [SW2, 5].

В своей диссертации Вайсгербер уже различает индивидуальную и социальную стороны в языке; в трактовке первой он все еще следует в фарватере младограмматической традиции: «В первом случае речь идет о процессе актуальной речи и индивидуальной основе использования языка (понятие "языкового организма" Пауля)»; зато во втором случае, в сфере социального, Вайсгербера интересует «язык как система, как культурное достояние (Kulturgut), но также и языковое товарищество как носитель этой системы» [SW2, 7].

Акцент на социальной стороне языка позволяет Вайсгерберу уже в начале неогумбольдтианского тезогенеза прийти к разделению всех языковых явлении на три группы: 1)

«актуализованный язык, речь как психический процесс и физическое явление»; 2)

«язык ісак основа индивидуальной речевой деятельности, языковой организм» (Sprachorganismus); 3)

«язык как объективное социальное образование» [SW2, 36].

Лишь четыре года спустя, перерабатывая этот материал для монографии «Родной язык и формирование духа», он к трем упомянутым ипостасям языка добавляет 4)

«язык как общечеловеческий принцип в смысле характерной для человечества языковой способности» [Вайсгербер 1993, 63]. Эта чеівертая ипостась заслуживает здесь особого внимания.

Языковая способность (Sprachfahigkeit) понимается Вайсгербером как сущностно иное понятие, чем речевая способность (Sprechfahigkeit), а говорение и письмо, в свою очередь, не совпадают с использованием языка [SW19, 121].
Языковая способность привлекает (звуковые) знаки на службу познанию [SW19, 61]. При этом «не может быть никакого сомнения в том, что языковые знаки незаменимы в построении интеллектуального познания, что языковая способность вместе с использованием языковых знаков создает основу связанного с языком способа познания. — Мы можем пойти еще дальше: всеобщие понятия связаны с языковыми знаками не только в момент их возникновения, но в процессе их существования» [SW19, 62]. По этой причине «владение языковыми знаками и владение понятиями суть две стороны одного и того же явления, и та же языковая способность, которая позволяет использовать языковые знаки, является также и основой связанного со знаками формирования понятий» [SW19, 62]. Поэтому Вайсгербер утвердительно отвечает на вопрос, является ли языковая способность основой и носительницей понятийного познания и дискурсивного мышления [SW19, 62].

Языковая способность человека — это форма его интеллектуального познания, т. е. путь, которым он осваивает мир и его явления, охватывает в собственном смысле слова [SW19, 66-67], «способность посредством символов, чувственных знаков высвобождаться от привязанности к сиюминутно происходящему, все в большей степени интеллектуально овладевать миром» [SW19, 113]; это основа присущего человеку своеобразного способа познания, языкового познания [SW47, 40]. Задействуя эту способность, человек не предоставлен сам себе, не формирует себе собственный язык, а изучает родной язык, который, «в сущности, есть картина мира его языкового сообщества, сформированная судьбами и трудами этого народа в течение тысячелетий», поэтому «изучение языка есть в первую очередь усвоение картины мира родного языка, врастание в духовный мир языкового сообщества» [SW19, 113]. Таким образом, языковая способность есть лишь гносеологический потенциал человечества, возможность, предоставляемая каждому в отдельности человеку в области постижения бытия, которой каждый пользуется, естественно, по-разному16.

<< | >>
Источник: Радченко Олег Анатольевич. Язык как миросозидание: Лингвофилософская концепция неогумбольдтианства. Изд. 2-е, испр. и доп. — М.: Едиториал УРСС,. — 312 с. (История лингвофилософской мысли.). 2005

Еще по теме 2.5. Ипостаси языка:

  1. В ПРАВЕДНИЧЕСКОЙ ИПОСТАСИ
  2. Ответ на то: нет ли естества, лишенного ипостаси
  3. 2.10.6 Энергия сущности и идиома ипостаси
  4. 3.2.6 Природа «на должности» ипостаси
  5. 4.1.2 Природа внутри ипостаси: «тропос существования»
  6. 2.10.5 Проблема «порядка» ипостасей в Святой Троице
  7. 3.1.2 Главный тезис монофелитства: энергия принадлежит ипостаси
  8. О единой Бога Слова сложной Ипостаси
  9. ПОСЛЕСЛОВИЕ ПОВЕСТЬ О ПРИРОДЕ И ИПОСТАСИ
  10. О различии трех Ипостасей; и о деле, и разуме, и мысли
  11. Колшанский Геннадий Владимирович. Логика и структура языка., 2012
  12. Вопросы ПЕРВОНАЧАЛЬНОГО ПРЕПОДАВАНИЯРУССКОГО ЯЗЫКА 
  13. 2. Поиски ЯЗЫКА.
  14. 2.4. Действенность родного языка
  15. ОСНОВЫ ДЛЯ СОЗДАНИЯ ОБЩЕГО ЯЗЫКА
  16. Манипулятивные возможности языка
  17. 2.9. Возможности языка (sprachliche Leistimg)
  18. 2.26. Внутренняя форма языка
  19. ОСОБОЕ МЕСТО ЯЗЫКА