<<
>>

Глубина

Психотерапевтические теории слишком часто составляют сложное целое из простых элементов. Некоторым клиницистам удается даже самые обычные проблемы превращать в клубок патологий и потом находить в нем внутреннюю динамику и разные сложные компоненты — так же, как фокусник находит в своей шляпе кроликов.
Эффективные психотерапевтические теории ничего не усложняют, а наоборот, расчленяют сложные и многозначные факторы на простейшие составляющие. Использование таких метафизических выражений, как примитивные мазохистские потребности или кризис идентичности, затуманивает суть проблемы, окружая ее атмосферой мистификации. Когда проблему называют "серьезной" или "глубинной", вокруг нее часто возникает аура безнадежности, что само по себе может вести к нежелательным результатам. Когда клиент говорит о том, что корни его проблемы лежат "очень глубоко", Фэй (Fay, 1978) реагирует на это парадоксальным образом: "Вы хотите сказать, в селезенке или в поджелудочной железе?" На вопросы типа: "Разве нам не следует заглянуть поглубже в прошлое?" — он может ответить: "Вы имеете в виду эпоху динозавров?"

При употреблении термина глубинный по отношению к психологическим факторам обычно предполагается, что какие-то события, происшедшие в раннем детстве, вызвали появление определенной привычки или проблемы и если обращать свое внимание лишь на недавние происшествия и на факторы, остающиеся в силе на сегодняшний день, проблему разрешить не удастся. Таково общепринятое значение понятия "глубинный". Чем глубже проблема, тем она сложнее и тем меньше надежды разрешить ее. Давайте рассмотрим один пример.

Г-ну Н.С. — неженатому белому 32-летнему бухгалтеру — был поставлен диагноз "мазохизм с тенденцией к саморазрушению, пассивно-агрессивный, состояние пограничное". При этом утверждалось, что его "глубинные" проблемы развились вследствие чрезмерной суровости отца и слишком большой заботливости матери.

Несмотря на то, что Н.С. в свое время был хорошим студентом, на работе он явно не мог в полной мере применить свои способности. Он был "на крючке" у начальника-эксплуататора, который, вероятно, пользовался его так называемым "страхом успеха". В возрасте 26 лет он начал обращаться за помощью к разным специалистам, среди которых были психотерапевт, использовавший в своей работе сочетание антидепрессантов и динамической психотерапии, и семейный терапевт — приверженец школы Боуэна. Результат был минимальным (если был вообще). Ко мне как к "мультимодальному психотерапевту" ему посоветовала прийти его тетка по материнской линии, с дочерью которой я до этого работал.

При широкой мультимодальной оценке состояния клиента выяснилось, что у него были проблемы практически в каждой из составляющих BASIC I.D. При этом наибольшее количество информации удалось получить относительно воображения. Н.С. рассказал о том, что он часто представлял себе, как его родители плохо с ним обращаются, как над ним насмехаются товарищи, и о других картинах неудач как в прошлом, так и в настоящем. Важно также, что он не мог вызвать у себя положительно окрашенные образы: вместо того чтобы представить себе успех в выполнении какого-то дела, он неизменно рисовал в уме поражение и провал. По этой причине непосредственной задачей психотерапии стала модификация воображения. Для этого необходимо было осуществить две основные процедуры:

1) Используя "машину времени", я отослал его в прошлое, к конкретным беспокоившим его событиям. Например, Н.С. постоянно мысленно возвращался к одному случаю, имевшему место, когда ему было девять лет — рассерженный отец сломал в щепки его новый велосипед, швырнув его об стену. Коррекция образа за- ключалась в том, что 32-летний мужчина "возвращался" в свое детство, чтобы укорить отца и успокоить свое девятилетнее alter ego. Так было совершено несколько "путешествий во времени" с целью изменить образы и провести "десенситизацию".

2) Для того чтобы создать в своем воображении образы успеха, Н.С.

должен был представлять себе, как он постепенно справляется со все более и более сложными задачами. Уверенность в своих силах легче развить, если мысленно ситуацию, с которой, кажется, невозможно справиться, разбить на составные части и затем — шаг за шагом — справляться с каждой из этих частей по отдельности.

Широкий охват всего мультимодального спектра позволяет психотерапевту увидеть целостную картину происходящего в каждой из модальностей. В приведенном выше случае, у клиента обнаружились неполадки не только в воображении, но и в других модальностях: в межличностном общении ему не хватало уверенности в себе и социальных навыков, мышление было переполнено дисфункциональными убеждениями (такими, как перфекционизм и дихотомические суждения), которые необходимо было реструктурировать и опровергать при помощи фактов. К концу терапии (сеансы проводились еженедельно в течение 14 месяцев) мы внимательно изучили каждую из модальностей. Признаков поведения, которое можно было бы назвать "мазохистским, саморазрушительным и пограничным", обнаружено не было. Н.С. продвинулся вперед как в личностном, так и в профессиональном плане, бросил курить, стал больше заботиться о своем здоровье, сменил работу, заняв более высокое положение в другой организации.

Конечно, отдельный случай ничего не доказывает. Я привел пример Н.С. лишь для того, чтобы показать существенные различия между "глубинным" и "обширным" подходами. Количество и разнообразие проблем часто озадачивают психотерапевта, заставляя гадать, с чего лучше начать. Клиницистам следует пользоваться стратегией, которой научился г-н Н.С., то есть решать проблемы по одной. При таком подходе не создается зловещей атмосферы, которая обычно окружает мрачные диагнозы типа "глубинного мазохизма" или "пограничной личности". Кроме "глубины" проблем, говорят еще и об их серьезном, интенсивном и глубоко лич- ном характере. Независимо от того, что при этом имеется в виду, в этих определениях содержится представление о сложности этих проблем или даже об их недоступности для решения. Я считаю, что при таком подходе не появляется уверенности в своих силах и надежды на успех, которые столь необходимы как клиенту, так и психотерапевту. В следующий раз, услышав, что психотерапевт говорит о "глубинной" проблеме, обратите внимание, каким угрюмым станет выражение его лица и как он при этом отрицательно покачает головой!

<< | >>
Источник: Хейли Д.. Эволюция психотерапии: Том 2. "Осень патриархов": психоаналитически ориентированная и когнитивно-бихевиораль- ная терапия / Пер. с англ. — М.: Независимая фирма "Класс". — 416 с. — (Библиотека психологии и психотерапии).. 1998

Еще по теме Глубина:

  1. РАЗДЕЛ 1 ГЛУБИННОЕ РЕГИОН ОБЕЛЕНИЕ. СТРУКТУРНАЯ СОЦИОЛОГИЯ (СОЦИОЛОГИЯ ГЛУБИН) КАК МЕТОД
  2. Глубина и ширина
  3. Глава 4. ГЛУБИННАЯ ПСИХОЛОГИЯ
  4. Глубина разума
  5. Глубинная экология и экофеминизм
  6. Измерение глубины и работа сновидений
  7. Глава 3. ГЛУБИННЫЕ ОСНОВАНИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ РЕЛИГИОЗНОСТИ
  8. О ГЛУБИННОМ ПРОИСХОЖДЕНИИ ВЕЩЕЙ
  9. Казачество в социологии глубин
  10. ГЛУБИННЫЕ ПРИЧИНЫ НЕЗАЩИЩЕННОСТИ
  11. Цель аргументации и «глубинный риск»
  12. 129 ПРИЧИНА ПОВЫШЕНИЯ ТЕМПЕРАТУРЫ С ГЛУБИНОЙ
  13. Путинские реформы с позиции социологии глубин
  14. 2.3. Открытие "личности" и метафизика "душевных глубин"
  15. Глубинное отображение космоса в храме и человеке