<<
>>

Эрнест Л. Росси ВОЛНОВАЯ ПРИРОДА СОЗНАНИЯ: НОВОЕ НАПРАВЛЕНИЕ ЭВОЛЮЦИИ ПСИХОТЕРАПИИ

Эрнест Росси приводит данные, свидетельствующие о том, что часовые и суточные изменения сознания связаны с волнообразным потоком информационных молекул, работающих на различных уровнях, от сознания до гена.
Стресс, психосоматические проблемы и их разрешение — все это, возможно, является производным от того, как люди используют волновую природу своего сознания. Росси рассматривает историю этих представлений, от Шарко до Милтона Эриксона, включая самые последние работы крупных современных исследователей. Часть текста этого доклада представляет собой исправленный вариант публикации (Rossi, 1991).

Каким будет следующий шаг в эволюции психотерапии? Где возникнут новые представления о природе мышления и сознания человека? Какой будет новая база данных психотерапевта будущего? Что сможет он делать для людей такого, чего мы не можем делать сегодня?

В настоящем докладе мы рассмотрим эти вопросы, опираясь на историю развития психотерапии за последние 150 лет. Мы увидим, что на всем ее протяжении тянется некий "скрытый след", что многие пионеры психотерапии признавали значение времени и ритма как сущности стресса, болезни и исцеления. Однако до недавнего времени мы не понимали этих взаимосвязей в достаточной степени, чтобы использовать их в качестве основы психотерапии. Мы рассмотрим последние психофизиологические исследования, которые ведут к новому представлению о волновой природе сознания и помогут нам ориентироваться в психотерапии будущего.

Волновая природа сознания

"Волновая природа сознания" означает, что буквально все аспекты нашего сознания, которые мы способны измерить, носят периодический характер. Наше внимание, например, подобно морским волнам, на протяжении суток характеризуется периодическими подъемами и спадами.

Первое реальное понимание волновой природы человеческого сознания пришло с научным изучением сновидений.

До сравнительно недавнего времени считалось, что сон — это просто отдых. Решающий переворот произошел в 1953 году, когда два исследователя из Чикагского университета — Юджин Азерински и Натаниел Клейтман (Aserinsky, Kleitman, 1953) сообщили, что примерно каждые 90 минут на протяжении всей ночи наш сон приблизительно на 10—30 минут превращается в активный процесс. Характер волн, излучаемых мозгом и регистрируемых на электроэнцефалограмме (ЭЭГ), становится весьма близким к картине активности, наблюдаемой, когда мы бодрствуем. Вдобавок было обнаружено, что глаза спящего быстро движутся под закрытыми веками, как будто он наблюдает за какой-то подвижной картиной. И действительно, когда людей будили во время этих периодов быстрых движений глаз ("быстрого сна"), они сообщали, что видели сновидения.

Циклы "быстрого сна" сразу стали пробным камнем для переоценки всех прежних и современных теорий, касающихся значения сновидений, а также их роли в психофизиологической деятельности, состоянии здоровья и поведении. Во время периодов "быстрого сна" возрастает потребление кислорода, а крови поступает в мозг больше, чем когда мы не спим. Наше дыхание, пульс, кровяное давление и желудочно-кишечная перистальтика изменяются сильнее, чем во время бодрствования. Стало очевидным, что сон и сновидения не могут быть просто пассивным процессом отдыха и восстановления сил. Высокоактивные периоды быстрого сна должны быть связаны с какими-то адаптивными процессами, имеющими значение для выживания, а также для регенерации и оздоровления. Но что это за процессы? Вопрос остается животрепещущим и сегодня, почти 40 лет спустя после того, как Азерински и Клейтман сообщили о своем открытии сна со сновидениями.

Тайна лишь сгустилась впоследствии, когда было обнаружено, что 90- и 120-минутный ритм сна, очевидно, сохраняется и в дневное время, когда мы не спим. Клейтман (Kleitman, 1969) назвал этот дневной ритм "базовым циклом отдыха-активности" и первоначально описал его следующим образом:

"Проявления базового цикла отдыха-активности (БЦОА) в функционировании нервной системы убедительно подтверждаются записями ЭЭГ спящих...

Наличие БЦОА при бодрствовании не столь очевидно, как во время сна; существует слишком много внешних факторов, которые разрушают или маскируют этот цикл... [Тем не менее] повседневные наблюдения подтверждают мнение, что во время бодрствования БЦОА действует так же, как и во время сна. Привычный теперь "перерыв на кофе" в 10.30 утра разделяет трехчасовой период канцелярской работы, длящийся с 9.00 утра до полудня, на две части по 90 минут. Облегчение, которое испытывают многие люди, подремав 10—15 минут, возможно, объясняется тем, что таким образом они минуют фазу минимума БЦОА, а послеобеденная сонливость может обозначать ту же фазу" (с.34—37).

Недавно, беседуя с 95-летним Клейтманом, который сейчас на пенсии и живет на Западном побережье США, я с удивлением узнал, что, по его мнению, наше дневное ощущение 90-минутного ритма важнее еженощного ритма наших сновидений! Он считает так потому, что мы способны научиться осознавать и использовать глубочайшее действие, которое оказывает этот базовый цикл отдыха-активности на наш образ жизни в области питания, сексуальности и общей работоспособности. С другой стороны, прислушиваться к своим сно- видениям, чтобы больше узнать о самих себе, как рекомендуют психоаналитики, умеют лишь немногие.

В нашей беседе Клейтман подчеркнул, что широкая публика, как и большинство специалистов, еще не осознала глубокого значения этих психофизиологических ритмов как фундаментальной характеристики жизненного процесса. Эта его точка зрения нашла отражение в одной из его недавних научных статей — "Базовый цикл отдых-активность — 22 года спустя" (Kleitman, 1982), где он утверждает:

"Этот цикл охватывает голодные спазмы желудка и сексуальное возбуждение — процессы, связанные с само сохранением и продолжением рода, назвать этот цикл базовым" (с.314).

Поскольку Фрейд также считал голод и сексуальность глубочайшими жизненными побуждениями, я не мог не задуматься над тем, не будет ли представление Клейтмана о базовом цикле отдыха-активности со временем признано психобиологической основой многих важных открытий Фрейда и Юнга в области глубинной психологии.

Беседы с этим блестящим, хотя и несколько забытым первопроходцем подтвердили мое убеждение в важном значении волновой природы сознания для понимания и облегчения работы, восстановления сил и хорошего самочувствия во всех аспектах повседневной жизни.

В эволюции этой новой модели волновой природы сознания, показанной на рис. 1, выделяются три этапа. Традиционно считалось, что сознание — это простая волна возрастающей активности, которая достигает пика около середины дня и исчезает во время самого глубокого сна ночью. Эти воззрения были подвергнуты уточнению, когда мы поняли, что быстрый сон со сновидениями отражает еженощные вариации сознания и возбуждения. Наконец, Ратгер Вевер (Wever, 1989) из Института Макса Планка в Германии разработал математическую модель волновой природы человеческого сознания.

Вевер также является пионером хронобиологии — биологии времени и психофизиологических ритмов. За последние 30 лет он тщательно изучил циркадные* (суточные, подобные нашему 24-часовому ритму сна и бодрствования) и ультрадианные ритмы (более быстрые, сменяющиеся много раз в день, подобно нашему 90- минутному ритму сновидений) у людей, живущих в контролируемых условиях. Когда я посетил его в Институте Макса Планка, он показал мне свето- и звуконепроницаемый "бункер" в склоне заросшего лесом холма, где его испытуемые на протяжении месяцев жили в изоляции от всех нормальных факторов, влияющих на наши психофизиологические ритмы. Эти факторы внешней среды — такие, как дневной свет, температура, звуки, время приема пищи, — называются Zeitgebers (по-немецки Zeit означает "время", a geber — "датчик"). Считается, что они "включают" или "синхронизуют" наши внутренние психофизиологические часы, постоянно регулируя их ход в соответствии со сменой времен года и потребностями повседневной жизни.

Когда я возразил, что эта идея о Zeitgebers выглядит как несколько жесткое и механистическое представление о жизни, Вевер стал утверждать, что дело обстоит как раз наоборот. Он подчеркнул, что на самом деле важнейшие "датчики времени" для человека — межличностные взаимоотношения.

В современном обществе мы обычно просыпаемся и засыпаем не с рассветом и закатом, а в соответствии с сигналами, которые подаем друг другу, — зевками, потягиванием и другими признаками сонливости. Перед уходом на пенсию Вевер построил себе очаровательный традиционный баварский дом в саду, но с одним отличием: он устроил в гостиной огромные окна, чтобы там было достаточного дневного света, который будет служить для него сигналом к дневной активности. Еще важнее, как считает Вевер, его намерение поддерживать все личные контакты и светское общение в соответствии со сбалансированным графиком, тщательно распределяя их на протяжении дня таким образом, чтобы обеспечить работу своего сознания на оптимальном уровне.

Хотя значительное число исследований подтверждает ультради-анную модель Вевера, показанную на рис.1, она пока остается теоретической в том смысле, что большая часть данных была получена в тщательно контролируемых лабораторных условиях и в изоляции от всех отвлекающих воздействий реальной жизни. Чтобы ультрадианные ритмы получили практическое значение в качестве нового подхода, позволяющего повысить активность нашего сознания, улучшить работоспособность и самочувствие, важно доказать, что люди могут осознавать их в обычной повседневной жизни.

Для изучения этой проблемы я предложил пилотажной группе из семи человек в течение двух недель вести дневник, отмечая в нем те моменты на протяжении своего обычного рабочего дня, когда они ощущают потребность "передохнуть". Я попросил их записывать, сколько времени продолжался этот период отдыха, и в нескольких фразах описывать, что они чувствовали в это время. Хотя выборка была крайне мала даже для пилотажного исследования, несколько сотен периодов восстановительного отдыха, отмеченных всей группой за две недели, были сочтены достаточными .для компьютерного анализа. (Более подробный анализ этих данных в сравнении с другой группой испытуемых, занимавшихся самогипнозом, публикуется в работе Росси (Rossi, 1992).

Результаты, показанные на рис.

2, поразительным образом подтверждают верхнюю половину ультрадиан- ной модели волновой природы человеческого сознания по Веверу. Мои исходные данные показаны здесь более светлой пунктирной линией. Эти данные проанализировала и проиллюстрировала Хелен Синг, главный статистик Отделения биологии поведения в Армейском исследовательском институте Уолтера Рида. На протяжении более чем поколения сотрудники этой лаборатории были инициаторами множества правительственных исследовательских проектов, касавшихся суточных и часовых изменений работоспособности пилотов, операторов радара и военного персонала самых разных уровней.

Исследователей из Института Уолтера Рида особенно заинтересовали некоторые подробности того, когда люди испытывают желание передохнуть. По-видимому, тенденция делать перерывы для отдыха проявляется уже в 9 или 10 часов утра. Однако на какое время приходится пик таких ранних перерывов, не вполне ясно.

Они, вероятно, случайным образом распределяются на протяжении нескольких часов, поскольку необходимость интенсивной работы в утренние часы просто не позволяет большинству людей сделать нормальный перерыв в 10.30. Первый и самый длинный перерыв наблюдается сразу после полудня. Это соответствует большинству данных о работоспособности человека, полученных в Институте Уолтера Рида и в других лабораториях и свидетельствующих о "послеобеденном затишье" в большинстве видов деятельности.

Даже когда в дальнейшем, после обеда и вечером, люди начинают устраивать регулярные перерывы, они не всегда следуют классическому 90—120-минутному базовому циклу отдыха-активности, первоначально описанному Клейтманом. Возможно, этот ритм — всего лишь идеал; однако в повседневной жизни, как показывают мои данные, большинство людей обычно устраивает перерыв каждые два-три часа или около этого.

Другая важная особенность, которую иллюстрирует рис. 2, состоит в том, что продолжительность перерыва обычно составляет около 20 минут. Даже если в это время люди как будто не отдыхают — не сидят и не лежат, — их уровень активности снижается. Большинство работников, как правило, "маскируют" свои ультрадианные перерывы, разгуливая без дела по рабочему помещению. Они перекладывают бумаги на столе, точат карандаши, ведут личные разговоры по телефону, болтают у автомата с водой, выкуривают сигарету, отправляются в туалет и так далее. Все это — естественное выражение нашей потребности через каждые несколько часов сделать ультрадианный перерыв на 15—20 минут, даже когда на это нет официального разрешения и даже если мы сами не осознаем то, что делаем! Большинство из нас и не догадывается об этих нормальных ультрадианных вариациях активности нашего сознания на протяжении дня.

Странная на первый взгляд особенность рис. 2 состоит в том, что кривая начинается с высокого плато перед б часами утра, которое простирается до 8 часов утра. Откровенно говоря, я не знаю, следует ли считать это артефактом из-за того, что несколько испытуемых просыпались рано утром (в 5—6 часов), когда они, очевидно, не испытывали потребности в ульрадианных перерывах, или же в это время активность сознания действительно находится на постоянном высоком уровне. Раннее утреннее плато такого типа, безусловно, могло бы иметь смысл с точки зрения многих традиций медитации, которые рекомендуют просыпаться для первой за день медитации уже в 4 часа утра, поскольку считается, что именно в это время сознание наиболее обострено. Для решения этой весьма интересной проблемы понадобятся дальнейшие исследования.

Важно иметь в виду, что конкретный рисунок пиков и падений волн сознания на рис. 2 не является строго обязательным. Вероятно, у другой выборки людей в других условиях ход кривой был бы иным. Хотя идея "биологических часов" и пользуется популярностью, на самом деле она несколько неточна. Часы — это механическое устройство, которое должно показывать истинное время. Чем точнее идут часы, тем лучше. Однако естественные волны наших психофизиологических ритмов в этом жестком механическом смысле не являются точными часами.

Наши естественные ритмы отличаются почти противоположным свойством. Они способны сдвигать свое время, ускоряя или замедляя ход и даже время от времени пропуская один-два такта. Они постоянно изменяют свой темп, приспосабливаясь к меняющимся запросам реального мира, а также к степени нашего интереса к тому, чем мы заняты. Они подобны инженерам по контролю качества: при идеальных условиях они устанавливают такой темп нашей деятельности, чтобы максимизировать как наши внутренние периоды отдыха, регенерации и восстановления сил, так и наши внешние периоды работоспособности.

Однако если эти психофизиологические ритмы действительно так важны для адаптации и здоровья, то почему никто не обнаружил их раньше? Или они все же были обнаружены? Основатели глубинной психологии — великий французский невролог XIX века Жан Мартен Шарко, один из пионеров гипноза Пьер Жане, Зигмунд Фрейд и Карл Юнг — все они верили, что сознательный опыт уходит корнями в работу нашего организма. К сожалению, биология того времени была неспособна понять тонкие взаимоотношения между психикой и телом. Однако во многих их работах я смог найти следы, свидетельствующие о том, что они отчасти отдавали себе отчет в волновой природе сознания, стресса и регенерации как в повседневной жизни, так и в процессе лечения.

<< | >>
Источник: Хейли Д.. Эволюция психотерапии: Сборник статей. Т. 4. "Иные голоса": / Под ред. Дж.К. Зейга / Пер. с англ. —М.: Независимая фирма "Класс",. — 320 с. — (Библиотека психологии и психотерапии).. 1998

Еще по теме Эрнест Л. Росси ВОЛНОВАЯ ПРИРОДА СОЗНАНИЯ: НОВОЕ НАПРАВЛЕНИЕ ЭВОЛЮЦИИ ПСИХОТЕРАПИИ:

  1. Стресс, регенерация и волновая природа сознания
  2. Выступление Эрнеста Л. Росси
  3. Основные направления современной психотерапии. Динамическая психотерапия
  4. Хейли Д.. Эволюция психотерапии: Сборник статей. Т. 4. "Иные голоса": / Под ред. Дж.К. Зейга / Пер. с англ. —М.: Независимая фирма "Класс",. — 320 с. — (Библиотека психологии и психотерапии)., 1999
  5. Психотерапия.49 Основные направления современной психотерапии и тенденции ее развития.50
  6. Хейли Д.. Эволюция психотерапии: Том 2. "Осень патриархов": психоаналитически ориентированная и когнитивно-бихевиораль- ная терапия / Пер. с англ. — М.: Независимая фирма "Класс". — 416 с. — (Библиотека психологии и психотерапии)., 1999
  7. Хейли Д.. Эволюция психотерапии: Том 1. "Семейный портрет в интерьере": семейная терапия / Пер. с англ. Т.К. Кругловой — М.: Независимая фирма "Класс". — 304 с. — (Библиотека психологии и психотерапии)., 1998
  8. I. Проблема сознание/тело в развитии сознания и психотерапии
  9. ЭВОЛЮЦИЯ ПСИХОТЕРАПИИ
  10. Джей Хейли ПСИХОТЕРАПИЯ КАК НОВОЕ ЯВЛЕНИЕ