<<
>>

2.2.5 Наука как социальные институт

Развернутая характеристика науки как особого социального института позволяет существенно расширить наше представление о ней и зафиксировать ее место и роль Е системе общественного разделения труда.
Такої ракурс исследования науки дает возможность охарактеризовать ее как совокупность организаци" и учреждениі , функционирующих в соответствии с особыми правилами и императивами; как систему отношениг и ролевых функции, возникающих в научных сообществах на различных стадиях исследовательского процесса; в форме фиксации и обоснования ее социального статуса, реализующегося в разнообразных взаимосвязях с конкретно-историческим типом общества; посредством анализа основных форм и методов профессиональное коммуникации в науке.

Процесс институализации науки начинается в XVII столетии в Западной Европе, когда возникают первые академические учреждения. В 1660 году организуется Лондонское королевское общество, в 1666 году — Парижская академия наук, в 1774 году — Петербургская академия наук и т.д. Затем начинают формироваться различные профессиональные ассоциации и объединения ученых, коммуникация и деятельность в которых определялись, в первую очередь, нормами и правилами научного поиска. К ним можно отнести «Французскую консерваторию (хранилище) технических искусств и ремесел» (1795), «Собрание немецких естествоиспытателе !» (1822), «Британскую ассоциацию соде іствия прогрессу» (1831) и др. ак возникает особый тип сообщества («Республика ученых»), утверждающие новые формы коммуникации как внутри 3Tcv профессиональной корпорации, гак и на внешнем уровне в процессе взаимодействия с различными социальными институтами. Институциональная интерпретация науки впервые обосновывается в рамках социологии науки как одно? из важнейших форм ее дисциплинарного исследования. Формирование социологии науки происходит в 30-е годы XX столетия и обычно связывается с деятельностью таких ученых, как Дж.

Бернал, П. Сорокин, Т. Г арсонс и в особенности Р. Мертон. Отметим, что конституи- рование социологии науки как специфической формы дисциплинарно организованного знания опиралось на значительную традицию социально-философ- с.ких исследований науки и научного познания, которая была представлена в трудах Э. Дюркгейма, К- Маркса, М. Вебера, М. Шелера, К. Мангейма, других философов и социологов. И все же безусловный приоритет в разработке и обосновании социологии науки как относительно самостоятельной области исследования, имеющей свой предмет, специфический категориальны \ аппарат и особые методы познания, принадлежит Р. Мертону — одному из крупнейших социологов XX века. Его принято считать основоположником «институциональной» социологии науки, поскольку главным в его концепции является обоснование особого статуса науки как социального института. Г о- нятие «социальный институт» трактуется в западной социологии как устойчивый комплекс формальных и неформальных правил и норм, регулирующих человеческую деятельность и организующих ее в систему ролей и статусов.

По мнению Р. Мертона, особенность науки как социального института определяется, в первую очередь, тем, что только она дает нам объективно- предметное и истинное знание. Основным механизмом, определяющим функционирование науки, является совокупность норм и императивов, регулирующих профессиональную деятельность ученых как членов научного сообщества. Эти правила профессионального поведения обеспечивают своеобразие науки как социального института и гарантируют его стабильное функционирование, несмотря на то, что ученые рассредоточены в пространстве и времени и включены в различные социокультурные системы. Обязательный для науки комплекс ценностей и норм, который Р. Мертон называл «научным этосом» включает в себя четыре основополагающих «институциональных императива»: универсализм, коллективизм (или общность), бескорыстность и организованный скептицизм.

Универсализм предполагает независимость результатов научной деятельности от субъективно-личностных контекстов научного познания, поскольку наука продуцирует объективно-личностное знание, являющееся инвариантным по отношению к условиям, месту и времени.

Согласно данному императиву наука — это интернациональное и демократическое предприятие.

Коллективизм предписывает ученому незамедлительно передавать плоды своих трудов в общее пользование, т.е. сразу же после тшательной проверки научных результатов знакомить с ними всех членов сообщества без каких бы то ни было предпочтений. Научные открытия образуют общее достояние и принадлежат исследовательскому коллективу. Ученый как автор открытия может претендовать только на право приоритета, но не собственности, что гарантирует ему лишь профессиональное признание и уважение.

Бескорыстность означает, что в профессиональном поведении ученому не следует учитызать никакие и ничьи интересы, кроме достижения истины. Этот императив направлен на радикальный запрет любых действи і с целью приобретения признания (финансового успеха, власти, славы, популярности и т.п.) за пределами научного сообщества

Организованный скептицизм требует детальной и всесторонней проверки любого нового научного результата. Для науки не существует ничего «святого», огражденного от методологических сомнений и критического анализа.

Согласно Р. Мертону; эта комбинация норм (императивов) обеспечивает функциональную цель науки — продуцирование нового объективно-истинного знания и его дальнейшее развитие. Возникает вопрос: почему ученый поступает именно таким образом, в чем причина соблюдения им указанных норм профессионального поведения? Р Мертон считает, что основополагающей мотивацией в данном случае является стремление ученого к профессиональному признанию в научном сообществе. Следовательно, действенность норм научного этоса основана на предположении о полнок рациональности поведения ученого. Однако впоследствии Р. Мертон отказывается от этого идеализированного представления о реальной практике научных исследований. Он анализирует такие явления в жизни науки, как конкуренция, подозрительность, зависть, скрытый плагиат и т.д. В результате обосновывается вывод о существовании т.н. социологической амбивалентности, т.е.

двойственности и противоречивости мотивов и, соответственно, профессионального поведения ученого.

Исследуя приоритетные конфликты и феномен многократных открыта!', Р. Мертон заключает, что реальные отношения в науке существенно отличаются от их идеализированной модели, описываемой в рамках институционально-нормативной парадигмы. В работе «Амбивалентность ученого» (1965) он рассматривает целый ряд противоположно направленных нормативных требований, которые реально регулируют научно-исследовательскую деятельность. Например, ученый должен как можно быстрее сообщать членам научного сообщества о своих НОЕЫХ результатах; вместе с тем он обязан тщательно их проверять и не торопиться с публикацией. Далее, ученый обязан быть восприимчивым к новым идеям и концепциям. Однако при этом он не должен поддаваться интеллектуальной моде и обязан последовательно отстаивать свои научные взгляды и принципы. Развивая идею амбивалентности, Р. Мео- тон осуществил комплексны Ї анализ бытия науки и выделил четыре основных роли, которые может выполнять ученый на разных стадиях свое* профессиональном карьеры: исследователь, учитель, администратор, эксперт.

Во второй половине XX столетия мертонианская нормативная парадигма в социологии науки подвергается систематической критике и в значительной мере уступает свои позиции социокогнитивной парадигме (М. Малкей, Р. Коллинз, Т. Кун и др.). В рамках этого подхода наука все более осязаемо лишается своего объективно-эпистемологического статуса и начинает интерпретироваться, прежде ЕСЄГО, как социокультурны). феномен, детерминируемый этно- национальными, коммуникационными и другими социальными и ценностными факторами.

Институциональный подход к науке позволил обосновать репрезентативную классификацию ее организационных форм, доминирующих на различных этапах развития общества. Выделяют т.н. «малую» и «большую» науку.

«Малая» наука представляет соболі такую совокупность ее организационных форм, которая преобладала в классический период ее существования.

В то время научная деятельность еще не стала широко распространенной про- фессиег и не выступала как основа технологий производства и социально значимых типов деятельности.

Лишь в XX столетии, когда формируется развитая инфраструктура науки 'широкая сеть научно-исследовательских и информационных центров; система высшего и постдипломного образования, включающая в свой состав различные научно-исследовательские учреждения; промышленные и производственные корпорации, интегрированные со структурами отраслевой науки, и др.), возникает «большая» наука. Она приобретает статус одной из самых приоритетных форм деятельности, обеспечивающєі современным обществам возможности усто [чивого развития и высокого качества жизни. К концу XX века суммарная численность ученых в мире превысила 5 млн человек, хотя в структуре динамично развивающихся обществ постиндустриального типа количество профессионально занятых в науке, по некоторым экспертным оценкам, может достигать 6—8% от всего трудоспособного населения страны. Сегодня мировая наука включает в сво • состав более 15 тыс. научных дисциплин и междисциплинарных исследовательских стратегий. Практически необозримые потоки научней информации ставят задачу глобальной инвентаризации фондов современного научного знания и оптимальной классификации нескольких сотен тысяч научных изданий, журналов и других форм трансляции знаний. Совокупный объем научней информации в некоторых новейших направлениях и дисциплинах науки удваивается каждые 2—3 года. Таким образом, «большая» наука становится не только важнейшим фактором развития многих сфер производства, но и выступает в функции основополагающей социокультурной инстанции любого современного общества.

В середине XX века эксперты ЮНЕСКО предложили иную классификацию форм организации и проведения научных исследований, В рамках этой классификации выделялисо: 1) фундаментальные научные исследования; 2) прикладные исследования; 3) опытно-конструкторские разработки. В отечественной традиции вся совокупность этих трех компонентов обозначалась аббревиатурой НИОКР (научные исследования и опытно-конструкторские разработки).

С развитием Н ГП и акт ивным внедрением наукоемких технологи і в структуру основных типов деятельности современного общества данная типология все более рельефно обнаруживает свою ограниченность и неадекватность, ''ёперь, когда научное сопровождение становится необходимым условием успешности и эффективности большинства форм и типов деятельности, нередко все три названные разновидности научных исследований пересекаются и взаимообусловливают друг друга.

В таких случаях говорят о междисциплинарных или комплексных научных исследованиях.- Примером таких ситуациі могут быть проекты и программы социально-экологического мониторинга городов и урбанизированных комплексов, научного сопровождения модернизации и реформирования экономически] , социальной, культурной подсистем общества и др.

Реально функционирующая система научных исследование органично соединяет в себе две диалектически взаимосвязанные тенденции. С одной стороны, она всегда ориентирована на генерацию нового знания и интеллектуальных инноваций. С другой — сама наука как социальный институт может сущестьовать лишь при условии сохранения исследовательских традиций и преемственности в деятельности научных сообществ. Одной из форм такой преемственности в науке является формирование и развитие научных школ.

Научная школа — это интегрированный единой программа и общим стилем мышления коллектив исследователе^, возглавляемый, как правило, широко известным и признанным ученым, выполняющим в данном коллективе функции лидера и генератора идей. В науковедении различают классические и современные научные школы. К первым относят возникшие в XIX веке на базе крупнейших европейских университетов научно-исследовательские центры, которые наряду с образовательными задачами решали и проблемы научное сферы. Второй тип научных школ появляется уже в XX столетии, когда формируются адресные научные программы, выступающие как социальный заказ, а выполнение их определяется уже не столько ролью и влиянием научного лидера школы, сколько базисными целевыми установками исследования.

В современной социологии науки принято различать «внутреннюю» и «внешнюю» социальность науки, или ее микроконтекст и макроконтекст.

Первый уровень социальности обычно интерпретируют как структурно- функциональную зависимость науки от характеристик научного сообщества или исследовательское группы. Второй рассматривают как форму общей социокультурной детерминации научной деятельности и ее взаимосвязей с экономикой, политикой, бизнесом, культуро* и другими подсистемами социальной жизни.

Продуктивность такой дифференциации различных контекстов социокультурной природы науки подтверждается ее использованием не только в социологических, но и в философско-методологических исследованиях научного познания. Так, И. Лакатос, один из широко известных представителей крити- ческого рационализма, в своем анализе структуры и динамики науки вычленяет «внешнюю» и «внутреннюю» ее историю. В рамках первой реконструируются социальные и социально-психологические контексты существования и развития научных исследований. Вторая же предполагает рационально-логическую реконструкцию динамики основных идей и концепций науки, развивающихся в пространстве «третьего мира» (в терминологии К. Поппера), в соответствии с имманентными для науки законами и правилами.

Рассматриваемая дифференциация различных контекстов бытия науки в конкретной социокультурной среде фиксируется в социологии как разделение когнитивной и социальной инстигуализации науки.

Согласно Р. Уитли, когнитивная институализация проявляется в форме интеллектуальной и социально-психологической, или ментальной, скоорди- нированности членов дисциплинарного сообщества и в приверженности к единым эталонам и нормам исследования, а также к общему для всей группы ученых стандарту профессиональной корпоративности. Г.ои этом достигается достаточно высокая степень лингвистической и символической инвариантности совместно^ исследовательской деятельности, что весьма важно как дія достижения эффективных и объективно значимых результатов в науке, так и для плодотворной коммуникации внутри всего научного сообщества. Когнитивная институализация позволяет успешно идентифицировать предметную область исследования или формирующееся направление в науке и достаточно эксплицитно отличать их от конкурирующих стратегий научного поиска.

Социальная институализация — это степень интегрированности ученых в рамках формальных структур научной деятельности, таких как дисциплинарные сообщества, ведущие журналы, этические кодексы, социально-нормативные системы контроля и регуляции профессионального поведения Этот тип институализации проявляется в формах социального признания той или иной научной корпорации, а также в формах возможных ее взаимосвязей с различными подсистемами общества.

Наука — неотъемлемый и органичный компонент современных интенсивно развивающихся обществ. Многочисленные и многообразные формы взаимосвязи науки и социально] жизни могут быть (с известной долей упрощения) классифицированы по двум важнейшим основаниям: 1)

использование научных знаний, средств и методов науки для решения актуальных проблем социально-экономического, политического и культурного развития современных обществ в условиях глобализации; 2)

разработка эффективных и адекватных реально функционирующей науке форм, средств и методов социального контроля над ней, а также тщательно дифференцированной градации исследовательских приоритетов и критериев материально-инвестиционной, моральной и символической поддержки научного сообщества.

К важнейшим направлениям социальной институализации науки можно отнести следующие формы и уровни ее взаимосвязи с обществом:

наука и современные инновационные технологии в сфере экономики и бизнеса; наука и рационализация форм и технологии социального управления; наука и динамика социально-политических процессов на государственном и межгосударственном уровнях;

сложная конфигурация отношений между наукой и властью, которая обнаруживают себя как в превращении научного знания в реальный властный ресурс (когда наука становится эффективно/1 формой господства и социального контроля), так и в использовании современных научных достижений в интересах социального управления и манипулирования общественным и индивидуальным сознанием;

наука и образование, в процессе взаимодействия которых становятся возможными не только передача и трансляция социально накопленного опыта, но и профессиональная социализация личности как субъекта конструктивно- творческого отношения к действительности.

Одним из актуальных направлений исследования науки как социального института является социокоммуникативный подход к ее анализу и интерпретации.

Научная коммуникация — это совокупность видов и форм профессионального общения в научном сообществе, а также передачи информации от одного его компонента к другому. Наличие коммуникации как формы интенсивного информационного обмена между членами научного сообщества всегда признавалось существенной характеристикой научное деятельности, но объектом специального анализа она становится лишь в конце 50-х — начале 60-х годов XX века. Этот анализ был инициирован т.н. информационным взрывом и преследовал цель разработать оптимальные пропорции и структуры научного архива, а также массива публикации и научно-технической информации в мировой и, в частности, американской науке в послевоенных условиях.

Благодаря деятельности известного американского науковеда Д. Прайса и его школы была развита особая область исследований науки, получившая название наукометрия. Основной задачей наукометрических исследований считалось рассмотрение и анализ структуры и особенностей информационных фондов науки, а также основополагающих направленні профессиональной коммуникации в науке, специфики информационно-коммуникационных потоков в ней. При этом соответствующую интерпретацию получили практически все основные информационные процессы в науке, начиная с массива дисциплинарно-ориентированных публикаций и важнейших информационных мероприятий (конференции, симпозиумы, конгрессы и др.) и кончая функционированием разветвленной системы научно-технической информации, а также неформальными межличностными контактами ученых, интегрированных в рамках отдельных дисциплинарных сообществ и исследовательских групп.

Изучение коммуникаций в науке имело большое значение и позволило обосновать несколько моделей их описания. Выделяют познавательные модели научной коммуникации, в которых акцентируется внимание на когнитивно-информационных аспектах научной деятельности и основной задачей сообщества считается максимально возможное приращение фонда имеющейся научной информации. Существуют также социально-организационные модели научной коммуникации, выделяющие в качестве приоритетных стратификационные моменты в реальном общении ученых, решающих те или иные проблемы научных школ или профессиональных сообществ.

Обоснование указанных моделей научной коммуникации позволило выделить и проанализировать ее виды и формы, представив таким образом науку как сложный тип духовного производства, интегрированный коммуникационными взаимодействиями ученых на всех стадиях научно-исследовательской деятельности. Различают следующие формы научной коммуникации. 1)

Формальная и неформальная коммуникация. Первая предполагает документальную фиксацию научного знания в виде статьи, монографии или иной публикации. Вторая базируется на таких технологиях общения, которые не требуют письменного оформления и последующего воспроизведения в научной литературе либо электронных средствах информации

Средства формальной коммуникации, в свою очередь, могут быть разделены на первичные и вторичные. К первичным относятся научные статьи, монографии, опубликованные тезисы докладов на научных конференциях и т.п. Вторичные средства включают в себя рефераты научных публикаций, аналитические обзоры, рецензии, тематические библиографии и др. В последние десятилетия в качестве важного источника вторичной информации нередко используется издаваемым Филадельфийским институтом научной информации «Указатель научных ссылок» («Science Citation index»), или «Индекс цитирования». Это непрерывно пополняемая система информационных баз данных по всем областям современной науки, представленных в виде систематических ссылок на работы предшественников в той или иной сфере исследований.

Значительно труднее выделить и классифицировать средства неформальной коммуникации. Сюда, как правило, относят разного рода беседы, обсуждения, дискуссии, а также совокупность допубликационных научных материалов (рукописи, препринты, научно-исследовательские отчеты и др.). 2)

Устная и письменная коммуникация. В связи с этим разделением важно зафиксировать основные формы трансляции знаний в культуре, в значительной мере определяющие исторически конкретные типы взаимодействия ученых как в структуре научных сообществ, так и в более широких социальных контекстах.

Начиная с XVI столетия, когда было изобретено книгопечатание в Европе, главном формой закрепления и трансляции знаний в науке становится книга.

В ней, как правило, не только излагались определенные научные результаты, но и содержалось их развернутое и систематическое обоснование. В таких фолиантах были представлены как конкретные научные сведения о различных явлениях и процессах, так и их философская и мировоззренческая интерпретация, а также принципы и формы включения научных знанип в существующую картину мира. Так работали все выдающиеся ученые того времени: Іали- ле Ньютон, Декарт, Лейбниц и др.

По мере развития науки и расширения ее предметного поля возникала потребность в разработке новых средств информационного обмена и коммуникации между отдельными учеными, которые позволяли бы обсуждать не только глобальные вопросы и проблемы философско-мировоззренческого уровня, но и локальные, текущие задачи. Именно в связи с этой потребностью возникает следующая форма научной коммуникации и передачи знаний — систематическая переписка между учеными, которая осуществлялась преимущественно на латинском языке и посвящалась обсуждению путей и результатов научных исследований.

Впоследствии переписку между учеными как форму трансляции знаний заменяет статья в научном журнале, о мнению Д. Прайса, уже к XVIII столетию научные журналы значительно потеснили книги и огромные фолианты, создавая предпосылки для обобщения и интеграции совокупного научного знания во втором эшелоне науки, йакая интеграция стала осуществляться через подготовку и издание учебников, хрестоматий, справочников и энциклопедий. К XIX веку статья становится основна информационной единицей научного архива и выполняет функции базисного элемента в профессиональной коммуникации ученых.

В современных условиях информационные технологии и глобальные коммуникационные сети существенно изменяют основные формы трансляции знаний и, соответственно, возможности для их хранения, обработки и передачи как внутри профессиональных сообществ, так и за их пределами. Эти возможности радикально модифицируют структуру и целевые ориентации профессионального общения ученых и все более осязаемо погружают их в пространство виртуальной реальности с перспективо " взаимодействовать в ней с системами искусственного или интегрального интеллекта.

3) Различают также личностную и безличностную, непосредственную и опосредованную, планируемую и спонтанную формы научной коммуникации. Благодаря выделению этих форм существенно дополняется представление о возможных способах и типах организационно-институциональной структуры современной науки. Определенный интерес представляет, в частности, рассмотрение такої специфической формы профессионального объединения ученых, как «невидимы і колледж». Данный термин, введенный еще Дж. Безналом, был впоследствии развернут П. Прайсом в гипотезу о «невидимых колледжах» как особых научно-коммуникационных структурах, имеющих достаточно устойчивую конфигурацию и эффективно работающих, несмотря на то, что они опираются на формальные организационные ресурсы.

Таким образом, анализ отмеченных аспектов и измерений науки как социального института позволяет значительно расширить информационное поле для ее дальнейших исследовани ; в целях обоснования более полных и комплексных моделей структуры, динамики и основных функци й науки как одного из важнейших формообразовании культуры, сущностно определяющих перспективы и стратегические приоритеты развития современном цивилизации.

<< | >>
Источник: А.И. Зеленкова. Философия и методология науки : учеб. пособие для аспират ов / А.И. Зе Ф56 ленков, Н.К. Кисель, В.Т. Новиков [и др.] ; под ред. А.И. Зеленкова. — Минск : АСАГ. - 384 с.. 2007

Еще по теме 2.2.5 Наука как социальные институт:

  1. 5.5. Семья как социальная группа и социальный институт
  2. Глава II НА УКА КАК СОЦИАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ
  3. НГУЕН ТХУ ХА. СОЦИАЛЬНОЕ ПАРТНЕРСТВО КАК ИНСТИТУТ РЕГУЛИРОВАНИЯ СОЦИАЛЬНО-ТРУДОВЫХ ОТНОШЕНИЙ В СОВРЕМЕННОМ ВЬЕТНАМЕ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата социологических наук, 2016
  4. 2.Литература как социальный институт.
  5. Овчарова Р. В.. Родительство как психологический феномен: учебное пособие. - М.: Московский психолого-социальный институт. - 496 с., 2006
  6. ГЛАВА 4. СОЦИАЛЬНАЯ РАБОТА КАК НАУКА И УЧЕБНАЯ ДИСЦИПЛИНА
  7. ТЕМА 1 ТЕОРИЯ СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ КАК НАУКА И УЧЕБНАЯ ДИСЦИПЛИНА
  8. Наука как социальная коммуникация: проблемы и перспективы для российского научного сообщества
  9. ЕСТЕСТВЕННАЯ НАУКА, СОЦИАЛЬНАЯ НАУКА И ЦЕННОСТНОЕ СООТВЕТСТВИЕ
  10. 17.2. СОЦИАЛЬНЫЕ ИНСТИТУТЫ И МЕХАНИЗМ СОЦИАЛЬНОЙ ЗАЩИТЫ РАБОТНИКА
  11. 3.5. Социальные институты
  12. Раздел III СОЦИАЛЬНЫЕ ИНСТИТУТЫ
  13. 3.6. Институционализация и развитие социальных институтов
  14. Социальные институты: итоги и перспективы изучения
  15. 3.4. Институты и механизмы социальной справедливости