<<
>>

Глава 4 СОПОСТАВИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ МОДЕЛЕЙ И ТИПОВ ВОСПИТАНИЯ

Если внимательно проанализировать сущность концептуальных образовательных моделей (социоцентрической, натурцентрической, теоцентрической и антропоцентрической), то несомненными окажутся их основные характерологические признаки, к которым можно отнести цели образования (в форме инварианта, зависящего от социальных образовательных нормативов как в социоцентрической или теоцентрической моделях; либо в форме инварианта с добавлением вариативной части как в натурцентрической модели; либо одной вариативной части, выражающейся в индивидуальной самоценности каждого индивида в антропоцентрической модели), исходные посылки (в виде предположения о наличии или отсутствии природных задатков, с которыми ребенок появляется на свет), а также наличие принципиальной стратегии продвижения ребенка в развитии (единой, общей или разной, дифференцированной в зависимости от принадлежности к определенному типу личности или от индивидуальных, уникальных особенностей отдельного индивида).

Выделенные характерологические особенности концептуальных образовательных моделей напрямую не связаны, по крайней мере, в своей принципиальной основе, с характерологическими особенностями типов воспитательно-образовательных систем (авторитарно-подавляющего, авторитарно-развивающего, ненасильственного и свободного), к которым в первую очередь относятся механизм педагогических воздействий, условия перевода учащихся с одной "ступени" развития на другую, из "зоны актуального развития" - в "зону ближайшего развития". То есть мы не можем констатировать жесткой зависимости концептуальных образовательных моделей и типов воспитания друг от друга в одномерном пространстве. Однако двухмерное пространство позволяет выявить плоскости пересечения моделей и типов воспитания, что в свою очередь позволит выстроить матрицу их зависимости друг от друга, иными словами, определить взаимосвязь между целями, исходными посылками и принципиальной стратегией образования, с одной стороны, и механизмом его реализации - с другой.

Сопоставление между собой моделей педагогической деятельности (теоцентрической, социоцентрической, натурцентрической и антропоцентрической) и типов воспитательно-образовательных систем (авторитарно-подавляющего, авторитарно-развивающего, ненасильственного и свободного) в сравнительной двухмерной матрице не только позволит спрогнозировать характер стратегических изменений в области образования, но и может оказаться полезным в практическом плане как учителям, так и руководителям образовательных учреждений, которые смогут заранее и гораздо более оперативно и продуктивно оценивать исследовательские замыслы, прогнозировать эффективность их внедрения в практику. Именно поэтому сопоставительный анализ носит характер практически ориентированного.

Анализ литературных источников и образовательной практики позволил нам выстроить сравнительную (или полипарадигмальную) матрицу, показывающую возможность совмещения моделей и типов. С помощью такой матрицы можно не только охарактеризовать возможности совмещения и взаимодействия моделей и типов воспитательных систем, но и "загрузить" клеточки матрицы определенными технологиями.

Для более детального сопоставительного анализа концептуальных образовательных моделей рассмотрим поочередно графы представленной матрицы, начиная с вертикальных столбцов.

Полипарадигмальная матрица

Тип воспитания Образовательные модели
Теоцент-рическая Социоцент-рическая Натурцент-рическая Антропоцент-рическая
Авторитарно-подавляющий + + +
Аторитарно-развивающий + + +
Ненасильственный + + +
Свободный +

Теоцентрическая образовательная модель может быть реализована посредством трех механизмов воспитательного воздействия: авторитарно-подавляющего, авторитарно-развивающего, ненасильственного.

Авторитарно-подавляющий механизм воспитательного воздействия практиковался на протяжении многих веков, особенно во времена господства религии на государственно-идеологическом уровне. Основными средствами воспитания при этом механизме выступали покаяние, молитва, пост, заучивание религиозных текстов и другие, построенные на страхе или угрозе наказания и расплаты за неправильное, "греховное" поведение или действие. Под эту модель и этот механизм подводилась вся система работы со всеми без исключения детьми. Эффективность ее была достаточно велика. Однако высока оставалась и вероятность того, что "вдалбливаемые" догмы и постулаты не станут внутренним убеждением и внутренним побудительным мотивом всех без исключения детей, проходящих через эту систему. Именно об этом писал в свое время В.В. Зеньковский. Поэтому, а также в связи с ослаблением влияния религии на государство, изменением общественного отношения к религии требовался поиск новых способов и подходов к религиозному воспитанию и образованию. Новые веяния времени сделали необходимым применение в теоцентрической образовательной модели авторитарно-развивающих методов и технологий обучения и воспитания, построенных на объяснении, доказательстве, логике, иллюстрациях. Внедрение механизмов авторитарно-развивающего воздействия потребовало отказаться в религиозном воспитании от муштры, тупого заучивания непонятных текстов, слепого повиновения старшим, свойственных авторитарно-подавляющему механизму. Основной упор в воспитании, построенном на авторитарно-развивающем механизме, делается на понимание детьми сути религиозного учения, на осознанном, действенном принятии религии в качестве смыслообразующей основы жизни. Однако это возможно лишь в случае длительной работы с детьми, изначально не испытывающими потребности в религиозном образовании и воспитании.

Перемены, связанные с отделением церкви от государства и образования, закрепленные законодательными актами, приводят к тому, что религиозное образование перестает восприниматься на уровне должного, следовательно, необходимо искать новые механизмы воздействия на взрослых и детей с целью привлечения их к религиозным идеям.

Такими новыми механизмами могут быть только механизмы ненасильственного воздействия, при которых у "объектов" воздействия появляется позиция, вербализованно выраженная как "я хочу", основанная на интересе, стремлении, желании включиться в неизведанную доселе область. Причем средства, методы и формы воздействия, приводящие к желаемым результатам, могут быть различными в зависимости от особенностей объектов воздействия. Одних людей религия привлекает к себе красочной символикой и атрибутикой, торжественными ритуалами, обрядами, т.е. самой атмосферой религиозного действа; других - своим мистицизмом, чудесами и тайнами, своей иррациональностью; третьих - возможностью приобщиться к коллективному действию и коллективному разуму, направляемому великой сверхидеей (особенно это касается людей, испытывающих по разным причинам чувство одиночества, изолированность, покинутость, страх); четвертые ищут в религии возможности душевного контакта, душевного диалога с "богопосредником"; пятых привлекают возможности духовного роста и т.д. и т.п. В любом случае ненасильственного религиозного воздействия учитывается психология той или иной категории людей, того или иного человека. Направленное воздействие должно попасть в зону ближайшего развития личности и создавать новые, более сильные потребности, мотивацию для закрепления и углубления воздействия и появления возможностей применения новых воздействий.

Единственный механизм воздействия, не применяемый в рамках теоцентрической образовательной модели, - свободное воспитание. Связано это с принципиальной невозможностью совмещения этой модели и этого механизма, поскольку в рамках свободного воспитания взрослый не имеет права направлять развитие ребенка в определенное русло, навязывать ему это. А в теоцентризме такое "русло" (русло какой-либо религиозной доктрины или учения) является принципиально главенствующим. Ребенок, поставленный в условия действия механизма свободного развития, возможно, и сам выйдет на вопросы и проблемы, связанные с верой в трансцедентальный Абсолют, однако эту возможность нельзя заранее спрогнозировать, а тем более запрограммировать.

Именно поэтому теоцентрическая модель несовместима с механизмом свободного воспитания, именно поэтому в сравнительной матрице в месте их пересечения поставлен знак "-".

Следующий вертикальный столбец в сравнительной матрице дает возможность сопоставления различных механизмов воспитательного воздействия с социоцентрической образовательной моделью. Как и предыдущая, теоцентрическая, социоцентрическая образовательная модель может быть реализована посредством трех механизмов воспитательного воздействия: авторитарно-подавляющего, авторитарно-развивающего, ненасильственного.

Социоцентрическая модель, реализуемая в рамках механизма авторитарно-подавляющего воздействия, отрабатывалась на протяжении многих веков. Муштра, зубрежка, догматический характер обучения, жесткая, не допускающая вариаций логика изложения материала, не предусматривающая наличия специальных приемов попадания в зону ближайшего развития личности, отсутствие условий, обеспечивающих психологический комфорт как для учителей, так и для учащихся, суровая система штрафов и наказаний за невыполнение указаний взрослых, система коллективного "давления" на индивида и прочее - наиболее характерные черты, присущие социоцентрической модели при этом механизме педагогического воздействия. И хотя очевиден их "несовременный" характер, тем не менее, нельзя пока считать, что он полностью отошел в прошлое и заменен в современном образовательном процессе на новые формы, методы, приемы, технологии обучения и воспитания. К используемым и сегодня средствам, имеющим атрибутику авторитарно-подавляющего воздействия социоцентрической модели, относятся, на наш взгляд: обучение с помощью традиционных учебников (традиционная самостоятельная работа); классическая классно-урочная система, представляющая собой комбинацию лекционного способа изложения и самостоятельной работы с книгой (дидахог-рафия); современное традиционное обучение, использующее дидахографию в сочетании с техническими средствами и некоторые другие.

Таким образом, в графу пересечения социоцентрической образовательной модели с авторитарно-подавляющим типом воздействия мы в нашей матрице можем поместить методы, формы, технологии обучения и воспитания, носящие характер догматический, репродуктивный, объяснительно-иллюстративный с традиционной системой контроля и балльной отметкой.

Довольно интенсивно развивалась в течение последнего столетия социоцентрическая модель в рамках авторитарно-развивающего подхода к обучению и воспитанию. Ее основными характерологическими особенностями являются оптимизация и интенсификация образовательного процесса при отсутствии дифференцированного подхода, более гибкая по сравнению с авторитарно-подавляющей социоцентрической образовательной моделью система контроля и оценивания. Методы и технологии, которые мы можем поместить в означенную графу, построены на основе бихевиористской теории научения, теории гештальта, теории поэтапного усвоения умственных действий, когнитивной психологии, теории управления и оптимизации. К ним относятся: в области воспитания - методика формирования коллектива А.С. Макаренко, методика Н.Е. Щурковой; в области обучения - программированное обучение; система оптимизации обучения Ю.К. Бабанского; коллективный способ обучения (КСО) В.К. Дьяченко; адаптивная система обучения (АСО) А.С. Границкой; технология укрупнения дидактических единиц (УДЕ) П.М. Эрдниева; модульно-рейтинговая система обучения; крупноблочное обучение с применением опор В.Ф. Шаталова; опережающее обучение при комментируемом управлении С.Н. Лысенковой и другие, подобные им методики, построенные на четко технологизированной основе управления учебным процессом с промежуточными замерами правильности продвижения детей по заранее определенной траектории.

Одними из наиболее интересных и активно разрабатываемых технологий, методов, систем воспитания и обучения являются те, которые мы можем отнести в графу пересечения социоцентрической образовательной модели и ненасильственного типа воздействия. Эту группу методов, технологий, систем характеризует, в отличие от предшествующей группы, довольно большой объем ресурсных и временных затрат на обучение или воспитание. В случае необходимости допускается варьирование содержания (отраженного в единой программе) в зависимости от ситуации; большая нацеленность на формирование компонентов творческого мышления, эмоционально-мотивационной сферы за счет создания благоприятных, комфортных условий учебно-воспитательного процесса; полное отсутствие отметок или отсутствие отрицательных отметок, хотя все остальные атрибуты социоцентрической образовательной модели (в частности, единая логика продвижения детей в развитии, наличие промежуточных замеров правильности этого развития) остаются такими же, как в предыдущей группе методов, приемов, технологий. Следовательно, в основе социоцентрической образовательной модели, работающей по механизму ненасильственного воспитательного воздействия, также лежит идея управления, но управления не поведением ребенка, не его познавательной деятельностью, а управление мотивацией, потребностями, нравственно-целевыми установками, желаниями и интересами детей, хотя критерии успешности по-прежнему выражены в форме ЗУНов. К этой группе методов, технологий, систем можно отнести: системы развивающего обучения В.В. Давыдова, Д.Б. Эльконина, Л.В. Занкова; проблемное обучение; различного рода "погружения", суггестопедии; вальдорфские и подобные им школы, строящие свою деятельность в соответствии с определенной программой развития, но ненасильственными, гуманистическими способами.

Что же касается механизма свободного воспитания, то его принципиально невозможно реализовать в рамках социоцентрической образовательной модели, поскольку основной тезис социоцентрической модели о наличии единой и универсальной программы развития для всех и возможности со стороны взрослых управлять этим развитием вступает в прямое противоречие с основным постулатом свободного воспитания (программа развития является конечным, а не начальным пунктом развития). Поэтому в графе пересечения социоцентрической образовательной модели и свободного воспитания стоит знак "-".

Как и предыдущие модели, и по тем же причинам натурцентрическая образовательная модель не может работать по механизму свободного воспитания. Она может быть реализована лишь в рамках трех механизмов: авторитарно-подавляющего, авторитарно-развивающего и ненасильственного.

Авторитарно-подавляющий механизм натурцентрической модели сводится к жесткому, принудительному разделению детей на группы, т.е. практически к сегрегации одних и возвышению других, причем на основании исключительно внешних факторов - сословной, национально-расовой или имущественной принадлежности родителей. Авторитарно-развивающий механизм этой модели реализуется посредством продуманной, аргументированной, доказательной системы диагностики и распределения детей по учебным группам в целях построения обучающих систем, в наибольшей степени приближенной к психологическим особенностям восприятия, переработки и хранения информации, характеристикам нервной системы и здоровья. К данной группе воспитательно-образовательных систем можно отнести прежде всего создание специальных школ или классов для детей с ярко выраженными особенностями: особо одаренных (талантливых) в какой-либо области (математической, лингвистической, художественной, спортивной и т.д.); нуждающихся в компенсаторном обучении в связи с устойчивыми или хроническими заболеваниями; имеющими специфические особенности социального поведения и т.п. К числу воспитательно-образовательных систем подобного типа, реализуемых в общеобразовательных школах, можно отнести различные системы уровневой дифференциации, в частности, уровневую дифференциацию В.В. Фирсова на основе обязательных результатов, адаптивную систему обучения Е.А. Ямбурга, системы Ганье, Фланджера; систему, построенную на основе таксономии целей Блу-ма; систему ЛОО, предлагаемую Н.А. Алексеевым; селективно-поточную систему обучения; а также широко используемые в нашей стране системы профильной дифференциации на диагностической основе.

Главное отличие этих систем от систем, принадлежащих к авторитарно-подавляющей натурцентриче-ской модели, состоит, во-первых, в наличии диагностических методов, претендующих на объективность, а во-вторых, в наличии возможности у ребенка - в случае получения им соответствующих учебных результатов - перехода из более "низкой" учебной группы в более "высокую", на что, в конечном итоге, и направлены дифференцированные стратегии образования.

Ненасильственный механизм натурцентрической образовательной модели реализуется за счет того, что детям самим предлагается выбрать наиболее подходящий для них уровень или способ обучения, в их распоряжении также находятся различные способы самостоятельного продвижения по уровням сложности в изучении материала. При этом в системе диагностики значительный акцент делается в сторону самодиагностики. Она позволяет самим детям контролировать свой уровень обученности и в соответствии с ним выбирать уровень обучения. К подобного рода системам можно отнести системы внутрипредметной дифференциации Н.П. Гузика, А.Д. Дайнеко; Г.Д. Глейзера, В.Г. Болтянского; технологии дифференцированного обучения по интересам детей И.Н. Закатова; методику дифференцированного и индивидуального обучения В.Ф. Бовкуна и А.Г. Фомина.

Технология В.Ф. Бовкуна и А.Г. Фомина может быть описана следующим образом: педагог, обращаясь к ученикам, предлагает тем, кто любит математику (или другой предмет) и желает изучать ее углубленно, решать задачи повышенной сложности, рассматривать проблемные вопросы, сесть в первый ряд. Те, кто хорошо учится по данному предмету, но в одинаковой степени интересуется и другими предметами, могут расположиться во втором ряду. Те же, кому трудно, кто по различным причинам отстал и кому требуется помощь, садятся в третьем ряду. Однако следует объяснить детям, что они могут свободно переходить из одной группы в другую, как только почувствуют в этом необходимость. Ученики первой группы большую часть времени работают самостоятельно, получая творческие и проблемные задания. Вторая группа, выполняя самостоятельные задания, работает чаще по образцам, им необходима более детальная проработка материала. С третьей группой учитель должен в основном работать сам: рассказать, опросить, проверить, помочь, показать каждому ребенку абсолютно все [41, с. 6].

Внутриклассная дифференциация Н.П. Гузика, А.Д. Дайнеко предполагает, что при предъявлении нового материала учитель выделяет следующие уровни: ядро, основное, главное содержание знания, теоретическую сущность предмета, опорные сведения. Первый уровень вскрывает самое главное и фундаментальное и в то же время самое простое в каждой теме, предоставляя обязательный минимум, зафиксированный как базовый стандарт; дополнительные сведения, они расширяют материал первого уровня, доказывают, иллюстрируют и конкретизируют основное знание. Этот уровень несколько увеличивает объем сведений, помогает глубже понять основной материал, делает общую картину более цельной; развивающие сведения позволяют существенно углубить материал, дать его логическое обоснование, открыть перспективы для творческого применения.

На уроке учитель излагает материал на втором уровне всему классу, объясняя, выделяя, делая особый акцент на том, что надо усвоить для первого уровня (стандартного минимума). При повторении, закреплении и контроле выбор уровня изучения каждого из предметов предоставляется самому школьнику. Так обеспечивается общий для всех базовый минимум знаний и одновременно открывается простор для развития творческой индивидуальности каждой личности [104, с. 33].

Различия в двух представленных технологиях заключаются в способе предъявления нового материала: в одном случае новый материал излагается учителем на "среднем" уровне, а далее детям предоставлена возможность выбора уровня в проработке материала; в другом дети вольны выбирать: слушать учителя и работать под его руководством либо работать самостоятельно. В любом случае особенности ненасильственного подхода в этой группе технологий проявляются довольно явно. Это и большее, по сравнению с предыдущей группой технологий, количество времени, затрачиваемое учителем, и большие сложности, возникаемые у него в связи с подобной организацией работы, и меньшая предсказуемость и определенность результата, поскольку уровень самооценки ребенка не всегда адекватен его действительным учебным возможностям. Но, с другой стороны, налицо отсутствие внешне принудительных способов деления детей на группы, что является свидетельством реализации прав и свобод ребенка, отсутствия ущемления его прав, создания психологически более комфортной обстановки для учебы.

Основной особенностью натурцентрических образовательных моделей, работающих в механизме авторитарно-развивающего и ненасильственного воспитательного воздействия, является необходимость дополнительного решения вопроса о том, что же составляет конечную цель дифференциации. Это либо нахождение для разных учебных групп наиболее оптимальных способов "доведения" каждого учащегося до стандартного уровня (достижения соответствия индивидуальных траекторий развития стандартным траекториям), т.е. ориентация в большей степени на компенсаторную функцию дифференциации (технологии В.В. Фирсова, Б. Блума); либо "выведение" каждого учащегося на индивидуальную траекторию развития вне зависимости от овладения ими базовых стандартов, то есть ориентация на обогащающую, развивающую функцию дифференциации (технологии НА. Алексеева, И.Н. Закатова). Первая функция натурцентрической модели тяготеет к реализации целей социоцентрической модели, вторая - антропоцентрической. Однако на практике часто пытаются реализовывать обе функции дифференциации одновременно, беря за основу, точку отсчета стандарт как минимально необходимый уровень. Построение же индивидуальных траекторий развития должно происходить всегда выше базового уровня. Это является, на наш взгляд, еще одним поводом для размышления по поводу более разумного обоснования системы стандартов: либо общие стандарты должны быть достаточно низкими для того, чтобы на их основе возможно было своеобразное "надстраивание" индивидуальных траекторий развития; либо общие стандарты должны быть вариативными, предусматривающими возможность наличия "природных отклонений" (как позитивных, так и негативных) у определенных групп детей, задатки, особенности которых выходят за рамки среднестатистических норм развития.

И, наконец, последний вертикальный столбец рассматриваемой матрицы относится к возможности совмещения антропоцентрической образовательной модели с различными механизмами воспитательных воздействий.

На наш взгляд, антропоцентрическая образовательная модель совместима лишь со свободным механизмом воспитательных воздействий, поскольку главной особенностью как антропоцентрической модели, так и свободного воспитания является отсутствие изначально задаваемых программ развития, принципиально иной механизм управления развитием. Управление здесь происходит не посредством планирования внешнего образа действия ребенка, а посредством воздействия на более глубинную потребностно-эмоциональную сферу ребенка, тем самым, выводя его на процесс "самостроительства" собственной личности, самоуправления и самопланирования собственной образовательной деятельности. Именно поэтому мы поставили знак "+" в графе пересечения названной модели и типа воспитательного воздействия, все же остальные графы столбца помечены знаками "-".

Группа систем, теорий, технологий методов обучения и воспитания, относящаяся по своим характеристикам к антропоцентрической образовательной модели и типу воспитания, обозначаемому как "свободное", достаточно подробно была описана в предыдущих частях работы. Здесь мы лишь перечислим наиболее известные и часто применяемые технологии и методы, относящиеся к этой группе: система воспитания Никитиных, методика коллективных творческих дел (КТД) И.П. Иванова, школа диалога культур (ШДК) B.C. Библера, СЮ. Курганова, модель Рензулли, недирективное обучение К. Роджерса, мозговой штурм Осборна, системы Л.Н. Толстого, А. Нейла, Б. Баттельгейма и некоторые другие оригинальные и авторские системы и технологии, направленные на создание условий, обеспечивающих самосозидание личности.

Таким образом, с помощью сравнительной матрицы мы попытались охарактеризовать возможности совмещения и взаимодействия моделей и типов воспитательных систем. Как видно из матрицы, тео-, социо- и натурцентрические модели совместимы с авторитарно-подавляющим, авторитарно-развивающим и ненасильственным воспитанием; антропоцентрическая же модель отвечает требованиям и признакам только свободного воспитания.

Следует отметить, что далеко не все технологии, подходы, теории, системы "вписываются" в какую-то определенную клеточку матрицы. Скажем, система В.А. Сухомлинского, который вынужден был работать в рамках жесткой социоцентрической модели, объединяет в себе элементы практически всех модельно-типологических структур (за исключением структур, относящихся к авторитарно-подавляющему типу педагогических взаимодействий). То же можно сказать и о гуманистической системе Ш.А. Амонашвили. Используя традиционные учебники и учебные программы (социоцентризм), он, по сути дела, и в своих книгах, и в своей практической деятельности выходит на реализацию антропоцентрической образовательной модели.

Эти и подобные факты заставили нас обратиться к анализу реальной педагогической практики, изучению опыта работы учителей, работающих в режиме инноваций и пытающихся комбинировать, совмещать элементы разных технологий, обращающихся к исследованию возможностей полипарадигмальной матрицы в отыскании принципов комбинирования, сочетания элементов разных технологий.

Именно с этой целью нами проведен опрос учителей г. Тюмени и Тюменской области. Всего опрошено 182 учителя. Основная цель опроса, проводившегося с помощью анкет, бесед, интервью, посещения уроков, заключалась в том, чтобы выявить, как идеи полипара-дигмальности, идеи совмещения моделей и типов работают на практике. Выяснилось, что отработанные и опробованные технологии в чистом виде применяет очень малое количество учителей. В основном это учителя, впервые осваивающие системы развивающего обучения. Большая часть учителей использует на уроках элементы разных технологий, комбинируя их, по выражению учителей, "в зависимости от целей урока, содержания и конкретных ситуаций, возникающих на уроках". При этом чаще всего учителя не могли объяснить принципа комбинирования, однако совместный анализ уроков показал, что наиболее часто объединение элементов разных технологий происходит либо в рамках одной группы методов и технологий, относящихся к одному типу воспитательных воздействий или к одной образовательной модели, либо в рамках абсолютно разных по своим характеристикам моделей и типов воспитания. В первом случае наблюдается своего рода усиление наиболее ярких сторон определенной технологии или метода, в другом - компенсация слабых сторон этих же технологий или методов. В качестве примера можно привести объединение модульно-рейтинговой и крупноблочной систем с применением опор подачи материала (учитель истории О.В. Сарпова), проблемного обучения и "погружения" (учитель литературы Л.А. Лейс), системы Блума и крупноблочной системы с применением опор подачи материала (учитель русского языка B.C. Лопарева), системы традиционного и проблемного обучения в начальных классах (учителя О.Н. Ермакова, Н.И. Корякина), системы Фирсова и системы опорного обучения (учитель математики Г.Г. Быковская), системы традиционного обучения и "уроков-воронок" ШДК (учитель литературы И.Ф. Подгол) и т.д.

Более подробно возможности совмещения технологий можно пояснить на примере системы развивающего обучения В.В. Давыдова, Д.Б. Эльконина. Замена индуктивного (традиционного) способа подачи учебного материала на дедуктивный в рассматриваемой системе не выводит ее из рамок социоцентризма, поскольку дедуктивный способ носит характер не просто доминирующего, а определяющего, претендующего на универсальность использования. И если брать в качестве основного тот признак, по которому идет выстраивание логики обучения в соответствии с выявленными закономерностями развития психики, то систему развивающего обучения можно с полным правом отнести к группе систем, объединяющих в себе признаки социоцентрической образовательной модели и авторитарно-развивающего механизма воспитательного воздействия. Однако проблемный способ изучения учебного материала, а также способ оценивания учащихся (путем "плюсования" сегодняшних учебных достижений школьников к их предыдущим успехам) позволяют отнести систему развивающего обучения к группе систем, объединяющих в себе признаки социоцентрической образовательной модели и ненасильственного способа педагогического воздействия. Таким образом, даже на уровне отдельной технологии возможна интеграция разных механизмов педагогического воздействия. К сожалению, практический опыт реализации системы развивающего обучения непосредственно в педагогической практике показывает, что для многих учителей в качестве главенствующего выступает именно логика подачи материала, а не проблемный способ его изложения и тем более не система оценивания. А это в свою очередь приводит к тому, что, по сути, система развивающего обучения реализуется в авторитарно-развивающих, а отнюдь не в ненасильственных рамках. Из опрошенных нами учителей, работающих по системе Эльконина - Давыдова, практически ни один учитель, пользуясь традиционной системой оценивания, не применяет индивидуальную систему оценивания, а примерно 20 % не используют и проблемного обучения. Разумеется, они используют вопросы, но, как показывает анализ, вопросы не всегда носят проблемный характер. Тем самым не создается и проблемная ситуация на уроке.

С другой стороны, так называемая традиционная система обучения в начальных классах, по всем признакам относящаяся к социоцентрической авторитарно-подавляющей модели, на практике реализуется далеко не всегда в рамках именно авторитарно-подавляющего механизма. Индуктивный способ подачи учебного материала вовсе не исключает применения проблемных, игровых, суггестивных методов, индивидуальной системы оценивания (путем прибавления), т.е. на практике и традиционная система обучения может быть реализована в рамках либо авторитарно-развивающего, либо даже в рамках ненасильственного механизма педагогического воздействия. Беседы с учителями начальных классов, работающими по традиционной технологии, посещение их уроков показали, что большинство из них используют на своих уроках и проблемные, и игровые ситуации, относящиеся по своим характеристикам к ненасильственным способам воздействия.

Таким образом, на основании теоретического сопоставительного анализа моделей и типов воспитания, изучения практики, можно прийти к следующим выводам.

Во-первых, в ориентации учителей происходят явные изменения, связанные с постепенной перестройкой "модельной" организации школы из социоцентрической в иные модели и, в первую очередь, в натурцентрическую модельную организацию, предполагающую поиск и построение дифференцированных стратегий обучения в зависимости от особенностей мышления школьников. В то же самое время, очевидно, что потребность в социоцентрической образовательной модели не отпала, она по-прежнему является основной в массовой общеобразовательной школе.

Во-вторых, анализ соотношения моделей и типов дает возможность спрогнозировать расширение сферы действия гуманистических типов воспитания. Можно даже высказать предположение о выходе на новую ступень, новый качественный этап наших представлений о мире, человеке, воспитании. Причем это действительно качественно новый этап, поскольку человек, пройдя длительный путь эволюционного развития, наконец-то начинает понимать, что хотя он и венец природы, он - не властелин ее и не Бог. Природа мстит, блокируя, а иногда и прямо противодействуя желаниям человека самонадеянно переустраивать ее. Приходит новое понимание, новое видение человеком себя и своего места в циклах закономерных связей с природой и миром. Это видение можно назвать экологическим. Специалисты в области экологии выделяют два основных признака, два основополагающих понятия, характеризующих экологический подход к явлениям, это- адаптация и баланс [141, с. 13-15]. Именно адаптация, как гибкое приспособление человека к окружающим условиям жизни, и баланс, как нахождение условий равновесного существования живого организма в среде обитания (имеющий больший, чем только биологический смысл, поскольку включает в себя физический, химический, энергетический, психологический и наконец космический смысл), являются одновременно и понятиями, относимыми к антропоцентрическому миропониманию, мировосприятию, мировоззрению, соответствующему свободному типу воспитания. Следовательно, антропоцентризм в педагогике, а вместе с ним и гуманистические модели воспитания можно рассматривать в качестве новой парадигмы с расширяющейся сферой действия. И хотя, судя по ответам и студентов, и учителей, среди них пока еще мало стойких приверженцев идей антропоцентризма в плане их рефлексированного применения в школе, тем не менее интерес к ним проявляется достаточно сильно. Осторожность же в высказываниях учителей относительно возможности практического применения антропоцентрической модели, по всей вероятности, связана с реальным осознанием того, что переход из социоцентрической авторитарной модели - модели массовой школы советского периода - сразу в русло антропоцентризма не только не даст желаемых результатов, но и может привести к деструктивным последствиям. Очевидно, нужны какие-то промежуточные этапы перехода, связанные и с более широкими экспериментальными исследованиями, и с принципиально иной подготовкой учителей.

В-третьих, идея разделенности, "чистоты" моделей "срабатывает" в чистом виде только на уровне методологии, когда требуется выявление наиболее общих, принципиально отличающихся по целям, исходным посылкам, стратегическим ориентирам концептуальных моделей. На уровне же более низком, уровне технологий наблюдается "расщепление" моделей, совмещение отдельных приемов, методов обучения и воспитания, по своим характерологическим признакам относящихся к разным концептуальным моделям и к разным механизмам педагогического взаимодействия. Тем более такое совмещение, наложение наблюдается в педагогической практике на уровне педагогической техники.

В-четвертых, на основании выделения существенных характерологических признаков моделей педагогической деятельности, их общих черт и отличий, на основании выделения разных механизмов образовательных воздействий, присущих разным типам образовательно-воспитательных систем, можно сделать вывод о том, что их целесообразное и разумное применение требует разумного сочетания приемов и методов педагогического воздействия, относящихся к разным образовательным моделям и разным типологическим структурам. Их эклективное, компилятивное объединение может приводить к вынужденному смешению часто принципиально противоречащих друг другу механизмов их реализации, что в свою очередь может вызвать деструктивные изменения системы в целом. Объединение можно осуществлять лишь на основе реального анализа возможности сочленения механизмов действия отдельных моделей и типологических структур с учетом временных и материальных ресурсов, условий образовательного процесса, характерологических особенностей субъектов образовательного процесса (учителей, учеников, родителей).

Анализ реальной педагогической практики, изучение опыта работы учителей, работающих в режиме инноваций и пытающихся совмещать элементы разных технологий, привели нас к изучению возможностей полипарадигмальной матрицы в процессе отыскания принципов комбинирования, сочетания элементов разных технологий. Элементы технологий, относящихся к разным клеточкам матрицы, могут совмещаться (комбинироваться) в образовательном процессе одномоментно или разделенно (последовательно). Одномоментное совмещение элементов технологий возможно лишь в случае сочетания технологий либо по модельному (целевому, стратегическому) признаку, либо по типологическому (механизму реализации), либо по тому и другому одновременно. В случае, если элементы технологий не сочетаются ни по модельному, ни по типологическому признаку, возможно лишь их последовательное (разделенное) комбинирование. Таким образом, нами были определены четыре основных принципа использования полипарадигмального подхода к образованию: совместительный, компенсаторный, соответствия и уравновешивания.

Согласно совместительному принципу возможно либо сочетание приемов, методов, технологий, относящихся к одной концептуальной модели, имеющих разные, но сходные механизмы воспитательных воздействий, либо сочетание приемов, методов, технологий, относящихся к разным концептуальным моделям, но работающих в рамках одного механизма (типа) воспитательных воздействий. Таким образом, возможно сочетание либо по целевым, принципиально-стратегическим (модельным) признакам, либо по единому механизму воздействия (типологический признак). При этом совместительный принцип может быть реализован как на уровне создания, отработки отдельных технологий, так и на уровне педагогической техники, педагогической практики. Совмещение методов, приемов, относящихся к разным типологическим структурам и разным моделям, позволяет усилить желаемую тенденцию по мультипликационному или синергетическому принципу, способствующему тому, что производимые совмещения приводят к "самонастраиванию" системы, позволяя лучше "высветить" наиболее сильные стороны друг друга (синергизм, гармонизация) либо многократно усилить сильные стороны друг друга (мультипликационный эффект).

Компенсаторный принцип предполагает совмещение, сочетание методов, технологий, относящихся к принципиально разным модельным или типологическим образованиям. Суть компенсаторного принципа заключается в том, что сочетание методов и технологий производится не с целью усиления их действия, а с целью компенсации недостатков, ограничений методов и технологий, вытекающих из особенностей модели или типа воспитательно-образовательных систем, к которым принадлежит применяемый метод или технология. В этом случае их совмещение, сочетание возможно, но не одномоментно, а разделенно. Дополнение в виде компенсации необходимо в практической деятельности как образовательного учреждения в целом, так и отдельного учителя, поскольку отдельная образовательная модель характеризуется не только своими сильными сторонами, сильными возможностями относительно других образовательных моделей, но и ограничениями, "минусами", которые необходимо компенсировать за счет применения других образовательных моделей. Сделать это одномоментно можно лишь в случае сочетаемости моделей по своим принципиальным механизмам. Когда же принципиальное сочетание механизмов невозможно, действует принцип компенсаторного сочетания на основе разделенного взаимодополнения методов и технологий, относящихся к разным образовательным моделям.

Принцип соответствия требует, чтобы стратегические, целевые установки разных уровней (урока, образовательного учреждения, территории, учителя), определяющие основные ориентиры и направленность совершенствования образовательного процесса или деятельности, соответствовали способам их реализации и внедрения, отраженным в модельно-типологических структурах полипарадигмальной матрицы. Реализация принципа соответствия позволит "стянуть в единый узел" разрозненные и разнородные компоненты образовательного процесса, которые зачастую функционируют сами по себе, развиваясь иногда в противоположных направлениях, иногда излишне дублируя друг друга, что в лучшем случае не приводит к созданию гармонично функционирующей системы, способной к конструктивнопозитивному развитию, а в худшем случае будет способствовать нарастанию дисбаланса в системе.

Принцип уравновешивания требует поиска параметров, уравновешивающих целевые установки (на разных уровнях) в своих крайних проявлениях. Он дополняет принцип соответствия по фактору противоположности, альтернативы. Гармонизация образовательной системы или процесса возможна за счет реализации целевых установок, относящихся ко всем модельным структурам. Важно лишь установить приоритетность, доминирование либо аспектность (частичность) реализации каждой из них.

<< | >>
Источник: И.Г. Фомичева. ФИЛОСОФИЯ ОБРАЗОВАНИЯ Некоторые подходы к проблеме. 2004

Еще по теме Глава 4 СОПОСТАВИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ МОДЕЛЕЙ И ТИПОВ ВОСПИТАНИЯ:

  1. Анализ парадоксов. Идея логических типов.
  2. Ландшафтное дешифрирование топографической карты, анализ типов и форм рельефа1
  3. Модель дистанционно-консультативной поддержки инновационной образовательной сети «Эврика» А.А. БАБЕТОВ, М.В. КАЛУЖСКАЯ
  4. Образовательная программа курса «Телекоммуникационная деятельность в образовательном учреждении» Под редакцией И.Е. ВАСИЛЬЕВО
  5. ЧАСТЬ 2. АНАЛИЗ МОДЕЛИ ЗАДАЧИ
  6. Случаи перехода, не подлежащие анализу с помощью модели игры
  7. Глава VI. ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ СТОРОНА РАЗНЫХ ТИПОВ ПОНИМАНИЯ
  8. Глава IV ПРАВИЛА, ОТНОСЯЩИЕСЯ К ПОСТРОЕНИЮ СОЦИАЛЬНЫХ ТИПОВ
  9. Глава 8 ЛИЧНОСТНО ОРИЕНТИРОВАННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ РЕАЛИЗАЦИИ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ ПРОГРАММ
  10. Глава IX Образовательный процесс как развитие способностей
  11. Глава XIII Общественная сторона образовательного процесса
  12. Глава XI Нравственно-эстетический элемент в образовательном процессе
  13. Глава VII Образовательный процесс с общепсихологической точки зрения
  14. ГЛАВА 4 ГЛАВА 4. ПСИХОЛОГИЯ СЕМЕЙНОГО ВОСПИТАНИЯ
  15. Глава VIII Образовательный процесс как выражение внутренней самодеятельности человеческого организма
  16. Глава X Об отношении формальной и материальной сторон образования и о разносторонности образовательного процесса