загрузка...

Функциональная асимметрия мозга и палеолитическое искусство


Давно уже установлено, что функции левого и правого полушарий мозга у современного человека различны: левое полушарие отвечает за логическое мышление и распознавание речи, правое — за распознавание образов и образное мышление. Как уже говорилось во «Введении», мозг кроманьонца менялся на протяжении всего верхнего палеолита: продолжали формироваться лобные, теменные и височные доли левого полушария. При этом затылочные доли мозга кроманьонца были гораздо больше, чем у современного человека (Homo sapiens sapiens расставался с этим «излишком» на протяжении практически всего верхнего палеолита).
Сейчас большинство психофизиологов склоняется к тому, что при восприятии зрительных стимулов преобладание левого или правого полушария мозга определяется соотношением двух этапов переработки: зрительно-пространственного (правое полушарие) и процессов вербализации (левое полушарие)1. При восприятии написанного слова его зрительный «образ» формируется в затылочных отделах правого и левого полушария, но семантический анализ и «принятие решения» осуществляется при активном включении фронтальной зоны левого полушария2. Правда, тут речь идет о восприятии письма — но, как мы увидим впоспедствии, те же механизмы действуют при восприятии любого изображения вообще.
Правое полушарие неспособно к речепродукции, но понимает речь в довольно широких пределах. Плохо оно справляется только с восприятием сложных грамматических конструкций. Левое полушарие, в свою очередь, способно к адекватной оценке музыкального ритма, но распознавание мелодий остается ему недоступным. Отмечено также, что повреждение правого полушария нередко приводит к утрате творческого потенциала не только музыкантами или художниками, но и поэтами, оперирующими исключительно словами, и даже математиками: поэты не теряют способности к версификации (т. е. к имитации стихосложения) — но «дух поэзии» им уже недоступен; математики не теряют способности к решению тривиальных задач — но утрачивают способность к решению задач, требующих создания нового алгоритма.
Известно, что правое полушарие ответственно за координацию движений и за все то, что называется «языком тела». Можно предположить, что и язык глухонемых находится под его контролем. Однако он страдает при повреждении не правого, а левого полушария.
Наконец, полной прерогативой правого полушария считалось опознание сложных образов (например, изображений человеческого лица). Но в тех случаях, когда изображение лица содержит отдельные, чрезвычайно характерные и бросающиеся в глаза черты, их распознавание легче осуществляется левым полушарием.
Итак, у современного Homo sapiens sapiens ни левое, ни правое полушария мозга не в состоянии поодиночке справиться со стоящими перед человеческим мышлением задачами:
...когда все элементы информации достаточно однородны или отличаются лишь по вполне определенному признаку и их можно легко формализовать, то левое полушарие вполне способно обработать все эти элементы одновременно, симультанно и даже быстрее, чем правое полушарие. А вот если образ достаточно сложен и не содержит четких и легко формализуемых отличительных признаков (как фотографии обычных человеческих лиц, не искаженных слишком характерными и необычными чертами), то преимущество в скорости и комплексности обработки действительно за правым полушарием[67].
Левое н правое полушария мозга тшько совместно создают адекватную картину мира:
...правое «пространственное* и левое «временное» полушария обладают своими специфическими способностями, позволяющими им вносить важный вклад в большинство видов когнитивной деятельности. По-видимомgt;; у левого полушария больше возможностей во временной и слуховой сферах, а у правого в пространственной и зрительной. Эти особенности, вероятно, помогают левому полушарию лучше отмечать и обособлять детали, которые могут быть четко охарактеризованы и расположены во временной последовательности. В свою очередь единовременность восприятия пространственных форм и признаков правым полушарием, возможно, способствует поиску интегративных отношений и схватыванию общих конфигураций. Если такая интерпретация верна, каждое полушарие перерабатывает одни и те же сигналы по-своему и преобразует сенсорные стимулы в соответствии со специфичной для себя стратегией их представления[68].
Российский психолог В. Ротенберг предложил точку зрения, согласно которой левое полушарие из всего обилия реальных и потенциальных связей выбирает немногие внутренне непротиворечивые, не исключающие друг друга, и на основе этих немногих связей создает однозначно понимаемый контекст. В его основе лежит установление однозначных причинно-следственных отношений между предметами и явлениями (то, чего нет в палеолитическом искусстве, где встречается только связь по примыканию. — Л.К.). Благодаря однозначному контексту достигается полное взаимопонимание между людьми в процессе их деятельности, и потому формирование этого контекста так тесно связано с речью. Однозначность обеспечивает также логический анализ предметов и явлений, последовательность перехода от одного уровня рассмотрения к другому. При этом все остальные связи, способные усложнить и запугать картину, сделать ее менее определенной и внутренне противоречивой, безжалостно усекаются: «такая аккуратно подстриженная под машинку логического мышления картина мира является уже не картиной в полном смысле этого слова, а моделью, однако моделью, удобной в обращении»[69].
Согласно концепции В. Ротенберга, правое полушарие «схватывает» реальность во всем богатстве, противоречивости и неоднозначности связей и формирует многозначный контекст. Речь принципиально не предназначена для передачи и выражения такого контекста, поскольку строится по законам исключительно левополушарного мышления. В не меньшей, кстати, степени это относится и к описанию произведений искусства:
Попробуйте передать ваши впечатления от действительно взволновавшей вас картины или кинокартины. Что бы вы ни сказали, это всегда будет только слабым приближением к тому, что вы хотели бы сказать: многозначный контекст искусства адекватно передается лишь через многозначный контекст искусства же’.
В целом, точки зрения Марютиной и Ермолаева, с одной стороны. и Ротенберга - с другой, различаясь в деталях, сходятся в главном: работа левого и правого полушарий мозга современного человека взаимодополняют друг друга.

Однако с человеком верхнего палеолита вопрос остается открытым. Тут велик соблазн объявить верхнепалеолитическую культуру исключительно «правополушарной». Но формальные особенности палеолитического искусства свидетельствуют, скорее, о недоразвитости функций обоих полушарий мозга (с некоторым преобладанием функций правого, «образного» полушария), но ни в коем случае не о гипертрофированном развитии какого-либо одного из полушарий за счет другого.
На табл. 1 (с. 82) хорошо видно, что правое полушария ответственно за установление различий, оценку пространственных отношений и зрительно-пространственный анализ. Оно же делает восприятие конкретным. А вот за отсутствующие в палеолитическом искусстве контекстуальные связи и обобщение ответственно именно левое полушарие. Вместе с тем, при всей яркости и уникальности палеолитических изображений lt;той самой уникальности, которую левое полушарие еще не загнало в бесконечные ряды совер-
Таблица 1. Различия между полушариями мозга при зрительном восприятии1

Лучше узнаются стимулы

Вербальные Легко оазличимые. Знакомые

Невербальные* Трудно различимые. Незнакомые

Лучше воспрмнимыотса задачи

Оценка временных отношений Установление сходства Установление идентичности стимулов по названиям
Переход к вербальному кодированию

Оценка пространственных отношений Установление оазличий Установление (Ьигической идентичности стимулов
Зрительно-пространственный анализ

Особенности процесса восприятия

Аналитичность.

Целостность (гештальт)

Пос.1едовате.чьность (сукиессивность). Абстрактность, обобщенность, инвари

Одновременность (снмулыанностъ) Конкретное угнавание

антное узнавание



* Шрифтом выделены особенности восприятия которые могут быть реконструированы на основе анализа памятников изобразительного искусства:
подчеркнутый - палеолит, подчеркнутый курсив - мезолит и неолит,
курсив - свойства в равной мере характерные и для палеолита и для более позднего времени, обычный - неопределимо.
шенно неотличимых друг от друга петроглифов неолита, и особенно, эпохи металла), правополушарная целостность восприятия мира их авторами вызывает большие сомнения: отображение видимого мира в целостных картинах, где отдельные элементы плотно увязаны между собой, в палеолите отсутствует полностью, и появляется только в мезолите, да и то в сильно урезанном виде. Полностью отсутствует и правополушарный многозначный контекст. При этом палеолитическому человеку явно было доступно «левополушарное» установление сходства (иначе более ранние изображения не могли бы провоцировать появление более поздних), равно как и распознавание легко различимых или знакомых стимулов.
Наиболее древней функцией мышления следует, вероятно, признать установление различий, за которым, по А.Р. Лурия. «стоит наглядно-действенное мышление»1. Основанием для этого умозаключения является тот фундаментальный факт, что в онтогенезе «умение различать созревает раньше, чем операции обобщения»*. Вряд ли мы ошибёмся, если предположим, что и в филогенезе установление различий предшествовало установлению тождества. Иными словами, кроманьонец видел сходство между разными особями одного и того же биологического вида, однако не мог объединить их в один класс явлений - т. е. просто не мог понять, что все эти особи принадлежат к одному биологическому виду.
На основе анализа первобытных изображений можно попытаться хотя бы приблизительно реконструировать особенности зрительного восприятия первобытного человека в связи с функциями левого и правого полушарий. В искусстве палеолита лучше представлены те особенности восприятия, что связаны с правым полушарием. И особенно примечательно то, что недостающие «палеолитическому художнику» левополушарные функции зрительного восприятия, так или иначе связаны с речью (см. табл. 1).
Из табл. I видно, что всё, что в палеолитическом искусстве отсутствует, всё, что делает его в конечном счете недоступным пониманию современного человека, — так или иначе связано с речью. Получается, что первобытным «образам» не хватало вербализации зрительного восприятия, характерной для современного Homo sapiens sapiens.
Современному человеку именно вербализация дает возможность развертывать последовательные серии взаимосвязанных между собой «картинок», пронизанных парадигматическими и синтагматическими связями... Это фундаментальный факт того, что можно назвать «психофизиологией палеолитического искусства». Если учесть, что мозг кроманьонца еще не был во всём аналогичен мозгу современного человека, установление этого факта позволит, как мы увидим впоследствии, сделать очень далеко идущие выводы.
Тут, кстати, напрашивается еще и одно довольно неожиданное предположение: анализ формальных особенностей искусства палеолита в сочетании с теми колоссальными успехами, которых в изучении функций префронтальных отделов мозга за последние 10—15 лет добилась нейрофизиология, дает психо- и нейрофизиологам материал для частичной реконструкции эволюции психофизиологии современного человека в филогении.
Разумеется, только что нарисованная (точнее, фрагментарно обозначенная) картина функционирования образного мышления кроманьонца, во-первых, страдает неполнотой и, во-вторых, лишена целостности. Одно ясно со всей определенностью: «образным» такое мышление назвать нельзя, поскольку в нём отсутствовала вербализация зрительных образов, характерная для современного человека.
И все же, каким образом функционировало в процессе изобразительной деятельности мышление первобытного человека? Приблизиться к возможности ответа на этот вопрос может помочь только психофизиология высшей нервной деятельности человека, и особенно психофизиология движений.
<< | >>
Источник: Куцевков П.А.. Психология первобытного и традиционного искусства. - М. Прогресс-Традиция. - 232 с.. 2007

Еще по теме Функциональная асимметрия мозга и палеолитическое искусство:

  1. ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ МОЗГА'
  2. ТРИ ОСНОВНЫХ ФУНКЦИОНАЛЬНЫХ БЛОКА МОЗГА Ї
  3. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ТРЕХ ОСНОВНЫХ ФУНКЦИОНАЛЬНЫХ БЛОКОВ МОЗГА
  4. Структурно-функциональные основы деятельности мозга
  5. ДРЕВНЕЙШИЕ СТОЯНКИ ПАЛЕОЛИТИЧЕСКОГО ЧЕЛОВЕКА В АМЕРИКЕ
  6. Асимметрия, нестабильность и сплоченность
  7. Межполушарная асимметрия и психопатия
  8. Асимметрия между диурном и ноктюрном
  9. § 45. Изящное искусство есть искусство, если оно казкется также и природой
  10. Под общей редакцией Б.Б.Веймарна и Ю.Д.Колпинского. Всеобщая история искусств. Том 6, книга вторая. Искусство 20 века, 1966
  11. Б.В.Веймарн, Б.П.Виппер, А.А.Губер, М.В.Доброклонский, Ю.Д.Колпинский, Б.Ф.Левинсон-Лессинг; А.А.Сидоров, А.Н.Тихомиров, А.Д.Чегодаев. Всеобщая история искусств том пятый искусство 19 века, 1964
  12. Понятие искусства. Роль и функции искусства. Эстетика как философия прекрасного
  13. § 46. Изящное искусство есть искусство гения
  14. Мелодия мозга