<<
>>

Глава восьмая В ПРЕДДВЕРИИ РЕШАЮЩИХ ПЕРЕМЕН: ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ (1425-1462)

При вступлении Василия Васильевича на престол у него сразу же разгорелся конфликт со старшим из дядьев - Юрием Дмитриевичем; поводом для него послужила нечеткая формулировка механизма передачи власти на случай смерти Василия Дмитриевича в завещании Дмитрия Донского: "А по грехом, отьимет Богъ сына моего, князя Василья, а хто будет подъ тем сынъ мои, ино тому сыну моему княжь Василь-евъ оудел"1.
В результате посредничества митрополита Фотия Юрий отказался от своих притязаний, но на время: стороны договорились вынести спор на суд "царя"2. Такое решение было принято в условиях, когда в Орде продолжалась борьба за власть между несколькими претендентами. Ни один из них не располагал серьезной военной силой: показательно, что Борак и Худайдат в период своего максимального могущества терпели поражения от относительно небольших литовско-русских воинских контингентов. Если бы в московских правящих кругах существовало стремление покончить с зависимостью от Орды, для этого был весьма подходящий с военно-политической точки зрения момент — средств для восстановления власти силой, как у Тохтамыша и Едигея, тогда не было. Но очевидно, при великокняжеском и удель-нокняжеских дворах не возникало самой мысли такого рода: царь есть царь, как бы слаб он ни был - это сюзерен, верховенство которого надо признавать. И решение спора о великом княжении (доселе внутри московской династии не случавшегося), лучше всего вынести на суд сюзерена. Однако в Орду Василий и Юрий отправились только шесть лет спустя. Поначалу этому, вероятно, мешала незавершенность борьбы за власть в Орде. Позже Юрий, скорее всего, не спешил реализовать договоренность, так как не рассчитывал на положительное для себя решение: в Орде утвердился Улуг-Мухаммед, выдавший Василию ярлык на великое княжение при жизни его отца, и был жив могущественный дед Василия и союзник Улуг-Мухаммеда Витовт - гарант интересов юного московского князя согласно завещанию Василия Дмит- 1 ДДГ.
М.; Л., 1950. № 12. С. 35. Из текста неясно, подпадает ли под эту формулировку ситуация, при которой у Василия Дмитриевича остаются сыновья, или имеется в виду случай его бездетной смерти (в момент смерти отца Василий еще не был женат). 2 ПСРЛ. М.; 1962. Т. 27. С. 100-101 ("И доконча мир на том, что князю Юрью не искати княжения великого собою, но царем, которого царь пожалует, то будет великий князь Владимирьскии, Новугороду Великому и всей Русии"); М.; Л., 1949. Т. 25. С. 247. 141 риевича3. В марте 1428 г. был заключен договор между Василием Васильевичем и Юрием Дмитриевичем, в котором галицкий князь признавал себя "молодшим братом" племянника4. Зимой 1428-1429 гг. состоялся татарский набег на Галич и Кострому. Василий Васильевич послал на татар своих дядьев Андрея и Константина, которые гнались за противником по Волге до Нижнего Новгорода "иту не оугонившу их возвратися". Но двое воевод- князь Федор Стародубский и Федор Константинович - "оутаився оу князей и оу воевод, и своими полки погнаша за татары и оугониша зади них, побита татар и безсермен и полон весь отнята, а царевича и князя Алибабы не догониша"5. Эти события упоминаются и в договоре Юрия Дмитриевича с рязанским князем Иваном Федоровичем 1434 г.: "Тако же и царевич Махмут-Хозя был у тебя в Галич* ратью..."6. Неясно, действовали ли эти татары с санкции "центральной" ордынской власти: скорее всего, они ей не подчинялись, так как в последующие годы московские князья были в мире с Ордой7. Судя по тому, что удар татар был направлен в верхневолжские земли, и по упоминанию "бесермен" (как часто именовали мусульман Среднего Поволжья), данная группировка пришла из Волжской Булгарии8. В 1431 г. Василий Васильевич, очевидно, в качестве ответной меры послал "на Болгары Воложскии" того же князя Федора: "он же, шед, взя их, и всю землю их плени"9. После смерти Витовта в октябре 1430 г. ситуация изменилась, шансы Юрия Дмитриевича в борьбе за власть повышались; после же того, как умер другой гарант завещания Василия I, митрополит Фотий (2 июля 1431 г.), наступило время, когда оба соперника в борьбе за великое княжение нуждались в поддержке хана.
И 15 августа 1431 г. Василий Васильевич отправился в Орду. Следом, 8 сентября, выехал и Юрий Дмитриевич. После длительного разбирательства, в ходе которого одна группировка ордынской знати поддерживала Василия, а другая — Юрия, Улуг-Мухаммед летом 1432 г. отдал ярлык на великое княжение Василию, а Юрий получил в состав своего удела Дмитров (бывший ранее центром удела его брата Петра, умершего в 1428 г.)10. Ханское решение не прекратило борьбы между племянником и дя- 3 ДДГ. № 22. С. 62. 4 Там же. № 24. С. 63,65. 3 ПСРЛ. Т. 27. С. 102; ср. Т. 25 С. 248. 6 ДДГ. №33. С. 86. 7 А.А. Зимин предположил, что "царевич Махмут-Хозя" - это Улуг-Мухаммед (Зимин АЛ Витязь на распутье. М., 1991. С. 42). Это представляется невероятным: Улуг-Мухаммеда на Руси именовали царем, а не царевичем, и Махмутом или Махметом, а не Махмут-Хозей. 8 Не следует ли отождествить "князя Алибабу" с "князем Либеем", который, согласно Воскресенской летописи, правил в Казани до прихода туда орды Улуг-Мухаммеда (ПСРЛ. СПб., 1859. Т. 8. С. 114)? 9 ПСРЛ. Т. 27. С. 102; Т. 25. С. 248. 10 Там же. Т. 27. С. 101-103; Т. 26. М.; Л., 1959. С. 187-188; Т. 25. С. 249-250. 142 дей. Причем оба фактически не посчитались с волей "царя" (видимо, осознав за время своего пребывания в Орде, что реальных рычагов влияния на внутренние дела Руси у формального сюзерена нет). Сразу по возвращении из Орды Василий отнял у дяди Дмитров. Юрий Дмитриевич в 1433 и 1434 гг. дважды захватывал Москву. Когда он сделал это вторично, Василий Васильевич бежал сначала в Новгород, оттуда перешел на Волгу и оказался в Нижнем Новгороде. Посланные Юрием за ним в погоню сыновья, Дмитрий Шемяка и Дмитрий Красный, пришли во Владимир, а Василий "ВОСХОТЕ в Орду пойти", т.е. прибегнуть к помощи Улуг-Мухаммеда. Но весть о смерти Юрия сделала этот шаг ненужным: Юрьевичи не захотели видеть великим князем своего старшего родного брата Василия, Василий Васильевич вернулся на московский стол; последующие два года заняла его борьба с Василием Юрьевичем11. В 1437 г.
в Орде произошел переворот: Улуг-Мухаммед был лишен власти Кичи-Мухаммедом. Одновременно в западной части Орды (к западу от Днепра) хозяином стал хан Сеид-Ахмет12. Улуг-Мухаммед, вынужденный бежать вместе со своими оставшимися сторонниками, двинулся в верхнеокские земли (видимо, по опыту своих изгнаний первой половины 20-х гг.) и обосновался в Белеве — центре одного из верховских княжеств (возможно, по соглашению с местными князьями13). Василий Васильевич послал туда крупное войско во главе с Дмитрием Шемякой и Дмитрием Красным: "Пришедше же им к Белеву, и царь оубоявся, вид-Ьв многое множество полков роуских, начат даватися во всю волю князем руским; они же не послуша царевых речеи". В бою у стен Белева татары потерпели поражение и вновь укрылись в городе. Наутро хан прислал своих послов, сказавших: "Царево слово к вам, даю вам сына своего Мамутека, а князи своих детеи дают в закладе на том, даст ми Богъ, буду на царстве, и доколе буду жив, дотоле ми земли Руские стеречи, а по выходы ми не посылати, ни по иное ни по что". Но ведшие переговоры воеводы Василий Собакин и Андрей Голтяев "того не восхотеша"14. Очевидно, что хан намеревался, как и в 20-е гг., бороться за возвращение себе престола. На сей раз он думал закрепиться в верховьях 11 Там же. Т. 27. С. 103-106; Т. 25.С. 250-252; ЧерепнинЛ.В. Образование Русского централизованного государства в XIV-XV веках. М., 1960. С. 756-767; Зимин АЛ. Указ, соч. С. 50-78. 12Барбаро и Контарини о России. М., 1971. С. 117-118, 126, 140-141, 150; Сафаргалиев М.Г. Распад Золотой Орды. Саранск, 1960. С. 242-244,258-260. 13 См.: Кром М.М. Меж Русью и Литвой. М., 1995. С. 44-46. 14 ПСРЛ. Т. 27. С. 106; ср. Т. 25. С. 260. Возможно, летопись довольно точно передает послание Улуг-Мухаммеда: во всяком случае употребление в начальном протоколе термина "слово" (soz, обычно в форме sozucn — "слово мое") типично для посланий ханов-Джучидов нижестоящим по рангу правителям (см.: Усманов МЛ. Термин "ярлык" и вопросы классификации официальных актов ханов Джучиева улуса // Актовое источниковедение.
М., 1979. С. 223-230; Он же. Жалованные акты Джучиева улуса XIV-XVI вв. Казань, 1979. С. 186-194). 143 Оки и союзником своим сделать великого князя московского, обязанного ему ярлыком. Князья-Юрьевичи, однако, не пошли на соглашение. По-видимому, в Москве с самого начала были настроены не признавать "царя-изгоя", проявить лояльность к новому правителю Орды (не исключено, что уже имел место какой-то контакт с ним), поэтому и направили на Улуг-Мухаммеда войско с целью вытеснить его в степь; возможно также, что особенная несговорчивость Юрьевичей была связана с тем, что они помнили, как Улуг-Мухаммед отказал их отцу в ярлыке на великое княжение. Вторая битва с Улуг-Мухаммедом закончилась разгромом московского войска (5 декабря 1437 г.)13. Тем не менее надо отметить, что в событиях под Беленым впервые московские войска осмелились вести наступательные действия против "царя". Однако это был не хан, реально правящий в Орде в данное время, а изгнанник. В июле 1439 г. Улуг-Мухаммед внезапно подошел к Москве. Не успевший собрать войска Василий П отъехал за Волгу. Хан простоял у Москвы 10 дней и отступил, не причинив вреда городу, но разорил окрестности и сжег Коломну16. Война с Улуг-Мухаммедом нашла отражение в договоре московских князей (Василия Васильевича, Дмитрия Шемяки и Дмитрия Красного) с великим князем тверским Борисом Александровичем (конец 30-х гг.). Пункт о войне с "царем", повторяющий одно из положений московско-тверского договора 1399 г. (и восходящий, как показано в гл. 6, к более раннему договору 1384 г.), был "модернизирован" -единственное число заменено на множественное: "А что ея есте воевали со царемъ, а положить на вас (московских князей. - А.Г.) царь вину в том, и МНЕ вам, брате, не дати ничего в то, и моей братьи моло-дшеи, и моимъ братаничем, ни нашим детем, ни внучатом, а ведатися в том вамъ самим"17. Имелась в виду, разумеется, ситуация, когда Улуг-Мухаммед вернул бы себе престол (как и в отношении Тохтамыша в договоре 1399 г.). В 1433 г. "Пришедшю царевичу Моустафе на Рязань со множеством татаръ ратию, и повоева власти Резанскии, много зла учини.
Слышав же то князь великий Василеи Васильевич, посла против ему князя Василья Оболеньского и Ондрея Голтяева, да двор свои с ними. А Мустафа былъ въ городов, резаньцы же выслаша его из города, он же вышедъ из града и ста ту же подъ городомъ. А воеводы князя великого приидоша на него, и бысть имъ бои крепокъ; и поможе Богъ християномъ; царевича Мустофу самого оубиша и князей с ним многих, и татаръ, а князя Махмута мурзу яли, да Азберъдея, Мишерованова сына, и иных татаръ многих поймали, а в великого князя полку оубили 15 ПСРЛ. Т. 27. С. 106-107; Т. 25. С 260. 16 Там же. Т. 27. С 107; Т. 25. С. 260. 17 ДДГ. № 37. С. 106. В последующих московско-тверских докончаннях этот пункт был снят (см.: Там же. Л» 59,63,79). 144 татарове Илью Ивановича Лыкова"18. Имена татарских предводителей, напавших на Рязань, нигде более не упоминаются. Вряд ли они принадлежали к орде Улуг-Мухаммеда (так как имена его главных сподвижников другие19). Возможно, Мустафа был "царевичем", не подчинявшимся никому из "царей"; менее вероятно, что он был связан с Кичи-Мухаммедом20 или Сеид-Ахметом, так как с этими ханами в начале 40-х гг. поддерживались мирные отношения (см. об этом ниже). Тем временем Улуг-Мухаммед продолжал проявлять антимосковскую активность. В 1442 г. он, вероятно, выдал ярлык на Нижегородское княжение Даниилу Борисовичу21. В конце 1443 г. "царь Махметь стоялъ на Беспуте (правый приток Оки, между Серпуховым и Каширой. - А.Г.) и князь великы ходилъ на него со всею братьею, да воротися, а онъ поиде прочь"22. Это был определенно не Кичи-Мухаммед23, а Улуг-Мухаммед, так как именно последнего на Руси называли "Махметом", в то время как первый именовался "Кичи-Ахметом" или "Кичи-Махметом"24. Зимой 1444-1445 гг. Улуг-Мухаммед сам обосновался в Нижнем Новгороде и двинулся оттуда к Мурому. Василий Васильевич пошел на него через Владимир. Под Муромом и Гороховцом великокняжеские полки разбили татарские отряды, но Муром хан занял. Летом он послал на Василия войско во главе со своим сыном Махмутеком (Мамутяком). 7 июля 1445 г. под Суздалем московская рать (к которой не присоединились полки Дмитрия Шемяки) была разбита, великий князь попал в плен. После этого Улуг-Мухаммед отправил посла Бигича к Шемяке (очевидно, предполагая передать ему великое княжение), но затем предпочел отпустить Василия, обязав его огромным выкупом. Во время возвращения люди великого князя перехватили и убили шедшего обратно к хану Бигича25. Обещание Василием большого выкупа и возвращение его в сопровождении крупного татарского отряда стали основанием для обвинений, которые выдвинул против великого князя Дмитрий Шемяка: "царь на том отпустилъ великого князя, а онъ ко царю целовалъ, что царю седети на Москве и на въсех градех руских и на наших отчинах, а самъ хочет свети на Тьфири"26. Хотя нет оснований видеть в этих обвинениях, явно фантастических, нечто большее, чем способ борьбы 18 ПСРЛ. Т. 27. С. 108, см. также: Т. 25. С. 262,394; СПб., 1912. Т. 12. С. 61-62. 19 См.: Там же. Т. 27. С. 102-103, 106, Т. 25. С. 248-249, 260. 20 Так полагал Г.В.Вернадский (Вернадский Г В Монголы и Русь. Тверь, 1997. С. 322). 21 Акты феодального землевладения и хозяйства XIV-XVI веков. М., 1951. Ч. 1. № 233; АСЭИ. М., 1964. Т. 3. Ms 294. С. 321. 22 ПСРЛ. СПб., 1910. Т. 23. С. 151 23 Так думал А.А. Зимин (Зимин АЛ Указ. соч. С 96). 24 ПСРЛ. Т. 27. С 103, Т. 25. С. 250, ДДГ. № 38. С. 108, 111,113,116. 25 ПСРЛ. Т. 25. С. 262-263,395; Т. 27. С. 109-110; Т. 26. С. 196-199; Т. 23. С. 151-152; Зимин АЛ. Указ. соч. С. 101-107. 26 ПСРЛ. Т. 27. С. 110; ср. Т. 26. С. 200, Т. 25. С. 264. 145 за власть, они отталкивались от реальных фактов — попыток Улуг-Мухаммеда обосноваться в окраинных русских городах (Белеве, Нижнем Новгороде). В феврале 1446 г. Василий Васильевич был ослеплен, и Дмитрий Шемяка стал великим князем. Он ликвидировал Нижегородское княжение, которое после победы под Суздалем Улуг-Мухаммед отдал князьям Василию и Федору Юрьевичам Шуйским27. Но после того, как Шемяка вновь был вынужден (на рубеже 1446—1447 гг.) уступить Василию великокняжеский стол и вернуться в свой удельный Галич, он попытался заполучить орду Улуг-Мухаммеда в союзники. Последнего уже не было в живых: после того, как он отпустил Василия от Кур-мыша в Москву, хан пришел на Среднюю Волгу и обосновался в Казани, положив тем самым начало Казанскому ханству, но вскоре был убит собственным сыном Махмутеком. Два других сына Улуг-Мухаммеда, Касым и Ягуп, после этого бежали и, поскитавшись, пришли на службу к Василию Васильевичу (в то время, когда он еще только боролся за возвращение себе великого княжения)28. В 1447 г. Шемяка пошел с Махмутеком на переговоры о союзе против Василия, и в конце этого года казанский хан повоевал окрестности Владимира и Мурома29. Что касается "основной части" Орды, то с ней Москва в конце 30-х-середине 40-х гг. поддерживала мирные отношения. При этом и Василий Васильевич, и Дмитрий Шемяка признавали поначалу "царями" сразу двух правителей — Кичи-Мухаммеда и Сеид-Ахмета. В договоре Василия с Шемякой 1441-1442 гг. в пункте о раскладке ордынского выхода упоминается о посылке киличеев "ко царемъ к Кичи-Махметю и к Сиди-Ахметю"30. Помимо исторического опыта двоевластий в Орде (период замятии 60-70-х годов XIV в.), такое признание "царями" обоих правителей было, очевидно, связано с тем, что, хотя Кичи-Мухаммед и контролировал "центральную" ордынскую территорию (между Волгой и Днепром) и поэтому считался в Москве несколько "главнее" Сеид-Ахмета (в договоре Василия с Шемякой он упоминается первым), большинство ранее знакомых Москве представителей ордынской знати оказалось на службе у Сеид-Ахмета. Об этом говорится в грамоте духовенства Дмитрию Шемяке от 29 декабря 1447 г.: "Не на том ли юрту отець твой, князь Юрьи Дмитриевич, был у царя в Орде с великим князем вместе и на пошлине стояли (речь идет о визите Василия и Юрия к Улуг-Мухаммеду в 1431-1432 гг. - А.Г.)1 Не 27 См.: Кучкин В А , Флоря Б. Я О докончат» Дмитрия Шемяки с нижегородско-суздальскими князьями // Актовое источниковедение. М., 1979. 28 ПСРЛ. Т. 27. С. 110-114; Т 25. С. 266-269, Сафаргалиев М Г Указ. соч. С. 245-255, Зимин АЛ Указ. соч. С. 108-127. 29 АИ. СПб., 1841. Т. 1. № 40. С. 80; РФА. М., 1986. Вып. 1. № 19. С. 110-111; ПСРЛ. Т. 27. С. 114; Т. 25. С. 269. Дальнейшие отношения Москвы с Казанским ханством выходят за рамки темы настоящей работы. 30 ДДГ. № З8.С. 108,111,113,116. 146 'те жо паки царевичи и великие князи у сего царя Седи-Ахмата, который тогды у того царя были да то же дело делали?"31 Это же послание свидетельствует о перемене в отношении Шемяки к Сеид-Ахмету. Авторы упрекают Шемяку в том, что "от царя Седи-Яхмата пришли к брату твоему старейшему великому князю его послы, и он к тебе посылал просити, что ся тобе имает дати с своей отчины в те в татарские просторы, и ты не дал ничего, а не зоучи Седи-Яхмата царем"32. Упоминание о "царевичах и великих князьях", находящихся у Сеид-Ахмета, как раз было призвано продемонстрировать неправоту Шемяки в этом вопросе. Но, по-видимому, вскоре и правительство Василия Васильевича перестало признавать Сеид-Ахмета сюзереном. С 1449 г. начинаются систематические набеги татар его Орды на московские владения. Из всего предыдущего изложения видно, что походы на Русь, санкционированные правителями Орды, всегда имели под собой конкретные причины (прямо-названные в источниках или реконструируемые с высокой степенью вероятности), связанные с теми или иными нарушениями русскими князьями вассальных обязательств. Расхожее представление (свойственное и многим серьезным исследовательским работам), что ордынские ханы только и думали о том, как бы сходить походом на Русь, поразорять и пограбить, далеко от действительности. Чисто грабительские набеги исходили от татарских группировок, не подчинявшихся центральной власти, и, следовательно, не имевших даннических отношений с русскими князьями. Для правителя же, которого признают сюзереном и которому платят выход, посылка войск на выполняющего свои обязательства вассала - нонсенс, это означало бы губить собственную дань; такие правители организовывали походы только тогда, когда требовалось привести вассала в покорность, или, если для этого не хватало сил, хотя бы наказать за своеволие разорением его владений. Поэтому можно с уверенностью полагать, что к 1449 г. Сеид-Ахмета перестал признавать сюзереном не только Дмитрий Шемяка, но и Василий П. Очевидно, отказ Шемяки в конце 1447 г. прислать дань в Москву для этого хана (связанный, разумеется, с нежеланием подчиняться требованию своего врага - великого князя) подтолкнул к отказу от выплаты дани в его пользу и с великокняжеских владений. К 1449 г. Сеид-Ахмету стало ясно, что выход поступать не будет (а может быть, об этом и прямо было сказано его послам), и он открыл военные действия. В 1449 г. "скорые татаровe Седядахматовы" дошли до р. Пахры и были отбиты царевичем Касымом, вышедшим из Звенигорода33. Вскоре после этого, 31 августа 1449 г., в договоре Василия II с Казимиром IV, королем польским и великим князем литовским, оговаривалась возможность совместных действий против татар, 31 АИ.Т. 1.№40. С. 80;РФА. Вып. 1 №19. С 111. 32 Там же. 33 ПСРЛ. Т. 27. С. 115; Т. 25. С. 270 147 нападающих на литовские и московские владения34. Имелась в виду, несомненно, Орда Сеид-Ахмета, который в это время угрожал Литве, пытаясь помочь взойти там на престол сопернику Казимира Михаилу Сигизмундовичу (московские войска летом 1449 г., еще до заключения договора, оказали Казимиру поддержку против Михаила)35. В 1450 г. татары под предводительством Малымбердея пытались подойти к Оке, но были разбиты посланными Василием, находившимся тогда в Коломне, войсками (включавшими служилых татар)36; скорее всего, это также были отряды из Орды Сеид-Ахмета37. Примечательно, что бой произошел на р. Битюг, левом притоке Дона в его среднем течении— так далеко на юг, в степные владения Орды московские войска прежде не заходили. В 1451 г. сын Сеид-Ахмета Мазовша сумел, пользуясь нерадивостью воеводы князя Ивана Звенигородского, беспрепятственно перейти Оку и 2 июля подошел к Москве. Великий князь со старшим сыном Иваном отправился за Волгу. Татары зажгли посады, но приступ к Кремлю был отбит. Ночью ордынцы поспешно отступили38. В 1455 г. Сеидахметовы татары переправились через Оку ниже Коломны, но на сей раз были вовремя встречены и разбиты39. В 1459 г. татары Орды Сеид-Ахмета (сам их предводитель в это время уже обосновался в Литве40) подошли к Оке, но войско во главе с сыном Василия II Иваном не позволило им переправиться41. В княжение Василия II появляется новая форма отношений с высшей ордынской знатью: принятие "царевичей"-изгоев на московскую службу (здесь Василий шел по стопам своего деда Витовта). Под 1445-1446 гг. упоминается служивший Василию Бердедат, сын Худайдата, претендовавшего на ордынский престол в 20-е гг.42 В 1446 г., как говорилось выше, к Василию перешли сыновья Улуг-Мухаммеда Касым и Ягуп. Касыму в середине 50-х гг. был дан во владение Городец Мещерский (будущий Касимов) на Оке: тем самым было положено начало так называемому Касимовскому ханству (царству) - зависимому от Москвы политическому образованию со служилым Чингизидом во главе, 34 ДДГ №53 160-161. 35 См.: Kolankowski L. Dzieje Wielkiego Ksi^stwa Litewskiego za Jagellondw. Warszawa, 1930. T. 1. S. 263-264; Флоря Б.Н. Орда и государства Восточной Европы в середине XV в. // Славяне и кочевой мир: средние века - раннее новое время. М., 1997. С. 138. (Славяне и их соседи: Тезисы 17 конференции). 36 ПСРЛ. Т. 27 С. 116; Т. 25. С. 271. 37 SpulerB. Die Goldens Horde: Die Mongolen in Russland. 1223-1502. Leipzig, 1943. S. 168. 38 ПСРЛ. T. 27. C. 116-117; T. 23. C. 154-155; T. 25. C. 271-272. 39 Там же. Т. 27. С. 118; Т. 23. С. 155; Т. 25. С. 273. 40 См.: Kolankowski L. Op. ciL S. 281-283. 41 ПСРЛ. Т. 27. С. 120-121; Т. 25. С. 275-276. 42 Там же. Т. 27. С. 109; Т. 23. С. 153; Т. 25. С. 262. 148 просуществовавшему до второй половины XVII в43. Его образование явно было связано с участившимися набегами сеидахметовых татар и преследовало цель противодействовать им силами татар служилых. Относительно недавно была сформулирована гипотеза о принципиально разном отношении к Орде сторон, противоборствующих в так называемой "феодальной войне" в Московском великом княжестве второй четверти XV в. По мнению А.А. Зимина, Василий II был верным вассалом Орды, в то время как Юрий Дмитриевич "сознавал, что только в борьбе с Ордой можно добиться создания мощного единого государства", а Дмитрий Шемяка "сделал всё, что в его силах, чтобы объединить русские земли и нанести решительный удар ордынским царям", "прочно держал в своих руках" "знамя борьбы с татарскими насильниками"44. Прозвучавшие в литературе критические оценки такого взгляда45 представляются вполне справедливыми. Юрий Дмитриевич - фигура, несомненно, яркая, но никакого осознания необходимости борьбы с Ордой в его деятельности не просматривается: в 1431-1432 гг. он не "поднимает знамя борьбы", а пытается получить от хана ярлык на великое княжение. Еще менее годится на роль борца с игом Дмитрий Шемяка. Воевал он с татарами всего однажды, в 1437 г. под Белевым, причем по повелению Василия II. В 1439 и 1445 г. Шемяка не помог великому князю против Улуг-Мухаммеда, после пленения Василия добивался ярлыка на великое княжение, а в 1447 г. заключил союз с Мамутяком. Василий II, напротив, много воевал как с ордой Улуг-Мухаммеда, так и с ордой Сеид-Ахмета. Оба князя соперника признавали сюзеренитет "главного царя" - до 1437 г. Улуг-Мухаммеда, позже Кичи-Мухаммеда; в этом отношении разницы между ними не было46. В 1460 г. "царь Ахмуть Болшые орды Кичи-Ахметевъ сынъ (хан Махмуд, воцарившийся после смерти в 1459 г. своего отца Кичи- 43 См.: Вельяминов-Зернов В.В. Исследование о касимовских царях и царевичах. СПб., 1863-1867. Ч. 1-4. Датировку образования Касимовского царства серединой 50-х гг. см.: Зимин А А. Указ. соч. С. 171-172. Здесь же убедительная критика традиционной датировки- 1452г. (Вельяминов-Зернов В.В. Указ. соч. Ч. 1. С. 26-27; Вер над-кий Г.В. Указ. соч. С. 338) и предложения о создании ханства в 1445 г. по инициативе Улуг-Мухаммеда (Сафаргалиев М.Г. Указ. соч. С 256-257; недавно эту точку зрения повторил В.В. Трепавлов: Трепавлов В.В. Статус "белого царя": Москва и татарские ханства в XV-XVI веках // Россия и Восток: проблемы взаимодействия. М., 1993. Ч. 1. С 304). 44 Зимин АЛ. Указ. соч. С. 68,158,195-196. 45 Лурье Я.С. Две истории Руси 15 века. СПб., 1994. С. 93; История России с древнейших времен до конца XVII века. М., 1996. С. 298; Скрынников Р.Г. История Российская IX-XVII вв. М., 1997. С 181. 46 Вообще противопоставление А.А. Зиминым "яркого" Шемяки "ничтожному" Василию II (Зимин АЛ. Указ. соч. С. 202-203) выглядит неубедительно. Первый не выиграл в жизни ни одной битвы (а из поражений чего стоит один Белев!). У Василия II были как военные неудачи (в том числе против татар), так и успехи; он проявил недюжинную твердость духа в тяжелых для себя условиях, будучи ослеплен и сослан. Особенно сомнительно подчеркивание А.А. Зиминым в подкрепление своего тезиса фактов отсутствия вокруг Шемяки талантливых сподвижников и наличия таковых вокруг Василия. Обычно в истории как раз яркие сподвижники окружали яркого лидера, а серые - себе подобного (сравнить хотя бы "птенцов гнезда Петрова" и брежневское Политбюро). 149 Мухаммеда47. - А.Г.), приходилъ ратью к Переяславьлю к Рязаньскому и стоалъ подъ городомъ три недели, на всякъ день приступая ко граду, бьющеся, граждане же, милостью Божиею и пречистыя его Матери, одолеваху ему и много у него татаръ побили, а отъ гражан ни единъ врежденъ бысть; и поиде прочь с великимъ срамомъ, а на Казать улана мирзу велико нелюбие држа, тотъ бо бяше привелъ его, не чающе отъ Руси ничего съпротивления"48. Рязань в это время управлялась наместниками Василия Васильевича - с 1456 г. малолетний рязанский князь Василий Иванович жил в Москве; только в 1464 г. он (женившийся на дочери Василия II) был отпущен на свое княжение49. Скорее всего, после воцарения Махмуда обнаружился долг по выплате дани с Рязанского княжества, и хан50 по совету Казата решился на недостаточно подготовленную военную акцию с целью взять положенное силой. К периоду правления Василия Васильевича относится примечательное явление: великий князь московский начинает при жизни именоваться "царем". Ранее всего этот титул прилагается к Василию II еще в на чале 40-х гг. Симеоном Суздальцем в первой редакции его "Повести о Флорентийском соборе" ("белый царь всея Руси")51 и Пахомием Сербом в третьей редакции "Жития Сергия Радонежского" ("великодержавный царь Русский", "благоразумный царь")52, в обоих случаях при изложении конфликта великого князя с митрополитом Исидором по поводу решений Флорентийского собора конца 30-х гг. Применение царской титулатуры в этих произведениях связано с ролью Василия Васильевича как защитника православия в ситуации, когда "греческий царь" — император Византии согласился на унию с католической церковью, подразумевающую главенство римского папы. В начале 60-х гг. царский титул по отношению к Василию II неоднократно употребляется в "Слове избраном от святых писаний, еже на латыню", также посвященном Флорентийскому собору и его последствиям53. Но тогда же, в 1461 г., митрополит Иона в послании в Псков упоминает Василия как "великого господаря, царя рускаго" уже вне связи с этими событиями54. 47 См.: Сафаргалиев М.Г. Указ. соч. С. 264. 48 ПСРЛ. Т. 23. С. 156; более краткий вариант известия о событиях 1460 г. см.: Там же. Т. 27. С. 122; Т. 25. С. 277. 49 ПСРЛ. Т. 27. С. 120, 123; Т. 25. С. 275,278. 50 Под "Ахмутом" (в Типографской летописи-"Махмут") имеется в виду несомненно Махмуд (Сафаргалиев М.Г. Указ. соч. С. 264-265). Летописцы, как правило, четко не различали татарские имена "Махмуд" и "Ахмад", исключение (из летописей конца XV в.) -Типографская летопись (ср.: ПСРЛ. Пг., 1921. Т.24.С. 184,186,192-193,194-200). " Павлов А С. Критические опыты по истории древнейшей греко-русской полемики против латинян. СПб., 1878. С. 207. 52 Класс Б М. Избранные труды. М., 1998. Т. 1: Житие Сергия Радонежского. С. 437-438. Редакция датируется "около 1442 г." (Там же. С. 168). 53 Попов А Н Историко-литературный обзор древнерусских полемических сочинений против латинян (Х1-ХУвв.). М., 1875. С. 360, 365, 376-377, 379-382, 384, 392-393, 395; ПСРЛ. Т. 25. С. 259-260. 54 РИБ. СПб., 1908. Т. 6. Стб. 674. 150 Очевидно, в середине XV в. делаются первые шаги на пути становления идеи о переходе к московским великим князьям царского достоинства от византийских императоров. Разумеется, более сильным, чем согласие "греческого царя" на унию, стимулом здесь стало падение Константинополя в 1453 г., обозначавшее гибель христианского православного "царства". Если после падения Константинополя в 1204 г. возникли Никейская и Трапезундская империи, продолжали существовать такие независимые православные государства, как Болгария и Сербия, ряд крупных русских княжеств, то после 1453 г. единственным православным государством, представлявшим реальную силу, было Московское великое княжество. Оно имело, таким образом, все основания считать себя наследником места Византии в мире, т.е. "царством". Формированию представления о "царском" характере власти великого князя московского могло способствовать и установление тогда же автокефалии русской церкви55. При поставлении митрополита теперь все решала воля великого князя, санкция Константине польского патриархата не требовалась: а верховенство в церковных делах считалось прерогативой только одного светского правителя — императора, "царя". Но царь не может подчиняться другому царю, он должен быть полностью суверенным правителем. Идея о царском достоинстве московского великого князя неизбежно должна была прийти в противоречие с продолжавшимся признанием верховенства хана Орды. Правление Василия Васильевича пришлось на период, когда ордынские "замятии", в отличие от прежних времен, стали заканчиваться не временной консолидацией под властью того или иного сильного правителя, а складыванием на окраинных территориях Орды особых, практически независимых политических образовании (в период его княжения оформилось не только Казанское, но и Крымское ханство, а также Ногайская Орда на левобережье Нижней Волги56). "Центральная" часть, занимавшая пространство между Днепром и Вол гой, в русских источниках начинает именоваться "Большой Ордой"; ее правитель формально считался сюзереном остальных ханов57. В 55 См.: Синицына Н.В Автокефалия русской церкви и учреждение Московского патриархата (1448-1589 гг.) // Церковь, общество и государство в феодальной России. М., 1990. С. 126-137; Белякова Е.В Учреждение автокефалии русской церкви в политической мысли XV-XVI вв. // Римско-константинопольское наследие на Руси: идея власти и политическая практика. М., 1995. 56 См.: Сафаргалиев М Г. Указ. соч. С. 225-231,260-263. 57 Впервые термин "Большая Орда" употребляется в сообщении о походе Махмуда на Рязань 1460 г. Скорее всего, это перевод словосочетания "Улуг Орда" - "Великая Орда", которым именовалась после распада единого государства ставка хана, считавшегося главным среди правителей-Джучидов (см.: Усманов МЛ. Термин "ярлык" и вопросы классификазии официальных актов ханов Джучиева улуса. С. 229; Он же. Жалованные акты ханов Джучиева улуса XIV-XVI вв. С 60,175,193-194; Григорьев А.П Время написания "ярлыка" Ахмата // Историография и источниковедение истории стран Азии и Африки. Л., 1987. Вып. 10. С. 38-49). 151 отношениях с этим "главным царем" при Василии II заметных перемен не произошло - он по-прежнему рассматривался как сюзерен великого князя. Изменения коснулись других сфер. Стала наконец четко действовать (с 50-х гг.) оборонительная линия на Оке. Получило распространение использование в московских интересах татарских "царевичей". Наконец, после падения православного царства - Византии -начала пробивать себе дорогу идея о "царском" характере власти великого князя московского, идея, несовместимая с признанием сюзеренитета ордынского царя.
<< | >>
Источник: Горский А.А. Москва и орда. 2000

Еще по теме Глава восьмая В ПРЕДДВЕРИИ РЕШАЮЩИХ ПЕРЕМЕН: ВАСИЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ (1425-1462):

  1. Глава вторая Княжение Василия Васильевича Темного (1425—1462)
  2. Глава девятая ОБРЕТЕНИЕ СУВЕРЕНИТЕТА: ИВАН ВАСИЛЬЕВИЧ (1462-1505)
  3. Глава первая Княжение Василия Димитриевича (1389—1425)
  4. Глава седьмая ОТЦОВСКАЯ СТРАТЕГИЯ, СОБСТВЕННАЯ ТАКТИКА: ВАСИЛИЙ ДМИТРИЕВИЧ (1389-1425)
  5. Василий Васильевич ДОКУЧАЕВ (1846-1903)
  6. 31. ЯКОВЛЕВ Василий Васильевич (в действительндсти МЯЧИН Константин Алексеевич) (1885-01.1919).
  7. Глава 1 В ПРЕДДВЕРИИ РЕЛИГИИ
  8. ГЛАВА ШЕСТАЯ ЖАН ДЕ БЕТАНКУР (1339 — 1425)
  9. Глава 24. ПЕРЕМЕНА ЛИЦ В ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕ
  10. Глава 2 Перед лицом перемен
  11. М. Васильев ВЛАСТЬ И ПОЛОЖЕНИЕ РИМСКИХ ЕПИСКОПОВ в ЦЕРКВИ ПО УЧЕНИЮ ВАСИЛИЯ ВЕЛИКОГО1
  12. Архиепископ Василий (Кривошеин) ПРОБЛЕМА ПОЗНАВАЕМОСТИ БОГА: СУЩНОСТЬ и ЭНЕРГИЯ у святого ВАСИЛИЯ ВЕЛИКОГО300
  13. Глава восьмая
  14. ГЛАВА ВОСЬМАЯ.
  15. ГЛАВА ВОСЬМАЯ.
  16. ГЛАВА ВОСЬМАЯ
  17. ГЛАВА ВОСЬМАЯ.
  18. ГЛАВА ВОСЬМАЯ
  19. НАКАНУНЕ РЕШАЮЩИХ ПОБЕД
  20. В преддверии второй мировой войны